Берестов бабушка Катя

Валентин Берестов — Любили тебя без особых причин!

Берестов Валентин Дмитриевич (1928-1998) — русский детский поэт,
писатель, переводчик.
Валентин Берестов родился 1 апреля 1928 года в городе Мещовске,
Калужской области в семье учителя. Читать будущий поэт научился в четыре
года. Стихи начал писать с детства. Во время второй Мировой войны семья
Берестовых оказалась в эвакуации в Ташкенте. И там ему посчастливилось
познакомиться с Надеждой Мандельштам, которая познакомила его с Анной
Ахматовой.
Затем состоялась встреча с Корнеем Чуковским, сыгравшим большую роль
в судьбе Валентина Берестова. И Ахматова и Чуковский отнеслись к началу
его творчества с большим интересом и заботливостью. В то время
К. И. Чуковский писал: «Этот четырнадцатилетний хилый подросток обладает
талантом огромного диапазона, удивляющим всех знатоков. Его стихи
классичны в лучшем смысле этого слова, он наделен тонким чувством стиля
и работает с одинаковым успехом во всех жанрах, причем эта работа
сочетается с высокой культурностью, с упорной работоспособностью. Его
нравственный облик внушает уважение всем, кто соприкасается с ним».
Первый сборник стихов Валентина Берестова «Отплытие» вышел в 1957 г.
и получил признание читателей, поэтов и критиков. В том же году выходит
первая книга для детей «Про машину». Затем последовали сборники стихов:
«Веселое лето», «Как найти дорожку», «Улыбка», «Жаворонок», «Первый
листопад», «Определение счастья», «Пятая нога» и многие другие. «Берестов,
— писал поэт Коржавин, — это прежде всего талантливый, умный и, если
можно так выразиться, веселый лирический поэт». Анна Ахматова о коротких
юмористических стихах Валентина Дмитриевича Берестова говорила ему:
«Отнеситесь к этому как можно серьезнее. Так никто не умеет».
«Если бы меня спросили, кто — человек столетия, я бы сказала: Валентин
Берестов. Потому что именно таких людей двадцатому веку не хватало больше
всего». К этому высказыванию Новеллы Матвеевой могли бы присоединиться
многие. Валентину Берестову благодарны многие замечательные детские
писатели, которым он помог сделать первые шаги в литературе. . .
~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~
Любили тебя без особых причин
За то, что ты — внук,
За то, что ты — сын,
За то, что малыш,
За то, что растёшь,
За то, что на папу и маму похож.
И эта любовь до конца твоих дней
Останется тайной опорой твоей.
В. Берестов
1981
~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~ ~

ЛЮБИМЫЕ СТИХИ

ЛИРИКА

Валентин БЕРЕСТОВ

***

Любили тебя без особых причин
За то, что ты — внук.
За то, что ты — сын.
За то, что малыш.
За то, что растешь.
За то, что на папу и маму похож.
И эта любовь до конца твоих дней
Останется тайной опорой твоей.

***

Лет в десять дома со своими
Ты носишь собственное имя.
Но чуть на улицу попал,
Ты это имя потерял.
Здесь нет имен. Здесь носят клички.
А в школе? Тут свои привычки.
Большим тебя считают тут
И по фамилии зовут.
Вот так. Три звания, три роли —
В семье, на улице и в школе.

***

Он руку над партою тянет и тянет.
Неужто никто на него и не взглянет?
Не нужно отметок в журнал и в дневник.
Довольно того, что он в тайну проник,
Что чудо свершилось, задача решилась…
Спросите, пожалуйста! Сделайте милость!

***

О взрослые! О бабушки и тети!
Когда ж, когда ж вы наконец поймете,
Что мне двенадцать лет! Не два! Не пять!
Нельзя меня при встрече целовать!

ОБРАЗЕЦ

У старшего брата был звонкий отец:
Кумир городка, педагог и певец.
Ему подражая и в этом, и в этом,
Историком сделался сын и поэтом.
У среднего брата был тихий отец:
Рыбак и от скуки казенной беглец.
Развел цветничок, огородик за домом.
И сын в подражание стал агрономом.
У младшего брата был старый отец:
Мудрец, запредельного мира жилец.
Он книги искал, собирал и читал.
И сын в подражание книжником стал.
Так возраст и время меняли его,
Крутила эпоха отца моего.
И только в одном не менялся отец:
Для каждого сына он был образец.

ДРАКОНИЛ

Странно вспомнить, на что он меня подбивал!
Как, бывало, меня и смешил и дразнил он.
И «Мурзилку» «Зумрилкою» он называл,
И журнал «Крокодил» величал «Драконилом».
«Тот буржуй, кто в кино покупает билет!»
Два билета он тушью подделал блестяще.
Я был изгнан. А он и не глянул мне вслед,
Вынув вместо подделки билет настоящий.
Он к теплицам меня заманил за село,
К ослепительно красным большим помидорам.
Соблазнись я, разбей на теплице стекло,
Вот уж он бы моим насладился позором.
Будь мы взрослыми, я бы ему не простил,
Я навеки порвал бы с таким негодяем.
В детстве все по-другому. Поймал. Отлупил.
И опять как ни в чем не бывало играем.

***

На школьных утренниках
Спросишь малышей: — Вопросы есть?
И — ручонок поднятых не счесть.
Спросишь старшеклассников, — смутятся.
Глупыми боятся
Показаться?
Но вопросов глупых нет.
Глупым может быть ответ.

***

«МАМА, ПАПА» — выводит малыш не спеша,
И ломается грифель у карандаша.
«ПЕТЯ» — пишет мальчишка, гордыней томим.
Все пометит он именем гордым своим.
«НИНА» — пишет подросток.
Опять для него
Кто-то в мире важнее его самого.
И всю жизнь не стираются те письмена.
То одно, то другое всплывает со дна.

ОШИБКА

Однажды он ошибку совершил,
Напуганный, не знал, куда деваться,
И, дорожа спокойствием души,
Поклялся вообще не ошибаться.
Чтоб не споткнуться, он замедлил шаг,
Чтоб не забыться, спорить не решался,
А собственное мненье прятал так,
Что, собственно, без мнения остался.
Он никому на свете не мешал.
Его встречали вежливой улыбкой.
Ошибок он уже не совершал.
Вся жизнь его теперь была ошибкой.

ЛЮБИМОЕ ИМЯ

Имя твое на снегу написал,
Стою и любуюсь им.
А раньше я все, что мог, украшал
Именем гордым своим.
Писал, чтобы кто-нибудь мог прочесть,
Что здесь я когда-то был.
Как некую весть
О том, что я есть,
Я имя свое любил.

***

Сидел смущенно в обществе лжецов.
Молчал. Словечка вставить не пытался.
И не заметил сам в конце концов,
Как, не сказав ни слова, изолгался.

ПЕРВОКЛАССНИЦА

— Доченька, скажи мне, ты поела?
— Мамочка, вся миска опустела.
— Доченька, ты чаю попила?
— Мамочка, две чашки налила.
— А с заданьем на дом все в порядке?
— Мамочка, проверь мои тетрадки!
— А с уроком как дела у дочки?
— Весь стишок запомнила до строчки.
— Как дела у куклы у твоей?
— Мамочка, не спрашивай о ней.
Я уж и не знаю, как с ней быть.
Не желает есть, не хочет пить.
Спросишь про задание, заплачет
И тетрадку под кроватку спрячет.
А попросишь рассказать стишок,
Вытаращит глазки — и молчок.

Берестов. Стихи для детей. Три дороги

Три дороги
Скрижаль познанья — классная доска
Бабушка Катя
Уроки
В магазине игрушек
Заяц-барабанщик
Петушки
Весенняя сказка
Гололедица
Коза
Песочница
Читалочка
Он руку над партою тянет и тянет
Где право, где лево
Третья попытка

Три дороги

Приходил я в первый класс

По одной их трех дорог.

Приходилось каждый раз

Выбирать одну их трех.

Первая из них была

Длинной улицей села.

Там из окон, из ворот

Все поглядывал народ.

Я товарищей встречал,

Различал их за квартал,

То кого-то поджидал,

То кого-то догонял.

А вторая за мостом

Потаенною тропой

Вьется в ельнике густом.

Птиц послушай. Песню спой.

Посиди чуть-чуть на пне

Сам с собой наедине.

Третья тропка коротка.

Три минуты до звонка.

Мчишься, голову сломя,

Между первыми двумя.

Скрижаль познанья — классная доска

И целых десять лет по той скрижали

Рисунки, цифры и слова бежали.

И чья-нибудь стирала их рука.

Налево — окна чуть не во всю стену,

Направо дверь, как будто вход на сцену.

А позади? Но ты гляди вперед.

Не вздумай оглянуться — попадет!

Бабушка Катя

Вижу, бабушка Катя

Стоит у кровати.

Из деревни приехала

Бабушка Катя.

***

Маме узел с гостинцем

Она подает.

Мне тихонько

Сушеную грушу сует.

Приказала отцу моему,

Как ребенку:

«Ты уж, деточка, сам

Распряги лошаденку!»

***

И с почтеньем спросила,

Склонясь надо мной:

«Не желаешь ли сказочку,

Батюшка мой?»

Уроки

Учил уроки. Повторял уроки.

Уроки сделав, на уроки мчал.

Как слушал я уроки на уроке!

Как у доски уроки отвечал!

А заслужив укоры иль упреки,

Я тут же извлекал из них уроки.

За педагогом следовал я взглядом.

Меня не отвлекало ничего.

А кто тогда сидел за партой рядом,

Пусть он простит, не слышал я его.

Ученье… Человеком правят страсти,

А я у этой страсти был во власти.

В любом из нас сидит школяр-невольник,

Боящийся, что вызовут к доске.

В любом из нас живет веселый школьник,

Чертящий теоремы на песке.

За школьный дух без примеси школярства,

Как за коня, готов отдать полцарства.

В магазине игрушек

Друзей не покупают,

Друзей не продают.

Друзей находят люди,

А также создают.

***

И только у нас,

В магазине игрушек,

Огромнейший выбор

Друзей и подружек

Заяц-барабанщик

За уши зайца

Несут к барабану.

Заяц ворчит:

— Барабанить не стану!

***

Нет настроения.

Нет обстановки.

Нет подготовки.

Не вижу морковки.

Петушки

Петушки распетушились,

Но подраться не решились.

Если очень петушиться,

Можно пёрышек лишиться.

Если пёрышек лишиться,

Нечем будет петушиться.

Весенняя сказка

Дружно

Ударились

Рыбы

Об лёд,

И на реке

Начался

Ледоход.

Гололедица

Не идётся и не едется,

Потому что гололедица.

Но зато

Отлично падается!

Почему ж никто

Не радуется?

Коза

В дверь вошло животное

До того голодное:

Съело веник и метлу,

Съело коврик на полу,

Занавеску на окне

И картину на стене,

Со стола слизнуло справку,

И опять пошло на травк

Песочница

Посреди двора — гора

На горе идёт игра.

Прибегайте на часок,

Залезайте на песок:

***

Чистый, жёлтый и сырой

Хочешь — рой, А хочешь — строй,

Хочешь — куклам испеки

Золотые пирожки.

***

Приходите к нам, ребята

Не забудьте взять лопаты

Экскаваторы, совки,

Вёдра и грузовики.

***

Тут и крики, тут и смех

И работа есть у всех

Читалочка

Как хорошо уметь читать!

Не надо к маме приставать,

Не надо к бабушке идти:

***

— Прочти, пожалуйста! Прочти!

Не надо умолять сестрицу:

— Ну, почитай еще страницу!

***

Не надо звать.

Не надо ждать.

А можно взять

И почитать!

Он руку над партою тянет и тянет.

Он руку над партою тянет и тянет.

Неужто никто на него и не взглянет?

Он — весь нетерпенье: «Спросите меня!»

Как будто, загнав по дороге коня,

Сюда он примчался со срочным пакетом,

Со срочным пакетом и точным ответом.

Не нужно отметок в журнал и в дневник,

Довольно того, что он в тайну проник,

Что чудо свершилось, задача решилась…

Спросите, пожалуйста! Сделайте милость!

Где право, где лево

Стоял ученик на развилке дорог.

Где право, где лево, понять он не мог.

Но вдруг ученик в голове почесал

Той самой рукою, которой писал.

И мячик кидал, и страницы листал.

И ложку держал, и полы подметал.

«Победа!» — раздался ликующий крик.

Где право, где лево, узнал ученик.

Третья попытка

Ты не сразу бросаешь арену

И не сразу подводишь черту.

Три попытки даются спортсмену

Для того, чтобы взять высоту.

***

Неудача, но ты не в убытке:

Снова близок решающий миг.

Ты готовишься к третьей попытке,

Наблюдая попытки других.

***

Разбежался. Взлетел. И — готово!

…Возвещая о новой борьбе,

Выше ставится планка, и снова

Три попытки даются тебе.

***

А не вышло (попытка — не пытка),

Стиснув зубы, готовься и жди.

И выходит, что третья попытка

Остается всегда впереди.

Марина Короткова

Заведующая библиотекой Центра развития творчества детей и юношества им. А. В. Косарева, Москва

2008 год объявлен в России Годом семьи. И вот ещё в праздничный день, в каникулы, одна из читательниц, педагог по профессии, попросила подобрать «стихи о семье». Первый из авторов, кто вспомнился, – Валентин Берестов. Стихотворение из цикла «Перекрёсток детства»:

Любили тебя без особых причин
За то, что ты – внук,
За то, что ты – сын,
За то, что малыш,
За то, что растёшь,
За то, что на папу и маму похож.
И эта любовь, до конца твоих дней
Останется тайной опорой твоей.

В книге воспоминаний «Детство в маленьком городе» В.Д.Берестов писал: «Сколько ласковых глаз сияло надо мной! Привык, что все меня любят… Доброта родных и земляков избаловала меня в начале жизни. Став взрослым, никак не мог привыкнуть, что кто-то мне не рад и вообще не ждёт от меня ничего хорошего».

В поэзии Берестова слова «мать», «отец», «бабушка», «брат» встречаются особенно часто. Если собрать все эти стихи вместе, получится своеобразная «семейная хроника». Один из сборников поэта называется «Семейная фотография» (М., 1973), по одноимённому стихотворению:

Натягиваю новую матроску,
И поправляет бабушка причёску,
На папе брюки новые в полоску,
На маме ненадёванный жакет,
Братишка в настроении отличном,
Румян и пахнет мылом земляничным
И ждёт за послушание конфет.
Торжественно выносим стулья в сад.
Фотограф наставляет аппарат.
Смех на устах. Волнение в груди.
Молчок. Щелчок. И праздник позади.

В 2008 году исполняется 80 лет со дня рождения Валентина Дмитриевича, он родился в 1928-м, в самый несерьёзный день в году – 1 апреля:

А я родился первого апреля.
Отец мой, возвращаясь из поездки,
Услышал по дороге эту новость
И не поверил: «Значит, не родился,
А если и родился, то не сын.
Нет, шутники хватили через край.
Шутить, шути, да в шутках меру знай!»

Одно из первых воспоминаний детства (Вале тогда было не больше трёх лет) и любимое стихотворение его матери:

Вечер. В мокрых цветах подоконник.
Благодать. Чистота. Тишина.
В этот час, голова на ладонях,
Мать обычно сидит у окна.
Не откликнется, не повернётся,
Не подымет с ладоней лица.
И очнётся, как только дождётся
За окошком улыбки отца,
И подтянет у ходиков гири,
И рванётся навстречу ему.
Что такое любовь в этом мире,
Знаю я, да не скоро пойму.

Мама Вали играла в самодеятельности, и, когда она готовила роль, из еды в доме бывала только тюря:

Мама ходит, брови хмуря,
Громко шепчет, учит роль.
Значит, нынче будет тюря:
Лук да масло, хлеб да соль.
Пол не мыт, цветок не полит,
Под плитой огонь погас.
И никто детей не школит,
Не воспитывает нас.
Артистической натуре
В день премьеры дела нет
До забот житейских. Тюря –
Вот наш праздничный обед.
Разбиваются стаканы,
Отбиваются от рук.
В миску воду льём из крана,
Хлеб крошим и режем лук.
А в глазах у мамы буря,
А в движеньях торжество.
Вот так тюря!
Что за тюря!
Нет вкуснее ничего!

И вот сын в зрительном зале смотрит на маму-артистку:

Пулемётчицу мама играла,
А у сына душа замирала.
До чего ж весела и смела
Пулемётчица эта была.
Мама, мамочка, вот ты какая!
Своего торжества не тая,
Всех соседей тряся и толкая,
Сын шептал: – Это мама моя!
А потом его мама играла
Дочку белого генерала.
До чего же труслива и зла
Генеральская дочка была.
Сын сквозь землю хотел провалиться.
Ведь позором покрыта семья.
А вокруг восхищённые лица:
«Не узнал? Это ж мама твоя»?
(«Самодеятельность»)

В воспоминаниях Берестов писал о себе – «социальный полукровка»: одна бабка – крестьянка, другая – дворянка. Мать Валентина Берестова, Зинаида Фёдоровна, была дочерью известного в округе помещика Фёдора Телегина и Александры – дворянки старинного рода Труновых. Фёдор Телегин, правда, сам был родом из крестьян, но разбогател и стал владельцем имения Серебрено, неподалеку от Мещовска. Отец Валентина Берестова, Дмитрий Матвеевич Берестов, был из крестьян, но из крестьян экономических, тех, что принадлежали казне и не знали крепостного права. С детства он полюбил чтение, учился в Полтаве в Учительской семинарии, затем, когда началась Первая мировая война и офицеров из высших сословий стало не хватать, был принят в офицерскую школу, откуда отправлен на фронт. Впоследствии работал школьным учителем, преподавал историю. Обладая прекрасным голосом, он пел в детстве в церковном хоре, а позже сыновьям своим пел колыбельные Моцарта, Чайковского и песни Вертинского.

Отец мой не свистел совсем,
Совсем не напевал.
Не то, что я, не то, что я,
Когда я с ним бывал.
Не в полный голос, просто так,
Не пел он ничего.
Все говорят, что голос был
У папы моего.
Певцом не стал, учил детей,
В трёх войнах воевал…
Он пел для мамы, для гостей.
Нет, он не напевал.
А что мы просто так поём –
Та-ра да ти-ри-ри, –
Наверное, звучало в нём,
Но где-то там, внутри.
Недаром у него была
Походка так легка,
Как будто музыка звала
Его издалека.

Началась Великая Отечественная война, и отца призвали на фронт, об этом стихи «Первый вечер войны»:

Шёл первый вечер,
быть может, последней войны.
Как на поминках, едим со слезами блины.
Долго сидим, и едим, и глядим на отца.
Тихо, так тихо, что слышно, как бьются сердца.
Сладок чаёк, да на лицах печали печать.
Что ж не приходит рассыльный повестку вручать?
Может, и с этой, как с Первой войны мировой
Или с Гражданской, отец возвратится живой.
Нитки. Иголка. Опасная бритва. Блокнот.
Сборы и вправду недолги в далёкий поход.
Выйдет пехота планету спасать и страну.
Как на работу, собрался отец на войну.

В семье Берестовых было трое сыновей (третий сын родился уже после войны). О себе и своих братьях Валентин Дмитриевич писал:

* * *
Дом
Ходуном.
Мать ужасом объята:
– Опять дерутся!
Брат идёт на брата.
И гонит нас во двор,
В толпу ребят.
Двор ходуном:
Встаёт за брата брат!

* * *
Итак, беру я ножницы,
Гребёнку и халат.
Сидит, как в парикмахерской,
Мой пятилетний брат.
И просит он все локоны
Отстричь до одного,
Чтоб женщины в покое
Оставили его.

МЛАДШИЙ БРАТ

Ведь надо же! Брат ещё верит всерьёз
Тому, что давно для меня под вопросом.
Когда он пыхтит, он ещё паровоз.
А мне уже больше не быть паровозом.

Валентин был старшим из братьев, и, когда отец ушёл на фронт, он – старший мужчина в семье:

МУЖЧИНА

Отца на фронт призвали.
И по такой причине
Я должен жить отныне
Как следует мужчине.
Мать вечно на работе.
Квартира опустела.
Но в доме для мужчины
Всегда найдётся дело.
Слежу я за братишкой,
В порядке ли одёжка.
Варю обед: в мундире
Горячая картошка.
Полны водою вёдра.
Подметена квартира.
Посуду мыть несложно –
на ней ни капли жира.
С невозмутимым видом,
солидным и достойным,
Во двор, к помойной яме,
иду с ведром помойным,
С трех карточек талоны
стригут мне в «гастрономе».
Кормилец и добытчик. Мужчина.
Старший в доме.
Я искренне уверен,
Что стал отцу заменой.
Но в жизни той далёкой,
блаженной, довоенной
Отец не занимался
Подобными делами.
Мать заменила папу.
Я помогаю маме.

Между тем от отца долго не было известий, и в 1942-м четырнадцатилетний подросток пишет стихотворение «Отцу»:

Отец мой! Ты не шлёшь известий
Уж целый год семье родной,
Но дни, когда мы были вместе,
Во сне встают передо мной.
И оживает прожитое:
Камыш и даль родной реки,
И ты, склонившись над водою,
Глядишь устало в поплавки.
Вновь я, малыш, с тобою рядом
Стою, молчание храня,
А ты таким приветным взглядом
Порою смотришь на меня…
И вновь попутная телега
Стучит, клубится пыль дымком.
И старый конь, устав от бега,
Плетётся медленным шажком.
Ни звука тишь не нарушает.
Лишь глупый перепел с утра
Не умолкая повторяет
Всё «спать пора» да «спать пора».
И жизнь опять течёт сначала,
Всё той же радостью полна,
Как будто нас не разлучала
Неумолимая война.
Как будто были сном кошмарным
Все потрясенья и нужда,
А утро светом лучезарным
Их разогнало без труда.

Отец вернулся живым и с этой, для него третьей по счёту, войны. Он вырастил троих сыновей и для каждого из них был в жизни примером:

ОБРАЗЕЦ

У старшего брата был звонкий отец,
Кумир городка, краевед и певец.
Ему подражая и в этом, и в этом,
Историком сделался сын и поэтом.
У среднего брата был грустный отец,
Рыбак и от скуки казённой беглец.
Развёл цветничок, огородик за домом.
Ему подражая, сын стал агрономом.
У младшего брата был старый отец,
Мудрец, запредельного мира жилец.
Он книги искал, собирал и читал.
И сын в подражание книжником стал.
Так возраст и время меняли его,
Крутила эпоха отца моего.
И только в одном не менялся отец:
Для каждого сына он был образец.

«Крутила эпоха отца моего», – пишет Берестов. В 1936 году Дмитрия Матвеевича исключили из партии, вызывали по ночам на допросы в НКВД. Спасая свою семью, он уехал из Мещовска. В 1988 году Валентин Дмитриевич написал об этом стихотворение «Доказательства (1936 г.)».

«Берестов, – отцу сказали, –
Признавайся: ты эсер.
Доказательства искали,
Пыль в архивах подымали,
В украинских, например.
А теперь мы их предъявим.
Ты не зря эсерство скрыл.
Что в Екатеринославе
Ты на съезде говорил?
С чем ты шёл к эсерам этим?
Что сказал им про террор
В тысяча девятьсот третьем?»
– Что сказал? Наверно, вздор.
Что ещё сказать в то время
Мог ребёнок лет восьми?
«Как восьми? У, вражье семя!
Выкрутился, чёрт возьми!»

Во время войны отец Берестова был в плену и по возвращении на родину вынужден был работать в сельской школе, в Калуге он работу найти не мог.
В их семье жили две бабушки: баба Саша, мать Зинаиды Фёдоровны, и прабабушка Александра Герасимовна, мать бабы Саши. О них Валентин Дмитриевич тоже рассказывает в своих стихах.

БАБА САША

Фея ласковая наша!
Дуги гордые бровей.
Называл я «баба Саша»
Маму матери моей.
В городке ходили толки
О былых грехах твоих,
И с усердьем богомолки
Ты замаливала их.
В чёрной шали, в платье строгом,
За себя прося, за нас,
На колени перед богом
Опускалась много раз.
Замирающие спицы,
Синий взгляд из-под платка…
Я ж водил по половице
Дутых пуговиц войска.
Я с Будённым бил кадетов,
Интервентов, юнкеров.
Клич «Ура!», «За власть Советов!»
Сотрясал твой тихий кров.

В книге воспоминаний Берестов писал о ней: «Моя голубоглазая черноволосая бабушка, мать пятерых детей, влюбилась в монаха-расстригу, бросила деда. Толки об этом я слышал в Мещовске через полвека после смерти деда».
И о прабабушке:

Прабабку-лишенку, прабабку-дворянку
Всегда я проведать спешил спозаранку.
За что ж от меня-то помещице честь?
Прабабка! Она не у всякого есть.
«Прабабушка, здравствуй!» –
«Пришёл, непослушник?
На пряничек, скушай. Возьми-ка наушник.
Опять Ковалёва. Пой, милочка, пой!
Ах, радио! Клад для старушки слепой!
Ну, хватит. Газета – рассадник культуры.
Давай-ка рассказывай карикатуры.
Кружок на глазу? Ах, монокль! Ну и ну!
В цилиндре да с бомбой? Подай, мол, войну!»
О, как потешалась она над Брианом,
Над Черчиллем, Гувером, Чжан Сюэ-ляном,
Как фыркала, губы ладошкой зажав,
Над мелкою спесью великих держав.
Шутила, кутила, катила в карете.
Смеясь и шутя, задержалась на свете.
Десятый десяток!.. Старушек толпа
Да конусом жёлтая риза попа.
Тут не было слышно «Вы жертвою пали».
По древнему чину её отпевали.

Прабабушка любила слушать народные песни в исполнении певицы Ковалёвой, увлекалась политикой и, несмотря на то что в это время была уже слепой, подписывалась на газету «Известия». Благодаря «Известиям» и прабабушке маленький Валя Берестов выучил первые буквы и прочёл первое слово. Об этом он рассказывает в воспоминаниях: «И всё же она (прабабушка) выучила меня первым двум буквам. На иных карикатурах, какие я ей рассказывал, средь бурного моря высился гордый утёс с четырьмя буквами по крутому обрыву. “Три одинаковых буквы рядом? – спросила прабабушка. – Не иначе СССР!” Первое прочитанное мною слово!» Валю и его братишку Диму бабушки называли Драгоцунчиком и Стрекотунчиком. Бабушки были «лишенками» – то есть лишёнными избирательных прав за дворянское происхождение.
Мать отца, бабушка Катя, жила в деревне Торхово. Она была второй женой Матвея Берестова и родила ему 18 детей, из которых выжило девять. Из деревни в гости она приезжала в телеге и сама правила лошадью.

БАБУШКА КАТЯ

Вижу, бабушка Катя
Стоит у кровати.
Из деревни приехала
Бабушка Катя.
Маме узел с гостинцем
Она подаёт.
Мне тихонько
Сушёную грушу суёт.
Приказала отцу моему,
Как ребёнку:
«Ты уж, деточка, сам
Распряги лошадёнку!»
И с почтеньем спросила,
Склонясь надо мной:
«Не желаешь ли сказочку,
Батюшка мой?»

Многие родственники Берестовых погибли на войне. Не вернулись с войны два сына бабы Саши. Двоюродные братья Валентина Берестова Василий и Константин – внуки бабы Кати – тоже не вернулись с войны. В стихотворении «Рубаха» Валентин Дмитриевич рассказал о двоюродном брате Василии:

Родители-то разные, а бабушка одна.
И брата из деревни к нам привезла она.
И был я, шестилетний, ему всех больше рад.
Учился на учителя двоюродный мой брат.
Какой он был весёлый! Какой он добрый был!
Какие он рубахи красивые носил!
Пришёл в рубахе белой. И на крыльце у нас
Мы на часы собора глядели битый час.
И перед тем как мама сказала: «Марш в кровать!»,
Мы научились время по стрелкам узнавать.
Потом в рубахе синей за мною он пришёл,
Привёл к другим студентам и усадил за стол.
И диктор, как учитель, для всех повёл рассказ.
Так громкоговоритель я слушал в первый раз.
Но вот в рубахе чёрной мой брат явился в дом,
И отпустила мама в деревню нас вдвоём.
Ах, у рубашки новой один большой секрет:
В корыте с краской в кухне она меняла цвет.
И вновь она – смотрите! – как новая глядит.
А громкоговоритель всё строже говорит…
Брат милый, с поля боя не возвратился он.
Серебряной трубою сияет граммофон.
Любимая пластинка, шипя, по кругу шла:
«Стаканчики гранёные упали со стола».
В избе раскрыты окна. Под окнами – друзья.
«Упали и разбилися, как молодость моя».

Василий воевал под Киевом, был политруком, попал в окружение. Затем был в партизанском отряде. В 1944 году Василий Григорьевич пропал без вести. Незадолго до этого родители получили от него два письма, в одном из них он просил не беспокоиться, если от него долго не будет известий.
Отец героя стихотворения «Костик» Николай Матвеевич Берестов был председателем колхоза. Когда пришли немцы, его назначили старостой, но он сумел сохранить колхозное стадо, не выдав оккупантам ни одной головы скота. Несмотря на это, после освобождения села Красной Армией (в начале 1942 года) он был арестован и отправлен в узбекские лагеря. За него вступились жители села, и в 1945 году он был освобождён и реабилитирован, но здоровье было подорвано, и вскоре он умер. А его сына Константина, которому не исполнилось ещё и 18 лет, призвали в армию и, как сына «врага народа», направили в штрафной батальон. Он погиб через несколько месяцев, в 1942 году, подорвавшись на мине (штрафники были брошены на минное поле впереди техники):

Кто помнит о Костике,
Нашем двоюродном брате,
О брате-солдате,
О нашей давнишней утрате.
Окончил он школу
И сразу погиб на войне.
Тебе он припомнился,
Мне он приснился во сне.
В семейных альбомах
Живёт он на карточке старой
(Играть не играл он,
Но снят почему-то с гитарой).
И что-то важнее,
Чем просто печаль и родство,
Связало всех нас,
Кто ещё не забыл про него.

Стихи о бабушках-лишенках и брате Костике были опубликованы только в 1970-х годах. И здесь уместно было бы вспомнить ещё одно стихотворение Берестова.

ПОДТЕКСТ

В моих стихах подвоха не найдёшь.
Подспудно умным и подспудно смелым
Быть не могу. Под правдой прятать ложь,
Под ложью правду – непосильным делом
Считаю я. Пишу я что хочу,
О чём хочу, о том и промолчу.
Ну, а подтекст в отличье от подвоха
Стихам даёт не автор, а эпоха.

Шли годы, и Валентин Берестов из внука и сына превратился в отца, а затем и в деда. Когда у него родилась дочь Марина, появились стихи для детей. «Моя дочь Марина вдохновила меня на стихи и сказки для малышей», – писал в автобиографической записке «О себе» В.Д.Берестов. Например, известное стихотворение «Про девочку Марину и её машину» или стихотворение «Конь»:

Я для дочери моей
Самый лучший из коней.
Я умею громко ржать
И цокать звонко.
И верхом, верхом, верхом
На коне своём лихом
Так и носится
Наездница-девчонка.
А наутро нет коня.
Он уходит на полдня,
Притворяется сердитым,
Деловитым,
Но мечтает об одном:
Стать бы снова скакуном.
И, дрожа от нетерпенья,
Бьёт копытом.

А затем появились и стихи о внуке.

НА РОЖДЕНИЕ ВНУКА

Как в детстве, бабушка
Со мной дружна.
Но эта бабушка –
Моя жена!

ПРОГУЛКА С ВНУКОМ

Деду нравятся берёзки
И осины.
Внуку нравятся киоски,
Магазины.
Взял он маску людоеда,
Взял наклейки.
Не осталося у деда
Ни копейки.

На одной из встреч с читателями Валентин Дмитриевич сказал: «Все сюжеты я брал из своей собственной жизни. Всё, что у меня в стихах написано, было со мной…» Приведённые здесь стихи, объединённые единой темой, темой семьи, – это своеобразная история рода Телегиных-Берестовых, неразрывно связанная с историей нашей страны.
И ещё несколько стихотворений, не вошедших в статью, тоже на «семейную» тему: «Письмо от бабушки», «Френч», «Проснувшись, подхожу к окну…», «Купание», «Дверь», «За письменным столом отца…», «Отец на рыбалке», «Отцовский подарок», «У бабушки», «Родительский день (1940)», «Ночные разговоры с отцом», «Страшный сон», «Мама уехала», «Родители ушли в театр», «Бумажные кресты», «Один лишь раз, и то в начале детства…».

Читать стихотворение Семейная фотография

Натягиваю новую матроску,
И поправляет бабушка причёску,
На папе брюки новые в полоску,
На маме ненадёванный жакет.
Братишка в настроении отличном,
Румян и пахнет мылом земляничным,
И ждёт за послушание конфет.
Торжественно выносим стулья в сад.
Фотограф наставляет аппарат.
Смех на устах. Волнение в груди.
Молчок. Щелчок. И — праздник позади.

План анализа стихотворения Семейная фотография

Напишите пару слов о личности автора стихотворения

Напишите доминирующие направления его поэзии, укажите факты биографии автора связанные с сюжетом произведения анализ которого вы производите. Определите место стихотворения в творчестве поэта. Укажите дату написания стихотворения.

Определите жанр

  • Эпитафия — посмертное;
  • эпиграмма — сатирический портрет;
  • элегия — грустное стихотворение чаще всего о любви;
  • послание, поэма, баллада, роман в стихах;
  • песня, сонет, ода, лирическое стихотворение;

Выделите ведущую тему стихотворения

  1. Любовная лирика — стихотворение о любви и чувствах.
  2. Пейзаж — описывается красота природы.
  3. Философия — автор рассуждает о смысле всего сущего и категориях бытия.
  4. Общественно-политическая — стихотворение посвящено социально значимым проблемам.

Определите сюжет

В стихотворении есть выраженный сюжет, если автор описывает образы событий (укажите какие именно события); без выраженного сюжета — автор описывает только образы чувств (какие именно чувства).

Раскройте тему стихотворения

Для этого можно попробовать разделить стихотворение на смысловые блоки и проследить развитие темы произведения и изменения его характера в каждом отдельно взятом блоке.

Укажите с какой целью его написал автор, предположите какое у автора в этот момент было настроение, какие автор переживал эмоции в процессе написания произведения, какие ощущения и ассоциации вызывает это стихотворение у вас.

Приведите примеры схожих произведений автора. Выделите проблематику стихотворения, задавая вопросы к тексту и подтексту произведения, зачастую проблематика скрыта в подтексте произведения но иногда и указана напрямую.

После того как мы уже провели часть анализа мы можем перейти к художественным средствам, с помощью которых автор создал образы в произведении.

Выявим организацию поэтической речи. «Размер стихотворения»:

  1. Ямб 4х стопный (_ _’ / _ _’ / _ _’ /_ _’ — ударение на каждом втором слоге)
  2. Хорей 3х стопный (‘_ _ / ‘_ _ / ‘_ _)
  3. Дактиль (‘_ _ _ )
  4. Амфибрахий (_ _’ _)
  5. Анапест (_ _ _’) и т.д.

Как вы видите отличия состоят в количестве слогов в строке и размещении ударения, которое составляет ритм стиха в целом.

Определим какую рифму использовал автор

  • абаб — перекрестная (рифмуются четные и нечетные строки);
  • аабб — парная (рифмуются 2 строки подряд);
  • абба — кольцевая (рифмуется 1 и 4 строка, а также 2 и 3-я).

Проведем анализ лексики

Для этого выделим из текста произведения специальные изобразительные средства:

  • аллегория — иносказательное изображение абстрактного понятия/явления через конкретные образы и предметы;
  • эпитеты — художественное определение или определение при слове, влияющее на его выразительность.
  • ирония — скрытая насмешка или троп, в котором истинный смысл скрыт или противоречит (противопоставляется) смыслу явному. Ирония создаёт ощущение, что предмет обсуждения не таков, каким он кажется.
  • гипербола — художественное преувеличение;
  • литота — художественное преуменьшение;
  • метафора — троп, слово или выражение, употребляемое в переносном значении, в основе которого лежит неназванное сравнение предмета с каким-либо другим на основании их общего признака.
  • олицетворение — троп, приписывание свойств и признаков одушевлённых предметов неодушевлённым.
  • сравнение — процесс количественного или качественного сопоставления разных свойств (сходств, отличий, преимуществ и недостатков) двух объектов.

Проведем анализ синтаксиса

Выявим специальные синтаксические средства — стилистические фигуры:

  • повторение
  • инверсия — необычный порядок слов в предложении с очевидным нарушением синтаксической конструкции;
  • — умолчание — незаконченное, неожиданно оборванное предложение, в котором мысль высказана не полностью, читатель должен домать ее сам.
  • риторический вопрос — риторическая фигура, представляющая собой не ответ на вопрос, а утверждение. Это вопрос, ответ на который не требуется или не ожидается в силу его крайней очевидности.
  • риторическое обращение — стилистическая фигура: обращение, носящее условный характер. В нём главную роль играет не текст, а интонация обращения
  • риторическое восклицание — приём передачи кульминации чувств. Оно передаёт различные эмоции автора: удивление, восторг, огорчение, радость и т. п.

Анализ фонетического строя речи или поэтической фонетики:

  • аллитерация — повторение одинаковых или однородных согласных в стихотворении, придающее ему особую звуковую выразительность;
  • ассонанс — повторение гласных звуков;
  • анафора — единоначатие, стилистическая фигура, состоящая в повторении сродных звуков, слова или группы слов в начале ряда фраз или строф;
  • эпифора — противоположность анафоры — повторение одинаковых слов в конце нескольких фраз или строф.

В завершающей стадии анализа можно сказать в целом о лирике автора и пояснить как творчество поэта повлияло на ваше мировоззрение и жизнь в целом

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *