Декабристы

Содержание

1)Декабристы стремились: а)привлечь к своему выступлению народные массы б)не допустить участия к выступлению крестьян в)привлечь к своему выступлению армейские части 2)Бородинское сражение произошло: а) 26 августа 1812 б) 8 ноября 1812 в) 14 декабря 1812 3)Современниками были: а)Александр 1 и Наполеон Бонопарт б)Александр 1 и Кромвель г)П.Пестель и А.Меньшиков. 4)Лишним в ряду является: а)П. И.Багратион б)А.П.Тормасов в)М.Б.Барклай де Толли г)Д.Давыдов 5)Верховная власть в России в начале 19в принадлежала: а)Императору б)Сенату в)Синоду 6)Форма,правления,основанная на неограниченной власти монаха,называется: а)республикой б)абсолютизмом в)тиранией 7)Назовите привлегированные сословия 19в в России а)дворяне б)купечество в)казаки

еспублику 3) федерацио4) конституционную монархиюонцу века численность населения в Англии сократиласферах деятельности, как:у сельское, лесное и рыбное хозяйство 2) промышленность3) торговля и транспорт13. К концу века чінглии сократилась более чем в 1,5 раза в таких4) промышленность, торговля и транспорт2 для развития Франции к концу XIX в.14. Укажите черту, характерную для развития Франции к к1) участие в колониальном разделе Африки2) запрет деятельности всех политических партий, кроме республиканско3) сохранение крупного помещичьего землевладения4) соединение законодательной и исполнительной власти в руках президентаКой1 Австро-Венгрии к концу XIX в.15. Укажите черту характерную для экономического развития Австро-Венгрии к се1) превращение в лидера экономического развития2) широкое предоставление займов другим государствам3) равномерность экономического развития всех регионов страны4) главная форма объединения предприятий — картели16. Большая часть государств Европы в конце 19 века:1) была на стадии начального процесса модернизации2) не освободилась от остатков феодализма3) переживала экономические кризисы4) была на стадии завершения промышленного переворота17. Что характеризует особенности экономического развития США в конце XIX века1) высокие темпы экономического роста,2) высокий уровень монополизации производства3) наличие высококвалифицированной, рабочей силы4) Высокий уровень военных расходов б.18. Отметьте верные утверждения;1) Викторианской эпохой называют в истории Великобритании период с 1870 по 1911 годы2) Политика «войны против бедности» была провозглашена Дизраэли3) Закон о гормруле предусматривал предоставление самоуправления Ирландии4) Назначение министров в правительство Германии было прерогативой канцлера5) Третья республика во Франции быва провозглашена в 1870 году6) Особенностью политической системы Франции в конце 19 века была многопартийная система7) Создание Антанты завершилось в 1907 году8) В конце 19 века США были парламентской республикой.19. Выберите черты сходства между развитием Италии и Австро-Венгрии1) создание государственного сектора в экономике2) монархическая форма правления3) массовая эмиграция4) проведение отдельных либеральных реформ при сохранении национального гнета20. Отметьте пункты, характеризующие особенности экономического и политическогоразвития Германии:1) высокие темпы развития;2) индустриально-аграрная страна;3) конституционная монархия;4) большая роль государства в экономике;5) огромные колониальные владения​

1. Декабристы стремились:а) привлечь к своему выступлению народные массы,б) не допустить участия в выступлении крестьян,в) привлечь к своему выступлению армейские части.2. Бородинское сражение произошло:а) 26 августа 1812г.б) 8 ноября 1812г.в) 14 декабря 1812г.3. Современниками были:а) Александр 1 и Наполеон Бонапарт,б) Александр 1 и Кромвель,в) Пестель и Меньшиков.4. Лишним в ряду является:а) Багратион,б) Барклай де Толли,в) Д. Давыдов.5. Верховная власть в России начале 19 в принадлежала:а) императору,б) Сенату,в) Синоду.6. Форма правления, основанная на неограниченной власти монарха, называется:а) республикой,б) абсолютизмом,в) тиранией.7. Назовите привилегированные сословия в 19в. в России:а) дворяне,б) купечество,в) казаки.8. Автором проекта реформ по преобразованию государственного аппарата в 1810-1811гг. был:а) П. А.Строганов,б) А.А. Аракчеев,в) М.М. Сперанский.9. Укажите , какая из религий в России 19 в. была признана основной:а) православие,б) католичество,в) ислам.10. М.М. Сперанский в своем проекте реформ предлагал:а)ввестимонархию,ограниченню парламентом;б) ввести республику;в) сохранить самодержавие11. Укажите годы правления Александра1:а) 1767-1825;б) 1801-1825;в) 1801-1815.12. Кому из русских царей принадлежат слова: « В России велик тот, с кем я говорю, и только покая с ним говорю»? а) Павлу1;б) Александру1в) Николаю 1.13. Герасим Курин, Архип Семенов, Александр Фигнер были:а) партизанами в1812 г.б) поэтами;в)гусарами.14. Укажите одного из крупнейших предпринимателей в России в начале 19 в.:а) П. Г. Демидов;б) П. А.Шувалов;в) А. А. Аракчеев.15. Годы правления Николая 1:а) 1801-1825ггб) 1825-1855ггв) 1800-1855гг16. Укажите автора «теории официальной народности» :а) С.С. Уваров;б) Николай 1;в) А.А. Аракчеев.17. Кому принадлежала вся полнота власти наместах в первой половине 19в.а) губернаторам;б) дворянским собраниям;в) полицмейстер. 18. Какую функцию выполняло 3 отделение собственной канцелярии императора:а) ведало политическим сыском;б) ведало хозяйственными вопросами;в) управляло Польшей.

Ответ оставил Гость

1. в
В первую очередь, декабристы стремились привлечь армейскую часть, так как наследник престола Николай Павлович не пользовался успехом у армейской части населения. Декабристы считали, заручись они поддержкой армии — победа обеспечена.
2. а
3. а
Александр | (1777-1825)
Наполеон Бонапарт (1769-1821)
4. в
Так как Багратион, Барклай де Толли, Д. Давыдов служили в русской армии и участвовали в войне 1812 года, но Давыдов был подполковник, в то время как остальные были генералами и главнокомандующими.
5.а
В начале XIX века Российская империя была абсолютной монархией, что означало, что верховная власть пренадлежала императору.
6. б
7. а, б
8. в
9. а
10. а
М. Сперанский был убежденный конституционалист, следовательно, предлагал ввести монархию, ограниченную парламентом.
11. б
12. а
13. а
14. в
15. б
16. а
Смотрите приложение.
17. а
Вся полнота власти в местах в первой половине XIX века пренадлежала генерал-губернаторам и губернаторам.
18. а
Наиболее известно снискавшее себе недобрую славу III отделение Собственной Е. И. В. Канцелярии. Было создано 3 июля 1826 года, во главе стоял А. Х. Бенкендорф.
Император Николай I преобразовал особенную канцелярию в самостоятельное учреждение, снабженного чрезвычайными полномочиями.
III отделение занималось сыском и следствием по политическим делам, осуществляло цензуру, боролось со старообрядчеством и сектантством, расследовало дела о жестоком обращении помещиков с крестьянами и т. д.

Оценить ответ

Миф о декабристах

Почему на протяжении 150 лет они оставались героями почти для всех слоев российского общества? Историк Ольга Эдельман составила хронологию отношения к декабристам: от окончания процесса над ними до развала СССР

Автор Ольга Эдельман

Дореволюционная Россия

Декабристы утверждаются в пантеоне главных героев русской истории

Даже когда декабристы жили в сибирской ссылке, многие — в том числе правительственные чиновники — относились к ним с глубоким уважением и даже восхищением. В европейской части России о них знали меньше, но Герцен и Огарев еще детьми знали о декабристах и считали их героями и мучениками свободы.

Такое же отношение окружало и вернувшихся из ссылки декабристов после амнистии 1856 года. Накануне великих реформ в обществе нарастали либе­ральные настроения и, следовательно, сочувствие идеям декабристов. К тому же в массовой литературе по-прежнему царил романтизм с его обостренным интересом к фигуре узника — мятежника, благородного страдальца, поплатившегося за свободолюбие, верность убеждениям, или же жертвы интриг и клеветы. Русская образованная публика 1850–60-х годов прекрасно знала и переведенного Жуковским «Шильонского узника» Байрона, и «Графа Монте-Кристо» Дюма (он к тому же был автором романа «Учитель фехтования», где речь шла о декабристах).

В пореформенной России цензура была смягчена, правительство объявило курс на гласность, и сразу же началась публикация декабристских мемуаров. То, что не могло пройти цензуру, публиковалось за границей, в первую очередь в герценовской вольной печати.

Титульный лист альманаха Александра Герцена и Николая Огарева «Полярная звезда». 1855 год © Wikimedia Commons

С 1863 года выходил журнал «Русский архив» Петра Бартенева, с 1870-го — журнал «Русская старина» Михаила Семев­ского. Бартенев по убеждениям был умеренным консерватором с нале­том славянофильства, Семевский был радикальнее и тяготел к либерально-народническим взглядам. Их бурная публикаторская деятельность, а также старания Евгения Якушкина, сына декабриста Ивана Якушкина, и других родственников и наследников декаб­ристов сыграли большую роль в соби­рании декабристских материалов. Более того — оставшихся декабристов (со времен восстания прошло почти полвека) активно побуждали к состав­лению новых записок и воспоминаний.

Тогда же декабристская тема вошла в русскую литературу, и характерно, что наиболее значительным посвящен­ным ей произведением стала поэма Некрасова «Русские женщины» — чистейшая апология жертвенного подвига любви и верности.

Восхищение декабристами стало своего рода общественным консенсусом, на этом сходились представители большинства появившихся во второй половине XIX века политических течений, кроме крайне правых. Все, от умерен­ных либералов до народовольцев, большевиков и эсеров, готовы были считать декабристов своими предшественниками, зачислить их в свой символический багаж. Это было тем легче, что в эпоху декабристских обществ оппозиционная мысль еще не делилась на разные направления, проявившиеся позднее (западники, славянофилы, либералы, демократы, радикалы и т. д.).

Декабристы называли свои идеи «либеральными», но слово это в их эпоху наделялось иным значением, нежели то, которое оно приобрело позднее. Политический окрас декабристов по более поздней шкале определить невозможно, тем более что это движение объединяло людей различных взглядов. Тем проще было позднейшим партиям считать себя их наследни­ками. В том числе Ленину с его пресловутой схемой трех этапов освободи­тельного движения в России, где «декабристы разбудили Герцена». Мани­фест 17 октября 1905 года снял цензурные барьеры, а заодно открыл доступ к материалам декабристского следствия. В предреволюционные годы декабристы все прочнее утверждались в пантеоне главных героев русской истории.

Послереволюционные годы, 1917 — 1920-е

Годятся ли декабристы в предшественники большевикам?

Титульный лист очерка Дмитрия Мережковского «Первенцы свободы». 1917 год

Неудивительно, что едва произошла Февральская революция, как в Петро­граде вышла из печати книжка Дмит­рия Мережковского «Первенцы сво­боды. История восстания 14 декабря 1825 года» с посвящением «продолжа­телю дела декабристов А. Ф. Керен­скому». В Петрограде устраивали вечера памяти декабристов. Деятели Февраля всех направлений считали декабристов своими предшествен­никами, это вытекало из давних традиций демократической, либеральной, радикальной интеллигенции. После Октября отношение к декабристам было не столь очевидно.

В первые годы советской власти на идеологическом фронте царила неразбериха. Большевикам было нужно переписывать историю под себя, нужны были героические предшест­венники. Но было неясно, годятся ли декабристы в таковые, ведь они хоть и революционеры, но классово чуждые, дворяне и, хуже того — офицеры, а в годы после Гражданской войны офицер стойко ассоциировался с белогвардейцем (военно‑патриотическая риторика с возвеличиванием Суворова, Кутузова, Багратиона вернулась только во второй половине 1930-х годов).

Разнообразным левацким деятелям, стремившимся стать идеологами новой власти, декабристы казались недостаточно революционными и народными, в отличие, например, от народных бунтарей Емельяна Пугачева и Степана Разина. Цитата из Ленина про декабристов  «Узок круг этих революционеров. Страшно далеки они от народа. Но дело их не пропало. Декабристы разбудили Герцена. Герцен начал революционную агитацию» (В. И. Ленин. Памяти Герцена, 1912). в начале 1920-х решающим аргументом еще не служила. С декабристами так запутались, что одна из брошюр 20-х годов вышла с заголовком «Революционеры или предатели-дворяне?».

При этом писали и печатали про декабристов невероятно много. Историко‑революционная тематика была на подъеме, она служила легитимации новой власти. Был и вполне естественный интерес к недавнему прошлому, помноженный на энтузиазм исследователей, получивших возможность полного доступа к архивам и ощущающих спрос публики на результаты своих изысканий.

Барельефное изображение пяти казненных декабристов на марке из серии «100-летие восстания декабристов». 1925 год © stamps.ru

В 1925 году широко отмечали столетний юбилей восстания декабристов. Множество книг издавалось под эгидой Нарком­проса, Центрархива, Академии наук, выходили журналы «Красный архив», «Исторический архив». Разнообразные советские, профсоюзные издательства выпускали популярные брошюры для народа в массовых дешевых сериях. Печатались и академические труды крупных ученых, и написанные ими же брошюры для широкого читателя, и творения авторов, имена которых заслуженно забыты.

Декабристы органично вливались в образ героя-революционера, которому старались соответст­вовать вернувшиеся из ссылок радикалы всех мастей — они активно создавали вокруг себя ореол мучеников. Все они числили декабристов своими предшественниками и использовали их для легитимации и утверждения своих притязаний на статус героев, пострадавших за свободу. Действовало влиятельное Общество политкаторжан и ссыльнопоселенцев, которое издавало книги и журнал «Каторга и ссылка».

Декабристы. Рисунок Сергея Чехонина для блюда Ленинградского фарфорового завода имени М. В. Ломоносова. СССР, 1925 год © Государственный Эрмитаж

Сталинская эпоха

Декабристы утверждаются в качестве предков большевиков

К началу 1930-х годов отношение советской власти к декабристам опреде­лилось и устоялось, как устоялось и представление власти о самой себе. Декабристы оказались прочно вписаны в пантеон героев-предшественников.

Советская власть нуждалась в героях из прошлого. Декабристы, несмотря на их классовую чуждость, оказывались наиболее подходящим примером, нейтральным и удобным во всех отношениях. Дело в том, что как раз с классово близкими возникали проблемы: это были или многочисленные враги большевиков, или официальные предшественники этих врагов (как народовольцы, от которых произошли эсеры). Набор приемлемых, удобных персонажей суживался до декабристов, Герцена и Огарева, петрашевцев, революционных демократов во главе с Чернышевским и собственно большевиков.

В сталинскую эпоху для историков декабристоведение (и еще пушкинистика) была той нишей, в которой сохранялась возможность исследований русского XIX века. В декабристоведение были привнесены элементы марксистских (в советском варианте) оценок. Надежным прикрытием стала служить ленинская схема трех этапов революционного движения  Ленин выделил этапы: дворянский, разночинский, пролетарский., где декабристам отводилась почетная роль героев первого, дворянского этапа.

В середине 20-х годов в советской науке прошла дискуссия, являлись ли декабристы революционерами или либералами. Подоплека состояла в том, что революционеров большевики считали положительными героями и своими предшественниками, а либералов — противниками, обслуживавшими интересы господствовавших классов. Разумеется, советской исторической науке удалось доказать революционный характер декабризма. Но исследователи перестали применять к ним часто употреблявшиеся в 20-х годах термины «заговор» и «бунт» и доказывали их неуместность, утверждая, что декабристы не заговорщики, они стремились не к политическому перевороту, а к более широким социальным преобразованиям. Термин «восстание декабристов» уступил место термину «движение декабристов».

Середина 20-х — начало 30-х годов были для декабристоведения периодом расцвета. Были написаны блистательные работы, до сих пор представляющие интерес. Можно смело рекомендовать сегодняшнему читателю труды П. Е. Щеголева, Б. Л. Модзалевского, С. Я. Штрайха, А. Е. Преснякова, С. Я. Гессена, Б. Е. Сыроечковского, М. К. Азадовского, С. Н. Чернова и многих других — в частности, яркие работы молодой М. В. Нечкиной.

В те годы сложился канон трактовки декабристов советской историографией. Он включал утверждения об их революционности, о подготовке военного восстания, о сравнительно большей прогрессивности Пестеля, выделявшегося на фоне своих сподвижников. Конечно же, желательно было видеть декабристов атеистами или хотя бы умалчивать об их религиозности. Трактовка тяготела к апологетичности, проблемные темы исследователи обходили молчанием. Причиной тому было не только давление принятой догмы, но и искренняя любовь к декабристам, желание ими восхищаться.

С середины тридцатых годов активность декабристских публикаций стала падать, а выходившие книги относились преимущественно к жанру нарочито сухих академических публикаций. В сороковые годы декабристская литература вообще практически прекратилась из-за войны. Немного ее выходило и в 1950–60-х годах: у хрущевской оттепели были другие герои.

1970–80-е годы: официоз и диссиденты

Чем декабристы устраивали и власть, и диссидентов?

Почтовая марка «150-летие восстания декабристов». 1975 год Использована картина Дмитрия Кардовского «Декабристы на Сенатской площади», 1927 год. © РИА «Новости»

Следующий всплеск интереса широкой публики к декабристам приходится на 1970–80-е годы. На этот раз его подпитывали заново востребованная в хрущевское время революционная романтика, официальная пропаганда, утверждавшая, что советская власть воплотила в жизнь мечты всех героев‑революционеров, а также готовность «перешедшей на антисоветские позиции» интеллигенции видеть в декабристах своих предшественников, а в самодержавии — параллели с советским режимом. В очередной раз декабристы оказались парадоксальной точкой консенсуса.

Декабристы. Репродукция гравюры Виктора Пензина. 1980 год © РИА «Новости»

Для интеллигенции на первый план выступила проблема свободной личности, противостоящей тираническому режиму, с насущными вопросами нравственно-этического свойства. Они были сформулированы Натаном Эйдельманом как дилемма о «подвиге ожидания и подвиге нетерпения», то есть выбор между революцией, чреватой кровью и новой диктатурой, и медленным эволюционным развитием, обрекающим ныне живущих терпеть имеющееся положение. Из всего отечественного революционного пантеона наиболее симпатичными, близкими, морально безупречными были декабристы и Герцен. Они служили нравственным мерилом, тем святым в отечественной истории, чему можно было поклоняться открыто, лукаво пользуясь совпадением с официальной системой ценностей. Показательно, что в 1960–70-е годы декабристы вернулись в актуальную художественную литературу, причем наиболее востребованы были стихи, где размышление о декабристах переплеталось с поиском собственного жизненного выбора (Д. Самойлов, Н. Коржавин, Б. Окуджава, Ю. Ким, А. Галич).

Мемориальная доска на обелиске в Петропавловской крепости, установленном в 1975 году © Mark A. Wilson (Department of Geology, The College of Wooster) / Wikimedia Commons

В научном отношении эти годы оказались плодотворными, дали ряд авторитетных авторов и блестящих работ. Празднование 150-летнего юбилея восстания декабристов в 1975 году способствовало публикациям как научной, так и популярной литературы. Было издано огромное количество краеведческих книг о декабристах — ярославцах, пензенцах, смолянах, о декабристах на Украине, в Грузии, Армении, в Молдавии и Казахстане. Особенно важны они были для петербургской легенды и для Сибири. Популярность темы привела к появлению массы не только превосходной, но также и слащавой, сентиментальной, откровенно дурновкусной литературы. Увлечение декабристами выходило далеко за круги диссидентствующей интеллигенции. Очень притяга­тельным и волнующим на шестом десятилетии советской власти оказался образ дворянина и царского офицера. Декабристы, герои 1812 года, писатели и поэты стали ярчайшим романтическим образом позднесоветского времени. Откликнулось и кино, о декабристах был снят фильм «Звезда пленительного счастья». К тому же книги про декабристок и их «подвиг любви бескорыстной» восполнили потребность публики в любовных романах. Сложился образ декабристов, в котором главным было то, что они офицеры и герои, с флером гусарства, умевшие хранить верную дружбу, чувство собственного достоинства и свободу суждений, поэты и мыслители, задававшие себе те же вопросы, какими терзались их потомки полтора века спустя. Главным героем эпохи с талантли­вой подачи Эйдельмана стал гусар, независимый остроумец Михаил Лунин. 

Миф о декабристах, или Кое-что о русском бунте

Скоро 14 декабря, а мы всё не знаем, как к этому относиться. И заметьте, не первый год. Я говорю о личном, внутреннем отношении, а вовсе не о государственных праздниках-торжествах. Что праздновать? Провал мятежа? Первую русскую несостоявшуюся республику? Растоптанный лозунг: «Свобода, Равенство, Братство!»? Отказ от немедленной отмены крепостного права?

«Мятеж не может кончиться удачей»

Были на Руси республики, тот же Великий Новгород. Французская революция, начертавшая призыв к единению людей на знаменах, утонула в морях крови и стоила стране до четверти населения. Впрочем, как и все революции до нее и после (отчего-то процент потерь один, да и выход один — через диктатуру, только сроки расставания с «мечтой» разные, вероятно, в силу национального темперамента).

К. Кольман. Восстание декабристов. 1830-е гг.

Что же до крепостного права, то, во-первых, не все декабристы хотели его отменять (П. И. Пестель, например, очень сомневался). А во-вторых, ни один кабинет не сделал для прощания России с «вековечным злом» столько, сколько правительство Николая I, еще и сыну — Александру II — хватило «наработок» державного родителя. А сам Николай I? 20 миллионов человек — бывших государственных крестьян, ставших свободными задолго до реформы 1861 года. Немало. Но о них нам почему-то не рассказывали. Как, впрочем, и о многом, что касалось заговора декабристов.

Сухой остаток

В противном случае красивая картинка, с детства вставшая перед глазами: поручик Анненков под звуки «Кавалергарда век недолог…» мчится верхом по полю за мадемуазель Поли — грозила поблекнуть. Чего доброго мы узнали бы, что И. А. Анненков на Сенатской площади действовал против своих товарищей-декабристов. Что Полина Гебль поехала в Сибирь, оставив на руках у той самой бабушки — ни дать, ни взять Салтычихи — двух детей, рожденных вне брака. Что, что, что…

Слишком многое не встраивалось в привычные представления. Оставалось либо зажмурить глаза и принять миф безоглядно. Либо попытаться разузнать побольше, заранее понимая, что найденное может серьезно поколебать романтический стереотип. Откуда бралось это ощущение? Назовем его интуицией.

О декабристах так много написано: и восхищенного, и жалостливого, и критичного. Всех не опровергнешь. Все не подтвердишь. Есть проверенный метод: познавай дерево по плодам. А не по тем оберткам, в которых они продаются. Итак, что в сухом остатке? Без трогательных рассказов о сложных духовных исканиях, блестящем образовании и невозможности применить уникальные таланты в условиях самодержавия?

План Пестеля

П. И. Пестель

Прежде всего — цареубийство. Причем, как позднее говорил террорист С. Г. Нечаев, глава общества «Народная расправа», «всей великой ектенией» (сегодня бы сказали «всем списочным составом») должна была погибнуть августейшая семья, включая выданных за границу великих княжон и их потомство. Чтобы уже никто не претендовал на престол.

Мысль об аморальности подобного шага, конечно, приходила в голову вождям заговора. И если сами они готовы были перешагнуть через душевные муки, то ни толпа, ни многочисленные рядовые участники, ни даже ряд высокопоставленных собратий, например, князь С. Г. Трубецкой, кровожадных стремлений не разделяли.

Поэтому совершить «акт возмездия» должна была т. н. «обреченная когорта» — отряд из нескольких человек, которые заранее знали, что жертвуют собой. Они брались убить представителей царского дома, а потом новое правительство республики казнило бы их, отмежевываясь от кровавой расправы. Так, А. И. Якубович обещал застрелить великого князя Николая Павловича, а В. К. Кюхельбекер — Михаила Павловича. Как позднее говорил брату последний: «Самое удивительное, что нас не убили».

Логика хорошо знакома: что такое гибель одной семьи по сравнению со счастьем миллионов? Но истребление царствующего дома словно развязывает руки для кровавых бесчинств в остальной стране. Карательные органы, создание которых предусматривал Пестель, должны были насчитывать 50 тыс. человек. Позднее в Корпусе жандармов служило 4 тыс., включая нижние чины — суть внутренние войска. Зачем же Пестелю понадобилось так много? Для того чтобы «уговаривать» несогласных на республику соотечественников. Так что за монаршим родом последовали бы не великие, но многочисленные семейства. Только ли дворянские? Опыт начала XX в. показывает, что далеко нет.

Как сдавали своих

В. К. Кюхельбекер

Историки сейчас изучают внутренние распри в кругу заговорщиков и знают, что на Московском съезде 1821 г. впервые в русской истории поднимался вопрос о разбойничьих экспроприациях — деньгах для революции. Что слежка друг за другом и вскрытие писем не были чужды героям 14 декабря. Их поведение после ареста в крепости настолько шокирует начинающих исследователей, что пришлось придумать два взаимоисключающих мифа. Дворянин-де отвечает по первому спросу, поэтому арестованные ничего не скрывали, называли товарищей, рассказывали все, что знали.

Другой вариант: декабристы хотели произвести впечатление крупной организации, чтобы правительство испугалось и пошло на уступки. Так, князь С. Г. Волконский на первом же допросе перечислил имена 22 членов общества, часть из которых оказалась вовсе непричастна. То есть оговорил людей.

Писались покаянные письма императору, предлагались услуги по раскрытию «всех сокровенных сторон заговора». В надежде спасти себя признавались почти наперегонки. Едва ли не больше всех показал К. Ф. Рылеев. Хотя никаких методов физического воздействия к арестованным не применялось. Подобные факты очень бы хотелось найти ранней советской историографии. Но увы…

И пытки были запрещены законом. И государь со следователями — не из того теста. Конечно, люди не безгрешные, но есть черта, за которую власть в то время не заходила.

В Петропавловской крепости очутились перепуганные мальчишки, которых схватили за руку после «праздника непослушания», и которые теперь повторяли: больше не будем.

200 ведер водки

К. Ф. Рылеев

Последнее в череде обвинительных пунктов — восстание Черниговского полка на Украине. Через несколько дней после событий на Сенатской площади поднял мятеж Черниговский полк под предводительством братьев Муравьевых.

Военные заговорщики считали, что, не привлекая народ, усилиями одной армии, они смогут захватить власть без кровавых эксцессов Французской революции. Но именно армия первой и отказалась подчиняться.

Революционные офицеры считали, что ведут полк на Петербург, помогать товарищам, однако оказались в положении заложников. Полк шел куда хотел. Он предался грабежу. Вскоре мятеж был подавлен. Когда у безвестного шинкаря спросили, как солдаты могли выпить 200 ведер водки, тот ответил: они не пили, а обливались.

Русский бунт… Почему же мы так охотно покупаемся на рассказы о нем?

Мученики новой веры

Страница рукописи А. С. Пушкина с изображениями повешенных декабристов. 1826

Пока тысячи зрительниц, затаив дыхание, следили за молодым Игорем Костолевским в белых лосинах, я чувствовала себя «плохишом». Потому что мне нравился Василий Ливанов в роли императора. Случилось как-то объяснять одному ученому мужу — талантливому специалисту европейского уровня — почему многие в моем поколении симпатизируют Николаю I. Чувствовала, что надо отшутиться: «Если у государя голос Крокодила Гены, то это ваш государь».

Меня не поняли. Сказалась возрастная разница. Для наших соотечественников, чья юность пришлась на 60-е годы XX века, для тех, к кому в 70-х — 80-х обращался Н. Я. Эйдельман, имея в виду не только и не столько реалии двухсотлетней давности, сколько «эпоху застоя» — декабристы остались «лучом света в темном царстве». Они пожертвовали собой не ради политических целей, а для того, чтобы развеять мрак над Россией… Дальше начинался миф — область не научных, а «религиозных» убеждений нашей интеллигенции.

На излете советского времени декабристам поклонялись истово. Ибо уже чувствовали: те, далекие революционеры (т. е., вроде, правильные люди) могли спасти нас от более близкого, кромешного ужаса начала XX века — гражданской войны, голода, крови, репрессий…

Однако началась сия, говоря словами В. В. Розанова, «буффонада» задолго до советской власти с ее неуклонным стремлением насаждать своих героев. В. И. Ленин требовал в рамках монументальной пропаганды увековечить жертвы старого режима. Так появился обелиск в Александровском саду под стенами Кремля с именами «социальных мыслителей» утопического направления Томмазо Кампанеллы и Джерарда Уинстенли. (Спроси сейчас студентов, кто такие, получишь в ответ невразумительное мычание). Был поставлен и гипсовый бюст А. Н. Радищеву в проломе ограды Зимнего дворца. Через полгода он был сброшен порывом ветра во время очередного наводнения. Символично?

Не будем делать вид, что советская пропаганда работала на пустом месте и что почва под ее посевы не была обильно унавожена заранее. Евгений Евтушенко с его «Лучшими из русского дворянства» явно пенял Льву Толстому:

«Мужиком никто не притворялся,
и, целуя бледный луч клинка,
лучшие из русского дворянства,
шли на эшафот за мужика».

Мужик по своей темноте и серости этого, конечно, не оценил, и когда над разжалованными декабристами во время казни раздались возгласы по-французски, солдаты, стоявшие в оцеплении, очень одобрили решение государя вешать бар. Казнено было пятеро. Эйдельман привел якобы слова А. Х. Бенкендорфа, который, наблюдая за казнью, склонил голову к гриве лошади и прошептал: «Ни в одной другой стране…» На самом деле фраза принадлежала М. С. Воронцову: «Ни в одной другой стране дело пятью виселицами бы не ограничилось». Видите, как легко предать цитате иной смысл, если оборвать ее в нужном месте?

Герцена разбудили

Обложка последнего выпуска альманаха Герцена и Огарева “Полярная звезда”. Женева, 1868

Те из ученых, кому довелось конспектировать Ленина, помнят его характеристику: «узок круг этих революционеров, страшно далеки они от народа. Но они разбудили Герцена…». Именно А. И. Герцену — талантливому журналисту, работавшему в Англии, мы и обязаны декабристским мифом. Позднее картина только усложнялась, но не менялась по существу.

Типография «Колокола» и «Полярной звезды» располагалась в Лондоне. Англия после Наполеоновских войн — самый крупный игрок-тяжеловес на европейской арене. Самый опасный противник Российской империи. Поэтому поддержка оппозиционному журналисту всегда обеспечивалась. В Лондоне скрывался, например, Николай Тургенев — один из тогдашних «декабристских» невозвращенцев. Мастер высокого посвящения. Человек, которого Александр I побоялся арестовать дома, просто написав ему: «Брат мой, покиньте Россию». А вот Николай I требовал выдачи.

В школе всем задавали «Былое и думы». Я дальше сцены клятвы маленьких Герцена и Огарева на Воробьевых горах читать не захотела. Заставили. Поучительно. И прозрачно. С чего вдруг два мальчика преисполнились ненависти к молодому императору, только что приехавшему в Москву на коронацию? Само сакральное действо их бесит и раздражает. Государь представляется чудовищем, от которого надо защищать Свободу. Кто она такая, пока тоже неясно, но злости и досады море. Перед нами рассказ о детской одержимости. О плоде, который сгнил и почернел еще в завязи. Но цветок распустился. И этот уродливый цветок оказался очень притягателен для людей с отбитым духовным обонянием.

Герцен избрал для альманаха «Полярная звезда» знаменитый экслибрис — профили пяти казненных декабристов. Именно он в своих публикациях сумел неприметно для читателей соединить два ключевых архетипа — христианский и языческий. Личная жертва ради нового, нарождающегося мира. Пять мучеников за правду добровольно восходят на эшафот. И пять героев — со всеми атрибутами античного атлетизма, прекрасные душой и телом — борцов за республику, братьев Гракхов, новых Кассиев и Брутов, брошенных на растерзание хищным зверям самодержавия… Есть и палач — новый Цезарь. И исполнители, рангом пониже. И те, кто трепещут, не отваживаются поддержать, но сочувствуют. Это мы с вами.

Грустные выводы

Н. Бестужев. С. Г. Волконский с женой в камере в Петровской тюрьме. 1830

Почему души наших соотечественников так легко поддаются на соблазн уже два века подряд? Прежде всего, потому, что жизнь в России отнюдь не усеяна розами. Недаром во время следствия по разные стороны стола оказывались люди схожих взглядов на мир, просто одни считали военный мятеж допустимым средством исправления реальности, а другие видели в нем только путь к рекам крови и остановились, не переступив страшной черты.

Но, кроме того, дурную услугу нам оказывает природная сердобольность, понимаемая едва ли не как нравственный, религиозный долг. Страдание всегда воспринималось в народе как отметина свыше, проявление особой любви Божьей. Страдальцы избраны. Они терпят за Правду. Вспомним Марину Цветаеву: «Декабристы и версальцы — вашего полка». То есть кого бьют, те и правы. Но страдание бывает и в очищение, и в искупление. История декабристов — тому пример.

Сейчас исследования декабризма на новом витке. Появилась возможность говорить и о связи с масонством, и об иностранных обществах военных заговорщиков. Можно исследовать «свет и тени» движения. Можно много рассказать о жизни на поселениях в Сибири и о подвиге жен. Можно, можно, можно…

Но мне вспоминается недавний случай. Лектор между делом назвал имя А. И. Чернышева. Зал, состоявший из интеллигентных «бальзаковских дам», не прореагировал. «Ну, Чернышев, палач декабристов», — напомнили с трибуны. А-а, —закивали собравшиеся. Для меня Чернышев — крупный военный деятель, разведчик, укравший у Наполеона план наступления на Россию, позднее военный министр. Поэтому я засмеялась… и поняла, что смеюсь одна.

Вся надежда на любопытство более молодых людей. Говорят, они книг не читают. А может, и не стоит до бесконечности читать Герцена да пересматривать старый фильм?

Кто такие декабристы? Как проигравшие стали героями?

Декабристы – участники оппозиционных царскому правительству тайных обществ 1810-х — 1820-х годов. Они были дворянами и военными, стремившимися ограничить самодержавие и отменить крепостное право в интересах народа. В декабре 1825 года они организовали в Санкт-Петербурге и на юге России неудачную попытку восстания.

Герои войны

После Отечественной войны 1812 года и Заграничного похода русской армии 1813-1814 гг. в военной и дворянской элите России стало проявляться недовольство царской властью. Во-первых, дворяне испытали чувство единения с народом во время Отечественной войны. Во-вторых, сравнив быт простых людей в России и Европе, они осознали губительность крепостного права для родины.

Русские войска в Париже в 1814 году. Фото: Wikimedia

Во второй половине 1810-х годов сменился и курс царского правительства. Александр I пришел к власти в 1801 году как либеральный правитель, но после войны 1812 года он перешел к консервативной политике. Ее кульминацией стало создание военных поселений и введение полицейских мер в армии. Эта политика получила название аракчеевщины в честь ее инициатора графа Алексея Аракчеева.

Республиканцы или монархисты?

В ответ свободомыслящие офицеры создали по всей России тайные общества: “Союз спасения” и “Союз благоденствия”, которые переросли в Южное и Северное общества декабристов. Идеологом Южного общества, созданного из дислоцированных на Украине офицеров, был Павел Пестель. Северного, организованного в Петербурге, – Никита Муравьев.

Заседание тайного общества. Фото: Wikimedia В 1823 году Пестель на съезде Южного общества в Киеве принял “Русскую правду” – программу реформ, предполагающую убийство царя и установление в России военной диктатуры и республики. Северное общество опиралось на Конституцию Муравьева. Это проект предполагал сохранение, но ограничение власти царя и превращение России в конституционную федеративную монархию. Оба документа требовали отмены крепостного права и освобождения крестьян.

Восстание декабристов

Деятельность тайных обществ постепенно стала известна царскому правительству. Декабристы решили перейти к восстанию как можно скорее. Оно совпало с междуцарствием: 19 ноября 1825 года в Таганроге умер Александр I. Его брат Константин, наследник трона, отказался стать царем. Следующим на очереди был Николай, присяга которому была запланирована на 14 декабря. Именно тогда и решили выступить революционеры.

Они подняли восстание на Украине и в Санкт-Петербурге, где вывели полки на Сенатскую площадь. Многие солдаты не поняли, на что их поднимают офицеры. Известным стал их лозунг “Да здравствует Константин и его жена Конституция”. Необразованные крестьяне думали, что Конституция – жена законного наследника трона.

Восстание на Сенатской площади. Фото: Wikimedia Арестовать Николая декабристам не удалось. Вышедшие на Сенатскую площадь полки были окружены. Декабристы не стали агитировать принять их сторону тысячи людей, собравшихся поглазеть на военные действия в центре столицы. Дело в том, что офицеры не хотели народного бунта, подобного пугачевщине. В итоге восстание было жестоко подавлено, погибли около 1,2 тысячи человек.

Образ декабристов в культуре

Декабристы проиграли реальный бой, но выиграли сражение за сердца мыслящих русских людей. Лидеры заговора были отправлены в ссылку в Сибирь, а пятеро из них (Рылеев, Пестель, Каховский, Бестужев-Рюмин и Муравьёв-Апостол) были повешены у стен Петропавловской крепости. Согласно легенде, у двоих из них во время повешения оборвалась веревка, что давало им право на жизнь. Однако палач заменил веревку, и революционеров казнили повторно.

Декабристы перед казнью Фото: Wikimedia

С декабристами был дружен Пушкин. Им он посвятил одно из самых известных своих стихотворений “Во глубине сибирских руд”. Сам Пушкин знал о готовящемся восстании и даже выехал в Петербург из Михайловского, чтобы участвовать в нем. Согласно легенде, поэт развернул сани, когда дорогу ему перебежал заяц – это была страшная для тех времен примета. Сейчас на том месте спасшему Пушкину животному стоит памятник.

Плакат в Михайловском. Фото: НТВИнтересно, что и роман Льва Толстого “Война и мир” изначально назывался “Декабристы”. Толстой хотел написать о старых революционерах, возвращающихся в Москву и Петербург из ссылки в конце 1850-х. Писателя интересовало, как чистые и верные идеалам люди столкнутся с чиновничьим миром постниколаевской России. Однако затем Толстой заинтересовался периодом их становления – войнами 1805-1807 гг. и Отечественной войной 1812 года. Считается, что Пьер Безухов в 1825 году вышел бы на Сенатскую площадь.

Жены декабристов

Не менее знамениты и жены декабристов или декабристки. Это дворянские девушки, которые отказались от богатой столичной жизни и поехали за мужьями в ссылку в далекую и дикую Сибирь. Всего их было 23, но самые известные среди них – Мария Волконская и Екатерина Трубецкая. Они стали героинями поэмы Некрасова “Русские женщины”, которая изначально называлась “Декабристки”. В этом произведении Некрасов иронично сформулировал парадокс декабристов:

В Европе сапожник, чтоб барином стать,

Бунтует, — понятное дело!

У нас революцию сделала знать:

В сапожники, что ль, захотела?!

Сегодня образ жен декабристов используется в повседневной речи, с ним связано множество шуток и анекдотов:

Культ декабристов в СССР: “разбудили Герцена”, но “далеки от народа”

В СССР существовал настоящий культ декабристов, несмотря на то, что они были дворянами. В Ленинграде многочисленными памятниками и мемориальными досками были отмечены места, где жили и собирались декабристы. Во многих городах бывшего СССР до сих пор существуют улицы Декабристов. Считалось, что их восстание было первой попыткой свергнуть самодержавие, а суровая расправа над ними пробудила в интеллигенции революционный дух, который позже передался широким массам.

Памятник на месте казни декабристов в Петербурге. Фото: Wikimedia Эту точку зрения выразил Ленин в эссе “Памяти Герцена” 1912 года, когда отмечали столетие писателя. Ленинские фразы из этой статьи учили миллионы школьников, они вошли в русский язык и используются даже вне контекста восстания 1825 года. “Чествуя Герцена, мы видим ясно три поколения, три класса, действовавшие в русской революции. Сначала — дворяне и помещики, декабристы и Герцен. Узок круг этих революционеров. Страшно далеки они от народа. Но их дело не пропало. Декабристы разбудили Герцена. Герцен развернул революционную агитацию”, — писал Ильич.

Наум Коржавин. Фото: Wikimedia Советский поэт Наум Коржавин высмеял культ декабристов в СССР и ленинскую формулу в знаменитом стихотворении “Памяти Герцена”:

Любовь к Добру разбередила сердце им.

А Герцен спал, не ведая про зло…

Но декабристы разбудили Герцена.

Он недоспал. Отсюда всё пошло.

Казнь декабристов

Восстание декабристов – это беспрецедентное явление не только в русской истории, но и в мировой. Когда на восстание поднимаются угнетенные, их проще если не оправдать, то хотя бы понять. Но здесь государственный переворот готовят не «униженные и оскорбленные», а высокопоставленные военные и потомственные дворяне, среди которых много именитых личностей.

Феномен декабризма

По этой причине до сих пор феномен декабризма не только не разгадан, но и столько же далек от однозначной оценки, как это было и в XIX веке.

Главное, что вызывает непонимание в действиях декабристов до сих пор, — это то, что они (ни один из них) не претендовали на власть. В этом было условие их деятельности. Как тогда, так и сейчас отношение к действиям декабристов не является однородным, в том числе отношение к их казни: «Начали бар вешать и ссылать на каторгу, жаль, что всех не перевесили…» (высказывание в среде кантонистов, солдатских детей) и «По совести нахожу, что казни и наказания несоразмерны преступлениям» (слова князя П. Вяземского).

Приговор Николая I ужаснул общество не только жестокостью наказания участников восстания, но и лицемерием императора: Верховный уголовный суд, который решал судьбу декабристов, он поставил в известность о том, что «отвергает всякую казнь, связанную с пролитием крови». Таким образом, он лишал приговоренных к смертной казни декабристов права на расстрел. А ведь двое из них участвовали в Отечественной войне 1812 г., имели ранения и боевые награды – а теперь они были приговорены к позорной смерти на виселице. Например, П.И. Пестель в 19 лет был тяжело ранен в Бородинской битве и награжден золотой шпагой за храбрость, а также отличился в последующем заграничном походе русской армии. С.И. Муравьев-Апостол также был награжден золотой шпагой за храбрость в битве под Красным.

К смертной казни через повешение были приговорены пятеро декабристов:

П. Пестель

П. Каховский

К. Рылеев

С. Муравьев-Апостол

М. Бестужев-Рюмин.

Всех заключенных декабристов вывели во двор крепости и выстроили в два каре: принадлежавших к гвардейским полкам и прочих. Все приговоры сопровождались разжалованием, лишением чинов и дворянства: над осужденными ломали шпаги, срывали с них эполеты и мундиры и бросали в огонь пылающих костров. Моряков-декабристов отвезли в Кронштадт и в то утро исполнили над ними приговор разжалования на флагманском корабле адмирала Кроуна. Мундиры и эполеты были с них сорваны и брошены в воду. «Можно сказать, что первое проявление либерализма старались истреблять всеми четырьмя стихиями — огнем, водою, воздухом и землею»,— писал в своих воспоминаниях декабрист В.И. Штейнгель. Свыше 120 человек декабристов было сослано на разные сроки в Сибирь, на каторгу или поселение.

Казнь свершилась в ночь на 25 июля 1826 года на кронверке Петропавловской крепости. Во время казни Рылеев, Каховский и Муравьев-Апостол сорвались с петель и были повешены вторично. «Знать, Бог не хочет их смерти», — произнес кто-то из солдат. А Сергей Муравьев-Апостол, поднявшись, сказал: «Проклятая земля, где не умеют ни составить заговора, ни судить, ни вешать».

Из-за этого непредусмотренного случая казнь затянулась, на улице рассветало, стали появляться прохожие, поэтому похороны отложили. Следующей ночью тела их тайно увезли и похоронили на острове Голодай в Петербурге (предположительно).

Павел Иванович Пестель, полковник (1793-1826)

П. Пестель, полковник, командир Вятского пехотного полка

Родился в Москве в семье обрусевших немцев, поселившихся в России в конце XVII века. Первый ребенок в семье.

Образование: начальное домашнее, затем в 1805—1809 учился в Дрездене. По возвращении в Россию в 1810 г. поступил в Пажеский корпус, который блестяще окончил с занесением имени на мраморную доску. Был направлен прапорщиком в лейб-гвардии Литовский полк. Принял участие в Отечественной войне 1812 г., в Бородинском сражении был тяжело ранен. Награжден золотой шпагой за храбрость.

Возвратившись после ранения в армию, был адъютантом графа Витгенштейна и участвовал в кампаниях 1813-1814 годов за границей: сражения при Пирне, Дрездене, Кульме, Лейпциге, отличился при переправе через Рейн, в боях при Бар-сюр-Об и Труа. Затем вместе с графом Витгенштейном находился в Тульчине и отсюда был отправлен в Бессарабию для сбора сведений о выступлениях греков против турок, а также для переговоров с господарем Молдавии в 1821г.

В 1822 г. его переводят полковником в Вятский пехотный полк, который находился в расстроенном состоянии, и в течение года Пестель привёл его в полный порядок,за что Александр I пожаловал ему 3000 десятин земли.

Идея совершенствования общества возникла у него еще в 1816 г., со времени участия в масонских ложах. Затем был Союз спасения, для которого он составил устав, Союз благоденствия и, после его самоликвидации, Южное тайное общество, которое он возглавил.

Свои политические взгляды Пестель выразил в составленной им программе «Русская правда», которая и явилась главным пунктом обвинения его Следственной комиссией после поражения восстания.

Он был арестован на дороге в Тульчин после восстания 14 декабря 1825 г., был заключен в Петропавловскую крепость и через 6 месяцев приговорён к четвертованию, заменённому повешением.

Из приговора Верховного суда о главных видах преступления: «Имел умысел на Цареубийство; изыскивал к тому средства, избирал и назначал лица к совершению оного; умышлял на истребление ИМПЕРАТОРСКОЙ Фамилии и с хладнокровием исчислял всех ее членов, на жертву обреченных, и возбуждал к тому других; учреждал и с неограниченною властию управлял Южным тайным обществом, имевшим целию бунт и введение республиканского правления; составлял планы, уставы, конституцию; возбуждал и приуготовлял к бунту; участвовал в умысле отторжения Областей от Империи и принимал деятельнейшие меры к распространению общества привлечением других».

По словам одного из офицеров, перед казнью Пестель сказал: «Что посеял, то и взойти должно и взойдёт впоследствии непременно».

Петр Григорьевич Каховский, поручик (1797-1826)

П. Каховский

14 декабря 1825 г. смертельно ранил генерал-губернатора Санкт-Петербурга, героя Отечественной войны 1812 года графа М.А. Милорадовича, командира лейб-гвардии Гренадерского полка полковника Н. К. Стюрлера, а также свитского офицера П.А.Гастфера.

Родился в семье обедневших дворян в селе Преображенском Смоленской губернии, учился в пансионе при Московском университете. В 1816 г. поступил юнкером в лейб-гвардии егерский полк, но за слишком буйное поведение и недобросовестное отношение к службе был разжалован в солдаты. В 1817 г. был отправлен на Кавказ, где дослужился до юнкера и затем до поручика, но по болезни вынужден был уйти в отставку.В 1823-24 годах путешествовал по Австрии, Германии, Италии, Франции и Швейцарии, где изучал государственный строй и политическую историю европейских государств.

В 1825 г. вступает в Северное тайное общество. 14 декабря 1825 г. поднял Гвардейский флотский экипаж и одним из первых прибыл на Сенатскую площадь, где проявил твёрдость и решительность. Арестован в ночь на 15 декабря, заключён в Петропавловскую крепость.

Имея пылкий характер, Каховский готов был на самые дерзкие поступки. Так, он собирался в Грецию, чтобы сражаться за ее независимость, а в тайном обществе был сторонником уничтожения самодержавной власти, убийства царя и всей царской династии, установления республиканского правления. На собрании 13 декабря 1825 г. у Рылеева ему было назначено убийство Николая I (т.к. Каховский не имел собственной семьи), но в день восстания он на это убийство не решился.

На следствии он вел себя очень дерзко, резко критиковал императоров Александра I и Николая I. В Петропавловской крепости написал Николаю I и следователям несколько писем, которые содержали критический анализ российской действительности. Но в то же время ходатайствовал об облегчении участи других арестованных декабристов.

Приговорен к казни и казнен 25 июля 1826 г.

Из приговора Верховного суда о главных видах преступления: «Умышлял на Цареубийство и истребление всей ИМПЕРАТОРСКОЙ Фамилии, и, быв предназначен посягнуть на жизнь ныне Царствующего ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА, не отрекся от сего избрания и даже изъявил на то согласие, хотя уверяет, что впоследствии поколебался; участвовал в распространении бунта привлечением многих членов; лично действовал в мятеже; возбуждал нижних чинов и сам нанес смертельный удар Графу Милорадовичу и Полковнику Стюрлеру и ранил Свитского Офицера».

Кондратий Федорович Рылеев, подпоручик (1795-1826)

К. Рылеев

Родился в селе Батово (сейчас Гатчинский район Ленинградской области) в семье мелкопоместного дворянина, управляющего имением княгини Голицыной. С 1801 по 1814 год воспитывался в стенах Петербургского первого кадетского корпуса. Был участником заграничных походов русской армии в 1814-1815 годах.

После отставки в 1818 г. служил заседателем Петербургской уголовной палаты, а с 1824 г. — правителем канцелярии Российско-американской компании.

Входил в «Вольное общество любителей российской словесности», был автором известной сатирической оды «К временщику». Вместе с А. Бестужевым выпускал альманах «Полярная звезда». Его дума «Смерть Ермака» стала песней.

В 1823 г. вступил в Северное тайное общество и возглавил его радикальное крыло, был сторонником республиканского строя, хотя первоначально стоял на позиции монархизма. Был одним из руководителей восстания декабристов. Но во время следствия полностью раскаялся в совершенном им, брал всю «вину» на себя, старался оправдать товарищей, надеялся на милость императора.

Из приговора Верховного суда о главных видах преступления: «Умышлял на Цареубийство; назначал к совершению оного лица; умышлял на лишение свободы, на изгнание и истребление ИМПЕРАТОРСКОЙ Фамилии и приуготовлял к тому средства; усилил деятельность Северного общества; управлял оным, приуготвлял способы к бунту, составлял планы, заставлял сочинить Манифест о разрушении Правительства; сам сочинял и распространял возмутительные песни и стихи и принимал членов; приуготовлял главные средства к мятежу и начальствовал в оных; возбуждал к мятежу нижних чинов через их Начальников посредством разных обольщений и во время мятежа сам приходил на площадь».

Свои последние слова на эшафоте он обратил к священнику: «Батюшка, помолитесь за наши грешные души, не забудьте моей жены и благословите дочь».

Николай I еще во время следствия прислал жене Рылеева 2 тысячи рублей, а затем императрица прислала на именины дочери ещё тысячу. Он заботился о семье Рылеева и после казни: жена его получала пенсию до вторичного замужества, а дочь — до совершеннолетия.

Известно мне: погибель ждет

Того, кто первый восстает

На утеснителей народа;

Судьба меня уж обрекла.

Но где, скажи, когда была

Без жертв искуплена свобода?

(К. Рылеев, из поэмы «Наливайко»)

Сергей Иванович Муравьев-Апостол, подполковник (1796-1826)

С. Муравьев-Апостол

Родился в Санкт-Петербурге и был четвертым ребенком в семье известного литератора той поры и государственного деятеля И.М. Муравьева-Апостола. Образование получил в частном пансионе в Париже вместе с братом, М.И. Муравьевым-Апостолом, где служил русским посланником их отец. В 1809 году вернулся в Россию и был потрясен как бы заново увиденным им после длительного отсутствия положением в России, особенно существованием крепостного права. По возвращении поступил в корпус инженеров путей сообщения в Петербурге.

Во время Отечественной войны 1812 г. принимал участие во многих сражениях. За битву под Красным был награжден золотой шпагой за храбрость. Вместе с русской армией вступил в Париж и там завершил заграничный поход.

В 1820 г. восстал Семеновский полк, в котором служил Муравьев-Апостол, и он был переведен в Полтавский, затем в Черниговский полк подполковником. Был в числе основателей Союза спасения и Союза благоденствия, а также одним из наиболее активных членов Южного общества. Он установил связь с Обществом соединенных славян.

Муравьев-Апостол соглашался с необходимостью цареубийства, был сторонником республиканского правления.

Вел пропаганду среди солдат, являясь одним из вождей декабристов. Уже после поражения восстания в Петербурге поднял Черниговский полк, и «будучи окружен отрядом гусар и артиллеристов, он защищался, став против самой артиллерии, и, повергнутый картечью на землю, с помощью других сел опять на лошадь и приказывал идти вперед».

Тяжелораненым он был взят в плен. Приговорен к смертной казни и повешен на кронверке Петропавловской крепости.

Из приговора Верховного суда о главных видах преступления: «Имел умысел на Цареубийство; изыскивал средства, избирал и назначал к тому других; соглашаясь на изгнание ИМПЕРАТОРСКОЙ Фамилии, требовал в особенности убиения ЦЕСАРЕВИЧА и возбуждал к тому других; имел умысел и на лишение свободы ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА; участвовал в управлении Южным тайным обществом во всем пространстве возмутительных его замыслов; составлял прокламации и возбуждал других к достижению цели сего общества, к бунту; участвовал в умысле отторжения Областей от Империи; принимал деятельнейшие меры к распространению общества привлечением других; лично действовал в мятеже с готовностию пролития крови; возбуждал солдат; освобождал колодников; подкупил даже священника к чтению пред рядами бунтующих лжекатехизиса, им составленного и взят с оружием в руках».

Михаил Павлович Бестужев-Рюмин, подпоручик (1801(1804)-1826)

М. Бестужев-Рюмин

Родился в селе Кудрёшки Горбатовского уезда Нижегородской губернии. Отец — надворный советник, городничий г. Горбатова, из дворян.

В 1816 г. семья Бестужевых-Рюминых переехала в Москву. Будущий декабрист получил хорошее домашнее воспитание, поступил юнкером на службу в Кавалергардский полк, а в 1819 году переведен в лейб-гвардии Семеновский полк, где был произведен в подпрапорщики. После восстания в Семеновском полку его переводят в Полтавский пехотный полк, далее он делает военную карьеру: прапорщик, батальонный адъютант, фронтовой адъютант, подпоручик.

Бестужев-Рюмин был одним из руководителей Южного общества, в которое принят в 1823 г. Вместе с С.И. Муравьевым-Апостолом возглавлял Васильковскую управу, являлся участником съездов руководителей Южного общества в Каменке и Киеве, вел переговоры с тайным польским обществом о присоединении к Южному обществу Общества соединенных славян. Возглавил (вместе с С.И. Муравьевым-Апостолом) восстание Черниговского полка.

Арестован на месте восстания с оружием в руках, доставлен в Петербург в цепях из Белой Церкви в Главный штаб, в тот же день переведен в Петропавловскую крепость. Приговорен к повешению.

Из приговора Верховного суда о главных видах преступления: «Имел умысел на Цареубийство; изыскивал к тому средства; сам вызывался на убийство блаженныя памяти ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА и ныне Царствующего ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА; избирал и назначал лица к совершению оного; имел умысел на истребление ИМПЕРАТОРСКОЙ Фамилии, изъявлял оный в самых жестоких выражениях рассеяния праха; имел умысел на изгнание ИМПЕРАТОРСКОЙ Фамилии и лишения свободы блаженной памяти ГОСУДАРЯ ИМПЕРАТОРА и сам вызывался на совершение сего последнего злодеяния; участвовал в управлении Южного общества; присоединил к оному Славянское; составлял прокламации и произносил возмутительные речи; участвовал в сочинении лжекатехизиса; возбуждал и приуготовлял к бунту, требуя даже клятвенных обещаний целованием образа; составлял умысел на отторжение Областей от Империи и действовал в исполнении оного; принимал деятельнейшие меры к распространению общества привлечением других; лично действовал в мятеже с готовностию пролития крови; возбуждал Офицеров и солдат к бунту и взят с оружием в руках».

Казнен на кронверке Петропавловской крепости. Похоронен вместе с другими казненными декабристами на о. Голодае.

На месте гибели декабристов поставлен памятник. Под барельефом на памятнике надпись: «На этом месте 13/25 июля 1826 года были казнены декабристы П. Пестель, К. Рылеев, П. Каховский, С. Муравьев-Апостол, М. Бестужев-Рюмин». На другой стороне обелиска высечены стихи А. С. Пушкина:

Памятник декабристам на месте их гибели

Товарищ, верь: взойдет она,
Звезда пленительного счастья,
Россия вспрянет ото сна,
И на обломках самовластья
Напишут наши имена!

Перед обелиском на квадратном гранитном пьедестале кованая композиция: шпага, эполеты, разорванные цепи.

Символы декабризма

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *