Количество сирот в России

В детских домах «закончились дети»?

«У нас некого снимать! Детей-сирот практически не осталось!» – это своеобразный шифр, который в разговорах со мной все чаще стали использовать сотрудники органов опеки и попечительства, то есть люди, чья работа – устраивать детей-сирот в приемные семьи. Шифр этот означает, что в какой-то области, районе или городе нашей страны почти не осталось детей-сирот, чьи видеоанкеты я могу снимать. Не могу, к счастью и к несчастью – одновременно.

Я работаю в благотворительном фонде «Измени Одну Жизнь», наша цель – помогать ребятам, живущим в детском доме, найти дом настоящий, найти родителей, семью. Главным образом мы помогаем детям, снимая про них видеоанкеты. Каждая анкета – короткое видео на полторы минуты, где мы стараемся показать индивидуальность ребенка, рассказывая о его увлечениях и желаниях, особенностях характера, достижениях, мечтах.

Такие видео – шанс для детдомовских ребят быть замеченным потенциальным приемным родителем. За четыре года существования нашего фонда из 24 000 детей, чьи анкеты мы создали, этот шанс сработал для 7 000 – стольких ребят мамы и папы забрали в итоге из детских домов.

Я рассказываю все это, чтобы объяснить, что к счастью и к несчастью, стало теперь происходить с детьми-сиротами и нашей возможностью им помогать.

Екатерина Лебедева

Итак, каждый год министерство образования России рапортует о том, как сильно сокращается количество детей-сирот в детских домах. Цифры действительно впечатляют: если на начало 2014-го года в российских детдомах жили около 106 000 детей, то в 2015-м году их стало уже 87 000. Официальной статистики на начало этого года пока нет, но, по примерным подсчетам, ребят в детдомах теперь около 70 000.

Все это говорит о том, что работы у нашего фонда в какой-то степени стало меньше, ведь снимать анкеты нам теперь нужно меньше – и это, к счастью. Это действительно прекрасная новость. В каком-то смысле уменьшение количества детей в детских домах – победа для всех нас, победа нашего (простите за пафос) общества.

Но есть в этих цифрах статистики и свое «к несчастью». Детей в детдомах по-прежнему десятки тысяч, так почему же, по словам многих сотрудников органов опеки, трудно найти кого-то для съемки анкет?

Во-первых, как ни странно это звучит, причина в самих детях. Голубоглазые белокурые малыши и малышки, ждущие, когда же мамы и папы, наконец, заберут их из детского дома, – миф. Детей дошкольного возраста давно разобрали в приемные семьи (опять же, к счастью), в детдомах их практически не осталось. Остались подростки 10-16 лет и дети со сложными физическими и ментальными заболеваниями. Их устраивать в семьи трудно. Объективно трудно.

Но есть и другая беда, которая выходит за рамки цифр официальной статистики, которую вообще никакой статистикой, похоже, не измеряют или, по крайней мере, никто эту статистику официально не публикует. Речь о «родительских» детях.

«Родительские» – это такие мальчики и девочки, у которых есть мамы и папы либо другие родственники, но они по самым разным причинам не могут или не хотят забирать детей домой. При этом юридически родители не отказываются от своих детей, они «просто» сдают их в детские дома, написав соответствующее заявление.

Такая «процедура» разрешена законом уже давно, но, по моим личным ощущениям и наблюдениям, а также по моей информации от многих общественников и волонтеров, в последние несколько месяцев «родительских» детей в детдомах стало больше.

Может, дело в кризисе, из-за которого у людей элементарно перестало хватать денег на содержание своих детей. А может, чиновники просто не хотят портить красивых цифр, доказывающих, что число сирот снизилось, и потому каким-то образом продлевают детям статус «родительских» – ведь такие дети не попадают ни в одну статистику.

Как бы то ни было, получается, что дети в детских домах есть, а снимать анкеты про многих из них нельзя, искать для них приемные семьи нельзя тоже. Такой парадокс. Законодательная ловушка. Сколько детей в эту ловушку попадает – десятки, сотни или тысячи – неизвестно. И когда родные мамы и папы этих детей заберут их домой (если вообще заберут), тоже неизвестно.

Благотворительным фондам, волонтерам и общественникам не справиться с этими проблемами. Тут, безусловно, нужно законодательное решение. Когда и каким оно будет – непонятно. Остается лишь продолжать устраивать в семьи тех детей-сирот, кому помогать пока можно. По закону.

Число сирот в России снизилось до рекордно низкого уровня

В России зафиксировали рекордно низкое число детей в сиротских учреждениях. Сейчас в банке данных осталось менее 48 тыс. анкет. Еще пять лет назад их было почти в полтора раза больше — 69 тыс. Эксперты считают, что федеральная и региональная поддержка приемных родителей теперь позволяет большему количеству россиян взять ребенка в семью. Например, в Москве выплаты составляют до 30 тыс. рублей в месяц. Кроме того, меняется и отношение общества к приемным семьям, отмечают специалисты.

На 1 сентября 2018 года в банке данных о детях-сиротах (его ведет Минпросвещения) числятся 47,8 тыс. ребят. Это самый низкий уровень за всю новейшую историю России. Например, пять лет назад там было 68,8 тыс. детей. В 2008 году их было 115,6 тыс. Об этом «Известиям» рассказал член Совета по вопросам защиты прав и законных интересов детей-сирот при министерстве Армен Попов.

Он также отметил, что теперь число детей, которых берут в семьи, превышает количество тех, кого отправляют в детские дома. Сейчас в стране около 180 тыс. приемных родителей и усыновителей, и еще примерно столько же — кровных опекунов.

По данным Росстата, с 2006-го в стране ежегодно становится больше жителей в возрасте от 0 до 14 лет включительно, то есть сокращение числа сирот не связано с демографическими показателями.

— Сейчас в России наблюдается еще и такая тенденция: чаще стали забирать деток с инвалидностью. Люди чувствуют потребность помогать им. Например, сейчас не найти в детском доме ребенка с синдромом Дауна. Их моментально забирают в семьи, чаще в те, где уже есть такой ребенок, — рассказал Армен Попов.

Государство комплексно подходит к развитию всех форм семейного устройства детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, пояснили «Известиям» в пресс-службе Минпросвещения.

— Мы действительно видим позитивную динамику, количество устроенных в течение года детей превысило количество выявленных сирот, — отметили в ведомстве.

В министерстве добавили, что развитие института семейного устройства детей — важнейший приоритет. Сейчас в стране работают 2,9 тыс. организаций, которые занимаются медицинским, психологическим и педагогическим сопровождением семей-усыновителей.

Приемные семьи могут рассчитывать и на поддержку из региональных бюджетов. Размер выплат зависит от субъекта, формы устройства (опека, приемная семья, патронат), числа взятых из сиротских учреждений детей, возраста и состояния их здоровья. Например, в столице выплаты могут достигать 30 тыс. рублей на одного ребенка. Также при поддержке Департамента труда и соцзащиты Москвы ежегодно проводится премия «Крылья аиста». В этом году три семьи с приемными детьми 5 сентября получат по 1 млн рублей.

Тенденция сокращения числа сирот не может не радовать, отметила уполномоченный по правам ребенка при президенте РФ Анна Кузнецова. Но главное, чтобы дети в приемных семьях были счастливы, подчеркнула она. Поэтому сегодня важно сделать акцент на развитии помощи, необходимого сопровождения приемных семей, сказала омбудсмен «Известиям».

После того, как пять с половиной лет назад президент России Владимир Путин обратил внимание на проблему устройства сирот, система качественно изменилась, считает первый заместитель председателя комиссии Общественной палаты (ОП) РФ по поддержке семьи, материнства и детства Юлия Зимова. Был издан указ главы государства, упрощающий процедуру усыновления и дающий налоговые льготы российским приемным семьям. Кроме того, развивалась и сама система устройства детей.

— Раньше родители не знали, как воспитывать приемного ребенка, если только они не взяли его в младенчестве. Сейчас же в России появились школы приемных родителей, там кандидаты проходят обучение, — пояснила Юлия Зимова.

Но систему нужно доработать, считает она. Сейчас обучение для будущих приемных родителей общее, а необходимо выделить отдельные направления для желающих взять ребенка с инвалидностью или подростка.

В обществе за последние годы изменилось отношение к приемным семьям, отметила психолог по вопросам усыновления детей Людмила Петрановская. Теперь они могут рассчитывать на понимание со стороны окружения, считает эксперт.

— Общество развивается, становится более осведомленным и современным, без предрассудков. Это помогает желающим взять приемного ребенка не бояться быть непонятым, — пояснила она.

Поскольку чаще всего дети попадают в детские дома по социальным причинам, в стране нужно усилить финансовую и психологическую поддержку неблагополучных семей, уверена лидер движения «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская.

— В базе данных осталось не так много детей-сирот, но всё равно велико число тех, кто находится на попечении государства по заявлению родителей. Дети из этой категории не попадают в банк сирот и не могут быть устроены в новую семью, потому что заявление временное — предполагается, что родители заберут ребенка обратно, но чаще всего такие заявления просто продлеваются. Этих заявлений примерно 3–5 тыс. в год, — рассказала она.

Ранее в разговоре с «Известиями» детский омбудсмен Анна Кузнецова высказала мнение, что в рамках пенсионного маневра стоит позволить раньше заканчивать трудовую деятельность не только женщинам, родившим и вырастившим собственных детей, но также и принявшим в семью и воспитавшим троих и более детей-сирот.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *