Ленин и сталин

Ленин или Сталин?

Арестованному за «Плевать мне на царя!» подвыпившему клиенту кабака царь ответил тем же и приказал выгнать из кутузки на все 4 стороны. А вождь народа расстрелял бы за это в ту же ночь: он и не за такую чепуху расстреливал. Сталин ненавидел и уничтожал всех думавших иначе, чем он, как и Гитлер, и самого первого — Ленина, который «уничтожал» оппонентов теоретически силой ума, аргументов и фактов без трупов и крови. А то, что Ленин якобы просил яд, так это Сталин придумал для своего алиби: а вдруг потомки все-таки обнаружат следы яда, как у Наполеона, которым отравил его вознесенный им же Сталин. Крупская, Бухарин, Киров, Троцкий… пытались защитить идеи Маркса, Энгельса и Ленина от кровожадности Сталина, но он быстро отправил их вслед за Лениным, причем многих уже открыто, а не исподтишка ядами и ледорубами, обновив рабский закон «Об оскорблении величия римского народа и особы императора».
Жаль, что вместо освобождения народа от ненормальных реформ Вы тратите столько сил и времени на обожествление кровожадного диктатора только за то, что он понижал завышенные цены за счет облигаций, забиравших у рабочих 1, а то и 2 зарплаты, хотя Брежнев платил еще и 13-ю. Президент Рима Александр Север тоже понизил цены на мясо, да и после открытия Суэцкого канала многие товары подешевели, но никто же не говорит, что это был социализм. И Сталин, и Гитлер, Мао… очень красиво и убедительно рисовали розовые замки будущего: миллионы слушали их раскрыв рот, как и сейчас. Просто Сталин делал правильно больше, чем неправильно по сравнению с Гитлером, но оба одинаково свою жизнь берегли в бункерах и броневиках, а чужую презирали.
Хрущев развенчал культ личности, но так и не сказал, что это — самодержавие, что Сталин хитро заменил диктатуру пролетариата своей личной диктатурой. Не разобрался в отличиях кровожадных догм Сталина от жизнеутверждающих идей Маркса, Энгельса и Ленина. Кто для Вас авторитет? Они или Горбачев и Сталин?! Обожествление Сталина ослепляет больше, чем солнце. Боготворящие его не видят за ним ни самих учителей, ни их идеи о законах природы, а только его догмы о происках. Это при Ленине «партия — ум, честь и совесть нашей эпохи», когда многие интересовались идеями Маркса, и каждый высказывал свое мнение не боясь, что расстреляют. А сейчас все партии повторяют догмы Горбачева, Гитлера и Сталина о происках козлов отпущения (врагах народа, рейха и фюрера), нисколько не интересуясь открытыми Сократом, Марксом… законами природы для общества. Все любят лесть, оды, дифирамбы, овации, аплодисменты… Хотя сегодня мы должны вспомнить И.А. Крылова: «Таланты истинны за критику не злятся: их повредить она не может красоты; одни поддельные цветы дождя боятся».
Когда же Вы поинтересуетесь идеями Маркса и Ленина, что субботники — социализм… и пошевелите своими мозгами, а не горбачевскими и сталинскими? Иезуиты так и вымерли, не поверив Копернику, Галилею и Бруно, что Земля — шар, а не диск. Неужели и мы вымрем «За Горбачева!» и «За Сталина!» не то что, не поверив Марксу и Ленину, а даже не поинтересовавшись их идеями?! Пусть уже демократы, но если бы мы не повторяли попугаями за Горбачевым и Сталиным, а вспомнили сами и напомнили всем идеи Маркса и Ленина о том, что в капитализме рабочие получают за свой труд больше, чем крепостные в феодализме и рабы в рабстве, то мы бы уже Японию обогнали. Но никто и палец о палец не ударил, чтобы сделать зарплату больше 50%, как положено в капитализме.
Кому бы Вы ни верили, но кризис остановит одно-единственное «средство»: зарплата рабочим больше 50% произведенной стоимости и ничто другое. Как только зарплата станет больше 50%, а налоги меньше 50%, как положено в капитализме, так сразу же оживет наша экономика, потухнут конфликты и отпадет половина проблем, а оставшиеся решать будет легче. Но прийти к этому можно разными способами: 3-й мировой войной, гражданской войной, кровавыми разборками, как Пиночет, Ельцин… А можно и мирно, без трупов и крови, как АлександрII, Рузвельт.. Как Ленин в Октябре одним холостым залпом «Авроры» без погибших. Для этого надо найти законы природы позволяющие останавливать аферистов и отменять выдуманные ими реформы без трупов и крови только силой ума. Такие законы есть: один из них, сам того не желая, и нашел Горбачев (точнее, закон «нашел» афериста) и сверг себя сам. В результате чего и оказался на свалке истории вместо доставшейся ему по воле несчастного случая власти. Но его реформы остались и до сих пор мешают нам жить сообразно законам природы. Хотя в Риме почти каждый новый президент начинал свою демократию с отмены реформ предшественника и выдумывал свои.
Сначала надо назвать все правильно своими именами, а не в угоду ЦРУ, Горбачеву или еще кому-то, только тогда найдется и правильное решение. А сейчас мы обманываем самих себя и всех. Как учил Ленин, нам сегодня надо «коренным образом изменить всю точку зрения нашу» на капитализм и отделить от него пережитки рабства… — зерна от плевел. Но говорить Вам и любому Нашему Величеству, что голод и расстрелы с ГУЛАГом не могут быть социализмом и вообще не относятся ни к какому строю, как и костры инквизиции, Бухенвальд… так же бесполезно, как иезуитам, что Земля — шар. Иначе выходит, что коммунизм — это кладбище, а ночь длинных ножей и хрустальная Гитлера, Варфоломеевская, опричнина Грозного, сожжение еретиков, проскрипции в Риме — это социализм. Только у Сталина и Гитлера, инквизиции… борьба с происками козлов отпущения («врагов народа, рейха и фюрера», еретиков…) шла безотказно, а без виселиц, костров, лагерей, голода, расстрелов… она не действует.
Возрожденная у нас торговля людьми в Риме, Египте…, в США до 1862 и у нас до 1861 по мнению Маркса и Ленина была рабством, а по щучьему велению и Вашему, Зюганова… хотению в ХХI веке стала капитализмом и происками империалистов. И все верят. Никто не хочет даже подумать, что это — самый обычный пережиток рабства, который вместе с бартером и субботниками Симоненко, Зюганов… назначили капитализмом так же легко и просто, как Аристотель Землю — диском, Калигула своего коня — сенатором Рима, а Сталин и Гитлер лагеря, расстрелы, войну и голод — немецким и бесповоротным социализмом. При чем здесь Маркс и Ленин?!
Никто же не обвиняет Иисуса и апостолов в кострах инквизиции из-за того, что какой-то явно неумный деятель когда-то сказал, что еретиков нельзя хоронить в святой земле, а надо сжигать живыми, и сотни лет такие же верили в это и сожгли много умных людей. Гитлер и Сталин сказали, что надо уничтожать евреев, кулаков, коммунистов и остальных врагов рейха, народа и фюрера, и все в это поверили и убивали. Аристотелю веками верили, что Земля — диск; евреи — Моисею, что бог назначил их управлять человечеством; арийцы — Гитлеру, что их, а также в немецкий социапизм; мы — Сталину в бесповоротный, а Горбачеву, Ельцину, Зюганову…, что субботники, работорговля… — это капитализм и происки; шахиды — бен Ладену, Дудаеву; «Белое братство» — своей «богине», сатанисты — своим…, и многие верят до сих пор без тени сомнения. Хотя все они или искренне заблуждались сами, как Аристотель, или специально обманывали и зомбировали народ, как Гитлер, Дудаев, Сталин, Мао, Горбачев… под свои социализмы…
Зато никто, даже коммунисты, не то что не верят Марксу, Энгельсу и Ленину, а вообще не хотят знать чему они учили. Все уверены, что то, чему нас учили на политзанятиях — это и есть весь марксизм, а Сталин — его продолжатель. Но на самом деле он не столько продолжал марксизм, сколько прикрывал им свою жажду власти и кровожадность, как инквизиция — христианством. Ошибки Аристотеля на экономику и жизнь народа мало влияли, но от маниакальных амбиций Гитлера, Сталина, Мао, Горбачева… и наших ошибок и тупости она зависит на все 100%. Потому что Горбачев обновил не дикий капитализм, а пережитки диких эпох, которые и надо побороть, чтобы вернуться в капитализм, а потом уже бороться с ним. Из-за этого и не идет у нас классовая борьба пролетариата под Вашим чутким руководством, как не было ее до 1861 года, потому что не было самого пролетариата из-за торговли людьми, дач-наделов и других пережитков, как и сейчас.
До Октября у Ленина не было власти, но он отменил реформы Керенского и Романовых, и этот день навсегда вошел в историю. У малыша в сказке Андерсена тоже не было власти, но он сказал, что король-то голый, и ему поверили и наконец-то увидели, что король голый. А чьи происки мешают Вам сказать, что у нас не капитализм, а голый авантюризм и пережитки? Мы должны говорить и делать не то, что нравится голому или наряженому королю или секретарю, а то, что требуют законы природы, и так, как они диктуют нам: «Идеи становятся силой, когда овладевают массами». Основанные на законах природы умные идеи ведут к миру и прогрессу, а ненормальные вроде, перестроечных, «классовых», украинских, арийских… толкают к войнам, голоду, расстрелам и кризисам. Но, к сожалению, этого никто и знать не желает. Идеи Маркса, Ленина до сих пор проигрывают не только догмам Горбачева, Бандеры, Дудаева…, но даже явно идиотскому бреду всяких сатанистов, потому что за вдолбленными нам в голову с детства догмами Сталина идеи Маркса и Ленина никто не хочет видеть.
К сожалению, под руководством Симоненка, Зюганова, Витренко, Андреевой… мы возрождаем сталинизм вместо марксизма-ленинизма, другие — все виды христианства, ислама, иудаизма…, третьи вообще выдумывают свои собственные рейхи, перестройки, прорывы, социализмы, капитализмы и даже сатанизмы и прочие идиотизмы точно так же, как Юлиан-отступник возрождал старых богов вместо христианства уже официально объявленного по эдикту Константина и Лициния марксизмом того времени. И только марксизм-ленинизм никому не нужен. Даже после Юлиана, когда христианство вернулось окончательно и бесповоротно, » в отдаленных селениях еще долго молились старым богам». Мы тоже возлагаем цветы Ленину, но «молимся» Сталину и Горбачеву, а надо — Марксу и Ленину. Сталин соврал, что построил окончательный и бесповоротный социализм. Где же он?! Врет он и во многом другом, потому что был отступником от марксизма, а не его продолжателем, как и когда-то Юлиан, который открыто выступал против христианства, а Сталин прикрывал марксизмом свою кровожадность, как иезуиты свою — христианством.
Только после 22 июня 1941 года у Сталина нашлись какие-то рудименты ума, чести и совести. Да если бы он был таким умным, каким себя превозносит, и превозносите его Вы, то никакой войны вообще бы не было. А если бы и была, то Гитлер не дошел бы и до Днепра, не то что до Волги. Почему же он не открыл 2-й фронт, когда Гитлер напал на Польшу, Францию? Да потому что тогда он был его лучшим другом, и до 22 июня Сталин послушно плясал под его дудку, не желая шевелить своими мозгами и слушать не себя — гения, а рядовых коммунистов. .
Сталин действительно поднял Россию от сохи до космоса благодаря разделению коллективного труда в крупном основном промышленном бизнесе, (а Горбачев опустил первобытнообщинным трудом и бартером в каменный век). Но сделал это не так, как учил Ленин, который сделал бы еще больше, причем без войны, а тем более без голода и расстрелов, да и Гитлера остановил бы вовремя, если бы Сталин его не отравил. Как это яд от отравленной пули 4 года не действовал, а подействовал на 6-й год?! По-моему, это был уже другой яд. Вы не задумывались, почему не жаловавшийся на здоровье Ленин, вдруг внезапно и серьезно заболел сразу же, как только Сталин стал генеральным секретарем? Вам это не кажется странным? Нисколько не сомневаюсь, что Сталин отравил Ленина. Если он достал Троцкого на другой стороне Земли, убивал своих родственников, расстрелял и задушил голодом тысячи и миллионы, то что там ему какой-то Ленин, мешавший своим НЭПом строительству «бесповоротного социализма»? Ирод убил Иисуса, Сталин — сначала Ленина, а потом и всех остальных вознесших его на престол, как и Гитлер — Рема и СА, а Горбачев с Ельциным — КПСС. Но Вы не хотите этого видеть, поэтому и не видите, как и средние века не хотели видеть Землю — шар и не видели.
При чем здесь происки империалистов, если это самая обычная борьба за власть. Горбачев не дал Щербицкому самолет прилететь на пленум, благодаря чему и стал избранником народа вместо него. Кукушонок выбрасывает конкурентов из гнезда. Точно так же Каин убил Авеля, Ромул — Рема, Каракалла — Гету, Гитлер — Рема, Агриппина отравила Клавдия и Британика, Сталин — Ленина, а потом расстрелял еще тысячи, утопив власть народа в крови, и реставрировал самодержавие хитро названное культом личности, демократическим централизмом… К сожалению, все заняты защитой Сталина от разбора его полетов, от критического осмысления его заслуг и просчетов вместо того, чтобы защищать измученный народ от вымирания из-за неправильных и ненормальных реформ Горбачева. Нисколько не удивляюсь, что демократия продолжает и защищает их: Геббельс, Гиммлер… тоже защищали гитлеровские, Берия, Ежов… — сталинские. Но почему реформы Горбачева так преданно охраняют Симоненко, Зюганов, Витренко и все коммунисты?!
Не только вознесение из низов на царство объединяет Гитлера и Сталина, но еще и ненависть к другому мнению и людям, кровожадность, а больше всего — самообожествление и манера чуть ли не цветение садов весной приписывать доблестью себе — гению, а все ошибки, заблуждения, просчеты, бездарность, неудачи сваливать на козлов отпущения, как и все сейчас: А отличаются их демократии тем, что Гитлер ненавидел марксизм открыто, а Сталин втихаря прикрывал им свои ошибки, бездарность и кровожадность, как и инквизиция — христианством. При этом сами лично они оба и мухи не обидели. За них все делали Фрайслер, Вышинский, Берия, Геббельс… А они на кадрах кинохроники выглядят просто ангелами: оба так любят детей! Да и придворные карьеристы под этот шум о врагах вождя и фюрера уничтожили много хороших умных людей, чтобы освободить себе дорогу к креслу.
Конечно, если читать и слушать только Гитлера, Геббельса, то действительно фюрер — единственный гений, которого «Провидение назначило свершать великие дела для германского народа назначенного управлять человечеством». Поэтому действительно надо уничтожать всех евреев, коммунистов и прочих врагов рейха и фюрера, мешающих строительству идеального государства с немецким социализмом. Если только Сталина, Зюганова… то отравление Ленина, Горького, Крупской…, ГУЛАГ, голод и расстрелы — это социализм окончательный и бесповоротный, а Сталин — непогрешимый и непревзойденный бог, единственный продолжатель идей Маркса, Энгельса и Ленина. Если Моисея, Иова…, то бог избрал евреев управлять человечеством, если бен Ладена — мусульман, если Дудаева — чеченцев. Если только Горбачева, Кравчука, Ющенка, Кучму…, то Горбачев — великий реформатор, строитель капитализма, а не аферист толкнувший своей бездарностью страну в пропасть кризиса и терроризма.
Ну а если почитать еще и Маркса, Иисуса, Ленина, то оказывается, что ГУЛАГ, расстрелы и голод ни к какому строю не относятся так же, как и запрещение Екатерины обучать крепостных грамоте или русского языка на Украине, в Грузии, Прибалтике, а запрещение Ельциным КПСС и Кучмой 7 ноября — бред такой же, как и запрещение Юлианом-отступником христианства и его праздников. Это все равно, что запретить физику, арифметику… Никто никого не назначал управлять человечеством, потому что живем мы по законам природы для общества, а все эти рейхи, перестройки, прорывы, кодексы… мешают этому. Наши реформы должны соответствовать этим законам природы, а не чьим-то маниакальным амбициям.
Бог, Иисус, Маркс, Ленин… никого никогда и никуда не назначали. Это уже сами вожди назначают себя великими кормчими под бурные аплодисменты придворных. Гитлер был уверен, что человечество должно жить так, как захочет он — фюрер «назначенный Провидением свершать великие дела для германского народа назначенного управлять человечеством». Помазанные, т.е., назначенные или избранные богом цари, короли, султаны, цезари…, назначенные или избранные народом Горбачев, Ельцын, Дудаев, Ющенко, Медведев, Янукович, Саакашвили… и избравшие и назначившие сами себя продолжателями Маркса и Ленина Сталин, Мао, Пол Пот, Симоненко, Зюганов… — как хочет Он. Сейчас каждый вождь и депутат уверен, как и Дюринг, что мы должны жить и бороться по его хотению и по его велению: по придуманым им лично перестройкам, программам, кодексам, капитализмам…
«Он провозглашает себя, таким образом, единственным истинным философом настоящего времени и «обозримого» будущего. Кто расходится с г-ном Дюрингом, тот расходится с истиной» (Ф.Энгельс. «Анти-Дюринг»). Каждый вождь ставит себя не то что гением или богом, а повелителем бога (природы), Никто не хочет признать, что он — простой смертный, каждый хочет взять бога за бороду и командовать им, как старуха золотой рыбкой, поэтому и сидим у разбитого корыта уже 20 лет. Никто не хочет искать законы в природе, а навязывает выдуманные свои еще со времен Нерона, Калигулы… А потом ищут козлов отпущения своих амбиций, ошибок, просчетов… Пусть уже Нерон, Гитлер, Горбачев…, но умным и честным это явно не к лицу. А как считаете Вы?! Правы Иисус, Маркс, Ленин… или Гитлер, Сталин, Горбачев???

сестра Ленина о взаимоотношениях Ленина и Сталина

В развернувшейся после смерти В.И.Ленина внутрипартийной борьбе одним из ее элементов стали вопросы истории вообще и отношения участников этой борьбы с покойным вождем партии.
Начал это Л.Д.Троцкий в «Уроках Октября» — противопоставив такую тактику тактике административного наступления, которую осуществляла группа И.В.Сталина (в которую тогда входили его будущие союзники Зиновьев и Каменев).
Затем Зиновьев и Каменев подняли тему отношений Ленина и Сталина — ссылаясаь на последние, в том числе и личные письма Ленина (т.н. комплекс работ, вошедший в историю под названием «Завещание Ленина») — после того, как сами выпали из руководящей группы Партии, на что руководящая группа и среагировала.
Здесь без комментариев два документа — в которых сестра Ленина, Мария Ильинична Ульянова, касается этих вопросов. Публикаторы первого письма пишут, что оно было написано под диктовку Бухарина, который был тогда союзником Сталина, приводя в подтверждение этого черновик за подписью Бухарина.
Я все-таки был бы более осторожен насчет «под диктовку». Мария Ильинична была не тем человеком, которой кто-то мог диктовать.
«В ПРЕЗИДИУМ ОБЪЕДИНЕННОГО ПЛЕНУМА ЦК и ЦКК.
Оппозиционное меньшинство ЦК ведет за последнее время систематические нападки на т. Сталина, не останавливаясь даже перед утверждением о якобы разрыве Ленина со Сталиным в последние месяцы жизни В. И. В целях восстановления истины я считаю своей обязанностью сообщить товарищам в кратких словах об отношении Ленина к Сталину за период болезни В. И. *, когда я была неотлучно при нем и выполняла ряд его поручений.
В. И. очень ценил Сталина. Показательно, что весной 1922 г., когда с В. И. случился первый удар, а также во время второго удара в декабре 1922 г., В. И. вызывал к себе Сталина и обращался к нему с самыми интимными поручениями, поручениями такого рода, что с ними можно обратиться лишь к человеку, которому особенно доверяешь, которого знаешь как истинного революционера, как близкого товарища. И при этом Ильич подчеркивал, что хочет говорить именно со Сталиным, а не с кем-либо иным. Вообще за весь период его болезни, пока он имел возможность общаться с товарищами, он чаще всего вызывал к себе т. Сталина, а в самые тяжелые моменты болезни вообще не вызывал никого из членов ЦК, кроме Сталина.
Был один инцидент между Лениным и Сталиным, о котором т. Зиновьев упомянул в своей речи и который имел место незадолго до потери Ильичем речи (март 1923 г.), но он носил чисто личный характер и никакого отношения к политике не имел. Это т. Зиновьев хорошо знает и ссылаться на него было совершенно напрасно. Произошел этот инцидент благодаря тому, что Сталин, которому по требованию врачей было поручено Пленумом ЦК следить за тем, чтобы Ильичу в этот тяжелый период болезни не сообщали политических новостей, чтобы не взволновать его и не ухудшить его положения, отчитал его семейных за передачу такого рода новостей. Ильич, который случайно узнал об этом, — а такого рода режим оберегания его вообще всегда волновал, — в свою очередь отчитал Сталина. Т. Сталин извинился и этим инцидент был исчерпан. Нечего и говорить, что если бы Ильич не был в то время, как я указала, в очень тяжелом состоянии, он иначе реагировал бы на этот инцидент. Документы по поводу этого инцидента имеются и я могу по первому требованию ЦК предъявить их.
Я утверждаю таким образом, что все толки оппозиции об отношении В. И. к Сталину, совершенно не соответствуют действительности. Отношения эти были и остались самыми близкими и товарищескими.
М. Ульянова.
26 июля 1926 г.
* Я не буду касаться здесь времени, предшествующего его болезни, относительно которого у меня есть ряд доказательств проявления самого трогательного отношения В. И. к Сталину, о чем члены ЦК знают не менее меня».
ЦПА ИМЛ, ф. 17, оп. 2, д. 246, вып. IV, л. 104 — «Известия ЦК КПСС» 1989, № 12.
В личном архиве Ульяновой был обнаружен другой документ, который касается этого же вопроса — отношения Ленина и Сталина.
К сожалению, я не встретил датировку этого документа, но сама М.И.Ульянова умерла в 1937 году. Публикторы считали, что это часть неопубликованных воспоминаний о Ленине. Характерно, что данный документ не был уничтожен после смерти Марии Ильиничны, как можно было было бы предполагать из общепринятых (то есть либеральных) оценок той эпохи.
«В своем заявлении на пленуме ЦК я написала, что В. И. ценил Сталина. Это, конечно, верно. Сталин — крупный работник, хороший организатор. Но несомненно и то, что в этом заявлении я не сказала всей правды о том, как В. И. относился к Сталину. Цель заявления, которое было написано по просьбе Бухарина и Сталина, было ссылкой на отношение к нему Ильича, выгородить его несколько от нападок оппозиции. Последняя спекулировала на последнем письме В. И. к Сталину, где ставился вопрос о разрыве отношений с ним. Непосредственной причиной этого был личный момент — возмущение В. И. тем, что Сталин позволил себе грубо обойтись с Н. К. Этот личный только и преимущественно, как мне казалось тогда, мотив Зиновьев, Каменев и др. использовали в политических целях, в целях фракционных. Но в дальнейшем, взвешивая этот факт с рядом высказываний В. И., его политическим завещанием, а также всем поведением Сталина со времени, истекшем после смерти Ленина, его «политической» линией, я все больше стала выяснять себе действительное отношение Ильича к Сталину, в последнее время его жизни. Об этом я считаю своим долгом рассказать хотя бы кратко.
У В. И. было очень много выдержки. И он очень хорошо умел скрывать, не выявлять отношения к людям, когда считал это почему-либо более целесообразным. Я помню, как он скрывался в своей комнате, закрывал за собой дверь, когда в нашей квартире появлялся один служащий ВЦИКа, которого он не переваривал. Он точно боялся встретиться с ним, боялся, что ему не удастся сдержать себя и его действительное отношение к этому человеку проявится в резкой форме.
Тем более сдерживался он по отношению к товарищам, с которыми протекала его работа. Дело было для него на первом плане, личное он умел подчинять интересам дела и никогда это личное не выпирало и не превалировало у него.
Характерен в этом отношении случай с Троцким. На одном заседании ПБ Троцкий назвал Ильича «хулиганом». В. И. побледнел, как мел, но сдержался. «Кажется, кое у кого тут нервы пошаливают», что-то вроде этого сказал он на эту грубость Троцкого, по словам товарищей, которые передавали мне об этом случае. Симпатии к Троцкому и помимо того он не чувствовал — слишком много у этого человека было черт, которые необычайно затрудняли коллективную работу с ним. Но он был большим работником, способным человеком, и В. И., для которого, повторяю, дело было на первом плане, старался сохранить его для этого дела, сделать возможным дальнейшую совместную работу с ним. Чего ему это стоило — вопрос другой. Крайне трудно было поддерживать равновесие между Троцким и другими членами ПБ, особенно между Троцким и Сталиным. Оба они — люди крайне честолюбивые и нетерпимые. Личный момент у них перевешивает над интересами дела. И каковы отношения были у них еще в первые годы Советской власти видно из сохранившихся телеграмм Троцкого и Сталина с фронта к В. И.
Авторитет В. И. сдерживал их, не давал этой неприязни достигнуть тех размеров, которых она достигла после смерти В.И. Думаю, что по ряду причин отношение В.И. было не из хороших. Но и тут опять-таки сдерживал себя ради интересов дела.
Отношения В. И. к его ближайшим товарищам по работе, к членам ПБ, мне приходилось ближе наблюдать летом 1922 г. во время первой болезни В. И., когда я жила с ним вместе, почти не отлучаясь.
Еще до того я слышала о некотором недовольстве В. И. Сталиным. Мне рассказывали, что, узнав о болезни Мартова, В. И. просил Сталина послать ему денег. «Чтобы я стал тратить деньги на врага рабочего дела! Ищите себе для этого другого секретаря», — сказал ему Ст(алин). В. И. был очень расстроен этим, очень рассержен на Ст. Были ли другие поводы для недовольства им со стороны В. И. ? Очевидно, были. Шкловский рассказывал о письме к нему В. И. в Берлин, где в то время был Шк. По этому письму было видно, что под В. И., так сказать, подкапываются. Кто и как — это остается тайной.
Зимой 20-21, 21-22 г. В. И. чувствовал себя плохо. Головные боли, потеря работоспособности сильно беспокоила его. Не знаю точно когда, но как-то в этот период В. И. сказал Сталину, что он вероятно, кончит параличем и взял со Сталина слово, что в этом случае тот поможет ему достать и даст ему цианистого калия. Ст. обещал. Почему В. И. обратился с этой просьбой к Ст.? Потому что он знал его как человека твердого, стального, чуждого всякой сентиментальности. Больше ему не к кому было обратиться с такого рода просьбой.
С той же просьбой обратился В. И. к Сталину в мае 1922 г. после первого удара. В. И. решил тогда, что все кончено для него, и потребовал, чтобы к нему вызвали на самый короткий срок Ст. Эта просьба была настолько настойчива, что ему не решились отказать. Ст. пробыл у В. И. действительно минут 5 не больше. И когда вышел от Ильича, рассказал мне и Бухарину, что В. И. просил его доставить ему яд, т. как, мол, время исполнить данное раньше обещание пришло. Сталин обещал. Они поцеловались с В. И., и Ст. вышел. Но потом, обсудив совместно, мы решили, что надо ободрить В. И., и Сталин вернулся снова к В. И. Он сказал ему, что, переговорив с врачами, он убедился, что не все еще потеряно, и время исполнить его просьбу не пришло. В. И. заметно повеселел и согласился, хотя и сказал Сталину: «Лукавите?» «Когда же Вы видели, чтобы я лукавил», — ответил ему Сталин. Они расстались и не виделись до тех пор, пока В. И. не стал поправляться и ему не были разрешены свидания с товарищами.
В это время Сталин бывал у него чаще других. Он приехал первым к В. И. Ильич встречал его дружески, шутил, смеялся, требовал, чтобы я угощала Сталина, принесла вина и пр. В этот и.дальнейшие приезды они говорили и о Троцком, говорили при мне, и видно было, что тут Ильич был со Сталиным против Троцкого. Как-то обсуждался вопрос о том, чтобы пригласить Троцкого к Ильичу. Это носило характер дипломатии. Такой же характер носило и предложение, сделанное Троцкому о том, чтобы ему быть заместителем Ленина по Совнаркому. В этот период к В. И. приезжал и Каменев, Бухарин, но Зиновьева не было ни разу, и насколько я знаю, В. И. ни разу не высказывал желания видеть его.
Вернувшись к работе осенью 1922 г., В. И. нередко по вечерам видался с Каменевым, Зиновьевым и Сталиным в своем кабинете. Я старалась иногда по вечерам разводить их, напоминая запрещение врачей долго засиживаться. Они шутили и объясняли свои свидания просто беседой, а не деловыми разговорами.
Большое недовольство к Ст. вызвал у В. И. национальный, кавказский вопрос. Известна его переписка по этому поводу с Троцким. Видимо, В. И. был страшно возмущен и Сталиным, и Орджоникидзе, и Дзержинским. Этот вопрос сильно мучил В. И. во все время его дальнейшей болезни.
Тут-то и присоединился тот конфликт, который повел за собой письмо В. И. к Сталину от 5/III-23, которое я приведу ниже. Дело было так. Врачи настаивали, чтобы В. И. не говорили ничего о делах. Опасаться надо было больше всего того, чтобы В. И. не рассказала чего-либо Н. К., которая настолько привыкла делиться всем с ним, что иногда совершенно непроизвольно, не желая того, могла проговориться. Следить за тем, чтобы указанное запрещение врачей не нарушалось, ПБ поручило Сталину. И вот однажды узнав, очевид-видно, что до В. И. это не дойдет, стал указывать ей, чтобы она не говорила с В. И. о делах, а то, мол, он ее в ЦКК потянет. Н. К. этот разговор взволновал чрезвычайно: она была совершенно не похожа сама на себя, рыдала, каталась по полу и пр. Об этом выговоре она рассказала В. И. через несколько дней, прибавив, что они со Сталиным уже помирились. Сталин, действительно, звонил ей перед этим и, очевидно, старался сгладить неприятное впечатление, произведенное на Н.К. его выговором и угрозой. Но об этом же крике Ст. по телефону она рассказала Каменеву и Зиновьеву, упомянув, очевидно, и о кавказских делах. Раз утром Сталин вызвал меня в кабинет В. И. Он имел очень расстроенный и огорченный вид: «Я сегодня всю ночь не спал», — сказал он мне. «За кого же Ильич меня считает, как он ко мне относится! Как к изменнику какому-то. Я же его всей душой люблю. Скажите ему это как-нибудь». Мне стало жаль Сталина. Мне казалось, что он так искренне огорчен.
Ильич позвал меня зачем-то, и я сказала ему, между прочим, что товарищи ему кланяются. «А», — возразил В. И. «И Сталин просил передать тебе горячий привет, просил сказать, что он так любит тебя». Ильич усмехнулся и промолчал. «Что же, — спросила я, — передать ему и от тебя привет?» «Передай», — ответил Ильич довольно холодно. «Но, Володя, — продолжала я, — он все же умный, Сталин». «Совсем он не умный», — ответил Ильич решительно и поморщившись. Продолжать разговора я не стала, а через несколько дней В. И. узнал, что о том, что Сталин грубо обошелся с Н. К., знают и Каменев, и Зиновьев, и с утра очень расстроенный попросил вызвать к себе стенографистку, спросив предварительно уехала ли уже Н. К. в Наркомпрос, на что ему ответили положительно. Пришла Володичева и В. И. продиктовал ей следующее письмо к Сталину:
«Строго секретно. Лично. Уважаемый товарищ Сталин. Вы имели грубость позвать мою жену к телефону и обругать ее. Хотя она Вам и выразила согласие забыть сказанное, но тем не менее этот факт стал известен через нее же Зиновьеву и Каменеву. Я не намерен забывать так легко то, что против меня сделано, а нечего и говорить, что сделанное против жены я считаю сделанным и против меня. Поэтому прошу Вас взвесить, согласны ли Вы взять сказанное назад и извиниться или предпочитаете порвать между нами отношения. С уважением Ленин». Записано М. В. 5/III-23 г.
Письмо это В. И. просил Володичеву отправить Сталину, не говоря о нем Н. К., а копию в запечатанном конверте передать мне.
Но, вернувшись домой, Н. К. по расстроенному виду В. И. поняла, что что-то неладно. И попросила Володичеву не посылать письма. Она, мол, сама поговорит со Сталиным и попросит его извиниться. Так передает Н. К. теперь, но мне сдается, что она не видала этого письма, и оно было послано Сталину, так как хотел В. И. Ответ Сталина несколько задержался, потом решили (д. б. врачи с Н. К.) не передавать его В. И., так как ему стало хуже, итак В. И. не узнал его ответа, в котором Сталин извинялся.
Но как В. И. не был раздражен Сталиным, одно я могу сказать с полной убежденностью. Слова его о том, что Сталин «вовсе не умен», были сказаны В. И. абсолютно без всякого раздражения. Это было его мнение о нем определенное и сложившееся, которое он и передал мне. Это мнение не противоречит тому, что В. И. ценил Сталина как практика, но считал необходимым, чтобы было какое-нибудь сдерживающее начало некоторым его замашкам и особенностям, в силу которых В. И. считал, что Сталин должен быть убран с поста генсека. Об этом он так определенно сказал в своем политическом завещании, в характеристике ряда товарищей, которые он дал перед своей смертью и которые так и не дошли до партии, но об этом в другой раз».
ЦПА ИМЯ, ф. 14, оп. 1, д. 398, л. 1—8. — «Известия ЦК КПСС», 1989, № 12.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *