Масленица и пост

Питер Брейгель Старший. Битва Масленицы и Поста

Питер Брейгель Старший.Битва Масленицы и Поста. 1559г.Дерево, масло. 118 ; 164,5 см .Музей истории искусств, Вена
В работах Брейгеля, созданных в конце 1550-х годов, заметен интерес к народной тематике. Идеи и методы ренессансного искусства соединились в творчестве художника с национальными традициями.
Стихия народной жизни пронизывает полотно «Битва Масленицы и Поста» (1559). В этом произведении Брейгель направил свое внимание не на изображение природы, а на человеческую толпу, динамичную и живую.Здесь нет ничего неподвижного: люди снуют между домами, выходят из дверей и выглядывают из окон, что-нибудь несут, держат, протягивают или попросту размахивают руками.
Художник в картине создает всеобъемлющую сцену народного веселья. Вместо безграничных, поглотивших в себе людей, равнодушных к ним и вечных пейзажей явилась бурлящая, шумная человеческая стихия. Осознав космическую необъятность мира, он почувствовал и другую космичность — людских, человеческих масс.
Суть сюжета картины — противоборство Масленицы и Поста, олицетворяющих собой Добро и Зло, Веру и Неверие, Воздержание и Распущенность.
В последний день карнавала в нидерландских городах и селах устраивалась шуточная битва Масленицы и Великого Поста. Подобный ежегодный праздник Брейгель мог наблюдать с раннего детства. Жители городов и сел готовились к уличному представлению заранее. Они шили костюмы, устраивали репетиции, готовили угощение. Наступал торжественный момент, и все высыпали на улицу. Несмотря на запреты церкви и властей (Карл V и его последователь, Филипп II, издавали указы, ограничивающие время проведения уличных шествий и увеселений), этот древний языческий праздник продолжал жить и собирал множество желающих поучаствовать в нем.
Художник изобразил площадь в небольшом фламандском городке, где собрались представители разных социальных слоев. Монахи, торговки, нищие, ряженые и обычные праздные горожане гуляют по площади, заходят в лавки, выглядывают из окон своих домов.
Центральная фигура праздника — король Карнавал. Он, как на боевого коня, взгромоздился на винный бочонок. Головой «лошади» служит свиной окорок, пригвожденный к бочке кинжалом. Свои короткие ножки Карнавал вставил в стремена — медный таз, привязанный веревкой к седлу. Из амуниции на нем только шлем — это миска с куриным паштетом, который так же как копченую свинину, жаренную домашнюю птицу и вафли было принято поедать в дни перед постом.
Король вооружен кинжалом и железным вертелом (копьем), на который для устрашения противника нацеплена большая копченая свиная голова, подрумяненная на костре утка, и кусок ветчины. «Королевская» охрана вооружена устрашающе : решеткой для барбекю, гигантским блюдом со сладкими имбирными оладьями, рогатиной, свечой. Завершает процессию мальчик с бумажной короной на голове.
Колесницу с троном противника тащат две монахини. Тщедушный наездник (Пост) с серо-зеленым лицом и пчелиным ульем вместо шлема (символом умеренности) здесь само воплощение смирения. При нем селедка, четки из лука, постные лепешки и фиги в корзине — скромная пища времени воздержания. Его свита — женщины и дети, у которых на лбу нарисованы черные крестики. Обычно их рисовали золой на лбу прихожанам священники по окончании мессы в «пепельную среду». Тут же просят милостыню калека и стоящая позади него женщина со спрятавшейся в корзине обезьяной.
Здесь Брейгель намекает, что парочка явно дурит прохожих. А еще есть шутовская свадьба, прокаженные с шутом и факелом, мужчина зачем-то украсивший голову вафлями.
В первые дни поста у голландских женщин принято было убирать дом, — вот женщина моет окно. Или еще, накануне поста, на «жирной неделе», люди выносили на улицу поломанную домашнюю мебель и утварь и сжигали ее в большом костре. Вот он полыхает в верхней части картины. Персонажей так много, что даже простое их перечисление готово затянуться до бесконечности.
Карнавал всегда был частью большого городского праздника, неуемного веселья и счастливого времени свободы. Однако картину «Битва Масленицы и Поста» жизнерадостной никак не назовешь. И дело не в колорите, выбранном художником для картины. Скорее чуткий к переменам, которые несла с собой Реформация, и молчаливый по натуре Питер Брейгель языком аллегорий и намеков повествует, каким невеселым может быть праздник.
Дотошный этнограф Брейгель тщательно перечисляет всех действующих лиц, детально прописывает все, чем жили его современники, составляет мозаику из фрагментов действительности, собственных живых впечатлений и выдает на-гора энциклопедию городской жизни. Через рядовое, повседневное, обыденное, он говорит о том, что его реально тревожит, рассуждает о человеческой природе, ее пороках и добродетелях. Он философствует, а еще смеется между строк. И смех этот какой-то злой.
Изобразить последний день карнавала по-настоящему веселым, каким он должен был быть, Брейгелю не позволили тягостные раздумья о тех страданиях, которые стали уделом его народа. Страшным напоминанием об этом оставались виселицы, расставленные в каждом городе и деревне. Брейгель не мог отрешиться от своих печальных мыслей.
Поэтому так много на площади калек и убогих. Люди, не обращая на шумный праздник никакого внимания, занимаются обычными делами. Есть и фигуры откровенно мрачные: вот из храма выходит процессия в черных одеяниях, две худые старухи волокут ящик на колесах с телом покойника. Позднее хозяин картины закрасил изображение покойника, но очертания человеческого тела все еще можно разглядеть сквозь темный слой краски.

LiveInternetLiveInternet

Подведение итогов отсюда

ЕщЁ рекомендую: Настоящий Профессор Филин

Забавный сборник лаковых миниатюр «Troika»

ПРОВОКАТОР ГОДА

Загадка профессора Филина
Я собрала и систематизировала всю информацию и все мнения, касающиеся картины «Масленица», обсуждение которой проходило здесь:
http://community.livejournal.com/psyconsulting/71836.html Пост набрал 5000 комментариев, но ответ на загадку так и не был обнародован (пока, по крайней мере). Получилась примечательная с точки зрения психиатрии и анализа изобразительного искусства дискуссия.
Мнения я обобщила, схожие мнения привела к общему знаменателю.
Мой каторжный труд посвящается душевнобольному художнику-дилетанту И.Куплину, работа которого будоражит умы студенчества уже более 15 лет, и силе коллективного сетевого разума, который способен на все! 🙂
Часть первая. Исходные данные, информация о художнике и картине, ссылки на ресурсы о творчестве душевнобольных.
ИСХОДНЫЕ ДАННЫЕ


(кликабельно)
1. Профессор И. В. Филин продемонстрировал студентам интересную брошюрку «Фрейд: новые иллюстрации», которая заключала в себе подборку картин, написанных душевнобольными людьми, в частности больных шизофренией и ее наиболее тяжелыми формами.
2. Среди картин была «Масленица», написанная душевнобольным человеком. Суть его болезни заключалась в том, что человек не видел вокруг себя НИЧЕГО, кроме своих фантазий и желаемого.Долгое время картина висела в холле гостиницы «Украина», но никто даже не подозревал, что ее художник — глубоко больной человек.
3. Согласно профессору, в этой картине есть признак, который со 100%-й вероятностью показывает, что художник — с психическими отклонениями, за 15 лет его преподавание этот признак нашел лишь один студент.
Подсказки:
1. Дело не в мелких деталях.
2. Если вы попытаетесь найти себе место внутри нее — вы его не найдете, нормальному человеку там нереально провести время, вы понимаете, что вас там просто быть не может.
Другие подсказки и уточнения от профессора, появившиеся позже:
1) Теория с мертвецами и кладбищем — мимо
2) Теория про грудь и прочий сексуальный подтекст — мимо
3) Скотомофобия — мимо
4) Аутофобия — мимо
5) Агорафобия — очень близко
6) КЛЮЧЕВЫЕ слова для разгадывания этой картины — ВОДА и ВОЗДУХ.
7) Если попытаться представить, чтобы вы могли услышать находясь там, внутри?
8 ) Если взять картинку из лубковой живописи, с похожим сюжетом, при сравнение таких картинок сразу будет видно несоответствие между ними.
9 ) Относительно того, что люди в повозках смотрят на нас, потому что мы чучело, которое сгорит через несколько секунд: нет, не чучело, а немного другое.
10 ) Больной страдал канфубицизмом (выдаванием желаемого за действительное) и фобией, определить которую можно по его картине.
11) Что находилось на этом месте раньше, до изображаемых собитый? Если убрать все обьекты, на что будет похоже это место?
О КАРТИНЕ И ЕЕ АВТОРЕ:
Как выяснилось в ходе обсуждения, она является копией работы некоего Антонова. Антонов, предположительно, рисовал не Масленицу, а празднование Нового Года.


(кликабельно)
Есть такой Музей Творчества Аутсайдеров:
http://www.museum.ru/outsider/col_6.htm
Согласно информации на сайте музея, «Масленица» находится у них. На сайте она выглядит так:

По словам людей, посетивших на прошлой неделе этот музей, «Масленицы» в там нет. Была ли она когда-нибудь и куда делась — не известно (начальство в отпуске, а кроме него никто не знает).
Однако, в этом музее находится другая работа, предположительно этого же автора, под названием «Девятый вал»:
http://www.museum.ru/primitiv/image.asp?pic=KO_0001
http://www.museum.ru/Primitiv/exc_028.htm


(кликабельно)
Картина написана по мотивам одноименной работы Айвазовского:


(кликабельно)
Побывавший в музее молодой человек пишет, что «Картина (9-й вал Куплина) написана на куске оргалита, который до этого похоже был крышкой какого-то ящика
по краям дырки от гвоздей, краска в некоторых местах облуплена. В углу картины подпись А Куп, под картиной написано, что автор Куплин. Больше никакой информации нет, в том числе в каталоге музея. Хочу добавить, что некоторые картины туда попали со свалки которая находиться рядом с психбольницей, и соответственно об авторах ничего не известно».
На сайте есть информация, что картина «9-ый вал» Куплина поступила к ним в 1990 из московской психиатрической больницы.
Предположительно, работы в этот музей попадают отсюда:
Арт-терапевтическая Ассоциация (под руководством Копытина А.И., редактора журнала «Исцеляющее искусство»)
Ассоциация проводит большую работу в области арт-терапии, организует международные конференции, выставки психопатологической экспрессии, издает журнал «Исцеляющее искусство».
Центр арт-терапии, ПБ №1 им. Кащенко (художественный руководитель В.Бирюков)
При больнице в арт-терапевтических целях создана художественная студия под руководством профессиональных художников.
ССЫЛКИ НА ТЕМУ ТВОРЧЕСТВА ДУШЕВНОБОЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ
Пройти тест:
http://www.investments.com.ua/insaneout/
Примеры творчества душевнобольных:
http://www.medicus.ru/psyhiatry/pats/?cont=picturestd&startrow=64
Творчество шизофреника в прогрессирующей стадии:
http://instruct1.cit.cornell.edu/Courses/nbb421/student2003/epl8/Blank%20Page%202.htm
Статья о творчестве душевнобольных:
http://www.npar.ru/journal/2004/1/creativeness.php
Агорафобия в картинках:
http://www.ispras.ru/~igor/Tiurin/pages/01.htm
Сайт кировоградской больничьки психиатрической (зайти в раздел Креатив)
http://kopb1.narod.ru/krt.htm
Арттрерапия:
http://www.bookap.by.ru/genpsy/psykarv/gl22.shtm
Творчество психически больных:
http://zhurnal.lib.ru/m/miljawskij_w_m/doc224.shtml
ВИЗУАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ РАЗМЫШЛЕНИЙ О «МАСЛЕНИЦЕ»
Если убрать разные детали картины:








(кликабельно)
Верх и низ отдельно:
(кликабельно)
Если подправить цветовую гамму:
(кликабельно)
Если наложить Куплина на Антонова:
И прочая, и прочая:
(кликабельно)
Обратите внимание и на это тоже:

Масленица и ее масленичники
Часть вторая. Люди и лошади. Дома. Пространство картины. Звуки. Диагнозы.
Люди и лошади
1. Люди в повозках — пациенты психушки (желтого дома, изображенного на заднем плане), поэтому у них такие печальные, нерадостные лица.
2. Людей в повозках куда-то (насильно) увозят навсегда, они сидят неподвижно, что подчеркивает трагичность ситуации.
3. Люди в повозках мчатся с праздника на большой пожар, отблески которого можно увидеть на снегу.
4. Люди напряженно смотрят на зрителя. Они увидели что-то пугающее, а бежать и прятаться им негде, так как в домах нет дверей (или доступ к ним перекрыт). Уклон холма таков, что сани и кони все равно сползут к реке. Людям на заднем плане до них нет никакого дела.
5. Лошади не скачут, а крутятся в водовороте.
6. Люди на конях не живут в картине, не живут в мире, а пребывают где-то между. Они смотрят на нас, но выбраться не могут.
7. Саней на самом деле нет — люди стоят по колено в свежевырытых могилах или сидят на тряпках.
8. Уши у ушанок возниц торчат, как рога у чертей.
9. Центральная повозка вообще горит.
10. Лыжники, стоящие на маленькой горке, катятся вниз. Внизу находится покрытая лдьм река, куда они неминуемо провалятся и погибнут.
11. Лошади бегут, а сани стоят.
12. Одежда пассажиров символизирует градации цветов типичного пламени (проверьте на спичке): Синий, Красный, Жёлтый. На других санях как бы тлеют угли (Жёлтый, Красный, Чёрный), но гармонисты уже раздувают меха. Классическая градация элементов: земля, ВОДА, огонь, ВОЗДУХ.
13. У извозчика на средних санях на шею петлей накинуты вожжи, у крайних в руках петли
14. Автор на всех лицах изобразил свое собственное лицо
15. Силуэты троек расположены так, что все вместе напоминают волну
16. Ноги лошадей очень похожи на такие маленькие шестипалые ручки, которые скребутся, царапаются и выскребают мозг. Или на паука.
17. В пассажирах повозок (особенно, центральной) автор изобразил близких ему людей (например, медсестер, которые к нему хорошо относились). Женщина в синем — возможно, его мать.
18. Лошади — это машины, люди — светофоры. На картине изображен нерегулируемый перекресток со сломанными светофорами. Одно мгновение до неминуемой аварии.
19. Первая( сверху) тройка лошадей выступает как ниоткуда. Две остальные тройки явно не могут вместить рядом третью, вот и не в тему.
20. Изображены люди, которые заняты праздником, и до автора никому нет дела. Автор погибает (захлебывается, ему нечем дышать), поэтому рисует упряжки с лошадьми, которые могут его вытащить.
21. Художник ихобразил ад и ТРИ тройки ! а три тройки это девять ! перевернутое дает шесть..три шестерки это число зверя ! Хдожник явно сошел с ума на Апокалепсисе.
Дома.
1. Деревенские постройи сочетаются с городскими.
2. Желтый дом с решетками на окнах — психушка. В этом доме не горит свет. Потому что:
— пациентов не пустили на праздник, уложили их спать
— пациенты все выехали оттуда на повозках праздновать
3. У дома, где стоят женщины, есть балкончик, а выхода на него нет.
4. Бросается в глаза отсутствие в домах дверей. Единственный проем, который может быть намеком на дверь, закрывает женщина с коляской.
5. Свет в домах есть, а линий электропередач на картинах нет.
6. Справа и слева картины художник изобразил одну и тут же группу домов, но с разных ракурсов.
7. Слева — вид спереди, справа — вид сзади.
8. Дома стят на льду, на поверхности замерзшего озера.
Пространство картины
1. Картину можно разрезать на две части, верх и низ, которые могут существовать независимо.
— вверху спокойный ночной пейзаж, мир реальных людей, внизу бешеные гонки сумасшедших
— вверху реально существующее, внизу то, что видно только автору и существует исключительно в его воображении
2. Картину можно разрезать вертикально на две части и получится как бы два кадра одного и того же события. Повторяющийся сюжет, правая часть — частичная копия левой.
3. На картине изображено всего три предмета — один коричневый дом, один желтый дом, и одни сани с лошадьми. Но художник рисует эту композицию три раза, с разных сторон, с разными деталями
3. Искаженная перспектива, отсутствие обозначений ветра, статичность поз указывает на то, что действие происходит под водой. Воздух в этой картине является водой.
4. Дело происходит на небе. Цвет домов и других желтых пятен в композиции принимается художником за солнце, пробивающееся сквозь облако.
5. Картина создает ощущение вакуума.
6. Все на картине вращается вокруг одной точки, как внутри юлы (волчка). Мир зациклен, все бесконечно движется по кругу.
7. Пространство картины заполнено водой и все происходит под водой.
8. Картина похожа на карусель. Синее пятно в центре — центр, вокруг не холм, а вращающийся диск. Если разрезать картину горизонтально, тройки летят в пропасть.
9. Все происходящее на картине засасывается в огромную воронку.
10. В картине нет устойчивости, как бы скатываешься.
11. Если перевернуть картинку, то все как бы стекает в воду (небо на картине является водой). Все засасывает в это озеро.
12. Своей перспективой, картина похожа на новогодний сувенирный шар.
13. На заднем плане не небо, а море. Все изображенное находится на маленьком островке в океане и лошади мчатся в воду.
14. Наполненный снежинками воздух — ни что иное, как рябь на воде.
15. В левом нижнем углу находится река (куда могут упасть и лыжники, и кони).
16. Холм — это вунлкан, а снег это вулканический пепел.
17. Полускрытое домом тёмное пятно — это центр ВОДОВОРОТА. Картина скручивается в водоворот, справа это очевидно по следам от саней и далее по направлению склона, слева — не столь очевидно — линия от полутени на снегу.
18. В картине нет центра — он пустой, все объекты находятся по периметру картины
19. Картина вызывает головокружение.
20. Может быть это автопортрет? В профиль, лицом вверх. лоб — там где перевернутый желтый дом слева, на месте дома с красными ставнями — дырка от (для) глаза, потом перспектива искажается — нос остается где-то за домами помельче, а губы съезжают вправо там где ложбинка и 2 чувака стоят. В левом нижнем углу — волосы.
21. Картина напоминает больничную койку, застеленную белоснежной простыней и с подушкой, лежащей на ней. Художник, видимо, выступает тут в роли наблюдателя. Он придумал сценку, которую разыграл прямо на больничной койке: Все такое белоснежное – значит пускай будет снегом. Стена за кроватью – это небо. А тут, вместо пустого пространства (тот изгиб, где кончается койка), пускай течет речка. В пустующей же части простыни он насадил деревьев, выстроил дома, вообразил людей и сани с запряженными в них лошадьми.
22. Не хватает теней и непонятно откуда идет свет.
23. В картине нет композиции. Нет целостности. Каждый объект является самостоятельным и никак не связан с другими. Картина просто не воспринимается целиком.
24. Вокруг поляны-холма можно разглядеть штук пять медведей. Люди веселятся не зная, что на них хотят напасть медведи. Чувак боялся неожиданного нападения диких зверей.
(кликабельно)
Если убрать все с картины, то получится….
— пустое место
— снеговик
— половые органы
— грудь
— глаз
— мозг
— отсутствие праздника
— если убрать людей, и оставить только дома, то получится кладбище
— кусок земного шара, вид из космоса
— живот беременной женщины
(кликабельно)
Что мы услышим?
1. Удары плетей по лошадям и звук аккордеона
2. Оглушающую тишину
3. Лошадиный топот и громкий храп (ржание?)
4. Шум бурлящей реки
Автор этой работы….
1. Смотрит на происходящее из окна психушки.
2. Видит себя
— снеговиком, который скоро растает
— солнцем или богом, на которого смотрят люди в санях
— чучелом, которое скоро будет сожжено
— кучером центральной тройки, который спасает от смерти близких ему людей
— птицей на дереве
— повешенным, который висит на дереве, люди едут мимо и ничем не могут помочь
— костром для чучела
— весной, которая придет и разрушит этот зимний мир/уничтожит зиму и холод, которых боится автор
— девочкой со светлыми волосами, которая сидит в одно из повозок, которую насильно куда-то увозят навсегда
3. Автор смотрит в прорубь и видиет все происходящее там. Можно заметить концетрические круги, как от брошенного камня.
4. Автор едет на санях с горки наперерез коням.
5. Автор стоит на трибуне перед которой проходит парад троек. Сидящие в санях выстроены по росту. Мания величия вобщем. Внутри звучит парадный марш.
6. Автор — теща! ее хоронят — рвут баяны!
Наши диагнозы:
1. Спацефобия (боязнь пустого пространства): заполнил все жуткими людьми, которые на него смотрят.
2. Агорафобия.
3. Страх слишком быстрых перемен: все утечет, когда снег растает.
4. Страх вулканов и их извержений, так как действие картины происходит на вулкане, а снег это пепел.
5. Танатофобия:
— все погибнут, потому что из закручивает в воронку
— все погибнут, потому что действие происходит на поверхности замерзшего озера, которое растает и все утонут
6. Страх шума
7. Арахнофобия (страх пауков), потому что ноги лошадей напоминают паука
8. Страх темноты, потому что
— художник все заполнил светом (и солнечным без солнца, и звездным, и электрическим)
— если убрать с картины все, то получится унылый пейзаж, изображающий страх художника, поэтому он заполнил все пространство образами, реально не существующими
9. Страх солнечного света (гелиофобия), потому что много сочетаний красного и желтого, плюс сюжетом выбрана Масленица (проводы темного времени суток, что удручает художника)
10. Клаустрафобия
11. Страх воды, потому что автор расположил себя высоко от земли, где он не касается снега (то есть, воды)
12. Страх бегущей воды, потому что лошади бегут по льду, под который вот-вот провалятся и все погибнут
13. Страх огня и пожара, потому что изобразил пылающие пожары в домах, плюс языки пламени на средней повозке
14. Социофобия, потому что автор как бы смотрит на происходящее через окно, так как боится оказаться рядом с людьми внизу
15. Боязнь комет и солнечных затмений, потому что на картине изображено типичное солнечное затмение посреди дня.
16. Страх утонуть, потому что на картине вместо воздуха — вода.
17. Страх быстрой езды, потому что лица у сидящих в повозках очень напряженные, нерадостные
18. Термофобия, потому что все теплые цвета утоплены в холодном снеге
19. Боязнь ночи и темноты (никтофобия)
20. Эпилепсия, выраженная в детализации, и на картине есть все необходимое, кроме жизни.
Отдельно высказано мнение, что загадка не имеет ответа, так как, судя по описанию профессора, пациент был онейроидом. В остром состоянии такие пациенты лежат неподвижно, переживая разного рода галлюцинации и живя в воображаемом мире. Вобщем, картин в таком состоянии писать невозможно.
Свидетельства тех, кто ранее общался с профессором
Меня зовут Михаил Шустерман. Я в 1998 году учился в Московском Банковском Институте, на 2 курсе Иван Владимирович (? простите, запамятовал отчество) Филин действительно показал эту картину и задал нашей группе (2-ФК-3) вопрос о 100% признаке психического расстройства автора (к слову, нам он сказал, как сейчас помню, что задает ее своим студентам 12 лет). И я действительно назвал ему правильный ответ. Считаю, что мне повезло, поскольку теща моего школьного друга, Володи Матусевича (Володя, спасибо за ссылку!) была главврачом одной психиатрической лечебницы (кстати, Володя, передавай привет ей и Льву Давыдовичу). Она и подкинула в свое время Ивану Владимировичу (когда-то он был ее аспирантом) эту загадку, от нее я узнал ответ. Я даже не знаю, насколько правильным был мой ответ и не уверен, что сам Иван Владимирович знает это (между нами говоря, вполне может статься, что Зинаида Георгиевна над нами всеми подшутила, и никакого 100% признака нет и в помине).
Разгадка заключалась в том, что в ситуации, изображенной на картине, автор ассоциировал себя со снеговиком. Всех моментов я уже не упомню, но основными признаками были общая холодная цветовая гамма картины и отсутствие масленичного костра (горящих веток, бликов на окружающих предметах). Таким образом, автор полностью устранил из картины тему перехода зимы в весну и сопутствующего ему праздника масленицы. При этом он испытывал сильное нервное напряжение, которое передалось всем персонажам картины и также выразилось в попытках упорядочения объектов и деталей на картине. Более того, лица людей словно не дышат — это проекция мировосприятия «неживого» снеговика.
Вот, собственно, и всё.
miha_shu
http://community.livejournal.com/psyconsulting/71836.html?thread=1501596#t1501596
Точно помню, что видел когда-то сие полотно, и читал пояснения к нему. В тех пояснениях открыто было сказано о признаке душевной болезни на картине. Он заключается в том, что «жёлтые дома» изображены с решётками на окнах, т. е. это как бы некие психические клиники. Вот это и показалось психиатру симптомом болезни.
Мне в своё время подобное объяснение не показалось убедительным: там многословно излагалось, но не впечатлило. Забыл совсем, где это видел, ибо не психиатр, но почитал тутошние комменты и вспомнил существо дела.
Если здесь обнародуют другой признак, то это точно разводка, т. к. я с абсолютной ясностью вспомнил суть тех рассуждений.
perebe34ik
http://community.livejournal.com/psyconsulting/71836.html?thread=1571740#t1571740
Все. Остальное здесь: http://community.livejournal.com/ru_filin/

Вот он — верный ответ!

Проверяя, не было ли чего-нить похожего в комментах, очень удивился, что при таком обилии подсказок и иллюстративного материала многие комменты писались «исключительно, в качестве очередного бреда))». Это, конечно, очень весело – «весь этот бред», но в целом варианты, основанные на всяких домыслах, изощренностях и прочих снеговиках со сведЕнием к минимуму использования психологии и логики, не слишком приближают нас к нахождению решения. Это как пальцем в небо…
Сначала о том, почему следует отмести некоторые распространенные варианты.
Итак, следующие утверждения неверны или маловероятны (курсивом объясняется почему):
1) профессора нет, он всех разыграл, илиshaltai_baltai всех разыграл, или профессор просто не знал, что картина срисована с картины настоящего художника, а потому ошибся.
Это очень маловероятно. Во-первых, профессор Филин, судя по тому, что о нем писали на Сачке, — прекраснейший человек и вряд ли стал бы так жестоко обманывать своих студентов, только чтобы посмотреть, какие у них фобии или еще по какой-нить причине. Шалтай-балтай также вызывает у меня доверие. Во-вторых, то, что в гостинице Украина (или в какой там?) висела скорее нормальная копия картины Антонова, а не наша любимая)) Масленица – каждый может ошибиться, память не резиновая. Но то, что Масленица присутствует в альбоме с названием «Фрейд: новые иллюстрации» явно показывает, что какая-то болезнь, определяемая по картинке, у нарисовавшего ее Куплина все-таки есть.
2) дело в решетках на окнах
Вполне возможно, что когда-то эта или похожая картина и упоминалась в связи с тем, что психбольной не может себе представить дома без решеток. НО – 1) назвать запечатленное на картине решетками язык не поворачивается; 2) даже если в хорошем качестве там видны решетки – это вовсе не признак никакой особенной фобии, человек привык к решеткам на домах и рисует их на домах… возможно, отчасти это и может указывать на нечто наподобие агорафобии, но, в любом случае, решетки, даже если они и есть, — это частный признак, а «дело не в мелких деталях».
ну и 3) дело в снеговике
Надеюсь, что все кто еще сомневается насчет снеговика, поймут, наконец, что чел просто пошутил так…
Конечно, все комменты во всех темах я не просматривал. Просмотрев небольшую часть, я юзал поиск по словам в остальных постах. Из того, что нашел, вот несколько предположений, которые были наиболее близки к нахождению верного имхо решения:
1) «тут нужно что-то более обширное… возможно взаимодействия всего на этой картине…» (сорри, имя автора не скопировал)
Именно этим и займемся.
2) «Ребят я все-таки хочу обратить ваше внимание, что человек жил в мире собственных иллюзий… Мне кажется это тоже ключ…
Получается так что переделывая оригинал, он убрал от туда все что не хотел видеть…» (сорри, опять без имени автора)
3) hovon
2006-12-03 01:51 pm UTC (ссылка)
«Мне кажется, важно обратить внимание на то, что автор картины жил в мире своих фантазий.
«человек не видел вокруг себя НИЧЕГО , кроме своих фантазий и желаемого( только вдумайтесь).»
«— агорофобия, по его словам очень близко»
Давайте сопоставим… человек который живет в мире собственных фантазий страдает чем-то близким к агорофобии.
С одной стороны, если вдуматься это кажется просто нереальным.
Как он может страдать агорофобией … если он в это же время может быть где угодно и видеть все что захочет…»
Итак, Куплин, «срисовывая» картину, основывается на каком-то реальном оригинале. Нам следует сосредоточить внимание на отличиях куплинской картины от оригинала. То, что он в картину привносит от себя – уже явно основывается либо 1) на его самостоятельном желании, чтобы было так (и именно ЖЕЛАНИИ, а не страхе, раз он выдает желаемое за действительное), либо 2) на отсутствии мастерства настоящего художника. Вторым фактором как раз можно объяснить всякие неестественные позы коней и прочие мелочи, которые иногда приводились юзерами как возможные признаки умственного расстройства.
На картине много свободного пространства и автор Масленницы его не боится – вместо агорафобии, боязни широких пространств, тут кое-что почище. Куплин не отождествляет себя с людьми на санках, он смотрит на них, а они смотрят на него.
4) mashusena
2006-11-29 06:24 pm UTC (ссылка)
«Проанализировав версии (плюс то, что экзаменатор сказал отбросить все лишнее на картине), мне кажется, что это кладбище. После этого на картину страшно смотреть стало. Они из-под земли как бы наполовину вылезли. Фобия-боязнь смерти. ( ну или ему казалось, что он мертвых видит).»
Mashusen’ой и многими другими разрабатывалась версия о смерти. Но Филин сказал, что люди, вылезающие из могил – мимо…
И вот еще последняя цитата:
5) olegin
2006-11-30 07:45 pm UTC (ссылка)
«Ответ был: вы правы, но вы не в роли чучела, немного другое.
не вы а сам автор картины, он патологически боялся смерти»
В точку – в роли чучела сам автор картины, но мимо — боязнь смерти.
и теперь самое главное – ответ на замучивший людей вопрос:
Куплин был человеком, который боялся не смерти, он БОЯЛСЯ ЖИТЬ ДАЛЬШЕ. Он жаждал умереть, он всеми силами своей больной души стремился оказаться в могиле. Возможно, он был из таких пациентов, которым в психушке не давали вилок, и кисточки у него были какие-нибудь особенные, чтоб без острых концов.
Куплин, видимо, обожал свою картину – это его «желаемое», автор видел себя чучелом масленницы.
Что можно такого заметить на картине, что подтверждало бы эти слова??

В отличие от оригинала Антонова на картине нашего больного:
1) черные дома стоят строго впереди желтых. Черные дома символизируют землю могилы, желтые — надгробия. конечно, надгробия чаще светлее, не желтого цвета, но восприятие у психических особенное, желтый цвет опять же любят… хотя один светлый домик сзади есть все-таки – это надгробие ракурс сбоку)) — поэтому земли не видно. А там, где два черных впереди одного желтого – это родственники похоронены – надгробная плита общая
2) рядом с черными домами геометрически правильные огороженные территории, за которыми растут кустики там всякие, тогда как у Антонова растительность расположена кусочками как придется. Эти ограды – как на кладбище.
3) хотя кони типа куда-то рвутся, а погонщики типа машут, правильно было замечено, что картинка создает впечатление абсолютной статичности – люди сидят на санях, улыбаются (спасибо dvanoltri, ибо если не приглядываться – кажется, что многие грустят) – смотрят на могилу Куплина и прощаются с ним. Другие люди стоят кучками у других могил. Он так рад, что они там наверху, а он уже успокоенный – в земле. Естественно, Куплин все-таки срисовывал картину, поэтому ему ПРИШЛОСЬ нарисовать коней там всяких, но они получились совершенно никакими, а вот улыбающиеся лица народа, смотрящие на масленницу-куплина – все-таки жутковаты… (хотя для куплина – самое оно)
4) ну и стандартный аргумент — само название картины – Масленица, тогда как в оригинале что-то про новый год. Сжигание чучела масленницы символизирует положение в могилу Куплина.
Естественно, автор не мог в этом случае нарисовать кладбище и себя на нем непосредственно, ибо срисовывал с другой картины, но его бессознательные желания во всем своем цвете отразились на куске коробки, скрываясь под масками других предметов, что вполне соответствует фрейдовской теории.
А теперь, перечислю некоторые не названные еще косвенные признаки, которые также подтверждают мою версию:
• агорафобия, действительно, получается близко – только он боится не широкого пространства, а быть в пространстве вообще – хочет лечь в гроб и умереть
• сразу понятно, откуда происходят неестественность картины, невозможность присутствовать в подобном месте – просто вещи, срисованные с оригинала художника Антонова, перемешиваются в ней с бессознательными устремлениями Куплина
• и самое существенное – точно такая же тема желания смерти в куплинском Девятом валу.
Два Девятых вала есть здесь:
http://i28.photobucket.com/albums/c203/alexonya/maslenitsa/ayvaz.jpg
http://i28.photobucket.com/albums/c203/alexonya/maslenitsa/shtorm.jpg
Объясняю про Девятый вал.
У Айвазовского «Девятый вал» — картина романтическая, она о судьбе людей-героев, которые из последних сил борются со стихией, и вот уж солнце выглядывает и есть надежда, что страшная волна пройдет, они уцелеют и все будет замечательно. Потрясающая картина! Что же у Куплина? ну не считая техники и тому подобного. Первое, что бросается в глаза – люди – беспомощные, скованные, невесть как выживающие на этой мачте, да и вообще на этой земле. Один из них, кажется, приподнимается на мачте, чтобы встретить своего избавителя – волну! Ну и главное тут – волна! Сравните – у Айвазовского по центру идет огроменная волна, а за ней, справа, собирается еще одна большая волна, но не такая уж критическая, даст Бог, пронесет – справятся человеки. А у Куплина по центру тоже волна ого-го, но справа, справа-то ваще что-то нереальное – ровная всепоглощающая волна еще только начинает собираться, а уже почти выше той, что по центру. Создается впечатление, что эта волна через миг сомкнется с небом и у потерпевших крушение не останется никаких шансов. Но, как же это – никаких шансов – грит Куплин – все в кайф: все захлебнутся и утонут, ох, как же это сладко)) Его воображение опять рисует перед ним картину «желаемого», на этот раз он ассоциирует себя с одним из людей на мачте – благо, никто из них не смотрит с картины прямо на нас, как в Масленице.
Конечно, все это толкование не совсем полно. Подсказка о том, что ключевыми словами являются вода и воздух остается непримененной, хотя возможно, что между профессором и Шалтай-болтаем просто возникло недопонимание, и профессор Филин имел ввиду что-нибудь другое. Может он, например, хотел, чтоб студенты мыслили через категории вода, воздух.. ну а там и до земли недалеко – могилы и все такое. Может, конечно, профессор под заболеванием и совсем другое что-нибудь имел ввиду. Но все равно, я думаю, что главная проблема Куплина заключалась именно в стремлении к смерти и, соответственно, страхе продолжать жить… А в перерывах между срисовыванием известных картин он развлекался рисованьем гробиков, трупиков и пр. и пр. брррррр….. =))
з.ы. спасибо alexonya за замечательную систематизацию дискуссии по Масленице
аввы

В средневековых Франции и Нидерландах центральным эпизодом последнего дня карнавала («mardi gras» — «жирный вторник») была веселая битва между Масленицей и Великим Постом. Знаменитая картина Брейгеля Старшего на эту тему – истинная фольклорная энциклопедия с драгоценными деталями, пространная «хроника» масленичных гуляний. Связанная с обрядовыми и иконографическими традициями ХV в., она вдохновлена и личными впечатлениями мастера, который внес с свое произведение множество оригинальных мотивов.
Композицию характеризует высокая точка зрения и перспективное построение по «сценическому» принципу. Многочисленные группы участников празднества, объединенные общими действиями и как бы живущие в своем замкнутом мире, равномерно рассыпаны по плоскости картины. Отдельные «кадры» включены в пространственные планы – «кулисы», уводящие взгляд в глубину. Площадь фламандского городка и соседние улицы, тесно застроенные домами, кишат маленькими пестрыми фигурками. В многолюдной толпе порой исчезает различие между человеческим лицом и гротескной маской. Засилье маскоподобных физиономий отвечает карнавальному мироощущению: бурлящая безликая масса поглощает отдельную личность.

На переднем плане тучный и наглый король карнавала, или просто Карнавал, вступает в сражение с тощей бесполой фигурой – олицетворением Поста. «Герольд» с трехцветным флажком подает сигнал к сближению противников. Похожий на мясника Карнавал, румяный здоровяк с лоснящейся от жира рожей, вооружен вертелом-«копьем». На острие нанизаны свиная голова, жареная домашняя птица, ветчина. Копченая свиная голова – ритуальное масленичное блюдо; в «обжорные» дни закалывали специально выращенную свинью. Карнавал оседлал винную бочку, водруженную на салазки и спереди украшенную свежим окороком, прибитым ножом. Стременами пузану служат начищенные медные котлы, шлемом – паштет из птицы (отражение обычая есть жирную курицу в день карнавала). Возле бочки Карнавала разбросаны игральные карты (намек на азартные игры, излюбленные в то время), разбитые яйца, употреблявшиеся при изготовлении вафель, свиные кости – отбросы «жирной кухни». Грех чревоугодия воплощает и свинья, пожирающая фекалии возле колодца.
В свите приспешников Карнавала под оглушительный шум пиршественных и кухонных «инструментов» шествуют ряженые в фантастических костюмах и масках. Паяц-фокусник в разноцветном колпаке, с большой сумкой на боку толкает бочку, манипулируя кубками и «волшебной палочкой». Низкорослый уродец ведет свою музыкальную «партию». Он вращает камышинку, укрепленную в середине глиняного горшка, который наполовину заполнен водой и сверху туго обтянут свиным пузырем. Этот народный инструмент (rommelpot) бытует в Нидерландах до сих пор. Потешник в «треуголке», с обмазанным мукой лицом водит ножом-«смычком» по решетке для жаренья. За ним невероятно раскормленный «священник» со стеклянным сосудом в одной руке и зажженной свечей – в другой – тащит на голове круглый стол с обрядовым угощением «жирных» дней – вафлями и булочками в тарелке. Комически контрастирует с толстяком ряженый причетником или «кающимся»: долговязый остроносый мужчина с завязанной платком головой. Он понуро завернулся в темный плащ. Карлик в носатой личине, огромной шляпе с воткнутой в нее ложкой и в бесформенном белом балахоне поднимает метлу-«шандал» со вставленными в нее свечами. Толстопузый буффон, увенчанный котелком, бренчит на мандолине. Рядом забавник, переодетый дородной кумушкой в чепце и в одежде из соломы, несет блюдо с вафлями. «Матрона» с набеленным лицом щеголяет в ожерелье из яичной скорлупы: яйца входили в обильную трапезу кануна поста («Чтобы пост показался мал и легок, как яичко, чтобы, как яйцо, быть крепким и здоровым»). Ее соломенное одеяние связано с масленичными действиями: сожжением и погребением соломенного чучела Карнавала, разведением костров из соломы. Солома являлась символом всего ветхого и отжившего, ее сожжение означало преодоление смерти-зимы (в святочном цикле – поминовение мертвых). У пояса «женщины» висит ящичек с солью или для сбора добровольных пожертвований: на масленицу ряженых одаривали скоромными лакомствами и реже – деньгами. Кортеж замыкает мальчик в бумажном венце (в нижнем левом углу) – маленький король карнавала, который держит традиционную вафлю. На заднем плане картины трое детей провозглашают другого маленького монарха. Стоя на бочке, шутовской государь опорожняет кувшин («Король пьет!»). избрание «короля детей» в школах часто приурочивали к «жирному четвергу». В нижнем левом углу картины двое игроков мечут кости на вафле, как на доске для триктрака. У игрока в овчинной куртке голова обвязана вафлями, а на спине помещено зеркало (типично шутовской мотив нелепых действий). Лицо его партнера скрыто под черным конусовидным колпаком.

Участники парад масок – бродячие комедианты – разыгрывают две пьесы карнавального театра, идентифицированные благодаря гравюрам по рисункам Брейгеля с аналогичными сценами. Перед харчевней «Голубая лодка» играют бурлескную свадьбу Мопса и Нисы (имена влюбленных пастушков в VIII эклоге «Буколик» Вергилия). Брачные мотивы в картине Брейгеля не случайны, так как связаны с весенней магией плодородия. Пародии на деревенскую свадьбу, бурлескные обручения в день «жирного вторника» присущи карнавальной обрядовости европейских народов. К числу типовых масок принадлежали «жених с невестой»; шуточные инсценировки ряженых имитировали брачную церемонию. Мясоед и особенно завершающая его масленая неделя – излюбленное время свадеб. «Голубая лодка» — (вывеска трактира) – средневековый нидерландский эквивалент «корабля дураков»; «жирный понедельник» карнавала назывался «голубым понедельником».
На заднем плане перед постоялым двором «Сухая ветка» (или «Дракон»?), из дверей которого глазеют любопытные, актеры представляют битву Урсона и Валентина. Это эпизод пьесы по рыцарскому роману «Урсон и Валентин» из цикла о Карле Великом. Сюжет напоминает известную масленичную забаву – «охоту на масленичного человека» — реликт древних верований в духов растительности.
На картине Брейгеля поступки празднующих тесно связаны с освященными традицией увеселениями «сумасшедших» дней карнавала: здесь водят хороводы, участвуют в процессии, возглавляемой волынщиком. По мнению К. Геньебе, это процессия прокаженных для сбора подаяния: они держат трещотки для предупреждения встречных о своем приближении. Впереди несут шест с пучком ветвей на верхушке (смысловой эквивалент майского дерева?). первостепенное значение имели ритуальные огни – свечи, факелы, костры. В шествиях с горящими факелами обходили поля и сады для магической защиты будущего урожая. У Брейгеля в роли факельщиков выступают шут и двое персонажей с серых «комбинезонах». К тому же кругу причисляют сжигание старых метел: полагали, что чем выше летят искры, тем выше вырастет лен. В постановлении собора в Нойоне (1344 г.) запрещалось носить в шествиях гистрионов священные огни, составленные из свечей. Ряженый с фонарем на поясе, идущий за шутом, напоминает об игре «жирного вторника» во Франции: самый закоренелый холостяк обходил с фонарем улицы деревни, чтобы убедиться ,что Карнавал ушел. В контексте картины фонарь может означать заблуждение, неспособность правильно видеть вещи даже при свете дня. Архаична церемония разведения общих костров с целью очищения людей и животных и изгнания нечистой силы. Для них сносили из домов сломанную за год утварь. Большой костер, пылающий перед домами на заднем плане картины Брейгеля, знаменует «сожжение Зимы». Выбрасывая ненужную ветошь, как бы провожают старый год. В огонь бросают дырявые корзины и другие негодные вещи. Над высокими языками пламени возвышается дерево с флажком. Посреди ритуальных костров иногда ставили дерево, на вершине которого развевался флаг. Удача будет сопутствовать тому, кто при помощи шеста сумеет сорвать флаг, прежде чем он загорится. Карнавальный образ огня глубоко амбивалентен. Это огонь, одновременно и уничтожающий, и обновляющий мир.
Верили, что обрядовые масленичные кушанья – блины, оладьи и другие жирные мучные блюда – воздействовали на благополучие семьи в течение года, обеспечивали изобилие всему хозяйству. На картине Брейгеля стряпуха, разложив костер среди площади, печет оладьи из муки, молока и яиц.
В центре композиции (за колодцем) двое мужчин, игнорируя горестные причитания своих жен, перебрасывают друг другу котелки. На земле валяются осколки сосудов. Игра с горшком – известное карнавальное развлечение. Крестьяне, встав в круг, перекидывали горшок из рук в руки. Тот, кто ронял и разбивал горшок, платил штраф. Игра произошла от какого-то магического действа: в Англии хозяин дома, возле которого дети били глиняную посуду, угощал их в благодарность блинами.
Если под эгидой Карнавала (левая, «греховная» сторона картины, где царят чревоугодие и распущенность нравов) опиваются хмельным зельем, объедаются мясной и жирной пищей, самозабвенно танцуют, увлекаются азартными играми, предаются любовным радостям (целующаяся пара в окне гостиницы), разыгрывают озорные балаганные пьесы, а на калек никто не обращает внимания (на их плащах нашиты лисьи хвосты – символ Братства нищих), то со стороны Поста в правой части картины царит совсем иное – «великопостное» настроение. Все пронизано благочестивым духом строгого воздержания и покаяния. Здесь истово соблюдают обычаи постных дней: пьют воду (из колодца), торгуют рыбой, т.е. довольствуются самым скудным рационом, что означает умерщвление плоти и умеренность (рыбные блюда, салат, круглые лепешки).

Здесь охотно подают милостыню нищим слепцам и убогим. Собирает подаяние вдова утопленника; труп ее мужа с раздутым животом покрыт белой тканью (правый нижний угол картины). В повозке везут другого напоминающего скелет покойника – жертву голодной смерти (фигура частично записана). На одеяле лежат двое больных (они также записаны); в их пользу собирает пожертвования торговец реликвиями, сидящий за столом у врат храма. По предположению К. Геньебе, один из калек является мошенником, его изуродованная левая рука и культи ног, выставленные напоказ, отрезаны у трупа (повешенного?), а обе ноги и рука скрыты под рубахой. У женщины, сопровождающей плута, в корзине на спине сидит обезьяна (символ двоедушия). Верующие в одеждах темных тонов чинно направляются на церковную службу, чтобы поклониться распятию, выслушать проповедь, получить отпущение грехов. Из храма выходят монахи и прихожане со своими стульями и табуретками (службы поста были долгими, а бедняки не имели в церкви собственных скамей); некоторые несут освященные ветви. На стороне Карнавала основные здания – постоялые дворы с трактирами, а на стороне Поста доминирует церковь.

Изможденный и унылый Пост, увенчанный пчелиным ульем (напоминание о чистой пище небесного происхождения – меде постных дней; улей — символ умеренности, прилежания и верности христианской церкви), выезжает на шутовской турнир с деревянной лопатой пекаря вместо копья. На лопате лежат две селедки – главное блюдо «пепельной среды» (первый день Великого Поста) в Нидерландах. В другой руке он держит пучок сухих прутьев, образ бесплодия (или розгу, «чтобы сечь маленьких детей»). «Колесницу» Поста – платформу на колесиках – тащат монах и монашка, чахлые, бледные, хмурые. «Император рыбоедов» восседает на церковном стуле, на котором повешены четки из луковиц: лук – один из видов еды во время поста. На платформе разложены «деликатесы» постного времени: корзина с сушеными фигами, крендели, сухие лепешки. Перевернутая пустая корзина намекает на голодание. В эскорте Поста резвятся дети с трещетками-«молоточками» и корзинами для сбора пожертвований, наполненными кренделями; пономарь несет в ведерке святую воду страстной недели. Возможно, это фигура школьного учителя, который собирает хлеб в суму – плату натурой за учение. У Поста и детей на лбу начертаны крестики: в «пепельную среду» после мессы священники рисовали золой кресты на лбу прихожан.
С наступлением поста фламандские хозяйки устраивали генеральную уборку, наводя в доме идеальный порядок. У Брейгеля одна женщина в будничном платье, стоя на лестнице моет окно; другая, сидя на пороге дома, натирает до блеска кухонную утварь; на подоконнике второго этажа уселся трубочист. В свете обрядности «пепельной среды» с важным значением в ней пепла эта фигура приобретает особый смысл. «Трубочист» — традиционная карнавальная маска. В первый день поста во Франции молодые люди, выряженные трубочистами, бродили по улицам с мешочками золы, которой обсыпали встречных. В похожих бросали из окон мокрой золой. Похоже, что на картине трубочист готов посыпать пеплом скорбную толпу богомольцев, выходящую из церкви.
Произведение Брейгеля, который смотрит на человеческий муравейник как будто с дозорной башни, интерпретируют на двух уровнях – буквальном и аллегорическом. Оно построено по принципу контраста, отражает средневековую дихотомическую модель мира, оппозицию антагонистических начал: дней «жирных» и «тощих», зимы и весны, народных игр («церковь дьявола») и набожности. «Игровая», левая, половина знаменует «праздничное освобождение смеха и тела» (М.М. Бахтин). Антитеза разгульному веселью – жизнь серьезная и созерцательная. Художник-морализатор, обладавший поразительной бытовой зоркостью, воспринимал карнавал как трагикомедию земного существования с его безумными, не знающими меры крайностями, светлыми и теневыми сторонами, но с ударением на трагические и горькие аспекты бытия: бедность, увечья, неизлечимые болезни. Церковь противостоит кабаку, умерщвление плоти, молитвы и труды милосердия не вяжутся с грешными удовольствиями глупцов.
В.П. Даркевич «Народная культура средневековья»
А вот и современная версия.

Масленица. Пост. Брейгель

Карикатура, шуточная пародия, насмешка больного воображения или аллегория? Что такое «Битва Масленицы и Поста» кисти Питера Брейгеля? Сколько раз и почему художник обращался к этой теме?

Портрет Брейгеля работы Доминика Лампсония. 1572

История изобразительного искусства знает Брейгеля Адского, Райского и Мужицкого. Это не три ипостаси одного художника, как можно было бы подумать. Это три прозвища, принадлежавшие отцу и двум его сыновьям. «Художник величайшего трудолюбия и великолепного мастерства, которого славит сама природа, на которого снизу вверх смотрят художники, а соперники тщетно подражают…», – написал Ян Брейгель (Райский) о собственном отце, увековечивая его память на надгробии. Таким и был Питер Брейгель Старший: трудолюбивым, великолепным и «мужицким». Это прозвище художник получил не только за свое происхождение (он был родом из пригорода Брабанта, по другим сведениям из лимбургской деревушки), но за нескрываемый интерес к изображению сцен сельской жизни и крестьянского быта. Для человека средневековья такой интерес можно назвать даже странным. Но если окунуться в биографию художника…

Как Брейгель стал Брейгелем

Охота на зайца. Гравюра. 1560

Вообще, сведения о жизни Питера Брейгеля крайне скудны. Он родился то ли в 1525, то ли в 1530 году, учился, путешествовал по Италии, женился и умер.

Все сведения о нем биографы и исследователи черпали в его работах и косвенных свидетельствах его жизни. Судя по всему, он был хорошо образован: знал латынь и античную мифологию, внимательно читал Ветхий и Новый завет, имел глубокий и серьезный интерес к механике и точным наукам. Владел иностранными языками, путешествовал по Италии и находил там себе работу и друзей.

Ему едва исполнилось 15 лет, когда он приехал в Антверпен, чтобы поступить учеником в мастерскую Питера Кука ван Альста. Придворный художник императора Карла V, был хорошо известен как в Нидерландах, так и далеко за ее пределами. Вместе с учениками Питер Кук изготавливал картоны (эскизы) для ковров, эскизы витражей, немного занимался станковой живописью, много путешествовал, правда, уже без подмастерьев. Мечтая походить на итальянских живописцев, он занимался переводом архитектурных трактатов. Именно Питер Кук научил Брейгеля основам мастерства. Следуя строгим уставам гильдии живописцев святого Луки (самого известного и авторитетного на тот период объединения художников) он научил его всему, и, прежде всего, выбирать доски для своих работ. Дело в том, что в XVI веке в Голландии художники писали на деревянных досках. Самыми лучшими считались дубовые днища кораблей, десятилетиями «солившиеся» в море. Такие доски вместе с учениками Кук покупал на пристани, варил в льняном масле, грунтовал, шлифовал и только после этого позволял ставить клеймо гильдии. Такое клеймо гарантировало, что изображение будет держаться как минимум вечно. Почти вся станковая живопись, принадлежащая Питеру Брейгелю Старшему, выполнена на досках и дошла до нас, не утратив (как и гарантировала гильдия) свежести красок и живости впечатления. Но так как Питер Кук часто был в отъезде, то заниматься с его учениками приходилось его же супруге – Майкен Верхюльст. Талантливая и известная миниатюристка (будущая теща Питера Брейгеля) учила подмастерьев не только технике письма темперой, акварелью и маслом, она учила основам и принципам миниатюры. Урок тщательной прорисовки персонажей, внимания к деталям и нюансам Брейгель усвоил на отлично.

Под псевдонимом Босх

Гнев. Гравюра. 1557

Антверпен был центром торговли гравюрами. Гравюры вообще были ходовым товаром в эпоху отсутствия телевизора. Они были относительно недороги и куда популярнее картин. Гравюры привозили из Италии и Германии, и, скупая в мастерских Антверпена, их вывозили в Испанию и Францию. Поэтому когда умер ван Альст (1551 год), Брейгель оставил его мастерскую и поступил художником к Иерониму Коку.

Кок был предприимчивым гравером и владельцем знаменитой в Антверпене мастерской по изготовлению эстампов «На четырех ветрах». Вокруг его мастерской сложился даже кружок прославленных граверов. Иероним Кок не только выпускал гравюры по рисункам востребованного покупателями Босха, которого сам очень чтил. Кок делал с учениками вариации на тему рисунков выдающегося художника. В Брейгеле он нашел талантливого ученика и бесподобного копииста. Питер Брейгель своими работами «на манер Босха» (он вынужден был, и это доказано исследователями, подписывать эстампы фамилией Босха) делал продажу лавке. Юный художник, видимо, не был амбициозен и считал себя лишь ремесленником. Но то, что Брейгель долгое время находился под воздействием работ Босха, его откровений, его рая и ада – очевидно. Как очевидно и то, что работы Босха перевернули сознание Брейгеля, научили его смотреть на вещи не изнутри, а сверху, не проживая, а сопереживая.

Как инквизитор превратился в персонажа картины про Масленицу

Впрочем, и без Босха у Брейгеля хватало впечатлений, которые сформировали его как самостоятельного художника. В 1552 году Иероним Кок отправил Питера Брейгеля в Италию, чтобы там он сделал серию зарисовок римских развалин. «Заграничные виды» также были востребованы у покупателей. Путешествие Брейгеля длилось несколько лет. Здесь уже сама природа стала его учителем. Италию и Альпы, через которые Брейгель возвращался на родину, житель равнин забыть так и не сумел.

Реформация также оставила след в душе Брейгеля. С детства он привык к страшным зрелищам виселиц и эшафотов, которые наравне с ветряными мельницами, городскими ратушами и колокольнями были частью пейзажа. Наверняка, Брейгель видел популярные гравюры со сценами расправы Карла V с непокорным городом Гент или со сценами аутодафе.

И даже в Италии, с ее солнцем, с лазурью ее неба и теплом ее моря, Брейгель стал свидетелем жестокостей, творимых испанской инквизицией. В Риме он видел горы сжигаемых книг, слышал крики еретиков, отправленных на пытки. Все это естественным образом и привычно входило в его память, в природу его естества и неминуемо должно было вылиться в творчестве.

Биографы Брейгеля не исключают, что в Риме он мог видеть, как в первые дни поста великий инквизитор, тогда им был знаменитый Караффа, в сопровождении охраны обходил лавки мясников, изымая нераспроданный товар. Возможно, именно этот человек, прославившийся своей жестокостью, творимой с маской праведника, стал прототипом одного из героев знаменитого полотна Питера Брейгеля «Битва Поста и Масленицы» («Битва Карнавала и Поста»).

«Битва Масленицы и Поста»

За внимание к обыденной жизни Брейгеля звали «мужицким», а за тонкий юмор, соседствующий с площадным грубым смехом «Питером-шутником» и «Питером-забавником». Но прежде всего он был Питером созерцателем, отчужденным наблюдателем, который не выносит оценочных суждений и не мыслит себя судьей. Он находится над схваткой. Наблюдает с точки, которая позволяет ему не принимать участия в происходящем.

Увы, мы не знаем заказчика, не знаем кому, почему, зачем понадобились эти детали и подробности быта, философия, в духе которой Брейгель написал в 1559 году картину «Битва Масленицы и Поста».

Известно только, что Брейгелю на этот период тридцать, может тридцать пять лет, и он является членом гильдии святого Луки. То есть работает самостоятельно. И еще – он максималист.

К картине «Битва Масленицы и Поста»можно относиться двояко. Например, как к живописи абсурда. Ведь что может быть абсурднее на картине длинного уродца с серым лицом и корзиной на голове. Вооружившись пекарской лопатой и селедкой он вступает в бой против оседлавшего винный бочонок толстяка. Но обратившись к исторической действительности, мы понимаем, что картина Брейгеля – это опыт этнографического исследования.

Широкая масленица у Брейгеля

Питер Брейгель Старший. Битва Масленицы и Поста. 1559

Карнавальное действо разыгрывается на площади неизвестного нам фламандского городка. Это собирательный образ. Вокруг церкви обычно стояли дома состоятельных горожан, но на картине Брейгеля у собора на площади, еще не замощенной булыжником, стоят трактиры и бедняцкие дома.

Масленичные гуляния. Их устраивали в воскресенье накануне Великого поста, на «жирной неделе». Карнавал проходил при большом стечении народа. Жители заранее готовились к нему: пекли оладьи и вафли, жарили и коптили свинину, домашнюю птицу, шили костюмы, готовили веселые представления к карнавалу, репетировали.

Традиция масленичных карнавалов с представлениями ряженых, с состязаниями шутов, жива в Голландии и сейчас. Она была и остается характерной для южных районов, в том числе Барабанта, откуда родом Брейгель. На севере, в Амстердаме, таких праздников не было. В Барабанта и сейчас на время празднования карнавала закрываются предприятия, а города (коммуны) меняются названиями.

В день масленицы народ высыпал на улицы, и начиналось веселье с шумом барабанов и прочих музыкальных инструментов, песнями, плясками, играми. Неуемный смех, дерзкие шутки, непозволительные вольности, за которые в обычные дни последовало бы наказание – вот главные спутники карнавала.

В «Битве поста и масленицы» Брейгель рисует сцену жизни человеческого муравейника. Сцену, привычную его глазу с детства. Любой большой город выглядит, как муравейник, и лишь при ближайшем рассмотрении он оказывается полным жизни и событий пространством. Так и на картине Брейгеля мы видим некий организм, живую толпу. На проверку оказывается, что каждый здесь занят своим делом: кто-то спит, кто-то печет вафли, кто-то играет в кости, моет окна, пляшет, просит милостыню, женится, пьянствует, посыпает прохожих пеплом, поет, обманывает. Эта живая толпа, в которой человек, как и в других работах Брейгеля, и деталь ландшафта, и значимая единица некоего действа. Художник с тщательностью миниатюриста прорисовывает героев, прописывает мелочи, которые поначалу даже не улавливает глаз.

Битва Масленицы и Поста. Деталь

Центральная фигура праздника – король Карнавал. Он, как на боевого коня, взгромоздился на винный бочонок. Головой «лошади» служит свиной окорок, пригвожденный к бочке кинжалом. Свои короткие ножки Карнавал вставил в стремена – медный таз, привязанный веревкой к седлу. Из амуниции на нем только шлем – это миска с куриным паштетом, который так же как копченую свинину, жаренную домашнюю птицу и вафли было принято поедать в дни перед постом. Король вооружен кинжалом и железным вертелом (копьем), на который для устрашения противника нацеплена большая копченая свиная голова, подрумяненная на костре утка и шматок ветчины. «Королевская» охрана вооружена устрашающе: решеткой для барбекю, гигантским блюдом со сладкими имбирными оладьями, рогатиной, свечой. Завершает процессию мальчик с бумажной короной на голове.

Колесницу с троном противника тащат две монахини. Тщедушный наездник (Пост) с серо-зеленым лицом и пчелиным ульем вместо шлема (символом умеренности) здесь само воплощение смирения. При нем селедка, четки из лука, постные лепешки и фиги в корзине – скромная пища времени воздержания. Его свита – женщины и дети, у которых на лбу нарисованы черные крестики. Обычно их рисовали золой на лбу прихожанам священники по окончании мессы в «пепельную среду». Тут же просят милостыню калека и стоящая позади него женщина со спрятавшейся в корзине обезьяной. Здесь Брейгель намекает, что парочка явно дурит прохожих. А еще есть шутовская свадьба, прокаженные с шутом и факелом, мужчина зачем-то украсивший голову вафлями. В первые дни поста у голландских женщин принято было убирать дом, – вот женщина моет окно. Или еще, накануне поста, на «жирной неделе», люди выносили на улицу поломанную домашнюю мебель и утварь и сжигали ее в большом костре. Вот он полыхает в верхней части картины. Персонажей так много, что даже простое их перечисление готово затянуться до бесконечности.

Карнавал всегда был частью большого городского праздника, неуемного веселья и счастливого времени свободы. Однако картину «Битва Масленицы и Поста» жизнерадостной никак не назовешь. И дело не в колорите, выбранном художником для картины. Скорее чуткий к переменам, которые несла с собой Реформация, и молчаливый по натуре Питер Брейгель языком аллегорий и намеков повествует, каким невеселым может быть праздник.

Дотошный этнограф Брейгель тщательно перечисляет всех действующих лиц, детально прописывает все, чем жили его современники, составляет мозаику из фрагментов действительности, собственных живых впечатлений и выдает на-гора энциклопедию городской жизни. Через рядовое, повседневное, обыденное, он говорит о том, что его реально тревожит, рассуждает о человеческой природе, ее пороках и добродетелях. Он философствует, а еще смеется между строк. И смех этот какой-то злой.

Грустная масленица у Брейгеля

Пасмурный день. 1559

Несколько лет спустя Брейгель женится. У него родился первенец. Художник имел успех, особенно среди богатых и знатных людей Антверпена и Брюсселя. Он переезжает в Брюссель, в том числе, чтобы избежать преследований инквизиции, без разбору уничтожавшей жителей Нидерландов.

По заказу состоятельного купца из Антверпена Николаса Ионгелинка Брейгель работает над циклом из шести картин (календарем в картинках), известным как «Времена года», или «Месяцы». Год напряженной работы. В результате художник создает серию, описывающую неразрываю связь человека и природы. Но работы («Охота на снегу», «Пасмурный день», «Возвращение стад», «Сенокос», «Жатва»), которые Брейгель считал лучшим, что он создал, при его жизни так никто и не видел. Владелец картин, предприимчивый негоциант, едва заказ был готов, тут же отдал свою коллекцию (из которой 16 картин принадлежали только перу Брейгеля) под залог огромного займа. Судя по всему, он так и не смог вернуть займ, поэтому картины на долгие годы были скрыты в подвалах городского ломбарда.

А между тем, в картине этой серии «Пасмурный день» Брейгель вновь обращается к теме масленицы. Только вот написана она совсем по-другому.

«Пасмурный день» (1565 год) – это вероятно период февраля-марта, на который приходится масленица или «жирная неделя». Затянутое грозовыми тучами небо. Бушующий водный поток, беспощадный к хрупким суденышкам. Заснеженные склоны гор и тут же изрытые колесами дороги с непроходимой грязью. Хотя зима на исходе, и снег уже сошел, о солнце помышлять не приходится. За теплом ходят в лес: здесь взрослые и дети собирают хворост, чтобы обогреть свои лачуги. У кого-то работа, а у кого-то детское и искреннее веселье. В четверг «жирной недели» в школах было принято избирать «короля детей», «маленького короля карнавала». Ему на голову надевали бумажную корону, и он угощал друзей вафлями.

По мотивам Брейгеля Старшего «Битва Карнавал и Поста»

Карнавал, говорят, соответствует русской Масленице. И все-таки это скорее натяжка, чем реальность. Карнавал – европейская традиция, Масленица – славянская.

Первая уходит корнями в Римские сатурналии, дионисийские загулы и мистерии, вторая – в празднование весеннего равноденствия с проводами зимы и встречей весны.

Но и Карнавал, и Масленица – двери, фиксирующие временную и пространственную границу, являясь порогом одного времени года и входом в другое. Это — народные праздники переходного времени.

И сколько бы церковнослужители ни утверждали, что Масленица не имеет языческих корней, это не так. Масленица отмечалась на Руси и тогда, когда христианство как государственная религия еще не восторжествовало, а карнавал имеет корни в древнеримской традиции праздника дураков.

Европейский Карнавал – это, прежде всего, театрализованное зрелище с обязательным шествием по улицам и площадям, с театрализованными сценками, насыщенным грубо-натуралистическим народным фольклором, обыгрывающим тему плодородия, зачатия и рождения новой жизни.

Naiveu,Matthys. Сцены карнавала

Масленица – тоже народное веселье, но с гораздо менее выраженными эротическими элементами, отсутствием театрализованных шествий и шутовства: скоморошество в России вырезалось огнем и мечом, а театр и актерство считались делом греховным.

Западноевропейский карнавал это — смех, радость, дурачество, шутовство, танцы и веселье, раскрепощение плоти с ее естественными потребностями: обжорством, любовными утехами, пьянством, площадной руганью и непристойными шутками.

В городах Европы прямо на площадях разыгрывались сценки битвы Карнавала и Поста, излюбленным действом в жирный вторник, последний день перед постом. В этот день принято было есть жирную свиную голову или жирную курицу. Эти действия не вызывали негативной реакции ни со стороны властей, ни со стороны Церкви, все были вовлечены в народный хоровод.

Иероним Босх. Битва Карнавал и Поста

Карнавал ассоциируются у меня с именами Бахтина, Рабле, Иеронима Босха, Питера Брейгеля Старшего и других. Босх и Брейгель написали картины с одинаковым названием «Битва Карнавала и Поста». Художников объединяет не только манера письма и особый, отстраненный взгляд на человека и мир, но и загадочность их жизней, наполненных легендами и мистическими совпадениями.

Босх – последний средневековый художник, Брейгель, его последователь и ученик, первый художник Ренессанса. Но преемственность между ними видна даже не столько в манере письма и цветовой гамме, что не может не бросаться в глаза, сколько в восприятии мира и человека в философско-иронической и несколько отстраненной манере.

Босха называют лучшим знатоком внутреннего мира человека с его грехами, страстями и причудливыми желаниями, Брейгеля – лучшим знатоком народной жизни, смотрящим на человеческое сообщество скорее как биолог, изучающий человеческий муравейник с космической высоты.

Питер Брейгель Старший. Битва Карнавала и Поста

Героем почти всех картин Брейгеля Старшего является народ, в котором теряется отдельная личность и индивидуальность, а если и появляется, то скорее как маска. Этим он отличается от художников эпохи Возрождения с их вниманием к личности и индивидуальности.

Брейгель никогда не писал обнаженную натуру и портреты, свой интерес он находил в изучении и изображении народа, в котором вырос, который знал и понимал. Многие элементы его картин взяты из его собственной жизни и наблюдений. Картину «Битва Карнавала и Поста» называют энциклопедией народной жизни, так тщательно и точно в ней отражены традиции карнавала.

Некоторые исследователи говорят, что на его взгляды и творчество существенно повлиял Николай Коперник, сделавший центром Вселенной Солнце, указав Земле ее истинное место. Это давало право Брейгелю говорить, что человек живет, не зная, что за ним наблюдают.

Питер Брейгель Старший. Игры детей

И действительно, мелкие и многочисленные фигурки людей, населяющие полотна Брейгеля, создают впечатление какого-то огромного человеческого муравейника, в котором все снуют и суетятся и где не сразу разберешь, кто есть кто, где настоящая святость, а где зло. Иисус Христос, Дева Мария и Иуда живут вместе и рядом.

Но изображая народную жизнь, Брейгель видит ее добрыми и любящими глазами, привнося в нее элементы комического и иронического, в них нет злого сарказма. Художник смотрит на народ как на играющих детей с их слабостями и детской непосредственностью.

«Битва Поста и Карнавала» разделена на левую и правую сторону, на зло и добро. На одной стороне — обжорство, пьянство, любовные игры, смех и азартные игры, на другой — церковь, колодец с чистой водой, рыба, основная постная пища, милосердие и доброта. Но, глядя на ту и другую стороны, понимаешь, что добродетели здесь столь же условны и столь же смешны и греховны, как и человеческие пороки.

П.Брейгель. Фрагмент картины «Битва Карнавала и Поста». Левая сторона

Карнавал и Пост не олицетворяют добро и зло, это всего лишь маски в театральном действии, разыгрываемом на подмостках жизни. Средневековый человек высшее и низшее, существующие в отрыве друг от друга, рассматривает равно греховными. Крайности сходятся, а добродетель уравнивается с пороком.

Приглядимся к героям картины. Жирный, веселый, довольный и наглый Карнавал, восседающий на винной бочке как на лошади, и тощий, бледно-зеленый Пост, восседающий на церковном стуле, на спинке которого видны четки из лука, одного из основных продуктов поста.

Питер Брейгель. «Битва Карнавала и Поста». Фрагмент — Правая сторона картины

В руках у Карнавала – рапира с нанизанной на ней головой свиньи и жирный кусок мяса. Это оружие, с которым он выступает против Поста. У Поста в руках печная лопата с двумя селедками, основной пищей первого дня Поста.

С той и с другой стороны каждого из них идет процессия, олицетворяющая греховный Карнавал и добродетельный Пост. Со стороны Карнавала — ряженые с кухонными предметами, которые используются в качестве музыкальных инструментов.

Толкает бочку шут в разноцветном колпаке, одновременно жонглирующий двумя сосудами. Слева от него человек с обмазанным мукой лицом, играющий ножом на решетке для жаркого. Справа – уродец со своим музыкальным инструментом: горшком, обтянутым свиным пузырем и палочкой. У повозки лежат игральные карты и кости, которыми развлекались в дни карнавала.

Фрагмент «Битвы Карнавала и Поста». Процессия за Карнавалом.

Сзади бочки с Карнавалом идет — отъевшийся священник в черной сутане с круглым столом на голове, на котором разложены основные яства праздника. В одной руке он держит светильник, в другой – стеклянный сосуд. Рядом идет тощий «кающийся», завернутый в одеяло с платком на голове. Контраст жирного священника и тощего грешника выглядит очень комично.

Справа от них — откормленный толстяк, играющий на мандолине, за которым следует «мадонна» с бусами из яичной скорлупы и в соломенном одеянии. Солома олицетворяет ветхое и отжившее, которое подлежит сожжению.

В ее руках блюдо с булочками. Слева от священника — женщина, которая печет из молока и яиц блины, символ благополучия. В нижнем углу – двое играют в кости, а замыкает процессию мальчик – Король карнавала.

Фрагмент «Битвы Карнавала и Поста». Вывеска харчевни «Голубая лодка» и задний план картины

За процессией видна харчевня с вывеской «Голубая лодка», которая символизирует корабль дураков, а жирный понедельник назывался голубым. Перед харчевней играется шутовская свадьба, олицетворяющая плодородие. После мясоеда празднование свадеб запрещалось.

На этой же стороне картины вдалеке видна гостиница, у которой разыгрывается детская сценка «избрания короля», между домами – процессия прокаженных с трещотками, оповещающими их приближение.

На площади — множество калек, нищих и попрошаек, которым никто не подает. Здесь же — играющие в горшки мужчины и пытающаяся их остановить жена. В самой глубине картины – костер, на котором сжигают солому и ветхие корзины, символизирующие сжигание чучела Зимы.

Фрагмент «Битвы Карнавала и Поста». Правая сторона картины — Пост и его процессия

Все это на левой стороне. Правая сторона — Поста – прямая ее противоположность: здесь царят милосердие, всем нищим подают, а для умерших собирают жертву. Здесь же — церковь, в которую входят молящиеся и выходят причастившиеся.

Каталку с Постом тащат двое изможденных — монах и монашка, на каталке – перевернутая корзина – символ голода, и сухие сушки. За ними идет процессия ребятишек с трещотками и их учитель, собирающий плату за учебу натурой. На лбу у детей и у Поста – крестики из пепла, которые наносились в пепельную среду – первый день поста.

Вдалеке на лестнице – женщина, моющая окно, а у порога – женщина, чистящая горшки. Это намек на Чистый понедельник, когда принято убираться в домах и встречать Великий Пост во всем чистом. Здесь же наверху трубочист. В пепельную среду они ходили по улицам и кидали в прохожих золу.

Питер Брейгель. «Битва Карнавала и Поста»-2 вариант

Все эти мелочи и детали, так подробно рассказывающие о средневековом европейском карнавале, показывают жизнь людей как большую театральную сцену за которой наблюдают откуда-то сверху.

И все эти мелочи и приметы европейского карнавала мало знакомы русскому человеку, кроме разве что сжигания чучела Зимы. Для русских Масленица – это совсем другое. Но об этом – в следующий раз.

Тина Гай

Битва Масленицы и Поста

Искусство Нидерландов 16-го века
Картина Питера Брейгеля «Битва Масленицы и Поста» имеет непосредственное отношение к театральному жанру фарса. Суть сюжета картины – противоборство Масленицы и Поста, олицетворяющих собой Добро и Зло, Веру и Неверие, Воздержание и Распущенность. Новая ступень в искусстве Брейгеля начинается с 1559 года, когда он создал картину «Битва Масленицы и Поста», представляющую площадь фламандского городка, всю кишащую маленькими суетящимися, подвижными фигурками ряженых, нищих, гуляк, монахов и торговок. Здесь нет ничего неподвижного: люди снуют между домами, выходят из дверей и выглядывают из окон, что-нибудь несут, держат, протягивают или попросту размахивают руками.

Художник в картине «Битва Масленицы и Поста» создает всеобъемлющую сцену народного веселья. Вместо безграничных, поглотивших в себе людей, равнодушных к ним и вечных пейзажей явилась бурлящая, шумная человеческая стихия. Осознав космическую необъятность мира, он почувствовал и другую космичность – людских, человеческих масс. Надо сказать, что для этого времени вообще характерно прямое уподобление людского общества природным явлениям и обратно (например, один крупный ученый считал Землю и прочие небесные тела живыми существами, а людей и зверей – насекомыми, паразитирующими на их коже). В этом отношении мировосприятие Питера Брейгеля не составляло исключения.

В представлении художника человеческое общество подобно муравейнику. И хотя Брейгель находит в нем истинную красоту (не случайно тонкое живописное решение картины), его маленькие герои столь же занятны, сколь и ничтожны, в такой же мере жизненны, как и гротескны – между человеческим лицом и маской карнавального шута разницы порой не существует. Жизнерадостная феерия празднества наводит на мысли, не лишенные ни горечи, ни иронии. Вместе с тем существенно, что свое представление о человечестве как о величественном множестве ничтожно малых величин Питер Брейгель Старший воплощает на примере стихии городской, народной жизни.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *