Монах живущий в уединении

Одиночество

Как пережить одиночество? Есть ли в нем что-то положительное? Как помочь человеку, страдающему от одиночества? Об этом с добровольцами службы «Милосердие» побеседовал протоиерей Аркадий ШАТОВ, председатель Комиссии по церковной и социальной деятельности при Епархиальном совете г. Москвы.

Чувство одиночества бывает разным, иногда оно может быть ложным. Я встречал людей, у которых было много знакомых, но они все равно чувствовали одиночество. Так что есть мнимое одиночество, связанное с тем, что человек хочет, чтобы ему уделяли много внимания, чтобы его любили, а сам он не умеет жить жизнью других людей, не стремится любить, эгоцентричен, зациклен только на себе и гипертрофирует свои чувства, скорби, переживания…

Существует, конечно, и реальное чувство одиночества. В Библии написано, что Господь, сотворив первого человека, сказал: Не хорошо быть человеку одному ./Быт.2,18/ Действительно, когда человеку не с кем поделиться своими радостями, бедами, печалями– становится очень тяжело и трудно. Я иногда прихожу домой после тяжелого дня, в который случились какие-нибудь неприятности: когда я узнал, скажем, о тяжелых грехах духовных чад или просто сильно устал, – и случается, что порой расскажешь за чаем своему зятю о трудностях. Он меня пожалеет, утешит – и на душе становится легче.

Я думаю, что до пришествия в мир Христа все люди были несчастны, все люди страдали: были они женаты или не женаты, выходили замуж или не выходили, были они богаты или бедны, голодны или сыты, больны или здоровы, – всё равно страдание являлось неизбывным, страдание оставалось непреодолимым… Грех исказил мир. Господь дал Адаму жену – и человеку стало хорошо, но когда в мир вошел грех, то душа человека, даже такого, у которого есть жена и дети, – все равно не может найти успокоения, и поэтому здесь выходит вперед не проблема одиночества, а проблема греха. И если человек борется со своим грехом, если он ищет Христа, соединяется со Христом, – то одиночество можно преодолеть, как и любую другую трагедию земной человеческой жизни, как может преодолеть трагедию нищеты, голода или смертельной болезни человек, если он знает Христа, ищет Христа, если он жаждет духовно, а не материально. Мы знаем, что среди святых многие были очень тяжело больны. Такие многоболезненные святые очень страдали, многое терпели, и тем не менее они все-таки были радостны и обрели блаженство, нашли счастье не только на небесах, но и в земной жизни. Так и человек, если он верит во Христа, то ради Христа он даже готов ОТКАЗАТЬСЯ от земного счастья.

Как есть мученики вольные и невольные, так есть монахи и призванные к подвигу одинокой жизни, и свободно избравшие этот путь, и те, кто этот путь не избирал, невольно живущие в целомудрии. Например, святой праведный Алексий, человек Божий. Он добровольно отказался от того, чего сейчас ищут многие юноши и девушки, и был счастлив, обретя свое блаженство во Христе. Много было пострадавших за Христа мучеников и в XX веке, но к этим новомученикам Господь причисляет, по словам старца Паисия, и инвалидов, и тяжело больных, лишенных утешения детей, и людей, которых постигают страдания и болезни. Если человек самоотверженно, с упованием на Бога переносит все посланные ему скорби, не ропщет, то это вменяется ему в мученичество.

В действительности здесь, на земле, мы все в той или иной степени страдаем, в том числе и от одиночества, чувство которого для человека может быть очень трудным и тяжелым, но если он несет свой крест благодушно, без ропота, – это становится для него подвигом. Самое главное, что после пришествия в мир Спасителя у нас есть Тот, Кто называет Себя нашим Другом, – Христос, – Тот, Кого мы называем, воспевая тропарь великомученице Екатерине, Женихом, Небесным Женихом. И общение со Христом помогает человеку преодолеть одиночество, и радость быть со Христом гораздо больше, чем радость пребывания с самым близким человеком. И здесь естественное одиночество преодолевается сверхъестественным общением со Христом, и человек то, что недополучает по естеству, то, что недополучает по обычным законам этого мира, – восполняет общением со Христом. Преодолевается естественное одиночество, и человек обретает намного больше, чем друга, намного больше, чем жениха, намного больше, чем жену и детей, – обретает Самого Бога в своей душе.

Я считаю, что все проблемы человеческого общения преодолеваются, когда человек идет к Богу. Без возвышения этих проблем на другой, совершенно иной уровень их решить, мне кажется, невозможно. Все спорные проблемы нашей земной жизни, расположенные в ее плоскости, разрешаются только тогда, когда человек выходит за рамки этой плоскости, когда он обращается с молитвой к Богу, когда его жизнь начинает строиться на вере во Христа, – тогда все эти вопросы можно решить.

В Евангелии не пишется о том, что мы будем любимы другими людьми, хотя говорится, что если человек оставит отца, мать, родственников, то обретет гораздо больше, чем у него было./Ср.:Мф.19,29/ Нужно уметь совершить этот подвиг самоотречения, самопожертвования. Когда человек перестает жить для себя и начинает жить для других, начинает жить для Бога, – он меняется и становится близок и интересен очень многим людям. Есть такие одинокие люди (одинокие в смысле отсутствия родственников), которых все очень любят. Мне запомнилось, например, как умирала одна женщина. Очень часто, к сожалению, случается, что мы долго не можем найти человека для помощи по уходу за умирающими людьми. У всех свои дела и заботы, и если у больного нет близких родственников, то очень трудно организовать за ним уход, а иногда такой уход нужен круглосуточно. Так вот, когда эта женщина умирала, люди записывались в очередь, чтобы подежурить у ее постели, так всем с ней было радостно и хорошо. Поэтому очевидно: очень часто человек находится в тяжелом состоянии одиночества только потому, что не умеет служить другим, не умеет любить и жертвовать собой, а лишь постоянно требует чего-то от остальных. В этом случае нужно научиться жить для других. Если у тебя есть какая-то скорбь, если ты одинок и впал в уныние, – нужно найти человека, чьё одиночество гораздо больше, чем твое, кому еще хуже, чем тебе, помочь ему, – и твое одиночество и уныние обязательно пройдут. Как сказал святой праведный Иоанн Кронштадтский святому праведному Алексию Мечеву, когда тот потерял матушку: «Иди к людям и, помогая им в их скорбях, ты забудешь о своей скорби». Так и здесь: когда человек разделяет скорби своих ближних, когда он помогает другим в их болезнях и печалях, то его собственная скорбь делается намного меньше: он видит, что есть люди, которые страдают гораздо больше, чем он, – и приходит в трезвое, правильное внутреннее состояние.

Например, незамужняя, страдающая от одиночества девушка… Она может пойти работать в школу учительницей и всю жизнь посвятить своим ученикам: полюбить этих детей, у которых очень часто есть проблемы, взять их в свое сердце, заботиться о них, любить их, служить им, помогать учиться… Такой подвиг, возможно, очень трудный, но и радостный, если есть любовь. Нужно научиться любить – тогда никакого одиночества не будет.

Человек, конечно же, нуждается в тепле и сочувствии других людей, тому, кто не имеет такого тепла, жить весьма трудно, даже немного искажается его душа. Например, дети, которые не получили любви и тепла в детстве, дети, которые находятся сейчас в домах ребенка, – в чем-то ущербны, и восполнить потом этот недостаток любви очень тяжело. Так, в период подросткового возраста детям нужны друзья, но еще не так сильно, как впоследствии, в этот период мать заменяет им друзей, а вот во время взросления, в молодые годы они очень нуждаются в друзьях. В зрелые годы наличие друзей уже не так для человека обязательно, хотя важно, чтобы кто-то был рядом. Но христианин должен перерасти эту естественную потребность. Жизнь ему для того и дана, чтобы научиться жить в радости с Богом. Естественные, дружеские отношения оказываются не так важны для человека в дальнейшем, эта проблема перестает быть такой острой, хотя все равно остается. Она остается, пока человек не достигнет совершенства. Я не думаю, что святой праведный Алексий Мечев чувствовал себя одиноким после смерти жены, хотя какое-то время это, конечно, было. И я не думаю, что отец Иоанн Крестьянкин перед своей кончиной чувствовал одиночество, так сильно его любили другие люди. Но его любили другие люди – потому что он любил! Так с чего начать?! «Одиночество – это плохо». «Полюбите меня – а я полюблю вас». Нет, ты полюби, и тогда другие полюбят тебя! Ты научись любить – и тогда твое одиночество прекратится, в ответ на твою любовь обязательно отзовутся другие люди.

У некоторых в действительности есть много друзей и знакомых, но они все равно чувствуют одиночество. Это, я думаю, одиночество без Бога, без духовной жизни, одиночество, может быть, от усталости, и здесь мы сталкиваемся с мнимым, ненастоящим чувством одиночества. Человек считает это одиночеством, а на самом деле это что-то другое. Я знал одну женщину, которая на исповеди все время жаловалась мне на свое одиночество, хотя у нее были замечательные сыновья, один из которых – священник, хорошая невестка, прекрасные внуки, которые все ее любили. Эта женщина продолжала в каком-то смысле оставаться центром всей семьи, но она все равно жаловалась на одиночество и говорила: «Все мои друзья умерли, мужа рядом со мной нет». Ей как будто чего-то не хватало. Мне кажется, что ей не хватало правильного устроения души.

Я считаю, что всегда, когда нас постигает какая-то скорбь, трагедия или драма, когда мы сталкиваемся в жизни с какими-то неудобствами или терпим в чем-то недостаток, – мы должны не просто просить и требовать чего-то у Бога, а задуматься о причине происходящего с нами. Нет, допустим, у молодой девушки жениха. Надо не просто просить у Бога: «Дай мне жениха», а нужно задуматься: «А почему Бог не дает мне жениха?» В чем причина этого? Может быть, мне нужно чему-то научиться, прежде чем Бог пошлет мне супруга? А может быть, мой путь иной и Господь зовет меня к какому-то другому подвигу, более высокому? Возможно, я нужна другим людям, а не одному только человеку: не жениху, а тем же самым детям? Например, директор нашего детского дома – одинокая женщина. И если бы у нее был муж, у нас бы, возможно, не было детского дома, потому что всё держится на ней. Кому-то нужно пожертвовать своим личным счастьем для того, чтобы служить другим, если мы христиане! О ком-то есть такая воля Божия! А то, что иногда бывает тяжело и трудно, – это естественно, без трудностей нельзя ничему научиться. Одна старшая сестра больничного отделения говорила, что когда в ее работе встречаются проблемы, препятствия, искушения (не хочется идти в палату, устала ухаживать за больными – разные бывают трудности у сестер) и она сдается, начинает пребывать в плохом настроении, идти у него на поводу, – то делается еще хуже. А если все-таки себя превозмочь, если помолиться Богу, попросить у Него сил и постараться относиться к своему служению так же ответственно, так же серьезно, как и раньше, – то еще большая приходит радость, еще большая дается благодать от Бога и открываются другие силы, появляется другое умение в душе.

Научиться ходить – очень трудно. Ты падаешь, ползаешь все время по полу на четвереньках. Но если ползать на четвереньках – ходить никогда не научишься. И научиться говорить тоже иногда трудно, как и научиться писать. Вообще приобрести определенные навыки, а речь здесь идет не о каких-то навыках естественных, а о сверхъестественных: о любви, о настоящей вере, – это всегда очень трудно. Но когда человек их приобретает – эти трудности начинают казаться ему ненастоящими и уже его не смущают.

В наше время часто встречаешься и с тем, что человек специально остается одиноким для того, чтобы лучше, как ему кажется, устроить свою жизнь, – и это, конечно, эгоизм. Многие современные люди сейчас даже НЕ ХОТЯТ жениться, НЕ ХОТЯТ выходить замуж, стремясь жить так, как им нравится. «Я, – говорят они, – еще не нагулялся, я не сделал того-то, я еще ничего в жизни не достиг. Вот когда я чего-то достигну, когда получу все удовольствия, – тогда буду искать себе супругу». Это другой, в совершенно другую сторону крен греховный.

Есть еще и явление стремления к «дружбе» с духовником, как к одному из способов преодоления одиночества и компенсации недостатка общения. Бывает так, что иногда «старые» духовные чада становятся друзьями Батюшки, и Батюшка с ними куда-то ездит, проводит вместе с ними время, ходит в гости, – отношения действительно устанавливаются дружеские, то есть лучше сказать, что дружеский элемент входит в эти отношения, которые могут оставаться очень благоговейными. Эти друзья из духовных чад относятся к Батюшке снизу вверх, сохраняя правильную дистанцию, но в то же время оттенок этих отношений дружеский. Для молодых людей это очень опасная вещь, потому что некоторые девушки, которые еще не вышли замуж, пытаются иногда найти в духовнике тоже какого-то друга: начинают обижаться на духовника, ревновать, надоедать ему звонками и какими-то вопросами, не имеющими отношения к исповеди. Я понимаю всю тяжесть положения одинокой девушки, которая хочет выйти замуж (сейчас у нас очень много таких православных девушек), но тем не менее она должна понимать, что духовник – не друг. Он для того, чтобы быть посредником между девушкой и Богом, для того, чтобы помочь утвердиться в вере, а не затем чтобы вести с ней долгие разговоры на исповеди, не для того, чтобы отвечать на ее телефонные звонки и ходить к ней в гости. Если так складываются отношения, эти отношения – неправильные, и девушка не получает духовной пользы. Я могу раскрыть одну небольшую духовную тайну: часто бывает так, что когда девушка выходит замуж, все ее духовные вопросы, проблемы и трудности почему-то исчезают, и на исповедь она перестает ходить часто, появляется достаточно редко. Мне кажется, это говорит о том, что раньше, до замужества, у нее была не настоящая духовная жажда, а неудовлетворенное одиночество, которое, с одной стороны, – реальная проблема, но, с другой стороны, избавляться от него за счет низведения духовных отношений до дружеских – неправильно.

Понять, что это неправильные отношения, можно так: если они становятся душевными, а не духовными, то есть если появляется привязанность, обида, ревность, зависть к тем, кто отнимает у духовника больше времени, – значит, в этих отношениях что-то не так, значит, в них есть что-то неправильное и с этим нужно бороться.

По поводу стремления компенсировать недостаток общения с людьми общением с животными следует сказать, что человек – существо удивительно богатое, в его жизни есть разные элементы, включающие в себя в том числе и общение с животными. Я знаю одну девушку, которая замечательно общается с лошадьми, с собаками, однажды она спасла вороненка, перевязав ему крыло, – но все это вовсе не вместо общения с друзьями, так как одно другому не мешает. Сердце человека – достаточно широко и может вместить в себя очень многое, всё многообразие отношений с земными существами, с животными, населяющими этот мир.

Сестры милосердия

Я думаю, чувство одиночества возникает, когда человек не ощущает любви Божией и стремится ее получить от других людей, но люди никогда не дадут человеку того, что может дать Бог, поэтому в этом случае лучше всего помолиться Богу. А Евангелие прямо говорит нам: «Не делайте добра тем, кто вам ответит на это, а делайте добро тем, кто ответить на это не сможет «. /Ср.:Мф. 5,44-47/ То есть Евангелие зовет нас научиться любви бескорыстной, возвыситься над естественным порядком вещей, который существует в этом мире. Но, с другой стороны, по человеческой немощи мы всё же нуждаемся в друзьях. И у самого Христа были друзья, Лазаря Он называл Своим другом /Ср.: Ин. 11,11/, так что дружеское общение является естественным и в какой-то мере необходимым.

Причем в Церкви мы стараемся все-таки говорить о факторе духовном, а не психологическом, и друзья прежде всего должны быть близки духовно. Психологический фактор оказывается на втором плане: часто случается, что люди совершенно разные становятся замечательными друзьями.

Старец отец Павел Груздев говорил: «Всех люби и всех бойся». Эти слова подразумевают и некоторую осторожность, и определенную дистанцию в общении с другими людьми, потому что общение может быть не только любовью, не только дружбой, но и привязанностью и иметь какие-то перекосы.

Иногда одиночество – это хорошо. Я порой очень хотел бы остаться в одиночестве, но мне этого Бог не дает, потому что приходится общаться с разными людьми, заниматься многими делами, а побыть одному иногда бывает полезно и необходимо. В Евангелии сказано, что, чтобы помолиться, нужно затворить двери, остаться одному и в одиночестве обратиться к Богу /Ср.: Мф. 6,6/. Святые искали одиночества, уходили в пустыню, скрывались от людей в лесах.

Порой и для многодетной мамы хорошо оставаться на какое-то время одной, потому что ей тоже нужно побыть с Богом, помолиться. Это очень важно для мамы – находиться иногда в тишине. Но в то же время нужно нести свой крест и следовать воле Божией.

Если говорить о настоящих друзьях – их можно найти и на работе, и во время учебы. Одна из выпускниц училища сестер милосердия рассказывала, как она нашла друзей, пока училась в училище. Так что для молодых людей есть такой способ поиска товарищей: найти место, где учатся единомышленники, где находятся люди, которые одинаково с тобой думают, одинаково с тобой мыслят, стремятся к подвигу, ищут служения ближним…

Если жить с Богом, молиться Богу – всё можно преодолеть, и само одиночество, которое так тяжело переживается людьми, может быть во благо человеку, если он ищет спасения своей души, если он с Богом.

Марина ВАСИЛЬЕВА, координатор службы добровольцев «Милосердие»: Я обычно сталкиваюсь с чувством одиночества не в себе, а в других людях: наших подопечных или друзьях. Причем если друзьям еще можно дать прочитать эти слова (они как православные люди постараются хоть в какой-то мере применить к себе Ваши советы), то вот с подопечными ситуация гораздо более сложная.

Да, с одной стороны, мы (добровольцы) и нужны для того, чтобы своим присутствием, и общением, и помощью восполнять недостаток любви у наших подопечных насколько это в наших силах. С другой стороны, чувство одиночества у них часто настолько обострено, что отношения с добровольцами переходят в некий «террор», когда добровольцу начинают почти приказывать: «приходи ко мне каждый день», «почему ты мне не звонишь каждые два часа» и т.п.

Мы стараемся – опять же насколько это в наших силах – способствовать воцерковлению этих людей. Но даже когда удается более-менее наладить духовную сторону жизни подопечных: они читают Евангелие, молитвы, регулярно причащаются, имеют возможность побеседовать со священником – все равно одиночество их ОЧЕНЬ сильно преследует. Может быть это такой некий «голод по любви», который не утоляется даже несколькими годами неодинокой жизни?

Если же человек жил духовной жизнью до того, как постарел, заболел, остался один – у него обычно не бывает таких переживаний.

Хотя наверное, на самом деле, все проще – это мы не в состоянии им дать настоящей любви – вряд ли люди рядом со святыми чувствовали свое одиночество?

Прот. Аркадий ШАТОВ: Как-то один очень хороший батюшка, отец Александр Киселев, сказал своему собеседнику, который давал ему советы, как не скорбеть после смерти жены: «Да-а-а-а! Советы давать легко, все равно, что камушки вниз бросать с колокольни, а выполнять их – все равно, что тяжелые камни снизу наверх на колокольню таскать!».

Подавляющее большинство наших добровольцев молоды и здоровы, и прочувствовать горе одиноких, брошенных, больных, пожилых людей мы не можем. Мы можем в меру наших сил помочь, утешить этих людей, усердно о них помолиться, терпеть их капризы и придирки.

Их страдания не должны ввергать нас в уныние и отчаяние. Есть Тот, Кто любит их больше нас и больше нас может им помочь. Они совершают свой подвиг терпения болезни и одиночества, мы должны поддержать их в этом.

Отец Иоанн (Крестьянкин) говорил мне, что задача сестры милосердия научить больного полюбить свою болезнь, понять ее смысл.

Не знаю, есть ли среди нас люди, которые могли бы это исполнить. Для этого нужно самому любить свой крест, испытать болезни и скорби, преодолеть уныние, научиться любви.

Будем делать то, что можем, будем стараться сами исполнять советы святых отцов и евангельские заповеди, а все наши и не-наши скорби и печали возлагать на Господа, у Которого нет недостатка в любви!

Женское одиночество

«И сказал Господь Бог: нехорошо человеку быть одному; сотворим ему помощника, соответственного ему… И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку. И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа. Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут (два) одна плоть» (Быт. 2, 18, 22–24).
Что ищет женщина?
Основа одиночества — ложное самоопределение. Спасительной «соломинкой» является любовь к Богу. Одиночество – очень серьёзное испытание для любого человека, а для женщины – вдвойне. Бог создал мужчину первым, и тот какое-то время пребывал в одиночестве. Но женщина – другое дело, её сердце постоянно требует, буквально с малых лет, быть любящим, приносить радость, жертвовать собой ради мужа, детей…
Когда-то, будучи одинокой женщиной, мне казалось, что я несправедливо обделена, что Господь любит других больше чем меня. Я словно находилась в чёрной комнате одиночества, и не видела даже маленького лучика надежды… Тогда я стала искать выход.
По мере продвижения вперёд, в поисках выхода, я стала понимать, что не обладаю тем, что необходимо для осуществления моей мечты. Я не хотела, чтобы мои дети оказались в той же чёрной комнате…
В казалось бы безвыходных ситуациях я всегда вспоминаю Евангельский отрывок: «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам» (Мф 6, 33).
Посмотрим, как толкует эти слова Свт. Иоанн Златоуст:
Удалив от нас всякую мысль об излишних заботах, Христос упомянул и о небесах; Он для того и пришел, чтобы разрушить древнее, и призвать нас к лучшему отечеству; потому Он все делает, чтобы удалить нас от излишеств и от пристрастия к земным вещам. Для того и о язычниках упомянул, сказав, что этого ищут язычники, которые весь труд свой ограничивают настоящей жизнью, которые нимало не рассуждают о будущности и не думают о небесах. А для вас должно быть не это важно, но другое. Мы не для того ведь сотворены, чтобы есть, пить и одеваться, но чтобы угодить Богу и получить будущие блага. Итак, усиленно и заботиться и молиться о земном не должно. Потому Спаситель и сказал: ищите же прежде Царства Божьего, и это все приложится вам. И не сказал: даны будут, но – приложатся, чтобы ты знал, что настоящие блага ничего не значат в сравнении с величием будущих. Потому-то Он ине повелевает просить настоящих благ, но просить иных благ, и надеяться, что и те присоединятся к этим. Итак, ищи благ будущих – и получишь настоящие; не ищи видимых – и непременно получишь их. Да и неприлично тебе приступать к Владыке с молитвой о таковых благах. Будучи обязан прилагать все тщание и всю заботу свою о неизреченных благах, ты крайне бесчестишь себя, когда изнуряешь себя заботливыми помыслами о благах скоропреходящих.

Конечно, мы все так устроены, что желаем счастья здесь и сейчас, казалось бы — простого человеческого счастья. Но сколько раз мне приходилось сталкиваться с обратной стороной вопроса, когда человек буквально выпрашивал у Господа, как капризный ребёнок, это «земное счастье», и оно вдруг превращалось в непрекращающийся земной кошмар. Примеров тому, к сожалению, очень много. Самая распространённая беда – это не готовность принять бремя семьи.
Чем мы себя обманываем?
Я размышляла о том, может ли женщина в полной мере воспитать ребёнка в любви, дать ему ту внутреннюю направленность, которой сама она не обладает? Впоследствии дети из таких казалось бы воцерковлённых семей наотрез отказываются посещать храм, говорить о Боге, думать о спасении. Потому что не было основы, той глубины и того стержня, на который нанизывалось бы по крупицам духовное воспитание.
Вот что сказал об этом великий русский философ Иван Ильин:
«Окружающий нас мир людей таит в себе многое множество личных неудач, болезненных явлений и трагических судеб, о которых знают только духовники, врачи и прозорливые художники; и все эти явления сводятся в последнем счете к тому, что родители этих людей сумели их только родить и дать им жизнь, но открыть им путь к любви, к внутренней свободе, вере и совести, т. е. ко всему тому, что составляет источник духовного характера и истинного счастья, не сумели; родители по плоти сумели дать своим детям, кроме плотского существования, только одни душевные раны, иногда даже сами не замечая того, как они возникали у детей и въедались в душу, но не сумели дать им духовного опыта, этого целительного источника для всех страданий души…»
Женщина-мать должна напитать своих детей любовью, той необъятной глубиной, в которой растворяется детская душа, пребывая в счастье и гармонии. И эта глубина должна быть в Боге, иначе всё будет лишь казаться, оставаясь всего лишь внешним благочестием.
Я знаю женщин, которые родили «для себя», отчаявшись обрести нормальную семейную жизнь. Все эти истории «родивших для себя», увы, не благоухают счастьем. Дети так или иначе страдают: либо определёнными заболеваниями, либо отклоняющимся поведением, либо вообще отторжением самой матерью. Да, да! Именно это встречается очень часто: женщина, которая так хотела ребёнка, сама же впоследствии начинала считать его обузой и препятствием для того чтобы устроить свою личную жизнь. Ведь полноты семейного счастья так и не получилось, потому что в мечтах она представляла себе всё совершенно иначе. В этом и заключается чудовищный обман мечты.
Женские страхи
Страхи, как правило, основаны на недоверии Богу. Человек идёт по жизни, словно проваливаясь в трясину, ощущая ужас от неуверенности в будущем. Биологический возраст – это то, чем пугают женщину врачи, родственники, друзья: «Не успеешь родить, роди хотя бы для себя!» Таким образом, боясь вовремя не исполнить своё предназначение стать матерью, женщиной овладевает самопрогнозируемое пророчество. Из памяти словно по волшебству исчезают библейские примеры тех женщин, которые родили детей в почтенном возрасте. Но ведь и в обычной жизни такие примеры встречаются, вопреки любой человеческой логике, не вмещаясь ни в какие медицинские параметры.

Мне рассказала эту историю красивая восемнадцатилетняя девушка. Мать этой девушки, забеременнев в сорок шесть лет, поспешила к врачам и в ужасе просила их избавить её от неожиданного «сюрприза».. И только благодаря упорству мужа, который запер жену в доме и не пустил на аборт, этот чудесный ребёнок родился на свет. Всю беременность мать пребывала в депрессии, ведь врачи не оставляли шанса, что мать в таком «престарелом» возрасте сможет выносить и родить здорового малыша. Но Господь не выше ли человеческих предположений? Родилась красивая, одарённая девочка, и, думается мне, по молитвам отца, который безгранично любил своё чадо, находящееся в утробе матери. Любовь творит чудеса. Любовь к Богу, а значит – доверие Ему.
Раздвоение жизненного пространства.
Личностная направленность важная составляющая в жизни человека, именно она определяет основу его деятельности: то, к чему стремится человек, его самоопределение, ценностные ориентации и т. д. Таким образом, получается, что человек, переключившись на второстепенное – стремление создать семью, теряет главное – Бога в жизни. Личностная направленность не Христоцентрична, а значит, неизбежно происходит внутренний конфликт.
Если всё в жизни, как нам кажется, мы делаем правильно, или хотя бы стремимся делать правильно, то почему же тогда возникают странные желания: выпить, покончить с жизнью, забыться, уйти от реальности. Почему так тягостно на душе и порой хочется кричать от отчаяния? Ответ прост – одиночество без веры. То, о чём сказал святитель Николай Сербский:
«Я не боюсь одиночества без людей, я боюсь духовного одиночества — одиночества без веры.»
Если до конца быть честным перед самим собой, то можем ли мы сказать, что верим и доверяем Богу? И нет ли в нашей жизни раздвоения: одна половина как будто принадлежит Богу, а другая половина – там, где Бога нет. Проверить очень просто, проанализировав собственные мысли: на что направлены, чем наполнены, в каких действиях проявляются. Если мысли женщины сконцентрированы только на том, что она одинока, то что же она видит вокруг? Куда обращён её взгляд? Все те мелочи, на которые она обращает внимание, полностью занимают всё внутреннее пространство: «у той жених появился», «у этой ребёнок родился», «другая с коляской глаза мозолит перед моим домом» и т. д. А в это время «духовное Я» требует другой пищи, ищет другой точки опоры, но «Наличное Я» упорно вытесняет этот внутренний голос, не желая слушать ни о чём. Жизнь превращается в самобичевание: «Я всё делаю по-правильному, но почему-то до сих пор одна. За что? Что во мне не так?»
Жертвенная любовь или жертва в «любви»?
Семья – это труд, это каждодневное отречение от своего «Я», это бесконечное жертвенное служение ближним. Представлять себе это легче, чем исполнить на деле.
Я вспоминаю одну молодую семейную пару, прихожан нашего храма в России. Она – красавица, стройная, с правильными чертами лица; он – настоящий русский богатырь, брюнет, с редкой проседью, с очень глубоким мудрым взглядом. Одна особенность – она возила его в храм на инвалидной коляске. Он неизменно был одет в камуфляж и было понятно, что инвалидность он получил в результате ранения на войне… Я всматривалась в лицо этой женщины, в её полные печали глаза… И думаю, что не только я, но и многие из наших прихожан замечали наряду с усталостью в глазах этой женщины какое-то внутреннее свечение, непередаваемое ощущение теплоты. Эта молодая жена несла свой крест, жертвенное служение. Знала ли она, что именно таким образом обернётся её семейная жизнь? Они даже не успели родить ребёнка…

А вот ещё один пример. Женщине Господь дал всё: дом –полная чаша, муж, дети. Трудности были, не без этого, но всё, о чём так долго она просила наконец вошло в её жизнь. И вдруг – непонятная тоска, отчаяние, вспышки гнева, алкоголь… Страдали все – и дети, и муж, и сама женщина…
Готовы ли мы к любым поворотам семейной жизни? Жертвенна ли наша любовь, о которой так много мечтается? Или быть может это только ловушка, и жертвой станем мы сами, оказавшись «прикованными» к семейному очагу.
Семейный очаг – кастрюли и сковородки?
Начнётся рутина, бесконечные однообразные дни семейного «счастья». Но что такое центр в семейной жизни? Неужели это – кастрюли и сковородки, готовка, стирка, уборка? Если только это – всё пропало. Центром семейной жизни опять же должен быть Бог. Всё в семье вращается вокруг главной цели – Бога. Но представьте, если до замужества Ваши мысли были целиком заняты только тем, как избавиться от одиночества и выйти замуж, то после замужества какие мечты займут это место? Образуется некая бесцельность существования – ведь всё уже есть, мечтать больше не о чем. Я встречала женщин, мысли которых занимала прямо противоположная идея – вернуть свободу и забыть семейную жизнь как страшный сон. Семейный очаг не мог возгореться в полную силу, потому что пламени в сердце женщины не было. Не зря ведь женщину зовут «хранительницей семейного очага». Хранительница – какое необыкновенное по силе и глубине предназначение!
Готовы ли мы принять этот священный огонь и бережно хранить его всю жизнь?
Выход всё же нашёлся.
Как женщина, которая прошла этот путь «от» и «до», для себя я увидела выход в апостольских словах: «Всегда радуйтесь, непрестанно молитесь, за всё благодарите, ибо такова о Вас воля Бога». Выбираясь из чёрной комнаты одиночества, я твердила себе:
Как смириться? – благодарить
Как не потярять надежду? – непрестанно молиться
Как не впасть в отчаяние? – радоваться даже мелочам
Как не обозлиться, не завидовать? – смотреть только в своё сердце.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *