О блудном сыне

Притча о блудном сыне

Лк., 79 зач., XV, 11-32.

11 У некоторого человека было два сына; 12и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им имение.

13По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно.

14Когда же он прожил всё, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться; 15и пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; 16и он рад был наполнить чрево свое рожка’ми, которые ели свиньи, но никто не давал ему.

17Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; 18встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою 19и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих.

20Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его.

21Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим.

22А отец сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; 23и приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться! 24ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся. И начали веселиться.

25Старший же сын его был на поле; и возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование; 26и, призвав одного из слуг, спросил: что это такое?

27Он сказал ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым.

28Он осердился и не хотел войти. Отец же его, выйдя, звал его.

29Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козлёнка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими; 30а когда этот сын твой, расточивший имение своё с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка.

31Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мною, и всё мое твое, 32а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся.

Толкование притчи о блудном сыне

Неделя (седмица) о блудном сыне в 2019 году – 24 февраля: толкование, проповеди, иконы.

В притче о блудном сыне Господь уподобляет радость Божию по поводу покаяния грешника радости чадолюбивого отца, к которому вернулся его блудный сын (ст. ст. 11-32).

У некоторого человека было два сына: под образом этого человека представляется Бог; два сына – это грешники и мнимые праведники – книжники и фарисеи. Младший, по-видимому достигший уже совершеннолетия, но, конечно, еще неопытный и легкомысленный, просит выделить ему полагающуюся часть отцовского имения, согласно закону Моисееву (Втор. 21:17), третью часть, в то время, как старший брат получал две трети.

По получении имения в младшем сыне явилось желание жить на свободе, по своей воле, и он ушел в далекую страну, где расточил полученное имение, живя блудно. Так человек, наделенный от Бога дарованиями духовными и телесными, почувствовав влечение ко греху, начинает тяготиться Божественным законом, отвергает жизнь по воле Божией, предается беззаконию, и в духовном и телесном распутстве расточает все те дарования, которыми наделил его Бог.

“Настал великий голод” – так нередко Бог посылает грешнику, далеко зарвавшемуся в своей греховной жизни, и внешние бедствия, чтобы заставить его образумиться. Эти внешние бедствия суть одновременно и наказание Божие и призыв Божий к покаянию.

“Пасти свиней” – самое унизительное для истого Иудея занятие, ибо закон иудейский гнушался свиньей, как животным нечистым. Так грешник, когда привязывается к какому-нибудь предмету, через который удовлетворяет свою греховную страсть, доводит себя нередко до самого унизительного состояния. Даже рожков никто не давал ему – это плоды одного дерева, растущего в Сирии и Малой Азии, которыми питают свиней. Этим указывается на крайне бедственное состояние грешника. И вот он “приходит в себя”.

“Пришедши в себя” – это чрезвычайно выразительный оборот речи. Как больной, выздоравливая после тяжкой болезни, сопровождающейся потерей сознания, приходит в себя, так и грешник, весь объятый грехом, может быть уподоблен такому больному, потерявшему сознание, ибо он уже не сознает требований закона Божия и совесть в нем как бы замирает. Тяжкие последствия греха в соединении с внешними бедствиями, наконец, заставляют его очнуться: он как просыпается, приходит в себя от прежнего бессознательного состояния, и трезвое сознание к нему возвращается: он начинает видеть и понимать всю бедственность своего состояния, и ищет средство к выходу из него.

“Встану, пойду к отцу моему” – это решимость грешника оставить грех и покаяться. “Согреших на небо”, т.е. перед святым местом обитания Бога и чистых безгрешных духов, “и пред тобою” пренебрежением к любящему отцу, “и уже несмь достоин нарещися сын твой” – выражение глубокого смирения и сознания своего недостоинства, каковыми всегда сопровождается искреннее покаяние грешника.

“Сотвори мя, яко единаго от наемник твоих” – выражение глубокой любви к дому и крову отеческому и согласие хотя бы на самых тяжелых условиях быть принятым в дом отчий. Все дальнейшее изображение событий имеет целью подчеркнуть беспредельность любви Божией к кающемуся грешнику, Божественное всепрощение и ту радость, которая бывает, по словам Христовым, на небесе о едином грешнице кающемся (Луки 15:7).

Отец-старец, издалека увидев возвращающегося сына и еще не зная ничего о его внутреннем настроении, сам бежит ему навстречу, обнимает и целует его, не давая договорить ему до конца покаянных слов, велит обуть и одеть его, вместо рубища, в самую лучшую одежду и устраивает в честь его возвращения домашний пир. Все это человекообразные черты того, как по любви к кающемуся грешнику, Господь милосердно приемлет его покаяние и ущедряет его новыми духовными благами и дарами, взамен утраченных им через грех.

“Бе мертв и оживе” – грешник, отчуждившийся от Бога, это то же, что мертвый, ибо истинная жизнь человека зависит только от источника жизни – Бога: обращение грешника к Богу представляется поэтому, как воскресение из мертвых.

Старший брат, гневающийся на отца за милосердие к младшему брату, это живой образ книжников и фарисеев, гордых своим по виду точным и строгим исполнением закона, но в душе холодных и бессердечных в отношении к своим братиям, хвалящихся исполнением воли Божией, но не хотящих иметь общения с кающимися мытарями и грешниками. Как старший брат “разгневался и не хотяще внити”, так и мнимые точные исполнители закона фарисеи гневались на Господа Иисуса Христа за то, что Он вступает в близкое общение с кающимися грешниками. Вместо сочувствия брату и отцу, старший брат начинает выставлять свои заслуги, брата не желает даже называть “братом”, а презрительно говорит: “этот сын твой”.

“Ты всегда со мною и все мое – твое” – этим указывается на то, что фарисеи, в руках которых закон, всегда могут иметь доступ к Богу и духовным благам, но не могут заслужить благоволения Отца Небесного при таком извращенном и жестоком духовно-нравственном настроении.

Архиепископ Аверкий (Таушев). Руководство к изучению Священного Писания.

Толкования и изречения святых отцов:

  • Пока не пришла смерть, пока не заключены двери, не отъята возможность войти, пока не напал на вселенную ужас, пока не померк свет…, проси, грешник, щедрот у Господа (прп. Ефрем Сирин).
  • Если и ненавистны мы Богу за грехи наши, то снова будем возлюблены за покаяние (прп. Нил Синайский).
  • Восплачь о грехе, чтобы тебе не восплакать о наказании, оправдись пред Судиею прежде, нежели чем предстанешь пред судилищем… Покаяние отверзает человеку небо, оно возводит его в рай, оно побеждает диавола.
  • Нет греха, как бы он ни был велик, побеждающего человеколюбие Божие, если в надлежащее время приносим покаяние и просим прощения.
  • Велика сила покаяния, если она делает нас чистыми, как снег, и белыми, как волна, хотя бы грех предварительно запятнал наши души (свт. Иоанн Златоуст).
  • В доме ли отчем пребываешь, не рвись вон на свободу. Видишь, чем кончился подобный опыт! Убежал ли и проматываешься, остановись поскорей. Промотал ли все и бедствуешь, решайся поскорей возвратиться, и возвратись. Там ждет тебя вся снисходительность, прежняя любовь и довольство. Последний шаг самый нужный. Но распространяться насчет его нечего. Все сказано коротко и ясно. Опомнись, решись возвратиться, встань и спеши ко Отцу. Объятия Его отверсты и готовы принять тебя (свт. Феофан Затворник).

Стихи про притчу о блудном сыне

О блудном сыне

Отец и брат – моя семья.
Наш дом и свят, и изобилен.
Болезней, слез не знаю я
И внешний враг для нас бессилен,
Но что-то чуждое во мне:
Желанье жить в чужой стране.

Забыв, что лишь осиротев,
Могу наследовать именье,
Просил Отца, свой стыд презрев,
Взял часть и без благословенья
Тотчас ушел. И путь мне лег
Крестом из четырех дорог.

За дерзость праотец Адам
С проклятьем изгнан был из рая.
Меня никто не гнал. Я сам,
Своей гордыне потакая,
Покинул дом. Прощай, Отец.
И брат. Для них я стал мертвец.

Мне Бог – языческий Ваал,
Вино, распутницы, пороки…
Изведал все, чего желал,
Забыв про времена и сроки.
Но голод пал на землю ту
И я изведал нищету.

Итак, я – Божий блудный сын,
В безверии, в пирах и сварах,
Наследство расточив, один
Пасу свиней. В грехах и карах
Живу. Рожки моя еда
И их не досыта всегда.

Все враз покинули меня.
В голодный год чужак не нужен.
У одинокого огня
Готовлю свой печальный ужин.
Приходит ночь. И вместе с ней
Укоры совести моей.

Что делать? Кто мне даст совет?
В шатре истлевшем нет забвенья,
Нет сна. Не близится рассвет
И нет надежды на спасенье.
И слышит мой голодный кров
Лишь визг свиней да вой волков.

А в Отчем доме каждый сыт:
Пастух, певец, служитель, воин…
Отец измены не простит.
Я сыном зваться не достоин.
Скажу в раскаяньи своем:
«Отец, возьми меня внаем».

Отцу склонюсь, но старший брат!
Как вытерпеть его презренье,
Укоры слуг, если назад
Приду? Да хватит мне смиренья
В преддверьи нового пути
Решимости в себе найти

Теченье жизни повернуть,
Пройти от стока до истока,
Миров таинственную суть
Вновь ощутить в мгновенье ока,
Пасть на колени у крыльца,
В слезах ждать милости отца.

Приходит утро, должен я
Сегодня главный выбор сделать:
Вернуться ль в Отчие края
Или на смерть души и тела
Остаться? Боже, вразуми!
Иду. Помилуй и прими.

Пыль, встречный ветер, дом далек
И ноги тяжестью налиты,
Овраги, ямы поперек,
Дороги тайные отрыты,
Подъем и каменист и крут,
И грешники назад зовут.

Пространен был мне прежний путь.
В погибель шел богатый, гордый…
Хватило силы повернуть.
Мне смотрят вслед свиные морды…
Я с трепетом иду домой
Несчастный, нищий, но живой.

Что в оправданье мне сказать!
Отцу и небу я виновен.
Купив разврат за благодать,
Быть сыном больше не достоин.
Скажу Отцу, свой грех кляня:
В рабы возьми. Прости меня.

Мне знойный день туманит взор,
Мне ночью встречные хохочут
В лицо. Изгнанье и позор
Со злою радостью пророчат.
Но вот родимые места.
Здесь должно мне сойти с креста.

Я вижу дом наш. Он богат,
И свят, и благость источает.
Не вышел мне навстречу брат.
Но, Боже, кто меня встречает!
Пришел скитаниям конец:
Он сам спешит ко мне. Отец.

Я вскрикнул: «Отче! Я был слаб,
Был в темноте, на смертном ложе,
Как жалкий и негодный раб
Весь пред Тобою, вот я, Боже!
Как раб, без дома, без родни.
В слезах молю: Не прогони».

Се, пелена упала с глаз,
Вернулся слух. И сущность мира
Я ощутил. И Божий глас:
«Не сотвори себе кумира!»
Вновь слышу. И открылось вновь,
Что Бог есть Милость и Любовь.

…Пир в доме. Я Отцом прощен,
На пальце перстень – символ власти,
Обут, одет и умащен,
Телец заколот. Фрукты, сласти,
Друзья, довольство и уют,
Все веселятся и поют.

Приходит с поля старший брат.
И, видя радостные лики,
Спросил слугу, чему он рад,
Узнал ответ, и гнев великий
Его объял. Нейдет сюда
И просит Отчего суда:

«Я в послушании всегда,
Не взял для друга и козленка…
А сей, не знающий стыда,
Твой сын, пришел с пустой котомкой,
Устами говоривший ложь!
И Ты на пир его зовешь!»

В ответ на голос брата злой
Отец с любовью произносит:
«Ты сын Мне, и всегда со Мной,
и все Мое – твое!» И просит:
«Будь радостен, а не ревнив.
Твой брат был мертв, но вот: он жив»,

Плодами твоего труда
Ты горд и ищешь справедливость.
Но выше всякого суда
Всегда стоят Любовь и Милость!
Не осужди же никого:
Ни слуг, ни брата своего!»

Отец и брат моя семья.
Я в доме. Возвратились силы.
Свое призванье знаю я:
Служить Отцу и до могилы
Молить, покуда не умру,
О падших грешниках в миру.

Леонид Алексеевич

Искусство на основе притчи о блудном сыне

Притча о блудном сыне является одной из наиболее часто изображаемых в искусстве евангельских притч. Сюжет ее обычно включают следующие сцены: блудный сын получает свою долю наследства; он уходит из дома; он пирует с куртизанками на постоялом дворе; они прогоняют его, когда у него кончаются деньги; он пасёт свиней; он возвращается домой и раскаивается перед своим Отцом.

Нажмите на изображение для просмотра галереи

Геррит ван Хонтхорст. Блудный сын. 1622

Изгнание блудного сына. Бартоломео Мурильо. 1660

Блудный сын кормит свиней. Бартоломео Мурильо. 1660

Пьер Пюви де Шаванн. Блудный сын. 1872

Тогда пришедши в себя, он вспомнил об отце, раскаялся в поступке своем и подумал: “Сколько наемников (работников) у отца моего едят хлеб с избытком, а я умираю с голода! Встану, пойду к отцу моему, и скажу ему: “Отец! я согрешил против неба и пред тобою, и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих”.

Блудный сын. Сальватор Роза

Возвращение блудного сына. Пальма Джоване. 1595

Возвращение блудного сына. Франческо Гверчино. 1619

Возвращение блудного сына. Рембрандт. 1642

Возвращение блудного сына. Бартоломео Мурильо. 1667-1670

Возвращение блудного сына. Помпео Батони. 1773

Современный блудный сын. Возвращение. Джеймс Тиссо. 1882

Возвращение блудного сына. Ян Стен

Блудный сын. Джеймс Тиссо

Возвращение блудного сына. Габриэль Метсю

Возвращение блудного сына. Лиз Свиндл. 2005

Возвращение блудного сына. Макс Слефогт

Блудный сын. Харольд Копинг.

Возвращение блудного сына. Коптская икона

Возвращение блудного сына. Японское искусство. Соичи Ватанаби

Возвращение блудного сына. Иисус Мафа

Возвращение блудного сына. He Qi

Богословское толкование

Притча о блудном сыне толкуется разными богословами достаточно схоже. Считается, что данный фрагмент из Евангелия отображает милостивую любовь Бога даже к согрешающим людям в лице Его неблагодарных сыновей: старшего и младшего. Протестантский богослов, Дерек Принс, в своей книге «Божье лекарство от отверженности» даёт следующий комментарий евангельской притче:

Отец, из притчи о блудном сыне (Луки 15:11-32), стоял и смотрел, желая увидеть сына. Никто не пришел сообщить ему: «Твой сын вернулся домой». Отец первым узнал об этом. Бог относится к нам во Христе с таким же вниманием, как и этот отец. Нас не отвергают, мы не являемся второсортными гражданами или наемными слугами.

По возвращении домой, блудный сын готов был стать наемным слугой и хотел уже сказать об этом отцу. Но когда он исповедал свои грехи, отец прервал его речь. Отец никогда не позволил бы сыну сказать: «Сделай меня одним из своих наемников».

Наоборот, отец велел: «Принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка и заколите: станем есть и веселиться, ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся».

Весь дом отмечал возвращение блудного сына. Нечто подобное происходит на небесах. Иисус сказал, что там одному кающемуся грешнику радуются больше, чем девяносто девяти праведникам, не имеющим нужды в покаянии (Луки 15:7).

Во второй стихире на «Господи воззвах» православного богослужения Недели о блудном сыне, «Сла́вным Заколе́нием» (Тельцом упитанным) называется сам воплотившийся Бог Иисус Христос, Принесший Себя в жертву за согрешивших людей и предлагающий всем желающим Своё Тело и Кровь на Евхаристии.

Ссылки

  • Неделя о блудном сыне, Подборка материалов на сайте «Завет.ru»
  • Иконография

  • См. также апокрифические
  • Об убийце
  • О пустом кувшине

  • До Христа, ветхозаветные: Иофам о деревьях, избравших царём терновник (Суд. 9:7-20)
  • Нафан о богаче, отнявшем у бедняка единственную овцу (2Цар. 12:1-9)
  • Иоас о терне и кедре на Ливане (4Цар. 14:9-10).
Новозаветные,
их отношение к
проповеди Христа
о Царстве Божьем
1/ подготовление Царства
в Ветхом Завете (6)
2/ основание и распространение
Царства на земле (5)
3/ разные условия
Царства на земле (21)
Антоний, митрополит Сурожский

23 февраля 2019 г.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Каким образом можно перевести эту притчу, такую богатую и такую дивную, в понятия, которые относятся непосредственно к нам? Сейчас я попробую сделать это еще раз.

Как часто случается, что мы разрушаем глубокие, полные значения и смысла отношения, потому что привыкаем, что любящий нас человек дает, – дает щедро, дает постоянно, никогда не вспомнив о себе: просто дает; и как легко постепенно забыть дающего, помня только дары. Это случилось с блудным сыном, но это случается так постоянно в наших человеческих взаимоотношениях.

Взаимоотношения устанавливаются, потому что каким-то чудом мы вдруг человека увидим, действительно видим человека очами души во всей его красоте, в полном значении этого слова; и затем этот человек являет жизнью и величие, и щедрость души, и жертвенность. А потом постепенно человек для нас все больше утрачивает значение, а дары его – или ее – становятся все более вседовлеющими. Я не имею в виду дары вещественные; я имею в виду тепло, и ласку, и понимание, и столько других вещей. Источник забывается, обесценивается, и важна только вода, текущая из него ручейками.

И если мы и дальше продолжаем так относиться, то мы все больше и больше отрываемся от человека; человек существует для нас все меньше и меньше. Блудный сын сказал своему отцу: Отдай мне то, что будет моим, когда ты умрешь; иными словами: Давай согласимся, что ты больше для меня не существуешь; мне нужно только то, что ты можешь дать… И как блудный сын, мы тогда некоторое время живем из полученных даров; наше сердце еще согрето теплом, которое нам было дано, наш ум все еще живет богатством былого общения. Но постепенно и это истощается, потому что уже не питается от источника, и затем превращается в воспоминание, и мы делаемся голодными.

Все то время, что мы могли проживать полученные дары, мы были окружены людьми, которые хотели поживиться от того, что мы получили: мы были, как блудный сын, окружены людьми, которые облепляли его, пока он был богат богатством своего отца. Но когда ничего от богатства не осталось, они отпали. И оскудение вошло в его жизнь вторично: он отверг одно человеческое взаимоотношение, а теперь сам был отвергнут другими; он остался один… Он старался как-то пропитаться, но питаться было нечем, и он ходил изголодавшимся.

И вот часто в нашей жизни случается, что, оторвавшись от источника взаимоотношений, оказавшись отвергнутыми теми, которые думали, что они могут бесконечно пить от ручейков, струящихся через нас, мы оказываемся изголодавшимися. Если бы только в это мгновение мы могли осознать, что то, что мы забыли и утратили, – это качество живых отношений с Богом и живых отношений с людьми, которые нас окружают!

Мы не можем всю жизнь жить на подарках; жизнь возможна только в отношении к Богу, и в отношении к людям, как бы в непрерывном взаимообмене, когда мы столько же податели, сколько и приниматели щедрости людской и Божией. Но когда нам голодно, когда мы в отчаянии, когда мы, изголодавшись, умираем, – всегда ли мы вспоминаем, что мы отвернулись от Бога, от Живого Бога? Что мы отвергли живой Хлеб Небесный? Что мы создали с окружающими людьми ложные отношения, раздавая то, что не было наше, что было взято в то мгновение, когда оно было дано?

И тогда, значит, настало время нам задуматься глубоко и внимательно над самими собой, и понять, что мы согрешили против Неба, согрешили против отца, против брата, против ближнего, против сестры – против всякого человека вокруг нас. Согрешили – значит, порвали связь, стремясь освободиться от них, – нет, не совсем, – стараясь не иметь с ними отношений дарующего, а относясь, как побирушка, пиявка.

И тогда, значит, настало время возвращаться: домой, туда, к тем, кто питал нас, давал щедро, заботился, и, в конечном итоге, к Богу, Источнику всех благ.

Но так часто, пытаясь вернуться, мы встречаем не отца заблудшего сына: мы встречаем старшего брата, того, который никогда не имел подлинного взаимоотношения любви, дружбы, ни с нами, ни с отцом. Мы встречаем того, который может похвалиться, что он всегда был добросовестным, честно работал в доме отца, делал все, что нужно – но безразлично: выполнял, как выполняют обязанность, которой не избежишь, или же как сделку: как работу за плату, работу ради обеспеченности, труд в обмен за принадлежность к дому, за обеспеченность.

Нам надо, задуматься над этим; потому что в нашем опыте человеческих отношений мы не всегда только блудный сын; мы так часто являемся старшим братом, и приходящего к нам и говорящего: Я выпал из общения с тобой по своей вине, я вел – или вела – себя паразитом, я хочу теперь быть другом! – встречаем словами (или жестом): Было время, я тебе был другом! Было время – мы жили в общении, которое мне было драгоценно, – ты разбил, разбила его! Раны мои зажили, не хочу я больше раскрыться! Для меня ты – прошлое; ты мертв, мертва; иди к другим, чтобы они вернули тебя к жизни… Как часто мыявляемся старшим братом?

И мы поступаем так непохоже на отца, который ни в какую минуту не переставал любить заблудшего сына, даже в момент, когда этот заблудший отрекся от него, отверг его, ждал, когда же ты умрешь, чтобы распоряжаться всем, что этот человек накопил годами труда, мудрости, годами жертвенной любви. Отец никогда не переставал любить; старший брат перестал – или, вернее, никогда и не любил, только имел деловые отношения с теми, кто его окружал.

А отец вперед бежит, чтобы встретить заблудшего: случалось ли нам когда-либо поступить так? Когда кто-то оскорбил нас глубоко, жестоко, – сделали лимы когда-либо первый шаг, помня, что потерпевшему обиду легче сделать первый шаг, потому что он не унизителен, он не чреват страхом: а вдруг меня отвергнут? – тогда как обидчик в ужасе от предстоящего унижения, а может быть, и отвержения… Сделали ли мы когда-либо первый шаг, чтобы вернуть к жизни того, кто духовно, человечески мертв? Готовы ли мы были дать ему егопервую одежду, то есть окутать его былым взаимоотношением? Готовы ли мы были, когда он промотал наше сокровище, унизил нас, обокрал нас, доверить ему наш перстень, дающий ему власть над нашей личностью, нашим имуществом, нашей честью? Дали ли мы ему, как говорит притча, обувь на ноги его, чтобы он мог ходить, и ходить безопасно?

Задумаемся в таких категориях; и если мы так задумаемся, каждый из нас сможет обнаружить, на чем он стоит; в каждом из нас переплетаются все элементы этой трагической и дивной притчи. Но недостаточно обнаружить это; обнаружив, кто мы, мы должны сделать что-то; мы должны принять решение, мы должны отречься от той личности, которой мы были до сих пор, вернуться,и просить о прощении, о милости. Просить прощения у Бога легко, потому что Бог видимо, осязаемо никогда не отсылает нас пустыми от Себя, никогда не говорит нам уйди от Меня! Но просить прощения у тех, которых мы оскорбили, и которые обидели нас…

Подумаем над этим: на следующей неделе мы будем вспоминать падение человека, вспоминать, как человечество утратило рай, единство с Богом, единство друг с другом, гармонию с тварным миром, – все потеряло. Сегодня – последнее предостережение; мы можем сделать что-то в течение наступающей недели – не все, но что-то, так, что когда мы предстанем перед Судом, мы бы взглянули на Судию и сказали: Оправдания мне нет, – но я сделал, что мог; помилуй и спаси! Аминь.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *