О покаянии

Покаяние

(56 голосов: 4.45 из 5)

См. раздел: ТАИНСТВО ПОКАЯНИЯ (ИСПОВЕДЬ)

  • Покаяние Библейская энциклопедия архим. Никифора
  • Покаяние старец Сергий (Шевич)
  • О покаянии архим. Софроний (Сахаров)
  • Умное делание начинается с покаяния протоиерей Иоанн Журавский
  • Вынужденное покаяние прп. Паисий Святогорец
  • Путь покаяния старец Иосиф Ватопедский
  • Практика покаяния в древней Церкви протоиерей Андрей Лобашинский

Покая́ние (от греч. μετάνοια (метанойя) — перемена сознания, переосмысление, прозрение) —
1) глубокое раскаяние, сокрушение о грехах, характеризуемое печалью и скорбью, вызванной уязвлением совести, но главное, живым ощущением разлучения с Богом; сопровождаемое твердым желанием очищения, преображения жизни; упованием и надеждой на Господа. В широком смысле под покаянием подразумевается фундаментальная перемена в жизни: от произвольно-греховной, самолюбивой и самодостаточной – к жизни по заповедям Божиим, в любви и стремлении к Богу.
2) Таинство Церкви, в котором, по искреннем исповедании грехов перед лицом священника, грешник по милосердию Божию силой Божественной благодати освобождается от греховной нечистоты.

Покаяние – изменение внутренней и внешней жизни человека, заключающееся в решительном отвержении греха и стремлении проводить жизнь в согласии со всесвятой волей Бога.

Покаяние начинается с изменения человеческого ума, отвращающегося от греха и желающего соединиться с Богом. Покаяние всегда есть умоперемена, то есть перемена одного направления ума на другое. За изменением ума следует изменение сердца, которому Бог дает опытно познать Свою благодатную любовь и святость. Познание любви и святости Божьей дает силы человеку не повторять грех и противостоять его действиям. В тоже время, благодатное вкушение Божественной любви и святости требует от человека немалого подвига для ее удержания в своей душе. В этом подвиге Бог испытывает свободное намерение человека отринуть грех и вечно пребывать с Ним.

Следование Божественным заповедям встречает сопротивление падшего человеческого естества, отчего покаяние неразрывно связано с напряжением воли в движении от греха к Богу или подвижничеством. В подвижничестве от человека требуется искреннее желание преодолеть грех, а от Бога подается благодать для его преодоления. Покаянный подвиг – дело всей жизни человека, поскольку человек всю жизнь должен стремиться к соединению с Богом и освобождению от греха.

Для отпущения содеянных грехов Церковью установлено Таинство Покаяния (Исповедь), требующего искреннего раскаяния человека в совершенном грехе и решимости не повторять его с помощью Бога. Покаяние – это обличение своего греха, это решимость не повторять его в дальнейшем.

Мы грешим против Бога, против ближнего и против самих себя. Грешим делами, словами и даже мыслями. «Нет человека, который поживет на земле и не согрешит», говорится в заупокойной молитве. Но нет и такого греха, который не прощается Богом при нашем покаянии. Ради спасения грешников Бог стал человеком, был распят и воскрес из мертвых.

Явно исповедь принимает священник, а невидимо – Сам Господь, давший пастырям Церкви отпускать грехи. «Господь и Бог наш Иисус Христос, благодатию и щедротами Своего человеколюбия, да простит тебе вся прегрешения твоя, и я, недостойный иерей, властью Его, мне данною, прощаю и разрешаю тебя от всех грехов твоих», – свидетельствует священник.

См. Подготовка к Исповеди

***

Каждая исповедь — ступень

В разрешительной молитве, которую священник читает над каждым человеком индивидуально, есть такие слова: «Примири и соедини его Святей Твоей Церкви… подаждь ему образ покаяния…» То есть время для покаяния вроде уже кончилось, вроде человек исповедался, а просит Господа, чтобы подал ему образ покаяния. А почему? Потому, как говорят святые отцы, что, когда человек входит в темную комнату, он вначале не видит ничего, а потом глаза отдыхают, он начинает различать крупные предметы, потом более мелкие, а если осветить комнату, то он будет еще более подробно всё видеть – от исповеди к исповеди человек духовно прозревает.

Каждая исповедь – есть ступень для следующего этапа. Господь потом ещё открывает, ещё, по частям. Сначала – самое главное, заметное, потом меньше, меньше, меньше, даже до слов иногда вспоминается то, как человек согрешил. Это и есть тот труд покаянный, который совершает человек, старающийся избавиться от грехов.

Чем истинное христианское покаяние отличается от механического перечисления грехов?

Отношение к покаянию как к механическому действию освобождения от гнёта греха строится на ложной, грубо-юридической интерпретации учения о Спасении и подразумевает, в качестве главного условия, необходимость механического перечисления грехов. Сообразно этой идее, самое важное — озвучить грехи перед священником; тот в свою очередь помолится, а Бог, будучи бесконечно милосердным, непременно откликнется и простит.

В действительности же основа покаяния должна лежать не только в осознании вины, но и в твердом желании внутреннего очищения, изменения жизни, искоренения греховных желаний, греховных страстей. Плодом покаяния должны быть не только слёзы сожаления о грехе, но и добрые дела. Без такого стремления невозможно уподобление Богу, соединение с Ним и обожение. Если человек, каясь о грехах, имеет в виду вышесказанное, Бог помогает ему, укрепляет духовные силы, утверждает в добре.

По мере возрастания в праведности человек начинает замечать в себе и сокрушаться даже и о таких помыслах, мыслях, поступках, о которых раньше не задумывался (в плане нравственной оценки) или же вовсе не считал их грехами. Чем чище и совершеннее становится человек, тем выше становится и его способность к должному восприятию благодати, тем выше радость от общения с Богом и выше способность жить по законам Царства святых.

Механическое покаяние свидетельствует о непонимании человеком собственной греховности. И если оно постоянно сопровождается нежеланием кающегося отказываться от греха, нежеланием работать над собой, в этом может усматриваться злое упорство, грубое пренебрежение Божьим законом: мол, понимаю, что согрешаю, но исправляться, увы, не желаю.

По этой причине спутником механического покаяния нередко выступает самооправдание и обвинение ближних. Христианское же покаяние требует признания и осмысления собственной вины и не подразумевает перебрасывания личной ответственности на других.

Чем покаяние отличается от раскаяния?

В обиходе, как правило, отождествляются совместимые, но отнюдь не синонимичные термины — покаяние и раскаяние. Если судить по произошедшему с Иудой (см. Мф.27:3–5), раскаяние может быть и без покаяния, т. е. бесполезным, а то и погибельным. Несмотря на свое созвучие в русском языке, в тексте Священного Писания этим терминам соответствуют разнокоренные слова μετάνοια (метания) и μεταμέλεια (метамелия). Слово μετανοέω (метаноэо) значит «переменять свой образ мыслей», изменять видение, понимание смысла жизни и ее ценностей. А этимология слова μεταμέλεια (метамелия) (μέλομαι, меломэ — заботиться) указывает на изменение предмета заботы, устремлений, попечений. Покаяние в отличие от раскаяния предполагает именно глубинное переосмысление всего в корне, перемену не только предмета стремлений, забот, но качественную перемену самого ума.

Возможно ли покаяние после смерти?

Покаяние как средство очищения человека от скверны греха, средство восстановления личностных отношений с Богом возможно для человека только в рамках земной жизни. Земная Церковь предоставляет ему для этого все необходимые благодатные дары.

В ад же человек попадает в том случае, если не уделяет спасению должного внимания или даже прямо противится Божьему Промыслу о спасении. Собственно, поэтому ад и становится его посмертным пристанищем до дня Страшного Суда, как закономерный итог добровольно выбранного им жизненного пути.

Несмотря на то, что в аду нет места покаянию (изменению жизни в соответствии с Божьими Заповедями), там есть раскаяние (сожаление о совершённом грехе), и причём очень мучительное. Однако раскаяние грешника в аду — в отличие от покаяния праведника, сожалеющего о совершенном грехе прежде всего как о преграде к общению с Богом, часто обусловливается ужасом положения и сожалением об утрате земных благ, а его отношение к Богу часто сопровождается ожесточением.

Это душевное состояние можно охарактеризовать так: раскаяние есть — а любви к Богу нет, и желания жить по законам святых — тоже нет. Получается, что даже если бы он, пребывая в таком состоянии, и был переведен в Царство святых, разве он радовался бы там той же радостью, которую испытывают святые? Если Бог ему не нужен, а заповеди чужды или, что хуже, ненавистны, что ему делать в Раю?

Собственно расположенность души к аду или Раю безошибочно выявляется уже и на частном суде. Стало быть, невозможность покаяния за гробом нельзя сводить к грубому юридизму, мол грешник и рад бы принести покаяние, да Бог не дозволяет: грешник сам запирает для себя двери к покаянию, двери к Царству Небесному, ещё на земле.

Справедливо ли определять для человека участь в вечности на основании краткой земной жизни?

Грехи имеют свойство перерастать в страсти, а добрые дела — в добродетели. Времени земной жизни человека вполне достаточно для того, чтобы духовно определиться по отношению к Богу, приобщиться к Его благой воле или воспротивиться ей, избрать спасение или погибель.

Возможно ли покаяние для неверующих?

Священник Николай Лызлов: Одна прихожанка в некотором недоумении рассказывает: «Я никак не могу бросить курить. И молюсь, и исповедуюсь, и помощи Божией прошу, а никак грех курения победить не могу. А вот мой коллега, человек вообще неверующий, подумал, что курение это плохо, взял и бросил. Значит, он победил грех, а в книгах мы читаем, и в проповедях отцы говорят, что без помощи Божией, без молитвы победить грех невозможно».

Действительно, так бывает, можно привести и множество других примеров, как православный человек не может справиться, например, со злоупотреблением алкоголем, а другой человек, просто желающий вести здоровый образ жизни, и про Бога не думает, на исповеди не кается, а взял и бросил. Но ведь грех — это не просто конкретный поступок или наша привычка, но — это состояние нашей души, это то, что отделяет нас от Бога. В принципе, грех у нас один: он в том, что мы отпали от Бога — и потому, что носим печать первородного греха, и в результате своих собственных грехов. Мы не можем видеть Бога, с Богом общаться, у нас и потребности нет Его видеть, — вот это и есть грех. А все конкретные проявления — курил человек, или еще что-то делал — это только частности. Можно не курить, не грабить банк, не воровать, и при этом быть далеким от Бога.

Исходя из такого понимания, очищение от греха, покаяние — это перемена образа мышления, образа жизни. Это вообще — другая жизнь: человек жил вне Бога, вся жизнь его была без Бога, он не думал о грехах, а сейчас он покаялся, отрекся, переменился, начал жить для Бога, для соединения с Ним.

См. СИНЕРГИЯ, ИСПОВЕДЬ

Есть ли грех, который Бог не прощает?

Вопрос: Есть ли грех, который Бог не прощает?
Ответ: Для рожденных свыше детей Божьих непростительного греха не существует. Все грехи были прощены на кресте для тех, кто принадлежит Христу. Когда Иисус сказал: «Свершилось!» (Иоанна 19:30), то Он имел в виду, что наказание за все грехи было уплачено в полном объеме. Слово, переведенное как «свершилось», является греческим словом «тетелестай». Это слово было использовано в нескольких значениях. Оно было аналогом сегодняшнего штампа «оплачено» на квитанциях, а также когда преступник исполнял свой приговор. «Тетелестай» прибивали к двери дома преступника, чтобы показать, что он действительно в полном объеме расплатился за свои преступления.
Можно увидеть аналогию с крестным договором между Господом Иисусом и Богом Отцом. Иисус Христос исполнил договор и удовлетворил Божье справедливое требование к оплате за грехи. Господь Иисус Христос стал нашей жертвой за грех – «Божий Ягненок, который унесет грех мира!» (Иоанна 1:29). Когда Христос был отделен от Бога Отца на протяжении тех трех часов сверхъестественной темноты (Матфея 27:45), договор был запечатан. Как мы читаем из Евангелия от Луки, Иисус воссоединился с Отцом. «Иисус громким голосом воскликнул: «Отец! В руки Твои предаю Мой дух!» – И с этими словами испустил последний вздох» (Луки 23:46) Таким образом, все грехи были оплачены раз и навсегда.
Однако есть условие Божьего прощения грехов. Человек должен прийти к Богу через Господа Иисуса Христа. «Говорит ему Иисус: «Я – Путь, Истина и Жизнь. Только через Меня можно прийти к Отцу»» (Иоанна 14:6). Божье прощение доступно для всех желающих (Иоанна 3:16), но для тех, кто не верит во Христа, нет прощения или отпущения грехов (Деяния 10:43). Таким образом, единственный грех, который Бог не простит в этот благодатный век, – это грех тех, кто умирает, не поверив в Иисуса Христа. Если человек не откликается на предложение, сделанное Богом через Господа Иисуса Христа, он переходит в вечность в отделении от Бога и, следовательно, без прощения.
Рожденные свыше верующие также грешат, и когда мы делаем это, то нарушаем отношения с Господом. Однако Бог обеспечил нам путь назад. Святой Дух, пребывающий в каждом рожденном свыше верующем, обличает нас в грехе, и у нас есть выбор – вернуться на правильный путь и возобновить наше общение. Когда человек рождается свыше и принимает Христа как своего Спасителя, нет никаких шансов, чтобы он потерял свою вечную жизнь, из-за его поступков. Мы можем потерять наше общение с Богом и радость нашего спасения, но это возможно исправить через незамедлительное раскаяние.
Первое послание Иоанна является письмом к рожденным свыше верующим, оно содержит практическую информацию относительно того, как поддерживать общение с Господом. «Если признаем наши грехи, Он, справедливый и верный, простит нам грехи и очистит от всякого зла» (1 Иоанна 1:9). Этот стих при правильном использовании является способом восстановить наше общение, когда мы грешим. «Если скажем, что мы безгрешны, значит, мы вводим себя в заблуждение и истины нет в нас» (1 Иоанна 1:8). Теперь, помните, что это письмо к рожденным свыше верующим. Бог не имеет иллюзий относительно нас и нашей способности грешить, поэтому и нам не следует обманываться.
«Если» в начале 1 Иоанна 1:8–9 является «если» третьего класса в греческом языке, что означает «может быть да, а может – нет». Тут есть условие – если мы «признаем». Это слово в греческом звучит «гомология», что значит «говорить то же самое, или ссылаться на факт». «Гомо» означает «то же самое», а «логос» – «слово». Это означает, что мы соглашаемся с Богом, что согрешили. Но грех был прощен на кресте, и все наши грехи как рожденных свыше верующих были прощены. Это законный факт. Мы должны ходить в свете и в общении, потому что таково наше положение во Христе Иисусе. «Но если живем мы в свете, как и сам Он – в свете, значит, мы сопричастны друг другу и кровь Сына Его, Иисуса, очищает нас от любого греха» (1 Иоанна 1:7). Тем не менее, это не дает нам особого права продолжать грешить; нет, рожденные свыше верующие, которые ходят в свете и общаются с Богом, будут незамедлительно признавать свой грех, сохраняя постоянное и четкое общение с Господом. English

Вернуться на русскую стартовую страницу
Есть ли грех, который Бог не прощает?

Слово о покаянии митрополита Антония Сурожского

Когда мы поступаем нехорошо, когда говорим не должное, когда тёмные мысли роятся у нас в голове или сходит на сердце помрачение, мы, если хоть немножко просветимся, начинаем чувствовать угрызение совести. Но угрызения совести — это ещё не покаяние, к нему должно прибавить нечто другое, а именно — обратиться лицом к Богу с надеждой призвать Его на помощь. Но и это ещё не всё, потому что многое в нашей жизни зависит от нас самих. Как часто мы говорим: «Господи, помоги! Господи, дай мне терпеть, дай мне целомудрие, дай мне чистоту сердца, дай мне слово правдивое!» А когда представится возможность поступить согласно нашей собственной молитве, по влечению нашего собственного сердца, у нас не хватает мужества, не хватает решимости НА ДЕЛЕ приступить к тому, о чём мы просим Бога. И тогда наше покаяние, наш взлёт души остаётся бесплодным.

Покаяние должно начаться именно с этой надежды на любовь Божию и вместе подвигом, мужественным подвигом, когда мы самих себя принуждаем жить так, как надо, а не так, как мы жили до сих пор. БЕЗ ЭТОГО и Бог нас не спасёт, потому что, как говорит Христос, не всякий говорящий «Господи, Господи!» войдёт в Царство Божие, а тот, кто принесёт плод его. А плоды эти мы знаем: мир, радость, любовь, терпение, кротость, воздержание, смирение — все эти дивные плоды, которые могли бы нашу землю уже теперь превратить в рай, если бы только, как древо плодоносное, мы могли их принести… Таким образом, покаяние начинается с того, что вдруг в душу нам ударит, заговорит совесть, окликнет нас Бог и скажет: «Куда идёшь? К смерти? Того ли ты хочешь?» И когда мы ответим: «Нет, Господи, — прости, помилуй, спаси!» — и обратимся к Нему, Христос нам говорит: «Я тебя прощаю! А ты — из благодарности за такую любовь, не по страху, не ради того, чтобы себя избавить от муки, а потому что в ответ на Мою любовь ты способен на любовь, начни жить иначе…» И что же дальше?

Первое, чему мы должны научиться — это принимать всю нашу жизнь: все её обстоятельства, всех людей, которые в неё вошли — иногда так мучительно — принять, а не отвергнуть. Пока мы не примем нашу жизнь, всё без остатка её содержание, как от руки Божией, мы не сможем освободиться от внутренней тревоги, от внутреннего плена и от внутреннего протеста. Как бы мы ни говорили Господу: Боже, я хочу творить Твою волю! — из глубин наших будет подниматься крик: но не в этом! Не в том! Да, я готов принять ближнего моего — но не этого ближнего! Я готов принять всё, что Ты мне пошлёшь — но не то, что Ты на самом деле мне посылаешь. Как часто в минуты какого-то просветления мы говорим: Господи, я теперь всё понимаю! Спаси меня, любой ценой меня спаси! Если бы в этот момент перед нами вдруг предстал Спаситель или послал Ангела своего или святого, который грозным словом нас окликнул, который требовал бы от нас покаяния и изменения жизни, мы это, может, и приняли бы. Но когда вместо Ангела, вместо святого, вместо того, чтобы Самому прийти, Христос посылает нам ближнего нашего, причём такого, кого мы не уважаем, не любим, и который нас испытывает, который ставит нам уже ЖИЗНЕННО вопрос: а твоё покаяние — на словах или на деле? — мы забываем свои слова, мы забываем свои чувства, мы забываем своё покаяние и говорим: Прочь от меня! Не от тебя мне получать наказание Божие или наставление, не ты мне откроешь новую жизнь… И проходим мимо и того случая, и того человека, которого нам послал Господь, чтобы нас исцелить, чтобы мы СМИРЕНИЕМ вошли в Царство Божие, понесли бы последствия нашей греховности с терпением и готовностью всё принять от руки Божией.

Если мы не примем нашей жизни от Божией руки, если всё, что в ней, мы не примем как от Самого Бога, тогда жизнь не будет нам путём к вечности; мы всё время будем искать другого пути, тогда как единственный путь — Господь Иисус Христос. Но этого ещё недостаточно. Мы окружены людьми, с которыми отношения наши порой бывают тяжки. Как часто мы ждём, чтобы другой пришёл каяться, просил прощения, унизил себя перед нами. Может быть, мы простили бы, если бы почувствовали, что он себя так унизил, что нам легко его простить. Но прощать надо не того, кто заслуживает прощения, — разве мы от Бога можем ожидать прощения заслуженного? Разве, когда мы к Богу идём и говорим: Господи, спаси! Господи, прости! Господи, помилуй! — мы можем прибавить: потому что я этого заслуживаю?! Никогда! Мы ожидаем от Бога прощения по чистой, жертвенной крестной Христовой любви…

Этого же от нас ожидает Господь по отношению к каждому нашему ближнему; не потому нам надо прощать ближнему, что он заслуживает прощения, а потому, что мы — Христовы, потому что нам дано именем Самого Живого Бога и распятого Христа — ПРОЩАТЬ. Но часто кажется: вот, если бы только можно было ЗАБЫТЬ обиду, тогда бы я простил, но ЗАБЫТЬ не могу, — Господи, дай мне забвение!.. Это не прощение; забыть — не значить простить. Простить означает посмотреть на человека как он есть, в его грехе, в его невыносимости, какой он есть для нас тяжестью в жизни, и сказать: я тебя понесу, как крест; я тебя донесу до Царствия Божия, хочешь ли того или нет. Добрый ты или злой — возьму я тебя на свои плечи и принесу к Господу и скажу: Господи, я этого человека нёс всю жизнь, потому что мне было жалко — как бы он не погиб! Теперь Ты его прости ради моего прощения!.. Как было бы хорошо, если бы мы могли так друг друга тяготы носить, если бы мы могли друг друга нести и поддерживать, не стараться забыть, а наоборот — помнить. Помнить, у кого какая слабость, у кого какой грех, в ком что-то неладно, и НЕ ИСКУШАТЬ его этим, оберегать его, чтобы он не был подвергнут соблазну в том именно, что может его погубить… Если бы мы могли так относиться друг к другу! Если бы, когда человек слаб, мы его окружали заботливой, ласковой любовью, сколько бы людей опомнилось, сколько людей стали бы достойны прощения, которое им дано ДАРОМ…

Вот это путь покаяния: войти в себя, встать перед Богом, увидеть себя осуждённым, не заслуживающим ни прощения, ни милости, и вместо того, чтобы как Каин, бежать от лица Бога, обернуться к Нему и сказать: ВЕРУЮ, Господи в Твою любовь, верую в Крест Сына Твоего, — верую, помоги моему неверию! И затем идти путём Христовым: ВСЕ принять от руки Божией, из всего принести плод покаяния и плод любви, и первым делом брата нашего простить, не ожидая его исправления, понести как крест, распяться, если нужно, на нём, чтобы иметь ВЛАСТЬ, подобно Христу, сказать: «Прости им, Отче, они не знаю, что творят…». И тогда Сам Господь, Который сказал нам: «Какой мерой вы мерите, и вам возмерится… прощайте, как Отец ваш Небесный прощает», — ОН в долгу не останется: простит, исправит, спасёт и уже на земле, как святым, даст нам радость небесную. Пусть будет так, пусть начнётся в жизни каждого из нас сегодня, сейчас хоть НЕМНОЖЕЧКО этот путь покаяния, потому что ЭТО уже начало Царствия Божия. Аминь».

Митрополит Антоний Сурожский. «Любовь всепобеждающая». СПб., 1994

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Шпиллер В., прот. Слово о покаянии. Выход на проповедь Господа Иисуса Христа

Во Имя Отца и Сына и Святого Духа!

Прошло Рождество Христово, прошло Крещение Господне. Праздники эти ещё продолжаются, святки продолжаются… И вот уже сегодня вы слышали в Евангельском чтении рассказ о том, как Господь Иисус Христос выходил на проповедь, как Он начинал своё служение людям. Как он оставил город Назарет — маленький город, который находился в земле, называемой Галилейской, где Он вырос, где прошло Его детство и юность. Вы помните, что Он из города Назарета уходит в Капернаум, который расположен там же в Галилейской земле, на севере Иудеи, у моря Генисаретского, и там начинает свою проповедь.

Начинает Он ее, братья и сестры, замечательными словами: «Покайтесь, приблизилось бо Царство Небесное!» Покайтесь!.. Мы с вами думаем, что покаяние — это, скажем, исповедь, на которую вы приходите и исповедуетесь перед причащением, одни — чаще, другие — реже. Мы с вами думаем, что покаяние — это признание, видение в себе плохих поступков, дел, признание, за которое вы, прося у Бога прощения, получаете его. Это перечисление тех проступков, нарушений каких-то правил христианской жизни, за которые просите извинения, и получаете это извинение для того, чтобы потом опять повторять всё сначала… И так очень часто всю жизнь это идёт! Это совсем не есть покаяние. Так же точно, как христианская жизнь совсем не состоит из каких-то добреньких дел и правил, которые надо исполнять.

Покаяние в христианской жизни — это совершенно другое! Покаяние, которого просит, требует от нас Господь Иисус Христос, это, братья и сёстры, перерождение, полное перерождение человека. Вот вы живёте и вдруг начинаете видеть и понимать, что живёте не так, как надо, не так, как этого хочет Бог! Вся жизнь, весь внутренний строй жизни меняется. Вы перерождаетесь и начинаете жить христианской жизнью, которая есть жизнь сверхъестественная! Да, повторяю — сверхъестественная, потому, что вы начинаете жить с Богом. Вы помните, апостол Павел говорит: «Не я живу, а Христос во мне живёт». В христианине Христос, Богочеловек начинает жить. Поэтому, как бы ни вёл себя христианин после крещения, он уже живёт не по своей человеческой воле, он живёт по воле Божией. Потому эта жизнь и есть — сверхъестественная.

При таком перерождении человек узнаёт, что такое правда. Не та относительная, которую каждый, конечно, знает, и в которой даже старается жить (любой язычник её знает), а правда абсолютная! Он начинает понимать, что такое мир Христов, мир с Богом и людьми. Не тот мир, о котором мы сейчас кричим, беспокоимся, защищаем, не защищаем, нарушаем… Конечно, и этот мир — не такой уж плохой. Нечто есть, всё-таки, в нём хорошее, но только… уж очень относительно хорошее. А тот мир, который даёт нам Христос, мир Божий — это абсолютный мир, это абсолютная ценность для человека. Тогда приходит «радость о Дусе Святе» — Царство Небесное есть мир и радость о Дусе Святе!

И когда человек покается так, как Христос этого хочет, когда он переродится в одно мгновение, когда начнёт жить этой сверхъестественной жизнью, тогда он уже неотделим со Христом, Который есть Богочеловек, в Котором примирилось Божественное естество с человеческим. Когда мы начинаем жить со Христом, то и в нас происходит это соединение. Благодатная жизнь — это жизнь, пронизанная Духом Святым. Вот к чему ведет покаяние! И вот почему, прежде чем войти в Царствие Небесное, которое приближается к нам, приблизилось уже, нужно покаяние.

Однако, так много вокруг нас зла. В Евангелии сегодня нам говорится, что свет Христов осенил, озарил людей с пришествием Христа, с началом Его проповеди. Это Свет Мира духовного, это Свет радости о Дусе Святе. Но как много тьмы, мрака в нас самих, в каждой человеческой душе и как много этого мрака, этой кромешной тьмы вокруг нас! А уже две тысячи лет прошло с тех пор, как Свет явился в стране, в которой была такая тьма, в стране, которая была под сенью смертной, как говорится в сегодняшнем Евангелии. Почему же и сегодня этой сени смертной так много вокруг нас и в нас самих? Приходим на исповедь, каемся как будто бы в своих грехах, а в душе остается какая-то тьма. Не всегда кромешная, а иногда и кромешная… Покаяние, с которым мы приходим к Богу, оказывается недостаточным, чтобы мы почувствовали всё то, что даёт нам вступление в Царство Небесное, в Царство Божие, приблизившееся к нам. Почему это так?

В знаменитом прологе Евангелия Иоанна Богослова, в котором говорится об этом Свете (в первом стихе первой главы). есть совершенно замечательные слова, полные невероятной глубины смысла, глубочайшей тайны, перед которой стоит человечество и христианский мир и сегодня. Эта тайна вот в чём: Евангелист Иоанн говорит, что пришёл Свет на эту землю, и тьма Его не объяла. Но ведь этот Свет тьму-то не уничтожил! Тайна противоборства тьмы со Светом, Света с тьмой! И святые отцы, толкуя по-разному этот пролог Евангелия от Иоанна, полагают, что как раз в этом противоборстве и состоит тайна. Что тьма не будет никогда уничтожена в этом мире, пока он есть. Но и Свет Христов, Свет, Который есть Христос, тоже никогда не будет объят тьмой. Она Его не победит.

И это противоборство происходит не только в мире, не только в обществе. Противоборство тьмы и Света происходит в каждой человеческой душе, в каждой христианской душе, братья и сёстры. Сегодня побеждает тьма, а завтра — Свет. Сегодня побеждает Свет, а завтра — тьма. Но как бы ни была сильна тьма, смрад греха в душе каждого из нас, не будем отчаиваться, зная, что «тьма не объяла», что Свет, Который есть в каждой христианской душе, возгорается при покаянии. Свет, который возгорелся в этом мире потому, что много было людей как следует кающихся, этот Свет непобедим, непреодолим. Мы сможем жить в этом Свете, если захотим и сумеем каяться. Нужно, чтобы покаяние наше было не временным состоянием, а как-то всегда нас сопровождало в жизни, чтобы оно было постоянным, чтобы такое перерождение происходило почаще с нами в разных степенях. Тогда непременно каждый из нас вкусит и от правды абсолютной, и от мира с Богом, и от плодов этого мира с Богом и с людьми. И вкусит от той радости о Дусе Святе, которая не похожа на наши здешние, маленькие, ничтожные радости, но приобретение которой есть цель христианской жизни, потому что это действие Святого Духа.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *