Отец браун честертон

Фламбо — один из самых знаменитых преступников Франции, а впоследствии частный сыщик в Англии, давно уже бросил обе эти профессии. Говорили, что преступное прошлое не позволяло ему стать строгим к преступнику. Так или иначе, покинув стезю романтических побегов и сногсшибательных приключений, он поселился, как ему и подобало, в Испании, в собственном замке. Замок, однако, был весьма основателен, хотя и невелик, а на буром холме чернел квадрат виноградника и зеленели полосы грядок. Несмотря на свои бурные похождения, Фламбо обладал свойством, присущим многим латинянам и незнакомым, например, американцам: он умел уйти от суеты. Так владелец крупного отеля мечтает завести на старости маленькую ферму, а лавочник из французского местечка останавливается в тот самый миг, когда мог бы стать мерзавцем-миллионером и скупить все лавки до единой, и проводит остаток дней дома за домино. Случайно и почти внезапно Фламбо влюбился в испанку, женился на ней, приобрел поместье и зажил семейною жизнью, не обнаруживая ни малейшего желания вновь пуститься в странствия. Но в одно прекрасное утро семья его заметила, что он сильно возбужден и встревожен. Он вышел погулять с мальчиками, но вскоре обогнал их и бросился вниз с холма навстречу какому-то человеку, пересекавшему долину, хотя человек этот казался не больше черной точки.

Точка постепенно увеличивалась, почти не меняя очертаний, — попросту говоря, она оставалась все такой же черной и круглой. Черная сутана не была тут в диковинку, но сутана приезжего выглядела как-то особенно буднично и в то же время приветливо по сравнению с одеждами местного духовенства, изобличая в новоприбывшем жителя британских островов. В руках он держал короткий пухлый зонтик с тяжелым круглым набалдашником, при виде которого Фламбо чуть не расплакался от умиления, ибо этот зонтик фигурировал во многих их совместных приключениях былых времен. Священник был английским другом Фламбо, отцом Брауном, который давно собирался приехать — и все никак не мог. Они постоянно переписывались, но не видались несколько лет.

Вскоре отец Браун очутился в центре семейства, которое было так велико, что казалось целым племенем. Его познакомили с деревянными позолоченными волхвами, которых дарят детям на рождество; познакомили с собакой, кошкой и обитателями скотного двора; познакомили с соседом, который, как и сам Браун, отличался от здешних жителей и манерами и одеждой.

На третий день пребывания гостя в маленьком замке туда явился посетитель и принялся отвешивать испанскому семейству поклоны, которым позавидовал бы испанский гранд. То был высокий, седовласый, очень красивый джентльмен с ослепительно сверкающими ногтями, манжетами и запонками. Однако в его длинном лице не было и следа той томности, которую наши карикатуристы связывают с белоснежными манжетами и маникюром. Лицо у него было удивительно живое и подвижное, а глаза смотрели зорко и прямо, что весьма редко сочетается с седыми волосами. Это одно могло бы уже определить национальность посетителя, равно как и некоторая гнусавость, портившая его изысканную речь, и слишком близкое знакомство с европейскими достопримечательностями. Да, это был сам Грэндисон Чейс из Бостона, американский путешественник, отдыхающий от путешествий в точно таком же замке на точно таком же холме. Здесь, в своем поместье, он наслаждался жизнью и считал своего радушного соседа одной из местных древностей. Ибо Фламбо, как мы уже говорили, удалось глубоко пустить в землю корни, и казалось, что он провел века среди своих виноградников и смоковниц. Он вновь назывался своим настоящим именем — Дюрок, ибо «Фламбо», то есть «факел», было только псевдонимом, под которым такие, как он, ведут войну с обществом.

Он обожал жену и детей, из дому уходил только на охоту и казался американскому путешественнику воплощением той респектабельной жизнерадостности, той разумной любви к достатку, которую американцы признают и почитают в средиземноморских народах. Камень, прикатившийся с Запада, был рад отдохнуть возле южного камня, который успел обрасти таким пышным мхом.

Мистеру Чейсу довелось слышать о Брауне, и он заговорил с ним особым тоном, к которому прибегал при встрече со знаменитостями. Инстинкт интервьюера — сдержанный, но неукротимый — проснулся в нем. Он вцепился в Брауна, как щипцы в зуб, — надо признать, абсолютно без боли и со всей ловкостью, свойственной американским дантистам.

Они сидели во дворике, под навесом, — в Испании часто входят в дом через наполовину крытые внутренние дворики. Смеркалось. После заката в горах сразу становится холодно, и потому здесь стояла небольшая печка, мигая красным глазом, словно гном, и рисуя на плоских плитах рдеющие узоры. Но ни один отсвет огня не достигал даже нижних кирпичей высокой голой стены, уходившей над ними в темно-синее небо. В полумраке смутно вырисовывались широкие плечи и большие, как сабли, усы Фламбо, который то и дело поднимался, цедил из бочки темное вино и разливал его в бокалы. Священник, склонившийся над печкой, казался совсем маленьким в его тени. Американец ловко нагнулся вперед, опершись локтем о колено; его тонкое, острое лицо было освещено, глаза по-прежнему сверкали умом и любопытством.

— Смею заверить вас, сэр, — говорил он, — что ваше участие в расследовании убийства человека о двух бородах — одно из величайших достижений научного сыска.

Отец Браун пробормотал что-то невнятное, а может быть, застонал.

— Мы знакомы, — продолжал американец, — с достижениями Дюпена, Лекока, Шерлока Холмса, Ника Картера и прочих вымышленных сыщиков. Но мы видим, что ваш метод очень отличается от методов других детективов — как вымышленных, так и настоящих. Кое-кто даже высказывал предположение, что у вас просто нет метода.

Отец Браун помолчал, потом слегка шевельнулся или просто подвинулся к печке — и сказал:

— Простите… Да… Нет метода… Боюсь, что у них нет разума…

— Я имел в виду строго научный метод, — продолжал его собеседник. — Эдгар По в превосходных диалогах пояснил метод Дюпена, всю прелесть его железной логики. Доктора Уотсону приходилось выслушивать от Холмса весьма точные разъяснения с упоминанием мельчайших деталей. Но вы, отец Браун, кажется, никому не открыли вашей тайны. Мне говорили, что вы отказались читать в Америке лекции на эту тему.

Отец Браун (сериал 2013 – …)

Да не где-нибудь, а по российским телеканалам и по Интернету, и сто раз одно и то же- живописнейшие английские провинциальные «местечки» (которые сами англичане называют «деревнями»; ну, если для них они «деревни», то наша Рублёвка хотя бы райцентр!), чистенькие, как пасхальное яичко и, в прямом смысле, вечнозелёные (похоже, у британских телекинематографистов другого времени года, кроме лета, не бывает; оно и понятно- природа-то красива, да и кому в холода и слякоть хочется чего-то снимать?). И они сплошь населёны такими благостными на вид, но столь же дотошными, надоедливыми и «бдительными» старушками-сплетницами, как и многие их российские аналоги, с той лишь разницей, что наши не столь ухожены и материально обеспечены и не щеголяют в разнеможных ретро-шляпках. А ещё там живут внешне приличные и добропорядочные женщины в длинных юбках и такие же мужчины, которые никогда не потеют, даже работая в кузнице или ещё где (это же не Америка, это Англия, там все джентльмены!). Необходимы (регулярно!) некие местные или приезжие (часто бывшие местные) «нестандартные» «возмутители спокойствия». И тут начинаются убийства (хорошо, если только одно) и расследование, во главе которых невольно становится…
Не стану продолжать, поскольку вы уже наверняка догадались, к чему я веду. А именно к тому, что наш сериал «Отец Браун» производства ВВС прекрасно уложен (именно так!!!) в Прокрустово ложе традиционных и относительно современных британских детективных сериалов, поставленных по произведениям классиков жанра. И если достаточно «классический» сериал той же ВВС «Мисс Марпл» с милейшей и, увы, покойной Джоан Хиксон по произведениям Агаты Кристи, стартовавший в 1984 году, был для нашего зрителя неким открытием «старой доброй Англии», то последующие работы уже других студий- «Пуаро» (с Дэвидом Суше; 1989) и «Чисто английские убийства» (в оригинале- «Мидсомерские убийства», но название этого места миру ничего не говорит!), выпущенное на экраны, если не ошибаюсь, в 1997 году)- по большому счёту, никаких творческих открытий нам уже не принесли: всё то же, только под другим «соусом» и иногда в другом времени, с обязательным присутствием старательного, но не особо дальновидного полицейского следователя-инспектора (исключая «Чисто английские убийства»). Сначала его образ-первооснову в лице Лестрейда нам показал сэр Артур Конан Дойл в своём «Шерлоке Холмсе», а потом уже «последующие» классики, от Честертона до Кристи, его эксплуатировали и варьировали образ, как им хотелось. А за ними и экранизаторы из кино и ТВ… Всё это напоминает русскую пословицу «Вор у вора дубинку украл».
… Автор всемирно известных повестей и рассказов о детективных приключениях отца Брауна Честертон умер в 1936 году, то есть ещё до начала Второй Мировой войны. Однако бибисишникам было угодно (выгодно?) перенести действие сериала в 50-е годы прошлого века, дав в титрах «оправдательную» ссылку «по мотивам» и дописав огромное количество «отсебятины» «up to date» (то бишь тогдашней «современности»). Однако заметим: большую часть «Шерлоков Холмсов» нормальные кинотелевизионщики снимали и снимают всё-таки во время жизни Великого Сыщика!). Кстати, любимый герой здоровяка Честертона (а он был ростом под 2 метра и весил чуть ли не 130 кг!) расследовал убийства не только в «указанном» нашим сериалом «местечке», но и чуть ли не по всему миру, как, кстати, и мисс Марпл !Так что рано нашего священника «уложили» в вышеуказанное Прокрустово ложе (хотя бы и «по рассказам» его литературного «отца»). Ждём продолжения!
7 из 10

Фильмы о священниках, монахах, их духовном пути и магических практиках. Часть 4

Фильмы о священниках-детективах — это особый жанр. С тех времён, как роль священника расщепилась на множество более специализированных ролей, религия перестала быть законом, а священник — высшим судьёй. Но когда он ещё был судьёй добра и зла, то речь шла не столько о законе, защищающем личность и государство, сколько о законе, защищающем принятое в данном обществе понятие добра. Основная юридическая драма в те времена разворачивалась между локальными разновидностями бога и дьявола.
В нынешнее время для широкой публики религии являются культурно-национальными образованиями и средством лёгкой психотерапии. Область закона в большинстве стран мира развелась с богом и объединилась с социумом. Даже в тех странах, где царит религиозный закон, он, тем не менее, диктуется социумом, а не высшими силами. И по всему миру основная юридическая драма теперь разворачивается между личностью с её благами и тем, кто на них посягнул.
Жанр детектива — это современная разновидность мифов о борьбе добра и зла. А жанр детектива со священником — это попытка флирта между законом в его нынешнем виде и фигурой человека с потенциально полезными качествами гуманиста. Пикантности ситуации добавляет тот факт, что священник часто оказывается связан клятвой тайны исповеди. Даже если он выводит преступника на чистую воду и добивается признания, он не может сообщить об этом полиции и вынужден взывать к его совести, а при правильном психологическом подходе это оказывается очень тонким рычагом воздействия на реальность.
Отец Браун (2013-…)
Рассказы об отце Брауне (сериал 1974)
Отец Браун (1954)
Рассказы об отце Брауне (I racconti di Padre Brown) (1970-1971)
Самым известным детективом-священником является Отец Браун, герой рассказов Честертона, написанных в начале 20 века. По мотивам этих рассказов сняты несколько фильмов и сериалов. Сами рассказы я не читала, но в отзывах на фильмы часто встречала мнения, что они сняты очень сильно «по мотивам», т.е. довольно далеки от изначальных историй.
Мой фаворит тут, несомненно, сериал 2013 года, который в этом году пошёл уже на 6-й сезон. По мнению зрителей, этот сериал наиболее далёк от оригинала, но он невероятно красиво снят. Отличные пейзажи и интерьеры, красивые постоянные актёры с интересными ролями, которых я не видела в других фильмах, и самый очаровательный Отец Браун из всех возможных — Марк Уильямс, который в «Гарри Поттере» играл отца семейства Уизли. Религия здесь присутствует очень ненавязчиво, лишь как украшение к фигуре Человека. А вот этот Человек как раз, который всегда пытается увидеть в людях добрые стороны и склонить их к добровольному признанию, не читая занудных нотаций из Писания, — это самый правильный священник. И вообще очень уютный дядька, которого хотелось бы видеть своим родственником. Специфика отца Брауна тут именно в его страсти к разгадыванию загадок, в его наблюдательности, в его рациональном уме, в его постоянных стычках с полицией по поводу того, что он лезет не в своё дело, и в его бесконечной доброте, которая стоит прежде церковных предписаний.

Сериал 1974 года на редкость плохо снят. Даже не думала, что в 70-х с кино у кого-то могло быть до такой степени плохо. Плохо всё — и сценарий, постановка, и игра актёров, и качество плёнки. Даже в 50-е снимали лучше. Падре Браун довольно плоский и невзрачный. Такое чувство, что он просто формально прочитывает сценарий, не добавляя персонажу ничего сверх того.

Фильм 1954 года поставлен всего по одной из десятков историй — об аферисте, который захотел украсть золотой крест из церкви Отца Брауна. Фильм, конечно, излишне наивный, но фигурка маленького восторженного и доброго священника, придаёт этому фильму трогательную атмосферу.

Итальянский сериал 70-х я пока не смотрела, так что никак прокомментировать не могу.

***
Don Matteo (2000-2016)
Этот итальянский сериал на русский не переведён. Я посмотрела несколько серий из середины 4-го сезона (самое раннее, что можно найти онлайн). Это не претендующий на оригинальность вариант «Отца Брауна» для Италии. Мафия, Ватикан, забавные и ранимые полицейские, сногшибательно красивая женщина где-нибудь рядом и неуклюжая провинциальная экономка. На роль священника, помогающего полиции, взяли актёра очень американской внешности, из-за неё как раз и популярного в Италии. Смотрится очень странно. Из тех серий, что я посмотрела, не ясно, зачем тут вообще священник. Наверное, итальянцы видят какую-то пикантность в том, что с преступниками борется не крутой парень, а человек без плотских желаний, который всегда блаженно улыбается, как накурившийся конопли нью-эйджер, и не засматривается на женщин.

***
Отец Матеуш (Ojciec Mateusz) (2008-…)
Польский вариант итальянского сериала. Судя по всему, довольно популярный в Польше, т.к. сейчас показывают уже 18-й сезон. Но мне не удалось найти ни одного сезона на скачку. Да если б и нашла, то ничего бы там не поняла, т.к. к нему не существует ни перевода, ни субтитров.

***
Отец Матвей (2013-2014)
Русский вариант итальянского сериала. Отцу Матвею дают приход в Суздале, так что сеттинг — раздолбанная российская деревня, облупленные больничные стены, и люди, которые пытаются во всём этом найти своё счастье. По сравнению со всеми другими сериалами, религии в «Отце Матвее» излишне много. Люди приходят к нему со своими бедами, а он им цитирует Библию на архаичном языке, вместо того, чтобы сказать что-то от сердца, что им реально поможет. В отличие от «Отца Брауна», где Человек стоит прежде Писания, в «Отце Матвее» Писание стоит прежде человека. Это видно с самой первой серии. Приходит к нему женщина свечку заупокойную на котика поставить. Видно, что страдает она, сердце у неё неспокойно. А Отец Матвей ей сначала отказывает, а, когда она в слёзы, он её троллить начинает, — мол, крещённый котик-то? не крещённый? тогда никак нельзя ему заупокойную. А ведь действительно важное тут — это то, что у живой женщины душа болит от потери, и заупокойная в первую очередь нужна именно ей, чтобы отпустить своего котика. Почти то же самое случается, когда другая женщина приходит просить отпеть умершего мужа, у которого подозревают самоубийство. Здесь, правда, церковный устав о запрете на отпевание самоубийц толкает Отца Матвея начать расследование на случай, если можно всё-таки найти козла отпущения для церковного устава доказательства убийства. Помимо этого в фильме овердоз православных ценностей: любовь к грязной заброшенной провинции, довольство малым, любовь к родине, большая семья, патриархат… Место женщины в этом фильме — на кухне или в спальне. Матушка у него — всегда довольная, кроткая, предупредительная и православнутая «ведическая» жена в длинной юбке и с внешностью Валентины Толкуновой, мастерица на все руки, успевающая готовить на большую семью и местных бомжей и закатывать консервы, дом «полная чаша», трое детей… Другие героини в сериале — медсёстры, студентки сельхозтеха (будущие доярки), швеи, продавщицы цветов, шлюхи или праздные жёны богатых мужей. Есть одна художница по татуировкам, но она непременно маргиналка, наркоманка и потенциальная преступница. Сценаристы сериала наглядно показывают, где место женщины в России, когда к отцу Матвею приходит барышня среднего возраста поговорить на теологические темы, а он смотрит на неё мутным взглядом и говорит, что замуж ей пора.
Российские сериалы я не люблю, да и священник тут не самый лучший из данной подборки, но я под конец 2-го сезона аж сроднилась с ним и посмотрела бы ещё и 3-й, если б был. Чисто чтобы посмотреть на всех этих людей, которые несмотря на всю окружающую их убогость умудряются находить своё счастье. Чтоб мне потом не жаловаться на жизнь… Наверное, с таким же настроем мы смотрим старые советские фильмы.

***
Брат Кадфаэль (1994-1998)
Монах-бенедиктинец брат Кадфаэль по мере сил старается восстанавливать справедливость, насколько это вообще возможно в 12 веке, где закон определяется власть предержащими, а не какой-то идеей об универсальной справедливости. Я посмотрела только 1-й сезон, и не в особом восторге. Слишком бросаются в глаза недостатки низкобюджетника 90-х. Никаких красивых пейзажей и костюмов, низкое качество картинки (в разу хуже фотографии ниже). Но отличие брата Кадфаэля от других людей религии, расследующих преступления, в том, что это, блин, Средневековье со всеми вытекающими. Люди, умеющие подумать более двух мыслей за раз, и обладающие гуманистическими ценностями, весьма редки. Он даже умудряется применять новаторские для тех времён приёмы криминалистики. Думаю, это анахронизм, но, тем не менее, служит отличительной особенностью сериала.
Человек, придерживающийся высоких идеалов и живущий на благо других людей — этим меня и привлекают персонажи священников.

***
Гранчестер (2014)
Молодой деревенский священник в процессе самостоятельного расследования какого-то преступления заводит дружбу с полицейским. И с тех пор они расследуют убийства вместе и становятся лучшими друзьями. Картинка у сериала необычайно хороша, выполнена в стилистике 50-х и показывает самое красивое из английской послевоенной деревни (в разы красивее и ухоженнее, чем Россия 2014 года). Между расследованиями и мессами священник слушает джаз, пьёт херес, пытается устроить личную жизнь, примирить крайний деревенский пуританизм с гомосексуализмом своего заместителя, поставить под вопрос у епископа многие социально-религиозные нормы и запреты, устроить личную жизнь своей пуританской престарелой домохозяйки и сделать выбор между призванием и любовью. Также очень интересно наблюдать за тем, как он в окружающем мире в ничего не значащем потоке ловит знаки, помогающие ему расследовать очередное преступление. Хорошая интуиция — показатель потенциально хорошей связи с духовным пространством.
***
Пелагия и белый бульдог (2009)
Среди детективов от религии есть и своя «мисс Марпл» — монахиня Пелагия. Это не столько сериал, сколько 8-серийный фильм, где рассказывается одна история с несколькими убийствами. Одноимённую книгу Акунина я читала и могу сказать, что книжные персонажи получились значительно лучше и глубже киношных, да и закрученная детективная линия в книге более понятна. Вряд ли на роль Пелагии можно было найти актрису лучше, чем Полина Кутепова — я так её и видела, когда читала, — но для зрителя оказалась нераскрыта значительная часть её характера и размышлений, в фильме скрытых под рясой, но в книге вполне детально описанных. Священник Митрофаний, наставник Пелагии, хоть и не участвует в расследованиях, но по книге он выходит именно тем самым Человеком с большой буквы, для которого на первом месте стоят отношения между людьми. А в фильме он какой-то эпизодический персонаж, чисто формальный. Единственный, кто, на мой взгляд, в фильме превзошёл книжного персонажа — актриса Нина Усатова в роли помещицы, повёрнутой на бульдогах. Одно удовольствие смотреть на её социофобию и одновременно фонтан эмоций в адрес своих собачек.

Гилберт Кит Честертон

Английский журналист, писатель и философ.

Биография Гилберта Кита Честертона

Гилберт Кит Честертон (G.K. Chesterton) родился и вырос в престижном лондонском районе Кенсингтон. Изначально он учился на художника-иллюстратора, параллельно посещая литературные курсы, но в итоге не окончил колледж. Несмотря на это, в возрасте 22 лет Гилберт начал работать в издательстве Redway и T. Fisher Unwin и писать для газет «Дневные новости» и «Иллюстрированные лондонские новости».

Честертон дружил с самыми известными литераторами своего поколения: Бернардом Шоу, Гербертом Уэллсом и др. Вместе с Бернардом Шоу он снялся в нескольких немых фильмах, не вышедших на широкий экран.

Писатель был женат на Фрэнсис Блог. Они прожили вместе 35 лет, вплоть до самой смерти Честертона в 1936 году.

Экранизация книг Гилберта Кита Честертона

Самым известным литературным персонажем, созданным Гилбертом Честертоном, стал священник-детектив отец Браун, которому посвящено множество рассказов писателя. Первый рассказ об отце Брауне был опубликован в 1911 году. Рассказы были экранизированы несколько раз: в 1954, 1974 и 2013 годах. В сериале BBC «Отец Браун» снимались Марк Уильямс, Сорча Кьюсак, Джек Джим, Эмер Кенни, Нэнси Кэрролл, Хьюго Спир и др.

Фильмография Гилберта Кита Честертона

  • Magic (2019) … пьеса
  • Человек, который был Четвергом (2016) The Man Who Was Thursday … роман
  • Mole in the Hole (2014) … короткометражка
  • Отец Браун (сериал, 2013 – …) Father Brown
  • Manalive (2012) … книга
  • Две дуэли (ТВ, 1992)
  • Проклятая книга (1990) … короткометражка
  • Záhada zlatého servisu (ТВ, 1987) … рассказ; короткометражка
  • Sanctuary of Fear (ТВ, 1979) … рассказы
  • Лицо на мишени (1978)
  • Рассказы о патере Брауне (сериал, 1974) Father Brown
  • Вечер в бунгало (ТВ, 1969) Une soirée au bungalow … роман
  • Студия 1 (сериал, 1965–1984) Estudio 1
  • Детектив (сериал, 1964–1969) Detective
  • Пагубная страсть (1962) Er kann’s nicht lassen … рассказы
  • Паршивая овца (1960) Das schwarze Schaf … рассказы
  • Отец Браун (1954) Father Brown … рассказы
  • The Man Who Was Thursday (ТВ, 1947) … роман
  • Magic (ТВ, 1939)
  • Father Brown, Detective (1934)

Отец Браун

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Браун.

Отец Браун

англ. Father Brown


Иллюстрация с изображением отца Брауна

Первое появление

«Неведение отца Брауна» (The Innocence of Father Brown) (1911)

Последнее появление

«Сельский вампир» (The Vampire of the village) (1936)

Создатель

Гилберт Кит Честертон

Прообраз

Джон О’Коннор

Исполнение

Алек Гиннесс
Кеннет Мор
Марк Уильямс
Виталий Соломин

Информация

Настоящее имя

Дж. Браун

Пол

мужской

Статус

детектив-любитель

Род занятий

священник

Дата рождения

неизвестно

Дата смерти

неизвестно

Медиафайлы на Викискладе

Оте́ц Бра́ун (англ. Father Brown; в переводах встречается также вариант патер Браун) — вымышленный персонаж, герой детективных рассказов Г. К. Честертона, католический священник. Описывается как низкий толстоватый человек с неприметной внешностью, рассеянный и подчас смешной, однако обладающий острым умом и умеющий понять взгляды и мотивы другого человека.

Основной метод отца Брауна при расследовании преступлений — поставить себя на место другого человека; это удаётся ему даже в отношении отпетых негодяев благодаря христианскому смирению. Далеко не всегда Браун стремится наказать преступника; часто он ограничивается поучением или же исповедью.

Прототипом Брауна послужил священник Джон О’Коннор, знакомый Честертона, сыгравший важную роль в обращении писателя в католичество (в 1922 году). В нём Честертона поражало неожиданное знакомство с самыми тёмными, греховными сторонами человеческой души и одновременно необыкновенная внутренняя чистота. В 1937 г. О’Коннор опубликовал книгу «Отец Браун о Честертоне».

Во многих рассказах отца Брауна сопровождает друг и помощник Фламбо — сначала преступник, а затем частный сыщик.

В рассказе «Око Аполлона» (англ. The Eye of Apollo) единственный раз упоминается инициал имени отца Брауна: Дж. Браун. Существует предположение, что это аллюзия на имя «Джон», по аналогии с прототипом Брауна, отцом Джоном О’Коннором.

Период, к которому относится действие рассказов — конец XIX века (см. рассказ «Неверный контур»): «цепь странных, впрочем, подлинных событий, случившихся на Троицу в тысяча восемьсот не помню точно каком году». Также это можно вывести из хронологии рассказа «Сломанная шпага». С другой стороны, во многих рассказах есть указания на гораздо более позднее время действия, вплоть до 1920-х (повсеместное распространение автомобилей, гражданская и военная авиация, упоминания СССР).

Список произведений

Отец Браун впервые появляется в рассказе «Сапфировый крест» и в дальнейшем становится центральным персонажем пятидесяти одного рассказа, которые были объединены в пять сборников:

  1. «Неведение отца Брауна» (The Innocence of Father Brown) (1911)
    1. Сапфировый крест
    2. Тайна сада/Сокровенный сад
    3. Странные шаги
    4. Летучие звёзды
    5. Невидимка
    6. Честь Израэля Гау
    7. Неверный контур
    8. Грехи графа Сарадина
    9. Молот Господень
    10. Око Аполлона
    11. Сломанная шпага
    12. Три орудия смерти
  2. «Мудрость отца Брауна» (The Wisdom of Father Brown) (1914)
    1. Отсутствие мистера Кана
    2. Разбойничий рай
    3. Поединок доктора Кирша
    4. Полное собрание рассказов об отце Брауне в одном томе Человек в проулке
    5. Ошибка машины/Машина ошибается
    6. Профиль Цезаря
    7. Лиловый парик
    8. Конец Пендрагонов
    9. Бог гонгов
    10. Салат полковника Крэя
    11. Странное преступление Джона Боулнойза
    12. Волшебная сказка отца Брауна
  3. «Недоверчивость отца Брауна» (The Incredulity of Father Brown) (1926)
    1. Воскрешение отца Брауна
    2. Небесная стрела
    3. Вещая собака
    4. Чудо «Полумесяца»
    5. Проклятие золотого креста
    6. Крылатый кинжал
    7. Злой рок семьи Дарнуэй
    8. Призрак Гидеона Уайза
  4. «Тайна отца Брауна» (The Secret of Father Brown) (1927)
    1. Тайна отца Брауна
    2. Зеркало судьи
    3. Человек о двух бородах
    4. Песня летучей рыбы
    5. Алиби актрисы
    6. Исчезновение мистера Водри
    7. Худшее преступление в мире
    8. Алая луна Меру
    9. Последний плакальщик
    10. Тайна Фламбо
  5. «Скандальное происшествие с отцом Брауном» (The Scandal of Father Brown) (1935)
    1. Скандальное происшествие с отцом Брауном
    2. Убийство на скорую руку
    3. Проклятая книга
    4. Зелёный человек
    5. Преследование Синего человека
    6. Преступление коммуниста
    7. Острие булавки
    8. Неразрешимая загадка

Сельский вампир — рассказ вне сборника

В кинематографе

  • В одной из экранизаций роль отца Брауна сыграл сэр Алек Гиннесс.
  • В телесериале 1974 г. роль отца Брауна сыграл Кеннет Мор.
  • В телесериале 2013 г. роль отца Брауна сыграл Марк Уильямс.
  • Кукольный мультфильм «Проклятая книга» 1990 г. по мотивам одноимённого рассказа.

На радио

  • Четыре рассказа об отце Брауне начитаны Виталием Соломиным — «Сапфировый крест», «Странное преступление м-ра Боулнойза», «Лиловый парик», «Проклятая книга» (серия «Зарубежный детектив на радио России»).

Примечания

В родственных проектах

  • Цитаты в Викицитатнике
  • Медиафайлы на Викискладе
  • Полное собрание рассказов (на англ.)
  • Рассказы об отце Брауне на wikilivres
  • Рассказы об отце Брауне в библиотеке «Альдебаран»
  • Рассказы об отце Брауне в «Библиотеке Мошкова»
  • Рассказы об отце Брауне на chesterton.ru

Словари и энциклопедии

Нормативный контроль

LCCN: sh89007019

Легендарные христианские книги: Гилберт Кит Честертон. “Рассказы об отце Брауне”

Книги, которые влияют на наше мировоззрение. Книги, которые отвечают на главные вопросы людей своей эпохи. Книги, которые стали частью христианской культуры. Мы знакомим наших читателей с ними в литературном проекте “Фомы” – “Легендарные христианские книги”.

О книге

Цитаты

Экранизации

Об авторе

О книге:

Первое издание сборника рассказов «Неведение отца Брауна». Cassell & Co., London, 1911

Время написания: 1911–1935 годы.

Наталья Трауберг, знаток и переводчик Честертона, пишет о рассказах так: «При всей любви к Льюису, Дороти Сэйерс, Чарльзу Уильямсу я вынуждена признать, что Честертон резче и явственней их всех противостоит стереотипам “мира сего”. Не случайно его сравнивают и с юродивыми, и с блаженными в евангельском смысле слова. Одно из обычных для него несоответствий “миру” — сочетание свойств, которые считают несовместимыми и даже противоположными. Собственно, весь брауновский цикл стоит на сочетании простодушия с мудростью».

Большое отличие рассказов Честертона от классических детективов в том, что главный герой не всегда стремится непременно наказать виновного — часто все заканчивается поучением или исповедью.

Отец Браун впервые появляется в рассказе «Сапфировый крест» и становится героем 51 рассказа. Они объединены в пять сборников:

  • «Неведение отца Брауна»
  • «Мудрость отца Брауна»
  • «Недоверчивость отца Брауна»
  • «Тайна отца Брауна»
  • «Скандальное происшествие с отцом Брауном»

Прототипом отца Брауна стал священник Джон О’Коннор. Он был другом Гилберта Честертона и сыграл ключевую роль в обращении писателя в католичество.

Father O’Connor

Цитаты:

“— А она ведь гораздо хуже, чем убийца. — Кто же хуже убийцы? — Эгоист, — сказал отец Браун. — Она из тех, кто смотрит в зеркало раньше, чем взглянуть в окно, а это самое скверное, на что способен человек”.

“Человек никогда не будет хорошим, пока не поймет, какой он плохой или каким плохим он мог бы стать; пока он не поймет, как мало права у него ухмыляться и толковать о «преступниках», словно это обезьяны где-нибудь в дальнем лесу; пока он не перестанет так гнусно обманывать себя, так глупо болтать о «низшем типе» и «порочном черепе»; пока он не выжмет из своей души последней капли фарисейского елея; пока надеется загнать преступника и накрыть его сачком, как насекомое”.

“Она всегда вела себя безукоризненно. В вашем театре мне все рассказывали, какая она тонкая и деликатная и насколько она духовно выше бедняги Мандевиля. Но все эти тонкости и деликатности сводились в конце концов к тому, что она — леди, а он — не джентльмен. Знаете, я не совсем уверен, что в рай пускают именно по этому признаку”.

Экранизации:

• 1954 год — фильм «Отец Браун» режиссера Роберта Хеймера

• 1974 год — единственный сезон сериала «Рассказы о патере Брауне»

• 2013 год — запущен сериал «Отец Браун» с Марком Уильямсом в главной роли

Недавняя экранизация рассказов Честертона — сериал «Отец Браун» (Великобритания, 2013)

Об авторе:

Гилберт Кит Честертон (1874–1936) — английский писатель и журналист, христианский мыслитель.

Гилберт Кит Честертон родился 29 мая 1874 года в Лондоне. Начальное образование получил в школе святого Петра. Чтобы стать иллюстратором обучался в художественной школе, но не закончил ее.

В 1901 году Честертон женился на Франсис Блог, с которой прожил всю жизнь.

В молодости увлекся оккультизмом, но потом разочаровался в этом занятии, обратился в христианство и стал католиком.

Помимо писательской деятельности, Честертон 30 лет вел колонку в английской газете The Illustrated London News.

Честертон написал около 80 книг. Его перу принадлежат несколько сотен стихотворений, 200 рассказов, 4000 эссе, несколько пьес, романы «Человек, который был Четвергом», «Шар и Крест», «Перелётный кабак» и другие, а также два трактата о Фоме Аквинском и Франциске Ассизском — святых, почитаемых Католической Церковью.

Честертон получил почетные степени в Эдинбургском, Дублинском и Нотр-Дамском университетах. В 1934 году он стал кавалером ордена Святого Георгия II степени.

Писатель скончался 14 июня 1936 года в своем доме в Биконсфилде (Англия), где жил с женой и приемной дочерью. За ревностное отношение к христианству, которое оставило глубокий отпечаток в его жизни и творчестве, Честертона стали называть апологетом (защитником) веры.

Гилберт Кит Честертон

Неведение отца Брауна

Сапфировый крест

Между серебряной лентой утреннего неба и зеленой блестящей лентой моря пароход причалил к берегу Англии и выпустил на сушу темный рой людей. Тот, за кем мы последуем, не выделялся из них – он и не хотел выделяться. Ничто в нем не привлекало внимания; разве что праздничное щегольство костюма не совсем вязалось с деловой озабоченностью взгляда. Легкий серый сюртук, белый жилет и серебристая соломенная шляпа с серо-голубой лентой подчеркивали смуглый цвет его лица и черноту эспаньолки, которой больше бы пристали брыжи елизаветинских времен. Приезжий курил сигару с серьезностью бездельника. Никто бы не подумал, что под серым сюртуком – заряженный револьвер, под белым жилетом – удостоверение сыщика, а под соломенной шляпой – умнейшая голова Европы. Это был сам Валантэн, глава парижского сыска, величайший детектив мира. А приехал он из Брюсселя, чтобы изловить величайшего преступника эпохи.

Фламбо был в Англии. Полиция трех стран наконец выследила его, от Гента до Брюсселя, от Брюсселя до Хук ван Холланда, и решила, что он поедет в Лондон, – туда съехались в те дни католические священники, и легче было затеряться в сутолоке приезжих. Валантэн не знал еще, кем он прикинется – мелкой церковной сошкой или секретарем епископа; никто ничего не знал, когда дело касалось Фламбо.

Прошло много лет с тех пор, как этот гений воровства перестал будоражить мир и, как говорили после смерти Роланда, на земле воцарилась тишина. Но в лучшие (то есть в худшие) дни Фламбо был известен не меньше, чем кайзер. Чуть не каждое утро газеты сообщали, что он избежал расплаты за преступление, совершив новое, еще похлеще. Он был гасконец, очень высокий, сильный и смелый. Об его великаньих шутках рассказывали легенды: однажды он поставил на голову следователя, чтобы «прочистить ему мозги»; другой раз пробежал по Рю де Риволи с двумя полицейскими под мышкой. К его чести, он пользовался своей силой только для таких бескровных, хотя и унижающих жертву дел. Он никогда не убивал – он только крал, изобретательно и с размахом. Каждую из его краж можно было счесть новым грехом и сделать темой рассказа. Это он основал в Лондоне знаменитую фирму «Тирольское молоко», у которой не было ни коров, ни доярок, ни бидонов, ни молока, зато были тысячи клиентов; обслуживал он их очень просто: переставлял к их дверям чужие бидоны. Большей частью аферы его были обезоруживающе просты. Говорят, он перекрасил ночью номера домов на целой улице, чтобы заманить кого-то в ловушку. Именно он изобрел портативный почтовый ящик, который вешал в тихих предместьях, надеясь, что кто-нибудь забредет туда и бросит в ящик посылку или деньги. Он был великолепным акробатом; несмотря на свой рост, он прыгал, как кузнечик, и лазал по деревьям не хуже обезьяны. Вот почему, выйдя в погоню за ним, Валантэн прекрасно понимал, что в данном случае найти преступника – еще далеко не все.

Но как его хотя бы найти? Об этом и думал теперь прославленный сыщик.

Фламбо маскировался ловко, но одного он скрыть не мог – своего огромного роста. Если бы меткий взгляд Валантэна остановился на высокой зеленщице, бравом гренадере или даже статной герцогине, он задержал бы их немедля. Но все, кто попадался ему на пути, походили на переодетого Фламбо не больше, чем кошка – на переодетую жирафу. На пароходе он всех изучил; в поезде же с ним ехали только шестеро: коренастый путеец, направлявшийся в Лондон; три невысоких огородника, севших на третьей станции; миниатюрная вдова из эссекского местечка и совсем низенький священник из эссекской деревни. Дойдя до него, сыщик махнул рукой и чуть не рассмеялся. Маленький священник воплощал самую суть этих скучных мест: глаза его были бесцветны, как Северное море, а при взгляде на его лицо вспоминалось, что жителей Норфолка зовут клецками. Он никак не мог управиться с какими-то пакетами. Конечно, церковный съезд пробудил от сельской спячки немало священников, слепых и беспомощных, как выманенный из земли крот. Валантэн, истый француз, был суровый скептик и не любил попов. Однако он их жалел, а этого пожалел бы всякий. Его большой старый зонт то и дело падал; он явно не знал, что делать с билетом, и простодушно до глупости объяснял всем и каждому, что должен держать ухо востро, потому что везет «настоящую серебряную вещь с синими камушками». Забавная смесь деревенской бесцветности со святой простотой потешала сыщика всю дорогу; когда же священник с грехом пополам собрал пакеты, вышел и тут же вернулся за зонтиком, Валантэн от души посоветовал ему помолчать о серебре, если он хочет его уберечь. Но с кем бы Валантэн ни говорил, он искал взглядом другого человека – в бедном ли платье, в богатом ли, в женском или мужском, только не ниже шести футов. В знаменитом преступнике было шесть футов четыре дюйма.

Как бы то ни было, вступая на Ливерпул-стрит, он был уверен, что не упустил вора. Он зашел в Скотланд-Ярд, назвал свое имя и договорился о помощи, если она ему понадобится, потом закурил новую сигару и отправился бродить по Лондону. Плутая по улочкам и площадям к северу от станции Виктория, он вдруг остановился. Площадь – небольшая и чистая – поражала внезапной тишиной; есть в Лондоне такие укромные уголки. Строгие дома, окружавшие ее, дышали достатком, но казалось, что в них никто не живет; а в центре – одиноко, словно остров в Тихом океане, – зеленел усаженный кустами газон. С одной стороны дома были выше, словно помост в конце зала, и ровный их ряд, внезапно и очень по-лондонски, разбивала витрина ресторана. Этот ресторан как будто бы забрел сюда из Сохо; все привлекало в нем – и деревья в кадках, и белые в лимонную полоску шторы. Дом был по-лондонски узкий, вход находился очень высоко, и ступеньки поднимались круто, словно пожарная лестница. Валантэн остановился, закурил и долго глядел на полосатые шторы.

Самое странное в чудесах то, что они случаются. Облачка собираются вместе в неповторимый рисунок человеческого глаза. Дерево изгибается вопросительным знаком как раз тогда, когда вы не знаете, как вам быть. И то и другое я видел на днях. Нельсон гибнет в миг победы, а некий Уильямс убивает случайно Уильямсона (похоже на сыноубийство!). Короче говоря, в жизни, как и в сказках, бывают совпадения, но прозаические люди не принимают их в расчет. Как заметил некогда Эдгар По, мудрость должна полагаться на непредвиденное.

Аристид Валантэн был истый француз, а французский ум – это ум, и ничего больше. Он не был «мыслящей машиной», ведь эти слова – неумное порождение нашего бескрылого фатализма: машина потому и машина, что не умеет мыслить. Он был мыслящим человеком, и мыслил он здраво и трезво. Своими похожими на колдовство победами он был обязан тяжелому труду, простой и ясной французской мысли. Французы будоражат мир не парадоксами, а общими местами. Они облекают прописные истины в плоть и кровь – вспомним их революцию. Валантэн знал, что такое разум, и потому знал границы разума. Только тот, кто ничего не смыслит в моторах, попытается ехать без бензина; только тот, кто ничего не смыслит в разуме, попытается размышлять без твердой, неоспоримой основы. Сейчас основы не было. Он упустил Фламбо в Норвиче, а здесь, в Лондоне, тот мог принять любую личину и оказаться кем угодно, от верзилы-оборванца в Уимблдоне до атлета-кутилы в отеле «Метрополь».

Когда Валантэн ничего не знал, он применял свой метод. Он полагался на непредвиденное. Если он не мог идти разумным путем, он тщательно и скрупулезно действовал вопреки разуму. Он шел не туда, куда следует, – не в банки, полицейские участки, злачные места, а туда, куда не следует: стучался в пустые дома, сворачивал в тупики, лез в переулки через горы мусора, огибал любую площадь, петлял. Свои безумные поступки он объяснял весьма разумно. Если у вас есть ключ, говорил он, этого делать не стоит; но если ключа нет – делайте только так. Любая странность, зацепившая внимание сыщика, могла зацепить и внимание преступника. С чего-то надо начать; почему же не начать там, где мог остановиться другой? В крутизне ступенек, в тихом уюте ресторана было что-то необычное. Романтическим нюхом сыщика Валантэн почуял, что тут стоит остановиться. Он взбежал по ступенькам, сел у окна и спросил черного кофе.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *