Православная церковь о йоге

Почему православная церковь выступает против занятий йогой?

  • Есфирь! Мой ответ на этот вопрос прежде всего предназначен именно Вам, хотя изначально даже не предполагала, что буду давать на него какие либо ответы.

    Я сама не могу назвать себя атеисткой, я верю в Бога. Хожу в православную церковь и занимаюсь йогой. И только после прочтения определенных текстов: православных, ведических и классиков русской литературы; кажется я начала понимать, что означает быть истинным христианином. По духу, а не тем, кто буквально следует каждому библейскому слову.

    Профессиональный и не очень чистоплотный юрист сможет вывернуть любой закон в пользу самого страшного преступника.

    Профессиональный богослов любое библейское слово сможет трактовать по разному.

    Иеремия 10:2. Йога и знамения небесные. Скорее малообразованные бабушки будут страшится знамений небесных. А кто утверждает, что йога — это язычество, лишний раз показывает степень своей неосведомленности в этом вопросе.

    Бытие 35:2-5. Это скорее призыв к еврейским старозаветным племенам. В таком случае лучше нам, русским, поклоняться славянским богам. А вот это уже язычество.

    Второзаконие 28:1-4. Божьи благословения, если Израиль будет соблюдать заповеди. Где Израиль, где Россия? Как они вс это время жили, кого Господь благословил больше?

    Если заниматься йогой действительно большой грех, почему мне никто не может объяснить — в чм этот грех заключается? Вс, что я слышу по этому поводу, жалкие отговорки и притянутые за уши аргументы.

    Когда сижу на БВ и задаю вопросы и даю ответы, я обычно сижу в позе бабочки (йоговская асана Баддха Конасана). Такое положение ног очень полезно для женского организма. Получается, что таким образом я грешу и поклоняюсь чужим языческим богам?

    Занимаясь йогой, никогда не поклонялась, не молилась никаким языческим богам и идолам. Читая разные источники, вс больше понимаю, что Бог един и только сами люди вс разделяют на православие, католицизм, ислам и так далее. И сочиняют себе разные страшилки.

    Простите, если оскорбила Ваши религиозные чувства! Видит Бог, я этого не хотела.:))

  • Йога — это наука, этика и воздействие на организм на всех уровнях. Йога это искусство и наука жизни. Главная цель которой — эволюция сознания.

    Человечество развивается. Йога представляет собой средство, необыкновенно ускоряющее это развитие. Хатха-йога действенная, оздоравливающая гимнастика, но не следует забывать о том, что это лишь часть общей замечательной философии под названием йога…

    Терапевтическая польза.

    Хатха йога Прадипика

    Очищение ума это Йога.

    Единение ума и тела есть йога…

    Слово quot;йогаquot; означает quot;единениеquot;. Единение индивидуального маленького quot;яquot; с Истинным Я или с Божественной Природой.

  • Александр Дворкин, известный сектовед, утверждает, что йога — это часть религиозного вероучения, готовящего человека к смерти духовной и физической. Он считает, что йога — это убийство души при жизни. Так что, вс не так просто, как кажется. Православная церковь пытается нас защитить таким образом, выступая против йоги. Подробнее — в видео.

  • Ну, тут все понятно. Во-первых, борьба за паству, за электорат. Будет ходить на йогу, того и гляди философией Востока заразиться и бросит православие. Во-вторых, банальное невежество. Это ксенофобия. Все что чуждо, незнакомо — зло. В данном случае йога — это традиция чужого народа, индийского, учение пришедшее с далекого востока, а в Библии про не ничего не сказано, и вообще такой традиции не знали апостолы и сам Христос. С точки зрения многих верующих все, чего нет в Библии — зло. Дескать закон божий вмещает все нужное для жизни, все остальное можно отмести. Вот такое дикое, первобытное, беспросветное невежество. А вообще скажу я вам, церковь оказывает на человека негативное воздействие. Церковь и большинство традиционных религий против бога, особенно жречестводуховенство, которое в них коверкает сокровенные истины. Если хочешь развивать в духовном плане на самом деле, то нужно не вступать ни в какие религии и обетов не давать.

  • Церковь всегда осуждало вс то, что ей было чуждо, что пришло из других религий и течений жизни. Йога пришла к нам из буддистстких стран, а буддизм православная церковь почитает за язычество. Ну и понятно дело во всю старается отвратить людей от всего того, что сама церковь считает не верным. Ну и так же побаиваются святые отцы, что часть тех, кто начнт заниматься йогой, со временем может и в буддизм податься, а это не только потеря своей паствы, как сказано в предыдущем ответе, но и возможные финансовые потери. А святые отцы привыкли жить хорошо, сладко есть, мягко спать! А сейчас ещ и на мерседесах и яхтах кататься и особняки на Рублвке иметь!

  • Православная церковь выступает против йоги по одной простой причине — занятия йогой дают человеку ответы на вопросы, которые находятся в ведении церкви. Тем самым налицо банальная конкуренция. Если же у человека есть выбор, и свои вопросы он предпочитает адресовать Всевышнему напрямую, не прибегая к услугам посредников, само собой ставится под вопрос необходимость существования института посредничества между Богом и человеком. Хотя я не отрицаю того факта, что существует огромный процент людей, которые не мыслят своего духовного роста без помощи Церкви. Этой части человечества церковь нужна, а люди, продвинувшиеся на пути йоги, в этом смысле вполне самодостаточны.

  • Йога- это религиозная система. Все ее упражнения основаны на языческих верованиях. А Господь говорит нам в Библии в Иеремея 10:2 И это очень важная заповедь.

    Йога — это поклонение определенным силам, которые после соответствующих ритуалов, делают изменения в человеческом теле, наделяя его особыми способностями. Силы, которым поклоняется йога- это те же, которые задействованы в спиритизме, магии, прочем оккультизме. То что вам может казаться безобидным физическим упражнением на самом деле может оказаться обрядом, совершая который, человек подчиняет себя той силе, которую христиане называют сатаной. Библия нам говорит, что Бог ставит свой знак(помечает своих) только на чело(лоб), а сатана либо на чело, либо на руку. Это значит, что Бог ждет нашего поклонения Ему только осознанного, а сатана принимает поклонение в любом виде, хоть осознанное, хоть не осознанное. Занятие йогой может оказаться знаком на руке.

    В этом вопросе наверно нам надо поступать, как когда то поступил Иаков в Библии в Бытие 35:2-5

    И затем духовная реформация Иакова привела к изменениям и физическим благословениям его народа. И если мы все выбросим, то что засоряет нашу духовную жизнь, все то что не соответствует воле Божьей, то получим благословения в том числе и физические, как написано в Библии, Второзаконии 28:1-4

Йога

Статья была написана, когда архиепископ Анастасий (Яннулатос), с 1992 года возглавляющий Албанскую Православную Церковь, занимал Андрусскую кафедру Элладской Православной Церкви (1970-е годы). Однако за прошедшие десятилетия тема, затронутая в статье, не потеряла своей злободневности.

Йога была сначала представлена западному миру как разновидность «физических упражнений», способ релаксации и психотерапии. Ее основное отличие от обычных физических упражнений состоит, кроме всего прочего, в характерной неподвижности. Многие упражнения йоги оказывают небольшое положительное воздействие на определенных людей, по крайней мере, такое, которое оказывают и упражнения других комплексов. Но, вообще говоря, эти упражнения входят в структуру индуизма и являются этапами более широкого и общего духовного восхождения. Их конечная цель – нечто большее, чем просто хорошее физическое самочувствие. То, что предшествует и что следует за упражнениями йоги – и о чем многие люди даже не подозревают, – тесно связано с системами «медитации», философско-религиозными теориями и аксиомами индуизма, главным образом, с учением о реинкарнации.

Ведь и коленопреклонения («метанойя» нашей монашеской традиции) не являются простыми телодвижениями, а связаны с более глубокими процессами и выражают определенный настрой и состояние души, стремящейся к духовным целям; точно так же и более сложные упражнения йоги связаны с индуистскими верованиями и являются духовным, религиозным опытом.

Союз, слияние

Слово «йога» происходит из индийских языков и имеет много значений. Этимологически оно связано с понятиями «слияние», «союз», «связь», «учение». Оно широко используется индусами для определения тайной связи человека с трансцендентальной реальностью, а также для обозначения способов и путей, ведущих к этому «союзу», к «освобождению» человека от многообразных связей и иллюзий нашего мира.

Йога также включает в себя различные руководства и методы, сформированные индийской традицией в течение столетий, ведущие к достижению человеком искупления и его единения с Абсолютом. Три основных типа индийской религиозности: стремление к спасению, знанию и набожности – называются, соответственно, «карма-йога», «джнана-йога» и «бхакти-йога».

Словом «йога» называется и одна из шести классических «традиционных» школ (даршан) индуизма. Ввиду большого количества значений путаница, связанная со словом «йога», в западном мире лишь увеличивается.

Одним словом, классическая йога как школа признает существование вечного бога, Ишвары (Господа), но не признает, что он как-либо вмешивается в жизнь человека. Идея такого бога не может, конечно же, быть хоть как-то соотнесена с христианским богословским учением.

Практике йоги учат в несколько этапов. Хотя в последнее время появилось множество вариаций, наиболее общими этапами являются следующие восемь.

1. Самоконтроль: соблюдение этого пункта требует воздержания от сексуальных отношений, воровства, скупости.

2. Самосовершенствование: нацеленность на спокойствие, чистоту, последовательное выполнение всех упражнений и т.д.

После этих двух этапов ученик инициируется, и его учитель (гуру) дает ему новое имя и ритуальную фразу (мантру), которую он должен многократно повторять в целях ускорения движения к спасению.

3. Контроль над телом: принятие специальных поз направлено на осуществление контроля над жизненно важной энергией человеческого организма.

4. Контроль над дыханием: при выполнении этих упражнений снижается ритм дыхания, тело и мысли приходят в состояние умиротворения, и все психические силы человека готовы к заключительным этапам.

5. Контроль над чувствами: фиксируя взгляд на объекте, йог (тот, кто занимается йогой) пытается получить контроль над своими чувствами.

6. Концентрация: контроль внимания направлен на создание барьера, который бы изолировал человека от окружающей обстановки и внутренних фантазий. Индуистская традиция создала различные методы для достижения этой цели, например повторение священного для индуистов слога «ом» про себя или вслух в медленном темпе, концентрация на определенных предметах и др.

Последние два этапа подводят к конечной цели йоги, которая заключается в следующем.

7. Медитация, сосредоточенность и восприятие.

8. Познание, освобождение.

Йог считает, что полная медитация достигается объединением, слиянием с трансцендентальной реальностью. Человек, достигший заключительного этапа, освобождается от экзистенциальной сферы, и ему удается обрести спасение.

Хотя на первых этапах сохраняются некоторые элементы сознания, на последнем йог приходит к преодолению даже самосознания. Они не воспринимают цвета, запахи, звуки, чувства и не осознают себя или кого-либо еще. Их духи «свободны», как говорят инициированные, от памяти и забвения. Это считается знанием, просвещением.

Эта техника направлена на связь с Абсолютом. Для нее центральные истины христианства о Христе Спасителе, благодати, бескорыстной любви, Животворящем Кресте не имеют никакого значения.

Есть множество направлений, ответвлений, разновидностей и областей применения йоги. Разные школы имеют отличные друг от друга методы. Кроме того, существуют многочисленные группы, действующие в Европе и Америке, которые обладают своими особенностями и характерными свойствами, не одобряемыми гуру Индии. Как правило, однако, все эти системы медитации, упражнений и приобретения духовного опыта соответствуют мыслительным категориям и религиозным догмам индуизма, которые радикально отличаются от учения христианского Евангелия в ключевых вопросах, таких как идея о Боге, мире, человеке, смерти, спасении… Они часто приводят к страшной и опасной путанице и сравнению, отрицающему сущность христианской проповеди.

Западные интеллектуалы изучили возможность выделения некоторых правил йоги, пригодных для использования в рамках христианства. Однако эта попытка отделить упражнения от индуистских теорий, с которыми они связаны, представляется попыткой разъединить мышечную и нейронную ткани у человека. Этот новый оригинальный подход был необходим для того, чтобы освободить йогу от насыщенной индуистской атмосферы и ее идеала.

В таком случае, христианский вариант йоги будет означать упражнения, которые способствовали бы достижению человеком глубокой тишины, избавления не только от внешних шумов, но, главным образом, от внутренних потрясений, производимых нашими желаниями, интересами и фантазиями; молчания, через которое человеческий дух может услышать послания Святого Духа более чутко за счет самоуничижения.

Но нет нужды искать такой метод, потому что он привел бы к противоположным результатам: абсолютная автономия человеческого духа и чрезвычайная путаница. Согласно христианской вере, духовная жизнь с ее завершением есть дар Божией благодати, а не достижение независимой человекоцентристской техники. Кроме того, для нас, православных христиан, существует исихастский опыт восточного христианства, где при определенных религиозных условиях можно достичь святой духовной жизни во Христе, мира и «исихии» (тишины) в любви.

Йога в нашей стране

Количество центров йоги в нашей стране (В данном случае владыка Анастасий имеет в виду Грецию.) значительно возросло в последние годы. При этом наши знания и сведения о йоге до сих пор скудны, обобщены и запутаны. Йога публично представляется как «особые физические упражнения» и, как правило, только как упражнения для мышц и нервных центров, дыхательные и прочие. Это означает, что из вышеупомянутых этапов ограничиваются третьим (контролем над телом) и четвертым (контролем дыхания), хотя иногда и продвигаются до пятого этапа (контроля над чувствами) и шестого (концентрации). Одни частные школы пытаются убрать религиозную составляющую из этих занятий, с тем чтобы они могли быть более легко приняты среднестатистическим греком. Другие пытаются убедить, что йога никогда не носила и не носит религиозного характера, говоря о йоге как о «науке», «духовном знании», психосоматическом процессе. Несмотря на это, однако, какими бы специальными и возвышенными словами ни искажалась реальность, факт остается фактом: вся направленность этой индийской методики была и остается религиозной или околорелигиозной. Посвященные в «медитацию» йоги ориентируются на исключительно индуистское направление. Руководствуясь Ведами и другими священными индийскими текстами (Упанишады, Пураны, Сутры и Тантры) и, главным образом, «учителем» (гуру), они стремятся к освоению и применению на практике теорий, основанных на законе кармы, который определяет реинкарнацию, и законе сансары, который определяет кругооборот реинкарнации, ища спасения (мокши) из этого иллюзорного мира (майи), следуя «путями», определяемыми индуистскими традициями, такими как карма-йога, джнана-йога, бхакти-йога (упомянутые в начале статьи), и их многочисленными вариантами: мантра-йога, хатха-йога, раджа-йога и другие.

Это «религиозное ядро» не упоминается и скрыто под общими фразами различных уставов центров йоги. Они утверждают, например, что их целью является «сформировать людей физически, интеллектуально и духовно». Тексты, предлагаемые публике, обычно появляются под якобы социальным или философским видом; они обычно бывают связаны с высказываниями древнегреческих мудрецов или даже… отцов Церкви. Для тех, однако, кто знает этот вопрос более подробно, все эти теории и идеи прозрачны, как пленка, позволяющая проявиться их глубоко индуистскому характеру.

В журналах, переведенных на греческий, показана их религиозная и философская точка зрения (например, журнал «Йога» включает в себя невероятное соединение индуистских учений; даже приглашения для участия в торжествах, таких как Шиваратри). Цели, записанные в правилах этих обществ, полны прозелитского энтузиазма: например, «распространение йоги на всех людей независимо от пола, национальности, вероисповедания и социального положения», «создание прочной основы для применения йоги в повседневной жизни».

Религиозная свобода и обман

Конституция Греции, конечно, предполагает «свободу вероисповедания и религиозного сознания». Однако это не означает, что различным группам позволено вводить в заблуждение греков неискренними заявлениями об их особенностях и целях.

Православная Церковь – наместница вечной истины живого Слова Божиего на земле – на протяжении столетий и до сих пор спокойно и без страха сталкивается со всякого рода сравнениями с различными религиозно-философскими вымыслами человека. Тем не менее, каждый имеет право потребовать от любого компетентного органа, особенно от СМИ, ясно показать, что из себя представляют «гуру» различных зарубежных религиозных направлений. Утверждение, что они хотят подготовить нас, чтобы «мы могли ответственно и творчески действовать в обществе» (о чем говорится в уставах некоторых центров йоги), рядом с теми теориями и методами, которые привели к задержке развития изобразительного искусства у азиатских народов, кажется насмешкой.

В то же время, однако, каждый из нас, кто в меньшей или большей степени ответственен за Церковь, должен осознать, что в эпоху свободной передачи идей на глобальном уровне вполне естественно для любознательного беспокойного духа греческого народа проявлять интерес к новым идеям как западного, так и восточного происхождения. Поэтому христианским священнослужителям, богословам и мыслителям нужно быть хорошо подготовленными для того, чтобы предоставить грекам объективную информацию. Наконец, лучшим сопротивлением различным духовным тенденциям остается непрерывное активное следование всем правилам Православия, а также его личный и социальный опыт.

Йога в рамках христианства

Основные этапы йоги

Эта история про чудо. Есть чудеса одномоментные — например, исцеление человека или магическое исчезновение предмета. Есть чудеса растянутые во времени. Когда-то я занимался йогой и в отношении православия был полон всевозможных предрассудков. Сейчас я хожу в храм, причащаюсь и другой жизни себе не представляю. Это чудо, потому что слишком глубока была когда-то уверенность, что христианство — это нечто, к чему любой думающий современный молодой человек прийти никогда не сможет.

Вот эта история.

Йога и православие. С чего все началось

Духовные искания начались примерно в 25 лет — это конец 2000-х годов. Они начались от безысходности. Ты молод и красив, у тебя работа, много денег, но на душе пустота, она растет и ничто не может ее излечить — даже занятия творчеством. Творчество дает не только ощущение вдохновения, но и зависимость от него — от вдохновения и от творческого полета.

Йога и православие — совместимы ли они? Так вопрос не стоял. Не стояло даже выбора, поскольку я был окружен счастливыми «открытыми» молодыми людьми и девушками, которые ходили на собрания буддистов, кришнаитов и медитировали.

Еще была знакомая, которая глубоко погрузилась в китайское учение Ци-Гун. Были эзотерики — например, последователи теософского учения Кут Хуми. Другими словами, большинство моих знакомых «искали», медитировали и занимались йогой, а потому такая жизнь и для меня стала верой, поскольку попытки медитировать, заниматься йогой и искать истину дали ощущение правды и мне тоже.

Кришнаитский праздник Шествия Колесниц. 2011 год, Москва. (с) Иван Афанасьев, ivandaf.ru

С другой стороны присутствовало православие, но «искать там было нечего». Я был полон всех предрассудков в отношении христианства:

  • православие культивирует в людях самобичевание и скорбь, когда удел человека — это счастье, любовь и свобода
  • христианство говорит только о страданиях и грехе
  • в храмах все выглядят грустными и болящими
  • вообще православие — это нечто устаревшее, которое говорит с людьми не на том языке, который нужен
  • не факт, что Россия пошла по правильному пути, крестившись когда-то
  • и т.д.

(Я не буду в этом тексте заниматься апологетикой христианства, а просто хочу показать, на каких позициях был когда-то — чтобы еще очевиднее стало то изменение, которое случилось позже.)

фото (с) patriarchia.ru

Думаю, меня и всех нас можно было понять — в мире, полном грубости, агрессии и диссонанса, мы нашли свое видение восточных религий — в форме радости, ярких одежд, улыбок, — и православные храмы казались нам какой-то ошибкой нашего времени.

Короче, мы практиковали и были счастливы.

Йога: путь от счастья к апатии

Это не должен быть долгий текст, поэтому обо всем приходится писать в общих чертах. Йога, знакомство с буддизмом, индуизмом, учениями различных гуру — все это придавало сил. Во всем этом было нечто большее, чем в окружавшем нас мире, где люди озабочены деньгами и славой.

Это было познание самого себя и себя в мире. Наступал покой, наступало какое-то понимание вещей, которое расставляло все по своим местам и избавляло от гнетущего внутреннего беспокойства.

Лично у меня была возможность какое-то время не работать, и я не работал — потому что социальная суета на фоне вопросов Вечности утратила какой-либо смысл.

Отец Серафим Роуз — известный православный миссионер в Америке, который так же начинал свой путь через восточные искания, — описывал это состояние примерно так: медитации открыли жажду духовной жизни. И добавлял — но не смогли утолить ее.

Отец Серафим Роуз

Что стало происходить в моем случае?

Тут были два момента.

Первый — это идея самосовершенствования. Постепенно из некоего стержня, на котором зиждилась духовная жизнь, эта идея стала клетью.

Незаметно для себя ты перестаешь Жить, а принимаешься контролировать каждый свой шаг — продвинет ли меня это по пути совершенствования или нет? Внимательность к каждому моменту и любой мысли — это идеал всякого аскетического учения — и православного в том числе, — но в данном случае все это выливалось в постоянную заботу — «как бы все не испортить».

Любые поступки ты начинаешь рассматривать только с этой точки зрения, и даже добро (казалось бы, нечто, что должно нести в себе абсолютно бескорыстное начало), тоже совершается с оглядкой: это хорошее дело и оно «улучшит мою карму». И я думаю, это была проблема не только моя — кажется, так обстояло со всеми, потому что идея самосовершенствования, которая в состоянии гармонично «лечь» на ум восточного-индийского менталитета, в случае с умом «европейским» и даже «восточно-европейским» — подпитывает склонность к эгоизму, этому главному врагу вечности.

Эгоизм это одна сторона. Вторая сторона — идея реинкарнации, которая подпитывала и углубляла апатию. В сложившемся тогда внутреннем мире и состоянии не было диалога с Богом — все было безлично, вселенная была безличной, всё было безлично, только бесконечная череда причин и следствий. Жуткая система, которая превращала всю жизнь в цепочку событий, удаляя из нее самое главное, что есть в человеке — Живую Жизнь и внутреннее рвение.

Постепенно бессмысленной становилась не только социальная жизнь, но и любое утруждение себя.

Апатия. Говорят, это очень распространенный финал. И из него несколько выходов:

  • депрессия или психическое расстройство
  • уход от духовных поисков вообще: человек навсегда «закрывает» для себя эту сторону жизни и полностью, со всеми силами своей души, сосредотачивается, допустим, на бизнесе.
  • воцерковление

Йога и православие: попытка их совмещения

Собственно, православие возникло в этот момент тоже от безысходности, как от безысходности возникла когда-то йога.

Рассредоточенный, я заходил в монастыри и храмы и тоже начал улавливать какой-то покой в их атмосфере. Постепенно все начало сформировываться в идею, что православие — это вид духовного пути, к которому тоже нужно относиться с уважением, потому что за тысячелетия — и века в нашей стране, — в этом учении накоплена мощная энергетика, и действительно миру были явлены сотни святых, которые так же, как и йоги, творили чудеса.

Поэтому я охотно представлял себе, что можно жить примерно так: и заниматься йогой и стоять перед иконами в храме или на службах в монастыре — стараясь при этом не потерять свою «восточную волну».

Как-то так.

Но пустота в душе продолжала расти, и в какой-то момент ее уже нельзя было игнорировать. С одной стороны была апатия и бессмысленность бытия — потому что бытие социальное на самом деле бессмысленно, а с другой —восточные учения не давали никаких ответов, кроме учений, которые вообще непонятно, как было употребить в жизнь, кроме как сидеть и медитировать. Все же остальное, ведь, бессмысленно.

Московское Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры — на станции метро Цветной Бульвар. Это то место, которое вернуло меня к жизни. Причем все происходило в движение постепенно.

Сначала я просто проходя мимо, поддался зову и пошел на исповедь.

Затем мне показалось, что это помогло и я начал ходить в храм чаще, а затем — поскольку все равно делать было нечего, — устроился на Подворье работать. А перед работой и после нее — ходить на службы.

Московское Подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры в Москве

Я не хочу сказать, что было какое-то совмещение йоги и православия — его не было, но отношение к христианству тем не менее было довольно расчетливым:

«ОКей, я буду выполнять ваши православные правила и постараюсь погрузиться в христианскую традицию, а вы мне в ответ — мир и благодать».

Православие без йоги

И начало происходить чудо. Все менялось постепенно и на всех фронтах.

И сама традиция становилась ближе.

И многие взгляды на христианство, которые были у меня прежде, распадались, потому что основывались, как оказалось, на предрассудках, незнании и банальной необразованности.

И само учение постепенно раскрывалось: из набора внешних правил и установлений до целой системы познания человеческой души, ее природы и процессов в нем.

К тому же — лишившись метаний и под руководством священников-монахов на Подворье, — удавалось все лучше видеть самого себя. Очевидным становилось несоответствие Замысла, который был в тебя заложен Богом, и твоих действий: и это еще ближе делало то, что когда-то вызывало отторжение — например, слова о грехе и греховности.

И ты понимал, в числе прочего, что православные не грустные и скорбные, а — внимательные к себе.

Преподобный Силуан Афонский — один из самых известных святых подвижников XX века.

И они свободные внутренне и радостные — просто не поддаются веселью, которое в отличие от радости — иссушает душу, а не наполняет ее.

И то, что покаяние — это не самокопание в прошлых проступках, а наоборот — устремление ума в будущее, в которым ты желаешь или полон решимости жить во Христе.

И понимаешь, что покаяние есть преображение природы человеческой, — и оно приходит не только от решимости человека, но и суть дар Божий, который человек обретает молитвой и жизнью во Христовой Церкви.

Укреплялось понимание, что без этого — без православного учения и Церкви — жизнь больше невозможна, что по сути — «Душа человеческая — христианка». Что все прочее — или бессмысленно, или в лучшем случае ошибочно, или попросту опасно.

Я понял, что Христос — это не только человек, который ходил когда-то по земле, — это ипостась Бога, которая существует в нас, которая дает нам жизнь, которая была всегда — еще до начала времен и до времен Нового Завета.

И я понял, что всё движение к жизни, которое во мне есть, это и есть Христос, и только разговор с Ним — назови его или молитвой или просто созерцанием мысли о Нем, — дает силу жить и смысл жить.

И что именно ради Него и есть смысл жить: возвращаться в социум и исполнять в нем тот свой долг, который возложил промыслительно на меня Господь.

И больше ничего не нужно — кроме как идти к Нему с Его помощью вопреки всему, что окружает человека вокруг — особенно в таком безумном большом городе, как Москва.

Я обрел Христа. И обрел всё то, чего недоставало.

Что это было?

Не думаю, что нужно как-то аргументировать написанные в этом тексте слова, потому что аргументировать духовный путь невозможно. В данном случае можно лишь констатировать, что, когда-то будучи убежденным противником православия, я в итоге сам стал вести по мере сил Церковную жизнь.

Я прекрасно понимаю, что переубедить того, кто уверен, что Церковь это нечто устаревшее, этим текстом невозможно. Поэтому я просто говорю:

  • Сначала было увлечение восточными учениями и они помогли вырваться от привязанности к вещам действительно ненужным. Они по большей части были бессистемными (немного от одного, что-то от другого, и еще что-то по наитию, еще что-то — по собственному представлению), но они были искренними.
  • Потом наступила апатия, потому что «успокоив дух», эти практики продолжали успокаивать его и дальше, в результате почти лишив какого-либо движения вообще.
  • И новая жизнь началась в православной Церкви, — во Христе, которая, как открылось мне — обладает всеобъемлющим учением, полным мудрости, глубинного познания человеческом природы, и ничего общего не имеет с теми предрассудками, которые сложились в обществе.

Я расцениваю это как дар, и как чудо, которое, — когда я думаю о нем, — еще более утверждает во мне веру во Христа.

Йога и православие — совместимы ли они на самом деле?

Нет, йога и православие несовместимы.

Йога безотрывна от того или иного духовного учения в целом и всех его прочих сторон: богосозерцания, аскезы, каждодневного внутреннего труда над собой. В противном случае — и чаще всего, — йога становится просто зарядкой с некоторым восточным антуражем.

Религии же в целом — несовместимы друг с другом вообще.

На первый взгляд — да, до определенной глубины многие религии говорят об одном: о вечности, любви, аскезе. И потому кажется, что можно сделать некоторое собрание учений, взять из них что-то свое нужное тебе и совместить.

Однако на глубине еще большей — там, где слова перестают быть словами и остается одно только «направление ума», — на этой глубине все учения различны, потому что каждое несет в себе разное умонастроение и разную сердцевину.

Я не буду здесь говорить, какая сердцевина и умонастроение в православии, а какая в йоге. Но они абсолютно разные, а потому «салат» из разных практик — бессмысленен. Я бы, даже, сказал — опасен.

В заключение короткая история, которую рассказывал преподобный Паисий Святогорец — один из величайших святых XX века.

История про йога и юношу

В Греции (а это тоже православная страна) жил юноша, который много лет занимался восточными практиками и наконец собрал деньги на поездку к гуру, учению которого он следовал.

И как он был удивлен, когда индийский йог не только не обрадовался юноше, но посоветовал ему вернуться домой. Со словами: «Зачем ты ищешь святости здесь, если путь к ней есть у тебя под боком», — имея в виду множество православных монастырей и святую гору Афон, которая располагается на территории Греции…

Преподобный Паисий Святогорец, афонский старец.

Это очень хороший пример!

Я глубоко убежден, что каждый человек вокруг нас, который «ищет свой духовный путь», осознавая или нет, ищет в себе христианина.

И даже тот, кто ходит на практики в буддийские центры или ездит на встречи с гуру — на самом деле тоже ищет в себе христианина и Христа.

Ибо он ищет Жизнь, а Христос — это и есть сама Жизнь. И наша душа тянется к Нему, и находит утешение, когда оказывается с Ним — даже если сам человек до конца не осознает всего этого.

А погружаясь во многовековую традицию Православной Церкви — или Восточного христианства, как ее еще называют, — человек в церковных Таинствах, церковной и молитвенной жизни, в церковном предании, в предстоянии перед Христом и сонмом его святых, в любви к ближнему и доверию Божиему промыслу — во всем этом он обретает истинную полноту!

Слава Тебе, Боже, за это — слава Тебе!

Православный взгляд на йогу

О восточных духовных практиках Йога и христианская вера Характерный случай в англиканской церкви Что такое йога Несовместимость йоги и христианства Предупреждение

Допустимо ли христианину заниматься йогой и если нет, то почему? В настоящем сборнике читатель найдет аргументированный ответ на эти вопросы. Авторы материалов знакомы с йогой не понаслышке – один отдал ей в молодости семь лет жизни, а другая, будучи индианкой, происходящей из касты брахманов, практиковала йогу с детства. Во вступительной статье приводится также обзор высказываний других православных авторов.

На Западе – в Европе и Америке, – йога уже давно не чувствует себя «гостьей с Востока», в адаптированном и упрощенном виде она прочно заняла свое место в современной массовой культуре. В последние годы это коснулось и нашей страны. Появилось много центров йоги, в одних она подается как древняя духовная традиция, ведущая к внутреннему совершенству, а в других – как комплекс физических упражнений для оздоровления тела.

Среди посетителей этих центров оказались и люди, называющие себя православными христианами. Многие из них считают занятия йогой не противоречащим своей вере, и болезненно реагируют на слова священнослужителей и богословов, которые говорят о недопустимости увлечения йогой для христианина. Причины столь резкой позиции для них остаются непонятными.

Для того, чтобы обозначить и объяснить православное отношение к йоге, и был составлен настоящий сборник. Поскольку среди многих апологетов йоги распространено мнение, что будто бы критику йоги позволяют себе только люди, толком не знакомые с ней и потому их суждения не могут быть компетентны, в настоящем сборнике представлены работы таких православных авторов, которые знакомы с йогой не понаслышке.

Архимандрит Софроний (Сахаров) в молодости отдал занятиям йогой, – и не просто физическими упражнениями, а с глубокой медитацией, – более семи лет своей жизни. Впоследствии он раскаялся в этом и уверовал во Христа, а со временем стал монахом на Святой Горе, учеником преподобного Силуана Афонского. Отец Софроний на практике постиг духовный опыт Православия, и имел все необходимое, чтобы компетентно сравнивать православный и индийский пути. Он не писал специального сочинения на эту тему, но высказывался в различных беседах, цитаты из которых и приведены в настоящем сборнике.

В еще большей степени высказываться о йоге имеет право Христина Мангала Фрост. Сама по национальность индианка, она родилась в семье, принадлежащей к касте брахманов, и изучала йогу не через третьи руки в адаптированных версиях, как многие современные россияне, а с раннего детства и в оригинальной индуистской традиции. В молодости, учась в Австралии, она приняла протестантизм, а позднее обратилась в Православие, в котором духовно возрастает уже более десяти лет. Христина обладает учёной степенью доктора наук по английской литературе в Кембриджском университете, она замужем за православным христианином Дэвидом Фростом, и является матерью четверых детей, а также прихожанкой русского православного храма прп. Ефрема Сирина в Кембридже (Великобритания).

Прежде, чем перейти к этим работам, хотелось бы сделать небольшой обзор мнений о йоге, которые высказывали о ней авторитетные православные иерархи.

В мае 2009 года Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, выступая на студенческом фестивале «Вера и дело» так ответил на вопрос о йоге: «Занятия йогой имеют две составляющие, одна из них – это физические упражнения. Специалисты по физкультуре могут дать точную характеристику этим упражнениям, и ничего плохого в самой технике этих упражнений не существует». Его Святейшество напомнил, что йога – вовсе не только лишь физкультура, она опирается на вполне определенную религию и предполагает соответствующие духовные практики.

«Йога сопровождается медитацией, и вот к этому я отношусь с большой настороженностью»1, – отметил Святейший Владыка. Он подчеркнул, в частности, что при использовании такого рода практик может разрушаться национальное самосознание человека, его культурная идентичность и предостерег от экспериментов с медитацией. В качестве примера Патриарх поделился своими впечатлениями от общения в Индии с русскими людьми, всерьез увлекшимися индуистскими духовными практиками.

Предстоятель другой Поместной Православной Церкви – Архиепископ Албанский Анастасий (Яннулатос) в свое время написал целую статью под названием «Йога»2. В ней он пишет:

«Многие упражнения йоги оказывают небольшое положительное воздействие на определенных людей, по крайней мере, такое, которое оказывают и упражнения других комплексов. Но, вообще говоря, эти упражнения входят в структуру индуизма и являются этапами более широкого и общего духовного восхождения. Их конечная цель – нечто большее, чем просто хорошее физическое самочувствие… Ведь и коленопреклонения нашей молитвенной традиции не являются простыми телодвижениями, а связаны с более глубокими процессами и выражают определенный настрой и состояние души, стремящейся к духовным целям; точно так же и более сложные упражнения йоги связаны с индуистскими верованиями и индийским духовным, религиозным опытом».

Перечислив восемь ступеней-этапов традиционного пути йоги, направленного к последней цели – «освобождению», владыка Анастасий отмечает, что «Хотя на первых этапах сохраняются некоторые элементы сознания, на последнем йог приходит к преодолению даже самосознания. Они не воспринимают цвета, запахи, звуки, чувства и не осознают себя или кого-либо еще. Их духи «свободны», как говорят инициированные, от памяти и забвения. Это считается знанием, просвещением. Эта техника направлена на связь с Абсолютом. Для нее центральные истины христианства о Христе Спасителе, благодати, бескорыстной любви, Животворящем Кресте не имеют никакого значения».

Затем архиепископ высказывается критически о попытках некоторых греков очистить йогу от всего индийского и сделать «христианской». По этому поводу владыка Анастасий замечает, что если бы это действительно было бы возможно, в лучшем случае получился бы некий метод «достижения человеком глубокой тишины, избавления от внутренних потрясений, производимых нашими желаниями, интересами и фантазиями», однако «нет нужды искать такой метод, потому что он привел бы к противоположным результатам: абсолютная автономия человеческого духа и чрезвычайная путаница. Согласно христианской вере, духовная жизнь с ее завершением есть дар Божией благодати, а не достижение независимой человекоцентристской техники. Кроме того, для нас, православных христиан, существует исихастский опыт восточного христианства, где при определенных религиозных условиях можно достичь святой духовной жизни во Христе, мира и «исихии» в любви».

Архиепископ Анастасий обращает также внимание на то, что в Греции многие центры, где изучается йога, намеренно скрывают ее религиозное происхождение и корни, тем самым вводя в заблуждение людей, не имеющих достаточной религиоведческой подготовки.

Православный религиовед священник Михаил Плотников, много лет посвятивший изучению религиозных традиций Индии, в одном из интервью напоминает, что «йога – это монашеская практика, которая подразумевает вначале отказ от противоестественных желаний (то есть от греховных, порочных желаний), затем – от естественных желаний (брака, богатства и проч.), потом – вообще от всех желаний. Например, классическая индуистская раджа-йога, кодифицированная в «Йога-сутрах» Патанджали, имеет восемь ступеней. Проходя первые ступени, йогин с помощью аскезы и специальных упражнений приобретает контроль над своим физическим и «тонким» телами. На высших ступенях он добивается контроля над психикой и постигает искусство сосредоточенного созерцания (медитации). При этом следует практически не пить и не есть, мало спать и дышать, быть равнодушным к похвалам и оскорблениям, ничего не чувствовать, остановить поток своих мыслей, полностью сконцентрироваться в себе на некой точке, войти в состояние транса. И вот тогда в твою внутреннюю пустоту и безмолвие должен войти свет, который воспринимается йогином как свет собственной «божественности»…

Йогины полагают, что после остановки всех психических процессов и достижения самадхи, то есть состояния сосредоточения без содержания, «выжигаются семена кармы» и это гарантирует от нового перерождения и позволяет в любой момент навсегда освободиться от тела… Такой именно настоящей аскетической йогой в России у нас мало кто занимается… всевозможные гуру и держатели йогических центров в России фактически занимаются ньюэйджевской йогой, в которой практически отсутствует аскетизм, и только изредка практикуется временное уединение, медитация, чтение мантр, которые нужны для освобождения от мыслей и сосредоточения. Цель такой йоги – некое успокоение, вхождение в блаженное состояние и не более того»3.

Далее отец Михаил специально останавливается на разоблачении некоторых мифов о йоге, распространяемых ее западными приверженцами: «Мне не раз доводилось слышать или читать утверждения российских адептов йоги, что, дескать, индийские йоги живут долго и счастливо, при этом не болеют тяжелыми хроническими заболеваниями, на них не давит груз стрессов и нерешенных проблем. Это ложь, миф… Всеобщая диспансеризация, которая была в Индии (первый и последний раз) в 1980-х годах, показала, что йогины, которых там несколько миллионов человек, живут в среднем даже меньше, чем обычный житель Индии и страдают, к тому же, массой заболеваний. Например, катарактой глаз, потому что постоянно концентрируются на солнце, вывихами суставов, артритами и артрозами из-за частого нахождения подолгу в противоестественных позах. Йоги страдают букетом заболеваний верхних дыхательных путей и желудочно-кишечного тракта, потому как каждый день делают клизмы, жгутами очищают носоглотку, что со временем практически уничтожает слизистую оболочку в кишечнике и носовой полости… Не смотря на то, что все они, за исключением женатых шиваитов, дают обет безбрачия, подавляющее большинство йогинов оказались больны хроническими венерическими заболеваниями. Те же йогины, которые не хотят поддаваться блудной страсти, весьма часто оскопляют себя изуверскими способами…»4

Отец Михаил делает следующий вывод: «Говоря о духовной опасности от занятий йогой, можно кратно сказать так: если будешь заниматься настоящей индуисткой или буддисткой йогой – впадешь в самообольщение – будешь считать себя «богом», а если будешь заниматься ньюэйджевской йогой также впадешь в прелесть… От занятий фитнес-йогой серьезных духовных последствий нет, впрочем, как правило, фитнесом занимаются люди, которые вообще не живут никакой духовной жизнью… По моему мнению, правильнее сказать, что любой фитнес, не только с элементами йоги, сам по себе не душеполезен. Люди, которые слишком заботятся о своем внешнем виде и здоровье тем самым свидетельствуют, что они не живут духовной жизнью»5.

Стоит также привести мнение иеромонаха Серафима (Роуза), который в молодости, до принятия Православия, также немало времени занимался восточными медитативными практиками: «Почти двадцать лет назад французский монах-бенедиктинец Дешане написал о своем опыте превращения йоги в «христианское» учение… Любой понимающий природу прелести, или духовного заблуждения, узнает в этом описании «христианской йоги» точные характеристики тех, кто духовно сбился с пути… То же стремление к «святым и божественным чувствам», та же открытость и готовность быть «восхищенным» неким духом, те же поиски не Бога, а «духовных утешений», то же самоопьянение, которое ошибочно принимается за «состояние благодати», та же невероятная легкость, с которой человек становится «созерцателем» или «мистиком», те же «мистические откровения» и псевдодуховные состояния. Это общие характерные признаки тех, кто впал именно в это состояние духовного заблуждения…»6

В заключение хотелось бы процитировать запись разговора, сделанную митрополитом Иерофеем (Влахосом), – по его просьбе один из афонских старцев кратко обозначил основные отличия православной Иисусовой молитвы от индийского типа йоги и медитации:

«Во-первых, в молитве решительно выражается вера в Бога, Который сотворил мир, управляет им и любит его. Он – нежный Отец, Который заботится о спасении Своего творения. Спасение совершается в Боге, поэтому в молитве мы просим Его: «Помилуй мя». От делателя умной молитвы далеко отстоит самоспасение и самообожение, в котором и состоял грех Адамов, грех падения… Спасение совершается не «в себе и через себя», как утверждают человеческие учения, но в Боге.

Во-вторых, в молитве мы стремимся встретиться не с безликим богом. Мы не ставим цель подняться до «абсолютного ничто». Наша молитва сосредоточивается на личностном Боге – Богочеловеке Иисусе. Отсюда и молитва: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий»… Мы любим Христа и храним Его заповеди. Мы подвизаемся в их осуществлении. Он сказал: «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин.14:15). Любя Христа и храня Его заповеди, мы соединяемся с Пресвятой Троицей.

В-третьих, при умной непрестанной молитве мы не впадаем в состояние гордости. Учения, о которых ты говорил мне ранее, изобилуют гордостью. Нашей же молитвой приобретается блаженное состояние смирения. «Помилуй мя», – говорим мы и считаем себя хуже всех. Не превозносимся ни над каким братом. Любая гордость чужда делателю молитвы. Имеющий ее безумен.

В-четвертых, как уже отмечалось, спасение – не абстрактное состояние, но единение с Триипостасным Богом в лице Господа нашего Иисуса Христа. Но это единение не устраняет человеческого фактора. Мы не ассимилируемся, поскольку каждый из нас – особая личность…

В-пятых, при прохождении молитвы приобретается способность различать искушения. Мы видим и понимаем движения сатаны, но вместе с тем и действие Христово, то есть распознаем дух лести, который столь часто преобразуется в Ангела света, отделяем добро от зла, нетварное от тварного.

В-шестых, борьба за молитву связана с очищением души и тела от разрушительного влияния страстей. Мы стремимся достичь бесстрастия не стоического, но динамического, то есть не умерщвления страсти, а преображения ее. Вне «бесстрастной страсти» нельзя любить Бога и спастись… Мы боремся за очищение от обезображенных состояний, которые создает диавол. Без этой личной борьбы, которая совершается по благодати Христовой, невозможно спастись.

В-седьмых, молитвой мы не стремимся привести ум к абсолютному ничто; мы хотим обратить его в сердце и стяжать благодать Божию в душе, откуда она распространяется и на тело. Царствие Божие внутрь вас есть (Лк.17:21). Тело, по учению нашей Церкви, – не зло; злом является плотской разум. Оно не «одеяние души» как говорят философские учения, и его нужно стремиться не сбросить, но спасти. Ибо под спасением всего человека подразумевается и его душа, и его тело. Следовательно, мы не стремимся к гибели тела, но воюем против служения ему. Не хотим гибели жизни. Не стремимся впасть в такое состояние, чтобы ради прекращения страданий не иметь желания жить. Мы упражняемся в молитве потому, что жаждем жизни и стремимся вечно пребывать с Богом.

В-восьмых, в нас нет безразличия к окружающему миру. Те учения, о которых ты упоминал, избегают углубляться в человеческие проблемы с целью сохранить свой мир и безмятежие. Мы же стремимся к иному – непрерывно молимся за всех. Плачем о всем мире. Хотя спасение – это единение со Христом, мы состоим в общении с другими людьми. Не можем спасаться сами по себе. Радость, которая существует только для нас, но не для мира, не является действительной радостью.

В-девятых, мы не придаем большого значения психотехническим методам, а также различным положениям тела, хотя и считаем, что некоторые из них помогают сосредоточить ум в сердце. Но, повторяю, мы стремимся не к апатии (это отрицательное состояние), а к стяжанию Божественной благодати»7.

Архимандрит Софроний (Сахаров)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *