Приход

Содержание

1.       Дежурство в храме

Если вы хотите приобрести для храма церковную утварь, полезные в хозяйстве предметы или помочь в благоустройстве территории, то вы можете обратиться и попросить список необходимой помощи к настоятелю либо к его помощнику.

Для консультации по списку можно звонить помощнику настоятеля Борису Владимировичу, тел. 8 (908) 993-53-70.

Есть ли возможность остаться в тишине пустого храма? Помолиться, подумать и просто побыть. В нашем храме такая возможность есть.

Для тех, кто хочет оказать посильную помощь храму, есть возможность в нем дежурить. Что необходимо делать дежурному:

1. находиться всегда в храме

2. поддерживать чистоту: снимать огарки свечей, протирать иконы. Для этого есть весь необходимый инвентарь: кисть, которой нужно периодически счищать воск с подсвечников, тряпки, чистящие средства.

3. следить за тишиной и порядком в храме. Тишина необходима для молитвы всем приходящим в храм. Сложно молиться, когда вокруг шумно. В чрезвычайных случаях есть тревожная кнопка.

Если у вас есть свободные полдня в будние дни, и вы хотите послужить Богу, помогая в храме, то можете обратиться настоятелю храма или его помощнику либо позвонить по телефонам выше указанным.

Можно построить церковь, детский дом, а можно внести свои две лепты, которые, как мы помним, были признаны Христом большей жертвой, чем все крупные жертвы богатых людей.

2. Уборка храма

Каждый раз, приходя на службу, мы видим чистый храм, в котором все необходимое готово к богослужению. Конечно, все это воспринимается как должное. А труд наших прихожан, чьими руками это чистота создается, остается, как правило, для нас за кадром. Труд этот, надо признаться, не легкий. Если утренняя служба, то нужно прийти раньше, чтобы успеть все подготовить. После службы — протереть иконы, отскрести пол от воска, почистить подсвечники. А вычистить как следует подсвечник — занятие чрезвычайно трудоемкое. И все это делается руками наших прихожан, которые тихо и с радостью несут свое послушание.

Но не всегда удается убрать храм как следует. Иногда для этого не хватает рук, иногда времени, а иногда и желания. Особенно возникает острая необходимость в помощи по уборке в дни праздников и после них. Причем помощи оперативной: убирать огарки из подсвечников, чтобы было место (в дни больших праздников это особенно необходимо). Поэтому мы всегда рады видеть в нашем храме всех желающих потрудиться во славу Божию. Вы можете оставить нам свои контакты, написав или позвонив, чтобы мы могли с вами связаться. А кажущаяся тяжесть такой помощи обернется для вас неожиданной духовной радостью.

>Отстраненное «благочестие», или Как помогать правильно

Непопулярная добродетель

Добродетель участливости не значится в числе основных христианских добродетелей, однако она является проявлением самой главной христианской добродетели – любви.

Игумен Нектарий Морозов

Невозможно любить людей и при этом не участвовать в их жизни, оставаться равнодушным к тому, что с ними происходит. Быть может, именно сейчас им нужна наша помощь, нужно как раз то, что именуется участием.

Между тем нередко бывает так, что человек, считающий себя ревностным христианином, замыкается в своей церковной жизни на тех делах благочестия, которые он сам считает единственно необходимыми для спасения.

Он регулярно ходит в храм, исповедуется и причащается, совершает дома вечернее и утреннее молитвенные правила, читает святых отцов, но при этом совершенно отстраняется, отдаляется от тех людей, которые окружают его в повседневной жизни. Этому есть вроде бы благовидное и даже естественное объяснение – окружающие люди иного, не христианского духа.

Действительно, не редкость, что человек начинает жить церковной жизнью, а люди, которые составляют его круг общения, по-прежнему остаются нецерковными. У них становятся разными интересы, а затем и представления о жизни, и в этом достаточно легко найти для себя оправдание тому, чтобы от этих людей отстраниться.

Человек отдаляется и от них, и от тех забот, которыми они живут, и от того, что с ними случается, но каких-то других людей вокруг него нет. И получается, что он становится чужим в чужом для него мире, что живой жизнью – естественной, нормальной для верующего человека – уже не живет, потому что для этого нужно соприкасаться с людьми, вникать в то, что с ними происходит, а он как бы скользит по поверхности, он проходит мимо. Так, незаметно для него самого, из его жизни уходит самое главное – это любовь к другим людям, небезразличие к ним.

Почему это настолько важно? Давайте вспомним, что мы знаем о Боге? Мы знаем из катехизиса, что Бог всемогущ, мы знаем, что Бог благ, что Он сотворил все существующее. Но проникнуть в тайну Божественного бытия ограниченному, тварному существу не просто сложно, а, по большому счету, невозможно.

И в то же время есть вещи, которые мы знаем о Боге совершенно точно. Например, то, что Он любит человека и что нет ничего в человеческой жизни, что Бога бы не касалось: каждая мелочь, каждое незначительное событие, с нами связанное – это все, как свидетельствует Священное Писание и Предание Православной Церкви, самым непосредственным образом Бога интересует, и во всем этом Господь обязательно участвует, потому что не презирает и малейшей человеческой нужды.

Если Бог так относится к человеку, то совершенно очевидно, что такого же отношения друг к другу Он ждет и от нас. И совершенно естественно, что если Бог со Своей неизреченной высоты снисходит к повседневным, элементарным проявлениям человеческой жизни, то и мы этого не должны игнорировать.

Так что можно сказать даже так: если человек остается равнодушным, безучастным к нуждам, скорбям, переживаниям людей, которые его окружают, то он не то что хорошим христианином не может быть – он не может быть христианином в принципе. Он, по большому счету, и человеком-то может быть назван с очень большой натяжкой.

Общее качество святых

Если мы посмотрим на тех, кто прославлен за всю историю Церкви в лике святых, то увидим, что это были очень различные люди – с разным темпераментом, с разным жизненным опытом, с разным, как бы мы сегодня сказали, образовательным уровнем и социальным статусом; но есть одно общее: среди святых не было ни одного равнодушного и безучастного человека.

Даже если мы читаем об отшельниках, которые избегали общества людей, которые с ними не общались, то, познакомившись с их жизнью чуть более глубоко, можем понять, что время пребывания в отшельничестве и безмолвии было наполнено не только молитвой о милости Божией собственно к ним, но это всегда была молитва обо всем мире и о живущих в нем людях.

В житии преподобного Арсения Великого есть такой случай: к нему приходят люди, которые хотели бы его увидеть, и среди них тогдашний архиепископ Александрийский. Увидеть его они в итоге не смогли: он к ним не вышел, потому что не хотел нарушать уединения, которое положил для себя в то время правилом жизни, и они с большой скорбью удалились.

Впоследствии они вновь пришли, и у них уже была возможность с ним встретиться. И вот они посетовали: «В прошлый раз мы от тебя ушли ни с чем, предприняв такой путь, ты даже не повидался с нами». Он сказал: «Да, но когда вы шли домой, то имели в дороге какое-то время и возможность покаяния в своих грехах. Вы останавливались для того, чтобы поспать, для того, чтобы поесть, а я до тех пор, пока вы не добрались до дома, стоял и молился о вас».

В «Ответах на вопросы учеников» преподобных Варсонофия Великого и Иоанна Пророка тоже есть подобный эпизод. Речь идет о бедствиях, которые грядут на тогдашний мир, и преподобный Варсонофий говорит о том, что худо бы пришлось этому миру, если бы не молитвы трех святых мужей, которые восходят, как некий огненный столп, от земли и встречаются перед Престолом Божиим.

Вот это чуть-чуть приоткрывает завесу над жизнью святых, раскрывает нам тайну их внутренней жизни и объясняет, что при видимой безучастности к чему-либо они участвовали во всем сердцем.

Не протягивай руку – протяни посох

Поскольку мы такого участия в бытии мира со своей стороны предложить не можем – не такова наша жизнь, не такова наша молитва, то должны участвовать в нем самим делом. И здесь элементарный здравый смысл должен оказать нам существенную помощь.

Когда мы пытаемся оказать человеку какую-то услугу, пытаемся ему в чем-то помочь, то, естественно, не нужно это делать помимо его воли и вопреки его желанию (если речь, конечно, не идет о человеке, который, к примеру, тонет,– его все равно надо вытаскивать из воды). Наше дело начать помогать человеку, предложить ему свою помощь, а если он ее отвергнет, отступить, не навязывая своего участия.

Ведь, безусловно, встречается и такая крайность: люди верующие, благочестивые хотят кого-то сделать счастливым без его на то желания. Конечно, ничего хорошего из этого намерения не получается, а получается, наоборот, только искушение, скорбь и расстройство.

Вообще, когда мы хотим помочь другому человеку, бывает крайне важно постараться понять, в чем он нуждается, и помогать именно в этом, а не в том, в чем нам доставляет удовольствие ему помочь. Словом, важно, чтобы наша помощь совпадала с его представлениями о помощи.

И, конечно же, помощь людям не предполагает никакого потакания их греховным навыкам и страстям. Здесь можно привести элементарный и достаточно часто встречающийся пример: к нам подходит на улице тяжело пьющий и, возможно, на улице живущий человек и просит дать ему денег, чтобы опохмелиться.

Естественно, что на это ему денег давать не надо; разумнее, если он голоден, купить еды – купить самим и дать в руки, чтоб у него не было искушения приобрести спиртное. Конечно, можно сказать: вы что, не понимаете, мы ему купим еды, а он пойдет и все равно где-то найдет на выпивку. Ну и что с этим делать – пусть с голоду умирает? Так к этому относиться ни в коем случае нельзя.

Продолжая тему о границах помощи, которые не надо переходить: есть еще одна граница – того, насколько вообще можно отдаваться этой помощи людям.

У того же преподобного Варсонофия Великого есть такой образ: если человек упал в яму, не протягивай ему руку – протяни ему твой посох. И он объясняет, почему так. Если ты протянешь ему руку, а он вместо того, чтобы выбираться из ямы, будет тянуть тебя к себе, то ты свалишься в ту же самую яму. А если ты протянул посох, то человек, желающий выбраться из ямы, ухватится за посох и выкарабкается с твоей помощью; если же упавший не захочет выкарабкиваться и будет тянуть за посох к себе, то ты просто посох отпустишь.

На мой взгляд, это некая идеальная модель того, какой должна быть помощь, потому что бывает, что человек начинает кому-то помогать и в результате страдает его семья, его родные. В конце концов, он сам приходит к такому разрушению собственной жизни, что потом не может её заново воедино собрать,– и конечно, такая участливость вряд ли оправдана.

Апостол Павел говорит о том, что наш избыток должен быть восполнением чьего-либо недостатка и наоборот. Должно быть именно так, потому что все остальное немного абсурдно.

Если человек не просто ищет помощи, не просто не справляется с ситуацией, а ищет кому, образно говоря, сесть на шею и при этом помахивать ножками, то, конечно, такую возможность ему предоставлять не надо, потому что таким образом мы окажем медвежью услугу.

Делая что-то за человека, а не вместе с ним, мы его развращаем. То же самое бывает в воспитании ребенка: если родители всё делают за него, то они вырастят капризного, избалованного и совершенно не приспособленного к жизни человека.

Если же они просто помогают ему и делают что-то вместе с ним, то это совершенно другое дело. Ребенок постепенно обучается, и мера участия мамы и папы в его жизни постепенно сходит ко все меньшей величине. Так же и в наших взаимоотношениях со взрослыми людьми, с окружающими, должно быть.

О немытых полах и миссионерских разговорах

Должна ли наша участливость проявляться в желании, стремлении привести своих близких в храм? С одной стороны, безусловно, да, потому что противоестественно, когда человек, нашедший для себя самое главное в жизни – бесценный бисер веры во Христа, равнодушен к тому, что этот бисер оказался незамеченным дорогими ему людьми.

Возникает даже сомнение, а любит ли он их, потому что речь идет, ни много ни мало, о вечной участи. С другой стороны, любые попытки прямого воздействия на близких в этом плане, как правило, оказываются неудачными, неэффективными. Людей, нас окружающих, в большей степени убеждает наш пример: они видят, что в нас происходят какие-то перемены, они видят, что то, чего они от нас пытались безуспешно добиться на протяжении многих лет, вдруг происходит как бы само собой…

Вот жил человек, дома никогда не убирался, посуду не мыл, продукты не покупал, не говоря уже о том, чтобы что-то приготовить. И вдруг он начинает все это делать. Семья поражена: что с ним такого случилось? И появляется интерес к тому доброму, что их близкого человека так по-новому им открыло.

А если человек по-прежнему точно так же в грязную квартиру зайдет и полы не подметет, а будет ждать, что это сделает за него жена, он после этого может убеждать ее в чем угодно, но ни в чем не убедит кроме того, что у него какая-то блажь новая появилась.

А бывает и так, что человек, желающий привлечь к жизни в Церкви своих близких, действует очень грубо и авторитарно, так что становится понятно, что тут не в любви дело, а в некой требовательности: «это мое, и все должны это мое принять».

И это тоже никогда к хорошему не приводит: начинаются ссоры, раздоры, обвинения. Как правило, такие разговоры заканчиваются чем-то вроде: «Вот вы меня не слушаете – будете гореть в геенне огненной». Что об этом можно сказать…

Бывает и такая ситуация: человек верующий, церковный готовится к принятию Святых Христовых Тайн, и у него очень много дел: ему надо читать последование к причащению, ему надо поститься, ему надо пойти вечером на службу.

И вот, когда он начинает готовиться, его вдруг начинают от этого отвлекать родные, близкие, друзья. Причем не просто куда-то его погулять зовут или развлечься предлагают, а у одного одно случилось, у другого другое случилось, третий требует какого-то сердечного участия, разговора.

Человеку начинает казаться, что все это какие-то помехи – он раздражается, досадует, пытается от всего этого отстраниться и совершенно не понимает, что это такой же элемент подготовки к причастию. Участие в жизни других людей, помощь им, в том числе порой и разговором, и сердечным каким-то сочувствием – это дела любви: может быть, в лице этих людей к человеку Сам Господь обращался, приходил, а он Его не заметил и при этом хочет быть причастен Его Телу и Крови.

Конечно, это совершенно неправильное отношение. В некоторых случаях возникает вопрос: «да, а как быть»? Да вот так и быть: принять участие в другом человеке, уделить ему необходимое время и силы, а если ты так уж хочешь причаститься, прочитай правило ночью, соверши хотя бы однажды такой подвиг и христианской любви, и христианского благочестия.

Фото: foma.ru

Помочь, а потом разбираться в себе

Нужно помнить, что участливость – не человекоугодие, и не способ удовлетворить тщеславие; отличить одно от другого можно прежде всего по намерению, которое кроется в нашем сердце. Ради чего мы делаем то или иное дело? Должно войти в привычку себе этот вопрос задавать.

Иногда человек спрашивает: «А что если я вижу там на первом месте самолюбование? Нужно от этого дела отказаться?». Нет, дело все равно нужно сделать, и я объясню, почему. Потому что есть другой человек, есть его нужда, есть какая-то его скорбь, и ему, по большому счету, нет дела до того, в силу чего мы собираемся ему помочь.

Это наше внутреннее переживание – тщеславие, самолюбование или что-то другое. Это наши проблемы. Поэтому, если возникает такая ситуация и мы со своими чувствами разобраться не можем, надо отложить это разбирательство, помочь человеку, а потом уже каяться, что в том или ином поступке присутствовало тщеславие или что-то еще.

Если мы уже имеем некоторый опыт в духовной жизни, можно попытаться пойти путем исправления уже в своем намерении, сразу. Вот возник перед нами человек, возникла его нужда, появилось желание помочь, поняли мы, что на первом месте здесь какое-то желание угождения своему тщеславию. Тщеславие в сторону, дело – необходимость, мы его делаем. Такой навык у человека в свое время, с приобретением духовного опыта вырабатывается.

И второй вопрос, который нужно обязательно себе задавать: «Кому я хочу своими действиями угодить: человеку или Богу?». Или хотя бы так: «Угодно ли Богу то, что я делаю, или не угодно?». Если этот вопрос возникает как бы сам собой, это значит, что некий настрой на богоугождение в нас уже присутствует. И наша совесть зачастую подсказывает нам, действительно ли угодно Богу это дело или нет.

Когда мы задаемся таким вопросом, очень важно иметь в себе некий залог послушания Богу: ведь Господь может не дать нам сделать то дело, которое мы хотим (даже, казалось бы, очень хорошее), может ему воспрепятствовать.

Если человек готов отступить от своего намерения, если Господь ему покажет, что оно неверно, то Господь, как правило, показывает, каким-то явным образом дает ответ. Мы в чем-то запутываемся, мы чего-то не понимаем тогда, когда у нас нет готовности волю Божию принять и исполнить.

Когда эта готовность есть, человек ее так или иначе практически всегда узнаёт. И это, на самом деле, не какая-то тайна, не какой-то секрет. Это истина и реальность.

Подготовила Елена Сапаева

Болезни приходской жизни

Кажется, пришла пора поговорить о некоторых мыслях и идеях по поводу проблематики приходской жизни.

«Моя община, мой батюшка!»

Действительно, люди, приходя в церковь, собираясь в общине, ищут главного. Прежде всего они ищут встречи со Христом, они рады вместе разделять Чашу. Конечно, священник, который руководит общиной, является для всех в этой общине авторитетом, и слово его проповеди и его советы на исповеди часто становятся определяющими для жизни многих и многих прихожан. Слава Богу, таких общин в Москве становится всё больше и больше. Люди, те, с которых эта община начинается, этот костяк общины, конечно очень дорожат тем, что в их жизни случилось.

Однако при этом человеческая натура такова, что она всё лучшее, всё хорошее пытается присваивать. Это очень часто бывает с талантами человека. Господь одарит человека каким-нибудь талантом, а человек пытается его присвоить — это моё, этого не касайтесь. Это бывает с отношениями между людьми — вот это мой друг, если он с кем-то другим начинает доверительно беседовать, меня тревожит какая-то собственническая ревность.

К сожалению, такое же самое чувство очень часто встречается в современных христианских общинах, которые вместо того, чтобы быть открытыми, доступными, привлекательными для людей, церковной жизни не знающих, церковной жизни никогда не вкусивших, не понимающих даже часто того, зачем нужна Церковь, кроме как поставить свечку и подать записочку, не знающих, что может быть в этой церковной жизни такого притягивающего и наполняющего жизнь, становятся закрытым обществом.

То же самое чувство эгоизма и собственничества начинает жить в общинах. Прежде всего проявление такой несколько искажённой общинной жизни — это отношение к священнику, отношение к руководителю общины, к духовнику. Здесь внутри таких общин тоже очень часто возникает ревность.

— Вот почему меня батюшка сегодня не исповедовал, а отослал исповедоваться к другому священнику?

— Почему этот прихожанин или эта прихожанка исповедовались по двадцать минут, а мне батюшка уделил всего три?

— А почему ко мне батюшка после исповеди был очень строг, а кому-то очень мягко и ласково улыбался?

Возникают определённые странные круги: первый круг близости к настоятелю, второй круг близости к настоятелю, третий круг близости к настоятелю, некие такие чуть ли не масонские, чуть ли не орденские круги посвящения в близости к духовнику.

Кто-то из какого-то круга горд тем, что он может батюшку навестить на дому, а другой круг — это те, кто может батюшке позвонить по домашнему телефону, третий круг — те, кто батюшку приглашает к себе на какие-то семейные даты, и так далее, так далее и тому подобное.

И все вступают тем самым в какие-то иерархические отношения и даже друг на друга начинают посматривать немножко свысока или с завистью, или с ревностью, — кто ближе. Это, конечно, проблема, которую, наверное, не избежала ни одна молодая община, потому что на самом деле болезни приходов все более-менее общие, и эта характерна для молодых приходов.

Элитное общество особо приближенных ко Христу

Следующая проблема прихода: братие, хорошо нам здесь быти, сделаем себе такие-то кущи, но никого другого в эти кущи мы не допустим. И поэтому бывает, что вот, всенощное бдение, Божественная литургия, приходят прихожане в храм, друг с другом все целуются, обнимаются, проявляют такую замечательную братскую христианскую любовь, апостольскую любовь друг ко другу. Но стоит зайти в эту общину человеку новому, человеку, никому не знакомому, на него так посмотрят горделиво-презрительно: что он за человек? что ему здесь надо? не хочет ли он войти в наше элитное общество особо приближенных ко Христу? не хочет ли и он тоже быть среди нас, которые как “живые камни” строили этот замечательный дом Божий, втесаться в наше прекрасное устроение? — Нет.

И здесь человека очень часто холодно и гордо, но очень интеллигентно поставят на своё место, дадут ему понять, что он здесь не приживётся, что вход здесь по особым приглашениям, которые высылаются в специальных конвертах на мелованной и гербовой бумаге, только для самых-самых. И человек, конечно, уйдёт из храма.

Очередь к исповеди. Фото nsad.ru

Я никогда не забуду тот случай, который произошёл в моей собственной общине. Я её, слава Богу, как-то сразу почувствовал, эту опасность, и отнёсся к ней, может быть, даже слишком болезненно и резко, потому что понимал, что если вдруг наступит такое заболевание в общинной жизни, если это станет нормой, когда людям будет хорошо только с самими собой и каждый новоприходящий будет чужим, то это будет смерть для общины и Христос от нас просто уйдёт.

Я это нашёл на нашей пасхальной трапезе, куда мы обычно (так у нас заведено было всегда) приглашаем всех людей, пришедших в храм. А на пасхальную трапезу приходит очень много людей, которые не являются членами нашей общины. Часто приходят люди, которые впервые пришли в храм, и те, которых привели какие-то знакомые и знакомые знакомых, чтобы и те порадовались нашей христианской радостью, чтобы каждого из них свет Христовой истины возродил (не совсем хорошо это слово), чтобы Христос уловил их Своей любовью, как вот Апостолы уловляли в сети человеков.

Пасхальная трапеза готовится всегда самими прихожанами, и там, конечно, хороший стол, с любовью приготовленные блюда, на столах стоит вино, — разговение.

И вдруг я захожу на трапезу и вижу, что есть места в нашей трапезной, где помечено: занято, занято, для своих, и даже написано по именам, чьё место где. И вдруг я понял, что в нашей общине произошло что-то ужасное. Что слово Христово, Евангельское слово, которое звучит о том, что когда ты будешь зван кем-то, займи последнее место, чтобы не случилось так, чтобы хозяин пира тебе сказал… Вот это слово не было соблюдено.

Наши прихожане по-человечески действительно всё правильно рассудили: мы трудились, можно сказать, от первого часа, а те пришли только в одиннадцатый, и им то же самое? и они будут вкушать то же? насладятся того же пира веры, что и мы, которые трудились и принесли все труды? и мы тут готовили, и мы тут на службах стояли, и мы тут на клиросе пели, и вот придут какие-то — опять-таки это слово — чужие люди и займут наши места, а нам места не хватит?

И вот я вдруг понял: Господи, ведь только же что была Страстная неделя, и в эту Страстную неделю пелись песнопения как раз о том, как Христос умывает ноги Своим ученикам, о том, что кто хочет быть из нас первым, будь всем слугой. И вдруг эти слова оказались совершенно неузнанными и неуслышанными, а самое главное — это то, чтобы сесть за трапезу. И опять-таки со своими; со своими дорогими любимыми людьми провести вот такой семейный праздник. То есть общение Христово превращается в узкое семейное торжество, которое закрыто для всех остальных. Но семья Христова обнимает весь мир, поэтому, конечно, когда я это увидел, я был очень этим расстроен, мягко говоря; это и дало мне повод поговорить всерьёз с нашими прихожанами, с нашей общиной, чтобы разбить такой стереотип.

В трапезной храма Святой Троицы в Хохлах

В храме — как на сквозняке

Когда-то я, находясь в компании христиан, — это было очень много лет назад, ещё во времена брежневские, когда мы собирались по домам вместе после службы, читали Евангелие, обсуждали Евангелие, — услышал, как один из участников сказал замечательную фразу: Мы, христиане, должны быть всё время как на сквознячке, нам не должно быть удобно в храме.

И даже когда мы приходим в храм и нам там со всеми хорошо, нам никогда не должно быть так хорошо, чтобы сказать: так нам хорошо, что нам больше никого и не нужно. И всё время мы должны быть на сквознячке, всё время в таком состоянии, что двери и окна должны быть открыты, чтобы они были открыты для каждого, кто хочет сюда войти. Вот как на апостольской трапезе — место Христа за столом после Воскресения Христова ведь никогда не занималось. Оно всегда было для Него готово. Оно так же должно быть уготовано для всякого человека, который приходит, его надо принять, как Христа, как христова.

И самое главное — чтобы община не заразилась этими болезнями. Их, наверное, ещё можно перечислять много и много, но вот эти, мне кажется, самые основные, это такие вещи, на которые надо обязательно обращать внимание, и не только священнику, конечно, не только предстоятелю и духовному отцу, который эту общину вокруг себя организует — не вокруг себя её в конце концов организует, но вокруг Христа и вокруг Евхаристии, — но и каждому человеку, который приходит в храм и становится членом общины, это очень и очень полезно знать. От этого надо уберегаться и истреблять в себе эти, скажем прямо, фарисейские чувства.

Священник как бренд

Бывает и так, что человек, ища религиозной, церковной жизни, ища общину, ставит перед собой целью не придти ко Христу, не войти в церковную жизнь, а зацепиться за какое-то известное имя. Есть даже и в Москве действительно авторитетные, действительно известные священники, которых иногда шутя называют “виртуозы Москвы”; имена их у всех на слуху. И люди приходят в храм не ко Христу, а вот именно хотят зацепиться за такого известного священника, чтобы потом можно было бы сказать всем остальным: “а вот какой батюшка у нас в приходе.., а вот я у кого окормляюсь.., а вот в каком я приходе состою…”.

Тогда такой священник, даже может быть иногда и невольно, действительно становится своего рода брендом, и его слова перетолковываются, его слова разносятся, его именем запечатлеваются всевозможные действия других людей: “а вот наш батюшка так сказал…”, и даже в Патерике описан случай, когда к одному очень известному духовнику, очень известному старцу пришли люди с тем, чтобы с ним побеседовать, чтобы от него узнать что-то такое важное и серьёзное.

И вдруг старец их не принимает, этих людей. И келейник его спрашивает: “Отче, почему? Ты всегда открыт для всех, к тебе приходят многие люди, ты каждому уделяешь внимание и любовь. Почему этим людям ты не хочешь уделить любовь? почему ты не хочешь ответить на их вопросы? почему ты им не хочешь послужить?”.

А старец говорит: “Эти люди — торговцы”. Торговцы не в смысле их профессии, а в том смысле, что они пришли за тем, чтобы, услышав от старца некое премудрое слово, начать этим словом торговать, разносить его по разным местам: “а мне старец сказал.., а мне вот что старец сказал”.

То есть получается так, что уже сам человек свой собственный личный авторитет, свою личную духовную жизнь как бы умножает на авторитет старца и тем самым возвеличивается в своих собственных глазах. Ну и после этого, конечно, следует такое: вода, освящённая в нашем храме, самая святая, причастие, которое я получаю из рук “моего” батюшки, самое благодатное, исповедь у нашего духовника… — я услышал такое слово: “духовник наш (на исповеди), как пылесос”, грехи вытягивает, как пылесос.

Действительно, просто реклама пылесоса: “Tefal, ты думаешь о нас”. — Получается действительно, что батюшка становится брендом, как хороший пылесос, таким духовным пылесосом. Такое отношение, конечно, и приходскую жизнь каким-то образом меняет, и если получается так, что священник ещё достаточно молод и не очень твёрд сам, то очень легко может поддаться такому возвеличиванию своего собственного имени, и таким образом может поломаться и жизнь самого священника. Потому что не только “каков поп, таков и приход”, но бывает и наоборот: каков приход, таков и священник.

На встрече читателей сайта «Православие и мир»

О младостарчестве

Приход действует на священника, священник начинает воспринимать такое обожательное, почитательное отношение к себе как норму, и что происходит? Происходят грустные вещи.

Священник начинает властвовать над приходом. Считает, что его слово не просто закон, а даже и истина, что он никогда не ошибается, что он имеет право требовать себе полного и абсолютного послушания, как в монастыре, например. Это известное явление, которое называется младостарчеством. К сожалению, мы не можем сказать, что наша сегодняшняя церковная жизнь, наше сегодняшнее церковное общество свободно от этой болезни. Увы, это младостарчество процветает, и тогда приход становится тоталитарным — страшное слово, не хотелось бы его называть — но такой приход имеет все признаки секты: он становится закрытым обществом, священник становится абсолютным лидером, все прихожане считают себя особо избранными по отношению ко всем другим — возникает этакая элитарность. И благодатная жизнь внутри общины представляется по отношению к другим общинам, по отношению даже ко всей Церкви какой-то наиболее очевидной и наиболее ярко выраженной в духовном смысле.

И из этого происходят, конечно, и духовные болезни, и духовные искажения, и очень часто просто психические заболевания. Потому что на такое явление особенно падки люди, у которых вообще не совсем ровная нервная система, которые склонны к личной амбициозности, к истериям. А как известно, эти люди наиболее легко управляемы, наиболее легко поддаются определённому авторитарному воздействию. И конечно, это грустно и, к сожалению, тоже является одной из проблем приходской жизни.

Что ещё может произойти, когда батюшка становится брендом? Конечно же, человеку хочется похвалиться тем, какое благодатное внимание батюшка оказал ему на исповеди, какие он изрёк ему слова, какую науку он ему преподал. Поэтому здесь происходит элементарное разглашение тайны исповеди.

Почему-то считается, что тайну исповеди должен хранить только священник. На самом деле тайна исповеди — тайна для всех. Твоя духовная жизнь — это тайна, её разглашать нельзя. А вот тут происходит настоящая торговля — то, о чём я уже сказал до этого, — настоящая торговля словами священника. И считается, что если батюшка сказал это мне, то это является законом для всех, и поэтому человек, исходя из того, что священник ему сказал, имеет право назидать, учить, требовать от других именно того, что сказал священник.

Если священник — это бренд, священник, прошедший такую малую приходскую канонизацию, местный чудотворец, то тогда его слово соответственно как бы закон для всей Церкви. И тот, кто этого не слушает, тот просто враг, тот становится нашим врагом, и тогда люди отворачиваются друг от друга, иногда в таких случаях даже рушатся семьи, известны такие случаи, когда несогласие одного из членов семьи со словами священника может довести до разрыва семьи.

Всё, о чём здесь говорилось, можно назвать словом болезнь. И болезни приходской жизни, как и прочие духовные недуги, могут исцеляться пристальным вниманием к Слову Божию и глубоким, искренним, сердечным покаянием, которое зарождается в нас через приобщению к этому Слову.

Опубликовано в альманахе «Альфа и Омега» № 2 (52) за 2008 год.

Протоиерей Николай Балашов: Членство в приходах поможет вовлечению мирян в церковную жизнь

Протоиерей Сергий Правдолюбов: Самое сильное свидетельство — бескорыстие священника

Протоиерей Георгий Бреев: Человек учится через положительные примеры и «от противного»

Эмоциональное выгорание на православном приходе

О церковной общине.

«Первоочередная задача священнослужителя — преображать души людские. И Церковь — это, прежде всего, живая община, собрание исповедников Христа, а не здание. Это литургическая жизнь и взаимопомощь, социальное служение и миссионерство, а не число метров и даже не прекрасная архитектура».

Во все времена главной и неизменной целью церковной миссии является приведение людей ко Христу, спасение душ человеческих. Поэтому если говорить об устроении приходской жизни, то нужно иметь в виду не только средства: богослужение, образование, катехизацию, молодежную и социальную работу, но и цель. Единственной конечной и неизменной целью всей Церкви Христовой, а, значит, и прихода, является приведение людей к общению с Богом, обретение ими спасения.

Спасение, по премудрому Промыслу Божию, достигается не в одиночку каждым человеком, но сообща — в общине верных. Так определил Сам Господь, Который создал Церковь земную и даровал всем ее членам непреложное обетование, что врата ада никогда ее не одолеют (Мф. 16:18). Святые отцы, размышляя об этом Божественном установлении, единодушно свидетельствуют о том, что вне Церкви, вне этой общины верных, нет и спасения. Приход же является частью большой церковной семьи, малой общиной верных, где люди, собирающиеся в храме вокруг Евхаристической Чаши, обретают настоящее духовное единство — мистическое единство во Христе. И потому развитие общинной жизни и активное вовлечение в нее верующих — задача для епархии актуальная.

Отсюда проистекает особая ответственность прихода и, в первую очередь, настоятеля и клира за созидание приходских общин, то есть единства людей, собирающихся в храме вокруг Евхаристической чаши. Это единство имеет мистическое значение, «ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18:20), но также и духовно воспитательное: община при правильном устроении становится школой подлинного благочестия.

Когда настоятель осознаёт важность создания приходской общины, то жизнь прихода постепенно меняется к лучшему. Как часто, к сожалению, внимание не только мирян, но даже и пастырей сосредотачивается на процессе, а не на цели. Да, от правильного осуществления процесса многое зависит, но процесс будет бесплодным, коль скоро будет упущена из вида цель. И мы ведь наблюдаем нечто подобное в наших воскресных школах, когда дети с интересом посещают уроки в воскресных школах, а по мере взросления исчезают из воскресных школ. Мы вкладываем средства и силы в организацию процесса, но мы упускаем из вида самую главную цель, а она в том, чтобы Христос вошел в душу людей, в том числе наших детей.

1. Главным показателем, основным критерием, по которому можно определить правильность устроенияобщины, является атмосфера внутри прихода, его микроклимат. «Будьте братолюбивы друг к другу с нежностью; в почтительности друг друга предупреждайте»(Рим. 12:10).

Эти слова апостола обращены ведь не только к членам первых христианских общин, но и ко всем христианам во все исторические времена.

В этом плане важное значение приобретают приходские трапезы, традиционно продолжающие богослужение. Они дают возможностьуслышать озабоченность прихожан, ответить на их вопросы, совместно поразмышлять. Наша основная задача — быть рядом с людьми, своим личным примером, добрым словом и неравнодушным участиемподдерживать и вдохновлять приходских тружеников.

2. Отдельно хочу остановиться на теме привлечения мирян к активному участию в епархиальной и приходской жизни. К моему удивлению, до сих пор встречается мнение, что в Церкви есть как бы два «сословия»: активное — те, кто посвящен в сан, и пассивное — вся паства.

Но ведь истинному христианину, являющемуся частью Тела Христова, естественно участвовать в жизни Церкви, в епархиальных и приходских заботах. Настоящему христианину естественно утешать страждущих, помогать обездоленным, делиться своими знаниями о вере с теми, кто этими знаниями еще не обладает. Развитию приходской жизни в епархии весьма способствовало бы, на мой взгляд, создание волонтерских патронажных служб, организация прихожан в группы: например, в родительские комитеты, в молодежные творческие коллективы, в собрания для людей старшего возраста. Конечно, все это должно совершаться по благословению правящегоархиерея и под пастырским руководством настоятеля конкретного прихода.Важно при этом соблюсти баланс, чтобы приход не был разделен на «ячейки», которые друг с другом никак не взаимодействуют, ибо приход —это одно Тело, одна духовно единая семья. И именно поэтому так важно всем прихожанам участвовать в воскресных и праздничных богослужениях.

Необходимо поддерживать инициативу прихожан. Если мы дадим возможность людям раскрыть в епархиальной и приходской деятельности свои таланты, то в дальнейшем получим не только мощную поддержку в наших же трудах, но — и это главное — изменение отношения мирян к церковной жизни. Необходимо, чтобы миряне воспринимали приходы не только как то место, куда можно придти помолиться, но как важную часть своей жизни.

3. Сравнительно недавно стало активно развиваться волонтерское движение в нашей Церкви.

Вначале оно было сосредоточено только на делах благотворительности. Дела милосердия — наиболее перспективное направление для добровольчества. Вместе с тем волонтерское движение сегодня уже охватывает и другие направления церковной работы, в том числе участие в организации крупных мероприятий.

Нам, следует сугубо заботиться о том, чтобы волонтерские движения развивались по возможности на каждом приходе. Убежден в том, что развитие волонтерского движения в Церкви и привлечение мирян к более активному участию в жизни приходов тесно связано с молодежной работой и является важнейшим фактором развития жизни общин и, как следствие,развития церковной жизни в целом.

На этом пути положительную роль могут играть епархиальные и приходские собрания, через участие в которых как клир, так и миряне имеют возможность принимать участие в принятии решений, касающихся, в том числе и совершенствования приходской деятельности.

4. Хотел бы обратить ваше внимание еще на один важный вопрос — доброжелательное и гостеприимное отношение к впервые приходящим в храм людям.

Необходимо сделать все возможное, чтобы навсегда покончить с совершенно недопустимыми фактами невнимательного, а иногда даже грубого отношения к таковым людям. Следует со вниманием помочь им сориентироваться в храме, внимательно выслушать, если нужно, утешить и поддержать, пригласить прийти в храм снова. К каждому должен быть свой подход. Кто-то готов сразу подключаться к большим проектам и активно участвовать в приходской жизни, даже в хозяйственных работах. А кто-то постепенно начинает общаться с новым кругом знакомых. И такому человеку важны личное внимание священников, ответственных сотрудников, регулярные беседы на духовные темы.

В советское время речи не могло быть о том, чтобы приходы становились общинами. Люди приходили для «индивидуального отправления религиозных потребностей», и прихода как общины не существовало. Так вот, традиция вот такого индивидуалистического восприятия богослужения и прихода — она же в плоть и в кровь вошла наших прихожан, в том числе и старшего возраста. Но ведь большинство людей приходят и уходят. А вот те, кто обращаются к Богу, кто приносит своих младенцев крестить — это люди, у которых нет никаких церковных традиций. Поэтому катехизация требует вдумчивой работы. В каждой беседе с пришедшим человеком нужно пытаться актуализировать христианство, нужно помочь понять современному человеку, что Христос и Евангелие — это не давно прошедшее время, это реальность. Что, опираясь на христианскую веру, мы можем решать проблемы личной, семейной, общественной жизни. Мы можем иметь правильный взгляд на развитие всей истории, на развитие рода человеческого. Мы обретаем и расширяем горизонты видения того, что происходит в мире. Поэтому так важно понимать, что никакого построения общины не будет, если мы не будем сегодня в эту общину привлекать людей и формировать в них общинное сознание, помогая понять, что вне Церкви нет спасения, а Церковь — это мы все вместе. Значит, применительно к приходу, без общины, без совместного участия в богослужении, в молитве, в добрых делах и во многом другом, что должен совершать приход, действительно, нет спасения.

5. Одной из причин, по которой приходы становятся либо разобщенными сообществами, либо сообществами для «своих», но никак не едиными общинами, является непросвещенность как самих прихожан, так и тех, кто только начал посещать храм Божий, в вопросах веры и сути церковной жизни.

Люди часто не понимают, что такое приход, что такое Евхаристия, какое место они занимают в Церкви. Забывая о цели и миссии Церкви как общества, объединенного в любви вокруг Евхаристической чаши, прихожанелибо с трудом принимают приходящих извне и замыкаются в собственном кругу, либо воспринимают хождение в храм как личное дело, не предполагающее активного участия в жизни прихода. Новоначальные жезачастую и вовсе остаются вне общинной жизни.

6. Целесообразно, думаю, было бы проводить в приходских общинах духовные беседы, лекции, занятия поизучению Священного Писания и святоотеческогонаследия, по литургике, догматическому богословию и истории Церкви.

Важно, чтобы духовенство лично участвовало в этом процессе и по возможности привлекало также сведущих мирян. Полезно создавать из просвещенных и духовно образованных прихожан добровольческие службы приходского консультирования. Такие службы приходского консультирования могут стать первыми мостиками, помогающими людям войти в жизнь приходской общины. Очень важно простым языком рассказать людям о смысле Евангельского послания миру, о христианской вере, о жизни в Церкви. Необходимо создать на приходах безбарьерную среду в самом широком смысле этого выражения. Здесь не место отчуждению тех, кто впервые пришел в храм или бывает в нем редко. Не знать что-то — не грешно. А вот если мы не помогли человеку восполнить незнание, грубо обошлись с ним, проигнорировали его доброе устремление, то трудно нам будет впоследствии оправдаться пред Господом.

7. Чтобы облегчить для людей вхождение в церковную ограду, духовенству важно принимать личное участие в делах благотворительности, в культурной и общественной жизни. Одним словом, нужно выйти за пределы храма, где авторитет священника общепризнан.

Несмотря на широкое освещение в СМИ жизни Церкви, а порой и из-за недоброжелательного представления некоторых событий, для многих людей священник так и остается непонятной фигурой.

Важно научиться общаться с теми людьми, которые еще не воспринимают священнослужителя как наставника и человека, обладающегодуховным авторитетом. Да, это бывает сложно. Но, невзирая на все трудности, мы призваны Господом проповедовать слово, увещевать со всяким долготерпением и назиданием, переносить скорби, совершая дело благовестника и исполняя служение свое (2 Тим. 4:2, 5). С доброжелательной и исполненной апостольским рвением настойчивостью, без чувства превосходства мы должны идти в общеобразовательные заведения, в библиотеки, в учреждения культуры со словами о Боге. Мы должны идти в социальные учреждения, где можем делами милосердия и словами сострадания засвидетельствовать Евангельское благовестие. Неприемлем здесь какой-либо формализм, когда, к примеру, приехал священник, прочитал по бумажке приветствие, раздал с равнодушием заготовленные для страждущих подарки и уехал. Будьте «сострадательны, братолюбивы, милосерды, дружелюбны, смиренномудры» (1 Петр. 3:8). Каждый священник, идущий на проповедь, особенно во внешнюю среду, должен твердо помнить эти апостольские слова. Посещая больницы и другие социальные учреждения, тюрьмы желательно минимизировать неизбежную официальную часть и в первую очередь уделить время непосредственному общению с людьми. Следует встречаться с деятелями искусств, с представителями науки и студенческой корпорации, с рабочими коллективами.

8. Реалии жизни таковы, что прихожане зачастую не привязаны к конкретному храму. Между тем, испокон веков каждый член Церкви входил в определенную общину. Почему на Руси было так много храмов?

Потому что, как только община разрасталась до размеров, при которых нормальная приходская жизнь становилась затруднительной, возникала необходимость строить новый храм. Так сложился совершенно определенный уклад жизни приходских общин. Вернуться к нему в полной мере сегодня невозможно, но некоторые изменения в этом отношениидолжны быть. Следует также развивать межприходское сотрудничество, устраивать совместные мероприятия в рамках благочиний, а где возможно —с участием разных благочиний. Проведение подобных мероприятий можетбыть приурочено, в частности, к церковно-государственным праздникам. И, само собой, крестные ходы, торжественные богослужения с участиемсоседних приходов должны совершаться в дни престольных праздников.

9. Важнейшим проявлением духовной общности прихода являются совместное участие клира и прихожан в Святой Евхаристии и литургическая жизнь, богатство возможностей которой следует всячески использовать для развития в мирянах чувства сопричастности к жизни Церкви.

К сожалению, приходится осознавать, что пока далеко не везде или не в полной мере богослужение, в том числе Божественная литургия, осознается именно как дело общее, совместное. Прихожане часто воспринимают богослужение как разновидность личной молитвы, но в храме, в присутствии других людей. Прихожане «маложизненно участвуют в Литургии,недостаточно понимают, что такое Литургия и участвуют в ней не достаточно активно. Необходимы дополнительные беседы о Литургии с подробным объяснением ее хода и совершаемых священнодействий». Необходимо разъяснять смысл общей церковной молитвы, пояснять всю глубину значения причащения от Единой Чаши, не только как личного единения со Христом, но и как единения друг с другом. Следует продумать возможные формы совместного участия всех прихожан в богослужении. Вспомним о пользе народного пения, которое сегодня чаще всего сводится к общему пению за Литургией Символа веры и молитвы Господней. Такое пение, под управлением диакона, можно было бы распространить и на ряд других любимых прихожанами песнопений, в том числе и за Всенощным бдением. Богослужебное молитвенное общение должно получать продолжение во внебогослужебной жизни прихода. Самая простая возможность для этого — организация чаепития для всех желающих прихожан сразу после окончания Божественной литургии. Это не требует больших усилий и затрат. Люди общаются друг с другом, знакомятся. Конечно, обязательно в таком случае присутствие настоятеля или старшего служащего в этот день священника, потому что вокруг него должны собираться люди.

10. Приходская община укрепляется совместной деятельностью прихожан. Речь не идет о том, чтобы привлекать всех прихожан, скажем, к уборке храма или территории.

В каждом храме есть костяк людей, которые с добрым сердцем помогают и в этом. Но прежде чем привлекать прихожан к таким хозяйственным «послушаниям», нужно чтобы они осознали и почувствовали, что это их приход, место для них родное и любимое. Печально, когда настоятель ограничивает свое общение с прихожанами совершением богослужения и не способен не только поддержать полезные инициативы, но даже узнать об этих инициативах. Нет живого контакта вне богослужения. Конечно, очень важно, чтобы был диалог, через который можно узнавать не только пожелания, но мысли, идеи прихожан. И лучшие из них осуществлять в приходской жизни. Чтобы прихожане чувствовали свою ответственность за состояние храма и прихода, полезно время от времени собирать всех желающих путем объявления об этом с амвона или посредством письменного сообщения, размещенного на информационном стенде или посредством устной беседы во время вот этих неформальных встреч после Литургии. На таких встречах можно было бы рассказывать прихожанам и о хозяйственных вопросах, к примеру, о храмовых стройках и ремонте, о том, какие мероприятия проведены или планируется провести на приходе. Не только можно, но и полезно спрашивать прихожан об их пожеланиях, замечаниях относительно развития жизни прихода, совершения богослужений, деятельности воскресной школы и тому подобного. Можно предложить обсудить, например, то, как осуществлять совместными усилиями помощь обездоленным или одиноким людям. Ведь настоятелю далеко не все может быть видно, а, кроме того, подобный диалог позволяет людям ощутить ответственность за жизнь прихода.

Одним словом если есть потребность и знания, и возможность помочь человеку, конечно, нужно помочь. Но делать это не сверху вниз глядя на человека, а находясь на одном уровне с ним. Вот это, важная установка. Мы говорим о катехизации, мы говорим о необходимости построения общин. Все может разлететься в пух и прах от вредного, болезненного, далекого от подлинной церковной традиции подхода к духовной жизни приходящего к нам человека. Это очень важная тема. От того, как мы себя ведем, что говорим, зависит духовная судьба наших ближних.

Если мы откроем Священное Писание, то увидим, что первые христиане жили общиной, как семьей: у них было одно сердце, одна вера, одни мысли. Они любили Бога и друг друга, молились за врагов и, подставляя плечо друг другу, шли в небесные обители.

Поводом, по которому будущий великий святой Пахомий обратился в Христианство, послужил такой случай. Когда он служил в армии, то однажды встретился с христианами, которые помогли солдатам. Его поразила любовь, какую эти люди имели к ближнему. Это навсегда изменило его жизнь.

А вот еще один пример из церковной истории. Когда в одном из африканских городов свирепствовала моровая язва и даже близкие люди выбрасывали из домов своих заболевших родственников в страхе, что сами заболеют и умрут, христиане подбирали страдальцев, лечили их, ухаживали за ними. Часто они сами умирали от болезни, но при этом не переставали жертвенно служить ближним. Если учесть, что те люди, за которыми они ухаживали, были язычники, которые еще вчера в амфитеатрах кричали «Христиан – ко львам», то это вызывало уважительное и благоговейное отношение к христианам даже их самых непримиримых врагов.

Давайте теперь посмотрим на наши церковные общины. Они, в большинстве своем, являют печальное зрелище. У нас нет общин. Священники заняты своими заботами и проблемами: они собираются, служат, требничают и расходятся по своим делам. То же и прихожане: пришли, помолились и разошлись. Мы не знаем даже имен многих из тех, кого встречаем в храме каждое воскресение уже много лет. Мы живем в страшном, удушающем безлюбовном одиночестве.

Это ужасно. Ужасно то, что мы теряем друг друга и не знаем, что с нами происходит. Человек много лет ходил в храм, а потом вдруг исчез. Что с ним? Может, заболел, умер, может что-то случилось? Никто не знает. Страшная у нас жизнь. Посмотрите, как живут еретики – баптисты, как они помогают друг другу, знают нужды каждого, заботятся друг о друге. Если кто в чем нуждается, повесят объявление, никто не останется в беде одиноким. И это сектанты. А кто мы тогда? А мы – пародия на православных.

Это грех, прежде всего нас, священников, настоятелей. Но и прихожане должны понимать, что церковная полнота складывается в основном из благочестивых мирян. Мы должны узнавать друг друга, помогать ближнему, потому что это наш брат или сестра во Христе. Мы должны учиться не только собираться вместе в храме, но и жить друг с другом во Христе и во внебогослужебное время. Не стесняйтесь подходить к священникам, у которых вы постоянно исповедуетесь, обмениваться с ними номерами телефонов, давать свой домашний адрес, возможно, надо будет причастить кого-то дома. Общение со священником не должно ограничиваться только исповедальным аналоем.

Необходимо преодолевать это одиночество через приветливое, уважительное, ненавязчивое общение, дружбу, поддержку и помощь. Часто те, кто находится рядом с нами, нуждаются в том, чтобы просто выговориться, чтобы их выслушали, посочувствовали, оказали милостыню добрым словом, отзывчивостью, пониманием. Иногда это намного важнее, чем материальная помощь.

Это то, чего хочет от нас Господь, чтобы мы были едины с Ним и друг с другом. Если в храме будет здоровая, верующая, любящая друг друга община, то такому приходу не страшны никакие искушения. Потому что никакая сила не одолеет тех, кто любит друг друга. А если в центре этих людей Христос, то им вообще нечего бояться. И тогда мы будем иметь право называться Церковью. Пока что мы еще до этого не доросли.

Протоиерей Игорь РЯБКО

Церковный приход

Церковный приход

Прихо́д, или парафия (в древней церкви — греч. παροικία, польск. parafia, укр. парафiя, белор. парафiя — «приход», от лат. раrосhiа «округ», «район») — церковный округ населения, имеющий свой особый храм с причтом, совершающим священнодействия для прихожан.

В древней христианской церкви, а также в Древней Руси прихожане сами избирали членов причта, представляя в последнем случае епископу так называемые «заручные прошения», получившие начало после Владимирского собора 1274 г.

В России в конце XIX в

Особый приход может образоваться, если есть церковь и достаточные средства для содержания причта, в приходе свыше 700 душ мужского пола — из священника, дьякона и псаломщика, а в приходе, имеющих менее 700 душ, — из священника и псаломщика. Исключения, по особым положениям, существуют для епархий западно-русских и кавказских, где приход образуются и при меньшем числе прихожан.

Право прихожанам избирать членов причта, как общее, отменено, но за прихожанами остается право заявления епархиальному епископу своего желания иметь известное лицо членом причта своей церкви. Имущество каждой церкви и её земельные владения составляют её неотъемлемую собственность. Церковно-приходские дела не относятся к ведомству сельских и волостных сходов и не могут быть предметом их суждения. Мирские приговоры сельских и волостных сходов о мирских сборах в пользу церквей, на покупку колокола для церкви и т. п. признаются обязательными для крестьян данного общества. В случае просьб об образовании новых приходов должны быть указаны средства для построения храма и содержания причта и для постройки домов для причта. Отвод установленных участков земли для причта во вновь открываемых приходов возлагается на общества и лица, возбудившие ходатайство об образовании прихода.

Общее собрание прихожан выбирает из своей среды членов приходского попечительства и доверенного человека для ведения церковного хозяйства — церковного старосту, избираемого прихожанами на три года, с согласия причта, при благочинном, и утверждаемого епархиальным архиереем, причём, если возникают сомнения в правильности выбора, дело рассматривается в консистории. При приходе учреждаются церковно-приходские общества для организации благотворительности в кругу прихожан. В 1885 г. был возбуждён Московским земством вопрос о восстановлении древнего права приходов избирать излюбленных людей на должность приходских священников. Синодом этот вопрос был разрешён отрицательно ввиду того, что избрание кандидата, как соединённое с нравственной ответственностью епископа, должно зависеть от личного его усмотрения и что если в истории и практиковались приходские выборы, то с большими беспорядками и злоупотреблениями и лишь по неимению специально подготовленных к священству кандидатов, а теперь такого недостатка не чувствуется.

Впрочем, Синод признал, что «право прихожан в смысле заявления ими епископу своего желания иметь преимущественно известное лицо или в смысле свидетельства о добрых качествах ищущего рукоположения лица не было отменяемо и, как показывают восходящие в Синод дела, нередко применяется и в настоящее время». Отсюда ясно, что Синод считает возможным такое совмещение приходского выбора с нравственной ответственностью епископа за рукоположение, при котором одно другому не противоречит. Получение специально подготовительного к священству образования и право выбора прихожан на церковно-приходские должности также не исключают одно другого, потому что из нескольких лиц, получивших специальную подготовку, одно может быть более известно и более желательно, чем остальные. Не только в евангелической, но даже и в католической церкви на Западе представление или избрание кандидата на церковно-приходскую должность не считается посягательством на права епископа или противоречием нравственной ответственности епископа за рукоположение.

> Настоящее время

В 1988 году в РПЦ было 6893 прихода, а в 2008 году — уже 29 263.

> Примечания

  1. Этимологический русскоязычный словарь Фасмера
  2. «Шестнадцатый». И. Елков. «Российская газета» № 14 (4838) от 29 января 2009.

Литература

  • Н. Суворов, «Курс церковного права» (т. II, Ярославль, 1890).
  • При написании этой статьи использовался материал из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1890—1907).

Приход. Как устроена христианская община

«Я чувствую себя чужим в приходе. Богослужение заканчивается, люди расходятся, между собой общается только группа ”посвященных”, остальные друг друга просто не знают» — такие жалобы можно услышать в среде православных христиан. В чем дело? Неужели в приходы, как говорилось в табличке над домом Винни-Пуха, посторонним вход запрещен? Как все же влиться в приход и найти свое место в нем? Как найти «свой» храм и обязательно ли бежать из того, где вам делают замечания?
На девять распространенных вопросов о приходе отвечает настоятель храма во имя святого благоверного князя Александра Невского при МГИМО протоиерей Игорь Фомин.

1. Что такое приход и зачем нужно быть его частью?

Приход — это семья. В каком плане? В том плане, что именно семья подготавливает человека для большой жизни. Так, мы живем с родителями, которые обязаны нас подготовить к каким-то свершениям, то есть дать путевку во взрослую жизнь, чтобы мы могли уверенно шагнуть в нее, ничего не боясь. И приход — он учит христианина жить в этом мире, ничего не боясь. Он дает человеку те знания, к которым тот стремится, и ту радость, которая естественно происходит от единения с близкими людьми, помогает ему врачевать недуги и немощи своей души.

И в эту семью человек приходит сам, сам проявляет активность и желание быть в ней и сам решает, какое место, какую нишу, если угодно, он будет там занимать. На каком-то этапе ему достаточно просто ходить на богослужения, а потом захочется чего-то большего — чем-то помочь, что-то новое узнать.

И тут не может быть никакого принуждения. Выбор всегда остается за человеком.

2. Как выбирать «свой» храм?

Мне кажется, здесь два пути: можно ходить и выбирать приход самому, а можно просто принять волевое решение — закрыв глаза, шагнуть в неизвестность, то есть прийти в какой-то храм и остаться там навсегда. В приходской семье человеку должно быть удобно, комфортно. Одному нужно внимание, ему необходимо, чтобы вокруг него бегали, а другому, наоборот, нужна суровая рука; одному надо, чтобы под него подстраивались, другой умеет подстраиваться под внешние обстоятельства. И каждый, исходя из этого, выбирает самостоятельно.

3. Как влиться в приход?

О приходах, которые бы отталкивали, отвергали новичка, я никогда не слышал. И не представляю такой ситуации, чтобы вы, допустим, подошли к настоятелю, сказали: «Я хочу помыть полы в храме безвозмездно!» — и вам не дали бы ни швабры, ни тряпки. Вообще, с любыми вопросами лучше обращаться именно к настоятелю или старосте.
Чаще всего происходит так: человек начинает ходить на исповедь к какому-то одному священнику и через некоторое время сам начинает интересоваться у него, в чем можно поучаствовать, как влиться в какое-либо дело на этом приходе.

I. Закрытая в 1932 году, церковь Сошествия Святого Духа (поселок Первомайское, Москва) была возвращена Церкви лишь в 1991-м. Сегодня, спустя 23 года, при храме широко развита социальная деятельность; многочисленная паства участвует в этнографических, фольклорных, исторических фестивалях, организует молодежные встречи и беседы. (Внимание! Этот и все другие снимки с “портретами” приходов можно посмотреть в крупном размере. Кликните по фото левой кнопкой мыши).

У митрополита Сурожского Антония в Лондоне было устроено так: есть прихожане, которые просто молятся на богослужении и больше ни в чем не участвуют, и это их выбор; есть те, кто готовы участвовать в разных мероприятиях, делах, нести ответственность за свой приход; и есть актив прихода, который всю эту работу координирует, на ком лежит уже юридическая ответственность за приход. Человек заполнял анкету, и если хотел участвовать в деятельности прихода, то оставлял свои координаты, писал, чем он может быть полезен, чем хотел бы заниматься. Естественно, были регулярные собрания, когда намечались планы, давался отчет о проделанной работе и т. д. Вот это — активный приход, живой!
К нам в храм очень много людей приходят и предлагают свои услуги, свои умения. Например, пришла недавно женщина и сказала: «Я всю жизнь занималась с детьми в музыкальной школе, давайте я попробую сделать нечто подобное в вашей воскреске?»
В любом случае, пассивная позиция человека точно не приблизит его к активной приходской жизни.

4. Что можно делать на приходе?

На любом приходе есть социальное служение — переписка и помощь заключенным, сиротам, благотворительные базары для сбора денег тяжелобольным людям. Воскресная школа для детей, реже — для взрослых, кружки по изучению Священного Писания.

Приходская жизнь храма иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» на Шпалерной улице (Санкт-Петербург), который был закрыт на 67 лет (с 1928 по 1995), активно возрождается. Сейчас при нем располагается культурно-просветительский центр «Лествица»: дети ходят в воскресную школу, учатся хоровому пению, рукоделию, взрослые посещают курсы катехизации, слушают лекции детского психолога. При храме открыты выставка «Неизвестная и неоконченная война», посвященная блокаде Ленинграда, и Музей новомучеников Санкт-Петербургской епархии.

Есть миссионерское служение — например, раздача Евангелий на Пасху. Есть просто задушевные встречи — чаепития с батюшкой, где можно задать любой вопрос, что-то предложить. Паломнические поездки всем приходом. Наш приход, например, собирается не просто маленькой группкой в 10 человек — целый автобус набивается! Бывают культурные мероприятия — концерты, выступления, благотворительные ярмарки и тому подобное. Дел очень много! Можно, к примеру, поучаствовать в украшении вертепа на Рождество, помочь в подготовке к Престольному празднику — это же не только уборка, готовка, а еще и создание праздничной атмосферы для других!

Подготовить с детьми стихотворение — тоже дело прихожан.

Главный принцип — не стесняйся, предлагай! То, что интересно тебе, обязательно будет интересно кому-то еще на приходе. Тебя интересует изучение церковного устава? Тебе хочется петь в хоре — обязательно найдется кто-то еще, кого захватит эта идея. Попробуй, возьми на себя эту ответственность — и увидишь, что тем самым замечательно вольешься в приход.

Сейчас приходы так разрастаются, что настоятелю невозможно контролировать все процессы, поэтому он делегирует полномочия — часть обязанностей, естественно, ложится на плечи прихожан. Создание воскресной школы, организация каких-то походов, игр и тому подобное. И если приходу какое-то начинание не нужно, то настоятель будет биться, как рыба об лед, и ничего не получится. Главное, чтобы люди не были равнодушными! А все остальное приложится.

5. Нет ли опасности замкнуться в приходской «тусовке»?

Такая опасность есть, но для того, чтобы избежать ее, настоятель или пастырь должен наблюдать за своими прихожанами, следить, чтобы ни у кого не возникало стремления сделать из прихода замкнутый кружок. Потому что цель прихода — не замкнутость, не изоляция от внешнего мира, а проповедь Христа. Мы видим яркий пример этому в Евангелии, когда Господь выбирает двенадцать учеников, научает их, отправляет по двое на проповедь, и потом они несут учение Христово, приобретая новых последователей. Такая духовная пирамида получается. И это правильная, здоровая ситуация: приход должен быть открыт для любого человека, принимать любого приходящего. А священник, условно говоря, «женится» на приходе — он должен быть для всех доступен, для всех открыт. Недаром перед Таинством рукоположения в священники будущий пастырь снимает свое обручальное кольцо и кладет его на престол в алтаре — в знак полного посвящения себя служению Богу и людям.

Начиная с мая, с наплывом дачников, приход Петропавловской церкви села Сомино (Ленинградская область) организует совместные мероприятия и праздники. Среди них – ежегодная Соминская Петровская ярмарка, на которой собираются тысячи человек. Приход особо отмечает День рождения Петра I, который совпадает с Днем России. У памятника императору совершается панихида, а затем на народном празднике «Царский день», поочередно исполняется два гимна России – современный и исторический «Боже, царя храни!».

Еще очень важно, чтобы человек, который вливается в приходскую жизнь, не отодвинул при этом на второй план свою семью, не оставил мужа или жену, детей. Это должен четко отслеживать настоятель, другие прихожане. Если так случается, это часто говорит о том, что человек мечется и не доводит ничего из начатого до конца. Скорей всего, он бросит и свой приход в итоге!

Вот тебе дарована семья, а ты не поверил в то, что это именно дар, что это от Бога. Поигрался, повозился, понял, что тяжеловато, понял, что надоело, нужны какие-то новые «адреналиновые» события в жизни, новые задачи. Пошел на приход и думаешь: «Ну, это уже что-то настоящее, капитальное!» Но и здесь ты поиграешься, и, пройдет время, уйдешь. Я думаю, надо иначе рассуждать: тебе дана семья — значит, нет никакой причины, по которой ты мог бы предпочесть что-либо семье. Да, ты можешь «набирать» себе какие-то занятия, но надо правильно расставить приоритеты и понять, что же главное.

6. Как могут семейные люди участвовать в жизни храма?

Каждый родитель хочет, чтобы его ребенок был образован, поэтому многие участвуют в жизни детской воскресной школы. Мы привыкли возлагать вопросы образования наших детей на кого-то другого — то на детский садик, то на школу, то на бабушек-дедушек. Ничего подобного не должно быть! Мама и папа должны участвовать активно и в воспитании, и в обучении. Ты родитель, значит, воскресная школа будет жить тогда, когда ты будешь принимать в ее жизни участие. Когда родители будут заботиться о том, как и чем детей покормить после службы, перед занятиями, куда их свозить, как организовать тот или иной праздник, то будет живая жизнь. Никто, кроме нас самих, наших детей не воспитает, не научит!

7. Ходить в один приход, иметь духовника в другом — это нормально?

Я не вижу здесь никаких проблем. Духовное окормление — вещь очень своеобразная, поэтому каждый духовник вместе со своим духовным чадом должен сам такие моменты регламентировать. Если он видит какой-то вред от такой схемы, то он вполне может сказать: «Слушай, дорогой/дорогая, тебе это не полезно, поезди лучше сюда или походи в тот приход, а потом выбери какой-то один».

При домовом храме святой мученицы Татианы при МГУ им. М. В. Ломоносова (Москва) развернута многогранная деятельность. Прихожане опекают престарелых, помогают бездомным. При храме работает группа катехизации, школа духовного пения, народный хор, студия иконописи; проводятся всевозможные выставки, концерты и встречи. Например, два раза в год Татьянинский приход организует молодежные балы, на которых можно научиться танцевать вальс.

До революции человек всю жизнь ходил в тот храм, к которому был «прикреплен» по месту жительства. И очень часто первый священник, у которого исповедовался, оставался его духовником на всю жизнь. Это совершенно нормально и создает здоровую атмосферу на приходе. И священник до самой смерти руководил одним приходом, на нем возрастал.

Сегодня все больше храмов строится в жилых районах, в шаговой доступности, так что многие местные жители «привязываются» к близлежащим приходам. А дальше — дело настоятеля сделать так, чтобы этим людям было комфортно жить приходской жизнью, чтоб они никуда не уходили.

8. Как относиться к упрекам, с которыми может столкнуться новичок в храме?

Как-то раз Великим постом я совершал вечером парастас — читал псалтирь, стоя посреди храма, и наблюдал за одним ребенком, который вышел между амвоном и панихидным столиком, чем-то своим занимался, сам с собой рассуждал, ходил и тому подобное. Ко мне вдруг закрались, как мне показалось тогда, «благочестивые мысли»: этот ребенок отвлекает меня! А потом я вдруг понял, что это не он отвлекает — это я не могу сосредоточиться! Если я не умею молиться, то ищу причину, ищу того, кто мне в этом якобы мешает.
Поэтому я уверен, что если человек пришел молиться, он будет молиться в любом случае. Если ему скажут: «Отойди» — спокойно отойдет, потому что для него стоять на том или другом месте — не первостепенная задача: он пришел молиться. Когда отвлекают дети, — да, иногда бывает трудно при этом сосредоточиться, трудно, но возможно! Думаю, что только в свой мир надо заглядывать.
Вместе с тем я противник всяких укоров в храме и всех своих прихожан предупредил, что наш приход — территория, свободная от упреков: кто бы ни пришел, когда бы ни пришел, в чем бы ни пришел, всех надо пустить, принять. Всех предупредил: если вдруг вас укорили, обидели, говорите напрямую мне. Это такой воспитательный момент.

Храм великомученика и целителя Пантелеимона в Удельной (Санкт-Петербург) был основан Александром III, принявшим решение о строительстве Дома призрения для душевнобольных и церкви при нем. В 1929 году церковь была разорена, разрушена и закрыта вплоть до 1990 года. Силами настоятеля протоиерея Алексия Масюка и его паствы удалось восстановить храм, а так же воссоздать памятник царю-основателю, разрушенный в 1936 году.

9. Человеку обязательно должно быть комфортно в его приходе?

Комфортно должно быть, но идеальных условий нигде не будет: обязательно надо будет чем-то пожертвовать. Обязательно где-то что-то тебя будет не устраивать: время начала богослужений, длительность службы, «паровозики» из бабушек «Спаси-Господи», бегающие по всему храму дети или, по крайней мере, то, что до храма добираться 2 часа. Обязательно будет какое-то неудобство! Но мы же просим у Бога терпения, Он и подает нам обстоятельства, в которых мы можем воспитать и терпение, и смирение.
Человеку, который не может найти свой приход, где всё без сучка и задоринки, я бы сказал так: мы из-за Иуды не оставили Церковь Христа, что ж будем из-за каких-то мелочей себе портить дело нашего спасения? Мне кажется, надо всё любить, всему радоваться! И когда человек научится всему радоваться, его и не будут раздражать ни дети, ни бабушки!

Иллюстрации предоставлены группой «Парсуна»

Творческое объединение «Парсуна» создает в рамках проекта “День седьмой” портреты приходских и монашеских общин в интерьерах их храмов. После воскресной литургии участники проекта просят всех прихожан (их число доходит до 500 человек) повернуться лицом к камере, подробно снимают лица, иконы, фрески и прочие детали церковного интерьера, чтобы затем воссоздать образ их Воскресного дня.
Картины создаются в стиле средневековой иконографии, с использованием современных технологий цифровой живописи и воспроизведения изображений. За три года работы выставочная коллекция проекта составила 25 картин.
Авторы проекта: Константин Дьячков, Сергей Кожара, Александр Швец и
Владимир Павлов.

Как создать общину – порядок регистрации общин | rigbi.ru

Вопрос о том, как создать общину, возникает у людей, желающих объединиться по религиозному или культурному признаку. Согласно закону, общины не обязательно регистрировать, но если вы это сделаете, то объединение получит дополнительные права. Какое бы решение о регистрации вы ни приняли, сначала общину нужно создать.

Узнайте стоимость регистрации

Как создать свою общину

Община – это традиционная форма совместного проживания. В древности люди строили свой быт именно по этому типу. Такие объединения существуют и сейчас, но выполняют они совсем другие функции. В современных городах быт и жизнедеятельность людей давно налажены, но тем, кто считает себя носителем особых убеждений, хочется обособиться: именно для этих целей и создают такое объединение.

Можно сказать, что община с юридической точки зрения – это структурная единица. Относят их к некоммерческим объединениям, то есть, создаваемым не с целью извлечения прибыли. При этом, община, если она зарегистрирована как юридическое лицо, может заниматься коммерческой деятельностью. Часто они создаются для отправления религиозных функций.

Цели общины:

  • объединить людей по интересам и убеждениям;
  • помочь найти единомышленников;
  • сохранить культурные и религиозные традиции, народные промыслы;
  • совместная организация быта по особым правилам;
  • помощь своим членам;
  • проведение коллективных ритуалов и праздников.

Иногда общины начинают строительство своих населенных пунктов: обособленных деревень или сел со своим бытом. Основами для него служат иные принципы, нежели распространенные в обычных деревнях. Также общины помогают своим членам решать важные вопросы.

Чтобы создать свою общину, нужно набрать хотя бы 10 человек с такими же интересами или убеждениями (так называемая «десятка»). После этого следует определиться с целями для конкретного объединения, попробовать следовать им. Общине нужно дать название. Если деятельность общины в течение какого-то времени проходит успешно, то можно считать ее созданной.

Нужно ли регистрировать общину

Если цели общины достигаются и без регистрации, то в юридическом оформлении нет необходимости. Регистрация сопряжена с рядом трудностей, юридическое лицо нуждается в сопровождении, в том числе и бухгалтерском. Поэтому, если община не претендует на серьезные цели, следует еще раз подумать, так ли это важно — зарегистрировать ее. Если принято решение об оформлении, нужно четко понимать, для чего это делается.

После регистрации сообщество получает целый ряд прав, которых нет у простой группы людей:

  • защита интересов государством;
  • права юридического лица;
  • возможность иметь имущество;
  • возможность вести коммерческую деятельность, иметь счет в банке;
  • можно заключать договоры с юридическими лицами;
  • можно получать целевое финансирование от третьих лиц;
  • разрешается оказывать коммерческие услуги.

Если источником финансирования общины является ее коммерческая деятельность, например, народные промыслы для национального общества, то регистрация необходима. Бывает и такое, что члены общины получают особенные привилегии, например, коренные народы Севера могут заниматься такой деятельностью, которая запрещена для остальных.

Как создать национальную общину

Обычно общины сначала создаются, потом проходит некоторое время, и лишь после этого их регистрируют. Если поторопиться с оформлением общины, вполне может получиться так, что она скоро развалится, так как участникам не будет причин поддерживать ее жизнедеятельность. А с юридическим лицом все равно нужно будет что-то делать.

Для создания национальной общины нужно провести собрание учредителей. На собрании необходимо принять решение о создании общины, выбрать руководящий орган, председателя. Если у национальной общины есть религиозные предпочтения, с этим тоже нужно определиться. Все решения должны быть зафиксированы в протоколе.

После этого составляется договор создания общины. В нем указывают следующие сведения:

  • предмет договора;
  • название, местонахождение и срок деятельности общины;
  • цели создания;
  • виды хозяйствования;
  • правила, касающиеся членства. Например, нужно создать русскую, армянскую или другую общину;
  • особенности управления и решения спорных ситуаций.

Также нужно подготовить устав. В нем описываются основные положения, касающиеся деятельности создаваемой организации. Несмотря на то, что можно найти шаблонные уставы, следует внимательно подойти к этому документу, так как он формирует основы для работы общины. Документы, которые нужно предоставить для регистрации:

  • заявление Р11001, две копии, одна из которых заверена у нотариуса;
  • устав;
  • протокол собрания, на котором принято решение об учреждении общества;
  • договор о создании;
  • подтверждение юридического адреса.

Подавать документы нужно в МинЮст.

Как оформить церковную (религиозную) общину

Оформление любой общины не является простым делом, но религиозную оформить сложнее всего. Если организация создается с нуля, и в РФ нет церковных объединений такого рода, то дело усложняется. Если подобные организации есть, то следует обратиться к ним за помощью, это существенно сэкономит силы и ресурсы. Так, проще сначала найти старообрядческую, мусульманскую, языческую или славянскую организацию, а потом издать свою на ее основе.

Документы для регистрации церковной или приходской общины:

  • заявление по форме Р11001. На одном из заявлений подпись нужно заверить у нотариуса;
  • список учредителей и их паспортные данные;
  • устав церковной организации;
  • составленный по форме протокол учредительного собрания, на котором было принято решение создать организацию;
  • документ, который подтверждает существование церковной организации на данной территории не менее пятнадцати лет. Если организация подчиняется централизованной религиозной организации, то нужен документ, который свидетельствует об этом (он выдается руководящим центром этой организации);
  • справка об основах религиозного вероучения, о практиках, истории возникновения, методах и формах деятельности. Также нужно описать отношение к институту семьи и брака, здоровью последователей, ограничениях для служителей такой церковной организации (например, для монашеской);
  • информация о юридическом адресе;
  • оплаченная квитанция госпошлины.

Рассмотрением таких заявок занимается ФРС. Следует проявить внимание, так как обычно вопросами НКО занимается МинЮст. Регистрация может занять продолжительное время.

Оформление казачьей общины

Регистрацией казачьих общин занимается МинЮст. Срок рассмотрения заявки занимает 14 дней. Если все в порядке, то вносится записи в ЕГРЮЛ (на это уходит 5 рабочих дней), документы об оформлении выдают очень быстро (в срок до 3 рабочих дней). При наличии сложностей процедура может затянуться.

Документы, которые нужно пождать для регистрации:

  • заявление по форме Р11001, 2 экземпляра, один из которых нужно заверить у нотариуса;
  • устав общества, 3 экземпляра;
  • решение о создании общества, в роли которого обычно выступает протокол заседания учредителей;
  • информация об учредителях: паспортные данные, проживание и другие сведения;
  • оплаченная квитанция госпошлины;
  • юридический адрес (обычно используется гарантийное письмо).

Большую важность при подаче документов на регистрацию такого общества играет его устав. Он не только определяет способ функционирования организации, но и очень придирчиво изучается органами регистрации. Важно, чтобы все формулировки не допускали неверных толкований. Лучше всего писать устав максимально просто и понятно.

Оформление региональной общины

Региональная община – это люди, объединенные проживанием на определенной территории. В ее составе обычно находятся граждане, которых легко выделить по признаку проживания. Создаются такие объединения с целью влияния на регион проживания, сохранения традиций и помощи друг другу. Именно так произошло создание русской общины Крыма.

Документы для регистрации:

  • заявление Р11001 о регистрации в двух экземпляра, один из которых должен быть заверен у нотариуса;
  • протокол учредительного собрания, на котором было решено создать общество;
  • информация об учредителях: копии паспортов;
  • юридический адрес (подтверждается гарантийным письмом);
  • устав в двух экземплярах;
  • договор о создании.

Доброго здоровья. Начну с самого последнего: конечно, наша церковь заинтересована в увеличении количества приходов. И здесь есть два момента: один — видимый и наглядный, другой — менее видимый и требующий от человека некоторой подготовки, знаний. Первый — тот, что бросается в глаза всем людям и очевиден. Чем больше приходов в церкви, тем выше её светский статус, больше дохода и влияния, особенно когда показывают по телевизору её представителей. Именно по количеству приходов многие делают вывод и об истинности проповедуемой веры. Внешняя, видимая сторона очень впечатляет. И так происходило и раньше (Евангелие от Матфея, глава 24, стих 1-2).

Другая сторона состоит в том, что единственная задача земной церкви — это спасение людей. Не нужно путать задачи людей как членов церкви и задачи самой церкви. Эта сторона уже не такая броская и видимая, но именно она и является главной и стержневой. Исходя из этого можно думать, что при большем количестве приходов вероятность выполнения этой задачи будет возрастать.

Насчёт минимального количества людей для создания общины: ответ на этот вопрос зависит от законодательства той страны, где вы проживаете. Также необходимо упомянуть и о церковной иерархии, то есть епархии, в которой вы находитесь. Обратившись к ним, вы сможете получить информацию не в общих словах от меня, а в конкретном списке пунктов того, что необходимо сделать для регистрации общины. Эта информация будет точной не только для пространства, но и для временного промежутка, в котором вы находитесь (как известно, законодательные акты и нормы меняются со временем в одном и том же регионе или области).

Согласно церковным правилам, создание общин и строительство храмов производится с благословения правящего епископа. Поэтому без личного знакомства никак не обойтись. При встрече можно узнать все тонкости вопроса регистрации (может быть, владыка даст номер телефона или лично познакомит с юристом епархии или юристом Митрополии) и получить благословение на дальнейшие ваши действия. Действия в такой последовательности будут правильными, точными, простыми, максимально защищёнными от возможных ошибок, промахов и пустой траты времени.

Насчёт постройки храма не совсем понятен вопрос. Вся духовная жизнь не может быть без молитвы. По этой причине необходимо место, где можно помолиться. Это не затрагивая вопрос о финансовых возможностях. Если есть люди, то вопрос о приобретении храма (или дома, или части дома, или специальной для молитвы комнаты) в принципе не должен и не может стоять. Если есть люди, то им надо где-то собираться. Если нет людей и некому молиться, то незачем регистрировать общину.

Наверное, будет интересно, как описывается начало постройки храма в наших старых книгах. Перескажу своими словами, опуская многие подробности. Если кто захочет глубже изучить этот вопрос, то можно прочитать об этом на листе 42 в книге Иоанна Зонары Правила. Община, которая хочет построить храм, просит приехать правящего епископа. Приехав, он вместе с людьми ночью идет на место постройки будущего храма. В центр встают те люди, которые имеют финансовую возможность купить по одной свечке каждый день. Зажигают их. Границу света отмечают, и по этим размерам строят храм. Расчёт очень простой и отталкивается от количества людей. Есть те, кто может каждый день внести деньги, и есть группа более бедных людей, которые каждый день не могут принести. Стройка производится под конкретное количество людей. Очень просто и разумно, ничего лишнего и неоправданного. Две действующие силы на то время: община, то есть живые люди, и церковная власть — епископ, епархия. В наше время добавляется ещё одна сила — государство, где и происходит регистрация общины.

Надеюсь, что ответил на ваш вопрос.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *