Программа кто мы феликса разумовского

Разумовский, Феликс Вельевич

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Разумовский.

Феликс Разумовский
Дата рождения 8 ноября 1954 (65 лет)
Место рождения
  • Москва, СССР
Страна
  • Россия
  • СССР
Род деятельности историк, писатель, телеведущий
Награды и премии

Фе́ликс Ве́льевич Разумо́вский (8 ноября 1954, Москва) — российский историк, писатель, телеведущий. Член Международного союза журналистов. Автор и ведущий цикла программ «Кто мы?» и телепрограммы «Дело N» на телеканале «Культура».

Биография

После окончания в 1971 году средней спецшколы № 50 (с художественным уклоном) работал чертёжником в архитектурно-реставрационной мастерской.

В 1972 году поступил в Московский архитектурный институт, который окончил в 1978 году, защитив дипломный проект «Реконструкция исторической части г. Серпухова».

В 1978—1981 годах работал архитектором в Институте Генпланов. Руководил группой по реконструкции исторических городов. Эта группа впервые в советской градостроительной практике разрабатывала методику изучения и сохранения исторического облика малых и средних городов России.

В 1979 году в издательстве «Искусство» в серии «Дороги к прекрасному» вышла его первая книга «Художественное наследие Серпуховской земли» (переиздана в 1992).

С 1981 года занимается литературно-исследовательской работой, пишет книги, публикуется в различных печатных изданиях.

С 1989 года работает на телевидении. В 1992 году открывает первую на отечественном ТВ программу о русской цивилизации «Кто мы?», является её бессменным автором и ведущим.

С 1997 года программа выходит на канале «Культура». Лауреат премии Федерации еврейских общин России (2004).

26 декабря 2012 году включён в состав новообразованного Церковно-общественного совета по увековечению памяти новомучеников и исповедников Российских.

В декабре 2015 года внесён в список лиц, которым запрещён въезд на территорию Латвии.

С ноября 2018 года ведёт свой видео-блог «Смысли с Феликсом Разумовским» на You-tube-канале Ktomy.media

Жена — архитектор-исследователь Ася Разумовская. Отец четверых детей.

В 2014-2016-х годах дочь Феликса Разумовского — журналист Ирина Разумовская — сделала про него трёх-серийный фильм «Кто он — мой отец Феликс Разумовский?», где он впервые рассказал о своём детстве, семье, доме в деревне, выборе профессии и создании исторической программы «Кто мы?»

Библиография

  • Разумовский Ф. В. «Художественное наследие Серпуховской земли». — М.: Искусство, 1979. — 192 с. — (Дороги к прекрасному). — 75 000 экз.
  • Разумовский Ф. В. «Художественное наследие Серпуховской земли». — Изд. 2-е. — М.: Искусство, 1992. — 248 с. — (Дороги к прекрасному). — 50 000 экз. — ISBN 5-210-00038-9.
  • Дунаев М. М., Разумовский Ф. В. «В среднем течении Оки». — М.: Искусство, 1982. — 184 с. — (Дороги к прекрасному). — 85 000 экз.
  • Разумовский Ф. В. «На берегах Оки: (От Серпухова до Каширы)». — М.: Искусство, 1988. — 216 с. — (Дороги к прекрасному). — 100 000 экз.

Путеводители на английском языке

  • Разумовский Ф. В., М. М. Дунаев. «Новгород» (пер. с рус.). — М.: Радуга, 1984.
  • Разумовский Ф. В. «Yaroslavl: A Guide (Ярославль: путеводитель)» (пер. с рус.). — М.: Радуга, 1989.

Серия: Грани русской цивилизации

  • Разумовский Ф. В. «Кто мы? О земле, земном отечестве и государстве: грани русской цивилизации». — М.: Белый город, 2013. — 528 с. — (Грани русской цивилизации). — 1500 экз. — ISBN 978-5-7793-3012-1.
  • Разумовский Ф. В. «Кто мы? Анатомия русской бюрократии». — М.: Белый город, 2014. — 76 с. — (Грани русской цивилизации). — ISBN 978-5-7793-4543-9.
  • Разумовский Ф. В. «Кто мы? Жили-были славяне». — М.: Белый город, 2014. — 96 с. — (Грани русской цивилизации). — ISBN 978-5-7793-4584-2.
  • Разумовский Ф. В. «Кто мы? История, распятая в пространстве». — М.: Белый город, 2014. — 112 с. — (Грани русской цивилизации). — ISBN 978-5-7793-4540-8.
  • Разумовский Ф. В. «Кто мы? Казнить нельзя помиловать». — М.: Белый город, 2014. — 114 с. — (Грани русской цивилизации). — ISBN 985-5-7793-4544-6.
  • Разумовский Ф. В. «Кто мы? Судьбы русской интеллигенции». — М.: Белый город, 2014. — 138 с. — (Грани русской цивилизации). — ISBN 978-5-7793-4545-3.
  • Разумовский Ф. В. «Кто мы? Реформы по-русски». — М.: Белый город, 2014. — 152 с. — (Грани русской цивилизации). — ISBN 978-5-7793-4541-5.
  • Разумовский Ф. В. «Кто мы? Не в силе Бог, а в правде». — М.: Белый город, 2014. — 94 с. — (Грани русской цивилизации). — ISBN 978-5-7793-4542-2.
  • Разумовский Ф. В. «1917: Переворот? Революция? Смута? Голгофа!». — М.: Издательство Московской Патриархии, 2017. — 560 с. — 3000 экз. — ISBN 978-5-88017-509-3.

Фильмография

  • 1992 — Пророк Империи и Апостол человечности
  • 1993 — Владимирка
  • 1994 — Пустынный гражданин
  • 1994 — Империя и революция (3 серии)
  • 1994 — Столица дворянской республики
  • 1994 — Лицо России
  • 1995 — Миражи счастья
  • 1995 — Соль земли
  • 1995 — Из камня Веры и камня Соблазна
  • 1995 — Крестный ход в Курской губернии
  • 1995 — Щит Отечества — песнь материнства
  • 1995 — Не в силе Бог, а в правде
  • 1995 — Выбор Александра Невского
  • 1996 — Век героев
  • 1996 — Царский путь
  • 1996 — Больного потчуют, здоровому наливают
  • 1996 — Русь бунташная
  • 1996 — Неизвестный премьер
  • 1997 — Завещание Петра
  • 1997 — Жатва радости и скорби (2 серии)
  • 1997 — Женское лицо России
  • 1997 — Русская идея
  • 1997 — Небываемое бывает. Адмирал Петр Великий
  • 1997 — Сказание о Святой Руси
  • 1997 — Стяжатель небесной радости
  • 1998 — Судьбы русской интеллигенции (5 серий)
  • 1998 — Анатомия русской бюрократии (8 серий)
  • 1998 — Последний канслер России
  • 1999 — Хроника Смутного времени (13 серий)
  • 2000 — Царь и Дума (4 серии)
  • 2000 — Россия на Кавказе (6 серий)
  • 2000 — Реформы по-русски (15 серий)
  • 2001 — Жили-были Славяне (8 серий)
  • 2002 — Вещее сердце
  • 2002 — Казнить нельзя помиловать (12 серий)
  • 2003 — Спор на западном рубеже (9 серий)
  • 2003 — Еврейский вопрос — русский ответ (14 серий)
  • 2004 — Державная воля и русская доля (6 серий)
  • 2004 — Кровь на русской равнине (20 серий)
  • 2005 — Премьера Русского абсурда (5 серий)
  • 2006 — История распятая в пространстве (12 серий)
  • 2007 — Грузинская песнь России (5 серий)
  • 2008 — Вершины и бездны Серебряного века (12 серий)
  • 2009 — Судьба без почвы и почва без судьбы (9 серий)
  • 2009 — Новгородские уроки русской демократии (4 серии)
  • 2010 — Не в силе Бог, а в правде (9 серий)
  • 2011 — Элита: фундамент и динамит русской власти (14 серий)
  • 2012 — Как одолеть Бонапарта (9 серий)
  • 2013 — Русская Голгофа (12 серий)
  • 2014 — Первая Мировая (16 серий)
  • 2016 — Приключения либерализма в России (12 серий)
  • 2017 — 1917: Переворот? Революция? Смута? (8 серий)
  • 2018 — Ледяной поход (4 серии)
  • 2018 — Сибирский континент. Землепроходцы (4 серии)

Примечания

  • О Феликсе Разумовском и некоторые его интервью на сайте телеканала Культура
  • О вреде и пользе водопровода (2008г.)
  • Видео-блог «Смысли с Феликсом Разумовским»

Феликс Разумовский: Храм, окруженный помойкой, – это духовно тяжелое зрелище

«Выходя сегодня из храма, мы попадаем в радикально другой мир. Там нет общей для всех правды. И нет вещей, над которыми нельзя было бы посмеяться», — считает Феликс Разумовский, историк, ведущий телепрограммы «Кто мы?». Но как возник этот разрыв двух миров? Неужели Церковь проиграла ироничной цивилизации мнимостей, и верующим остается только укрываться от нее, не пытаясь ничего изменить?
Об этом наш разговор с Феликсом Вельевичем.

«Довели утопию до логического конца»

— Вы часто повторяете, что культура иерархична, и жалеете, что эта иерархия разрушается. Что Вы имеете в виду?

— Еще совсем недавно люди находились внутри устоявшейся обиходной культуры. Тут принято говорить об обычаях, традициях, нравах, то есть о чем-то привычном, само собой разумеющемся. Это не призывы и декларации, это сама жизнь. Русская обиходная культура некогда оформляла жизнь человека во всех ее проявлениях. В том числе — характер общения людей. Внутри семьи, в обществе, с представителями власти… Каждый конкретный случай предполагал свой, особый тип поведения. Приглядевшись и поразмыслив, мы увидим в этом особый порядок, некую иерархию.

Обиходная культура, сложившаяся на основе христианских ценностей, была насквозь иерархичной. В самом деле, в храме, на вузовской кафедре или, допустим, на своей кухне мы ведем себя по-разному. Поведение в храме — самое строгое, там мы не станем оживленно разговаривать и смеяться. А где-то в другом месте мы можем и повеселиться. Другое дело, когда в жизни возникает своего рода культ развлечения, нескончаемой смены впечатлений и всепоглощающего драйва, — тогда мы имеем дело с кризисной ситуацией, с разрушением иерархии. И с потерей обиходной культуры.

— Почему это так беспокоит Вас сегодня?

— Обычная повседневная жизнь превращается в трудноразрешимую проблему. Христианин не может не чувствовать этого — разрушительного противостояния веры и того, что можно назвать нормой современной жизни.

Мы часто говорим, что сегодняшняя секулярная культура пришла на смену сакральной. Но ведь это произошло не «с воскресенья на понедельник». Элементы сакральной культуры отмирали очень долго. И вот сегодня мы стали свидетелями того, что почти все проявления этой культуры, весь культурный опыт — иссякли. Точнее — отброшены. Обиходная христианская культура умерла. В этом смысле мы находимся в уникальной ситуации.

Возьмем, к примеру, Петровскую эпоху. Как сказал Карамзин, Россия «восприняла новый образ». Форсированная западноевропейская модернизация сопровождалась ломкой и третированием русских нравов. Но при этом бóльшая часть страны, крестьянство, по-прежнему жила в своем традиционном мире. Даже с представителями европеизированного дворянства по части мирочувствия не все однозначно. Вот, допустим, Наталья Долгорукая, дочь знаменитого петровского фельдмаршала Шереметьева. Совсем юная особа, она не бросает в беде своего суженого, отправляется с ним в изгнание, в сибирский Берёзов. Терпение, верность и преданность отличают жизнь этой замечательной православной женщины, бывшей когда-то богатейшей невестой России… Вот вам и «повреждение нравов в России». Хотя отрицать это самое «повреждение» решительно невозможно — но тем не менее во многих людях продолжало жить христианское мирочувствие, подчас глубоко запрятанное.

А сегодня это запрятанное — исчезло. Тут речь не о вере, не о «едином на потребу».

Фото свящ. Игоря Палкина

Речь о повседневности в самых разнообразных ее проявлениях. О том, что происходит с человеком вне церковной ограды, где прежде действовала христианская обиходная культура. Теперь она не действует, потому что ее нет.

Сильнейший удар по русской жизни был нанесен в ХХ веке. Мы прошли через советскую эпоху, когда христианская система ценностей разрушалась — целенаправленно, методично и беспощадно. Новые властители России поставили своей целью создать нового человека, счастливого обитателя рая на земле. Европа в принципе шла в том же направлении, время от времени мы с ней пересекались, но в какой-то момент опередили. Если в XVIII веке мы учились у Вольтера, Дидро и других просветителей, то уже в первой половине XIX века своими силами довели просветительскую утопию до логического конца. Почитайте хотя бы «Что делать?» Николая Чернышевского. К тому, о чем писал наш пылкий революционный демократ, Европа придет только через сто лет, в ХХ веке, в результате так называемой сексуальной революции 1968 года.

«В нашем мире стало невозможно говорить хоть о чем-то всерьез»

— Почему Вы связываете понятие культурной иерархии именно с христианской цивилизацией?

— Здесь важно понятие истины, сущности безусловной и неизменной. С точки зрения христианина, есть нечто, что превыше всего. Что определяет всё и вся в мироздании. Что стоит на вершине пирамиды бытия. Отсюда фундаментальный иерархический принцип. Универсальная модель. Ее утверждает евангельская Истина, Христова правда.

А в той культуре, которая сформировалась сегодня, нет ничего абсолютного, безусловного. Вокруг нас все условно.

— То есть христианству сегодня противостоит релятивизм?

— Релятивизм принадлежит скорее к первому этапу Просвещения. В ту пору вопрос об Истине ставился приблизительно так: «Для тебя важна Истина — ну хорошо, я этого не оспариваю, ты можешь так считать. У меня — иное мнение на этот счет». У Дидро есть известный диалог с дамой, которая с опасением относится к его неверию. Как же так, ведь вы не верите в Бога? А он отвечает: ну и что, разве я перестал из-за этого быть честным человеком? Разве стал глупее, хуже? Дидро не призывает выбросить идею Бога из головы: если хотите — пожалуйста, можете верить, говорит он, а мне это не нужно. Мое дело — просвещение.

Но сейчас вопрос стоит уже иначе. И вполне тоталитарно. Вегетарианские времена релятивизма остались в прошлом.

Фото свящ. Игоря Палкина

Отвергается, шельмуется, дискредитируется любая попытка отнестись к чему бы то ни было серьезно. Кругом все условно, сегодня это белое, завтра — уже черное. В такой ситуации не то что верить в существование абсолютной истины, а просто говорить о чем-то всерьез невозможно.

Этим отношением пропитана вся сегодняшняя жизнь.

Например, первое лицо КПРФ выступает на Всемирном русском народном соборе. Сегодня лидер коммунистов — в первых рядах защитников Отечества. Тогда как его предшественники в свое время отвергли само это понятие. Они настаивали на том, что у пролетариев нет Отечества. При этом весьма определенно высказались по поводу прошлого: «весь мир насилья мы разрушим…» Никакого «русского мира», традиций и воспоминаний для людей этого круга не существовало. Но сегодня у их последователей совершенно иная риторика. И это в порядке вещей, задавать вопросы им бессмысленно. Потому что сегодняшние слова, заявления, политические декларации ровным счетом ничего не значат. Все условно. Относиться к этому серьезно невозможно.

— Это если они всерьез коммунисты.

— А если не всерьез… Если это игра, в которой участвуют всего лишь держатели некоего политического бренда; если современное почитание Ленина-Сталина и благоговейные походы к Мавзолею — это все условно, тогда как прикажете воспринимать русскую трагедию ХХ века? О каком историческом опыте может идти речь? Ведь все условно, никто ни за что не отвечает. Тогда, в конце концов, к 100-летию национальной катастрофы можно снять пошлейшую мелодраму, фильм «Матильда», оскорбительный для национального достоинства. Призывающий «не заморачиваться» по поводу того, что было когда-то. И — развлечься!

— С чем связано это нежелание обсуждать что-то всерьез? Может, люди опасаются идеологий, которые в XXвеке продемонстрировали способность рождать тоталитарные режимы?

— Страх перед идеологиями существует только у представителей тонкой прослойки либеральной интеллигенции. В свое время Александр Галич выразил это настроение: «Бойтесь того, кто скажет, как надо». На самом деле, идейного вакуума в жизни быть не может. Это иллюзия. Звучавшие на все лады в незабвенные 90-е призывы «обогащайтесь», екатеринбургский Ельцин-центр — это самая настоящая идеология. Существует немало средств, включая, конечно, интернет-ресурсы, вообще СМИ, с помощью которых наше сознание постоянно обрабатывается. Даже рекламный телевизионный слоган «Бери от жизни всё» — не что иное, как серьезная идеологическая кампания. Во всяком случае, гораздо более действенная, чем лозунг позднесоветского времени «народ и партия едины».

Существует ли в нашем обществе запрос на иную, более социально значимую идеологию? Или даже на национальную идею? Это большой вопрос. Со стороны людей православных — безусловно. Но таковых сегодня меньшинство. Впрочем, реакция большинства нам сегодня тоже хорошо известна. Очевидная социальная деградация, депрессия и массовая апатия не в последнюю очередь вызваны идейной опустошенностью. Отсутствием того, что принято называть моделью будущего. Тогда как разговоры об обогащении и о якобы ожидаемом в будущем благосостоянии звучат явно неубедительно.

— Почему неубедительно?

— Не нужно думать, что в России живут сплошь бессребреники. Дело в другом, в своеобразии типа русской духовности. Наша духовная культура столетиями укореняла в сознании вполне определенные приоритеты. Мы изначально были сосредоточены на Истине, на безусловном; мы были обращены к духовному Небу. Поэтому в русской жизни так почитались святые и вообще святость. На христианском Западе были иные приоритеты, Запад привычно сосредоточен на земном, земных реалиях. Закономерно, что там появились инструменты, позволяющие эти реалии оберегать, оформлять и укреплять. В первую очередь это юриспруденция, право. Вся западная жизнь пронизана правовым сознанием. А у нас договариваться никто не толком не умел и не умеет. И частная собственность никогда не была чем-то абсолютным. Я не говорю, что это правильно, не говорю, что мы лучше, «духовнее». Боже сохрани! Но различия очевидны.

Русский человек все время задает себе тот самый вопрос, который звучит из уст Обломова: «А зачем?» То есть существует ли высший смысл в моей жизни? И если мы на этот вопрос не отвечаем, у нас ничего не клеится. А мы на него пока не отвечаем.

— То есть какая-то идеология все же нужна?

— Идеология — это производное от мировоззрения. Политические программы и лозунги не заменят живой жизни. На руинах обиходной культуры и национального сознания заниматься идеологическим строительством бессмысленно. Прежде, чем в XVI веке появилась идеология «Москва — Третий Рим», наши предки, люди Древней Руси, обрели христианское мировоззрение и накопили достаточный культурный опыт. Московское царство опиралось на крепкий духовный и культурный фундамент.

— Не задача ли это для Церкви — формировать в обществе определенное мировоззрение?

— Конечно. Потому Церковь и подвергается таким нападкам, что это единственный организм, который может решать эту задачу.

— А решает?
— Церковь не может ничего навязывать нецерковному обществу. Вести диалог? Наверное…Однако, на каком языке пойдет разговор, это уже проблема. Современный постгуманизм, агрессивный либерализм и христианство стоят на принципиально разных мировоззренческих позициях. На эту тему в наши дни в церковной среде прошла довольно острая дискуссия. Александр Щипков (Александр Щипков — первый заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, общественный деятель, доктор политических наук. — Ред.) не согласился с Андреем Шишковым (Андрей Шишков — секретарь Синодальной библейско-богословской комиссии Русской Православной Церкви, старший преподаватель кафедры внешних церковных связей и общественных наук Общецерковной аспирантуры и докторантуры. Интервью Андрея Шишкова о проблемах, в том числе о диалоге Церкви и светского мира, можно прочесть в июньском номере «Фомы» за 2019 г. — Ред.). А заспорили они о том, как и на каком языке говорить Церкви с миром. Стало быть — с нашими соотечественниками, которые не просто стали светскими людьми, это уже пройденный этап…

Эта тема — на каком языке говорить — тема имперского периода русской истории, тема, как мы понимаем, болезненная. Одна переписка Белинского с Гоголем чего стоит. Только теперь масштаб проблемы увеличился в геометрической прогрессии. Ибо и атеист Белинский, и христианин Гоголь пребывали в лоне русской культуры. Иначе говоря, оставались русскими людьми, не утратившими живой связи с русской жизнью.

Однако в сегодняшнем «публичном пространстве» таких людей крайне мало. Как мы уже сказали, русская обиходная культура утрачена почти полностью, во всяком случае, большинство деятелей публичного пространства — люди вполне космополитичные, не имеющие ровным счетом никаких представлений ни о русской земле, ни о русской судьбе, ни о русской трагедии. К русской тематике они в лучшем случае равнодушны. Хотя часть — «новые атеисты» — настроены весьма и весьма враждебно.

И вот представьте себе одну из современных публичных площадок, к примеру, Московский урбанистический форум. Его организаторов греет убийственная идея превращения Москвы в новый Вавилон, в громадный, уродливый мегаполис. На каком языке оспаривать эту идею? На «религиозном» или «секулярном»? Вопрос риторический. Потому что это игра. Это условный, мнимый диалог, в котором нет места серьезности.

Это новая реальность. Настолько новая, что я не уверен, применим ли здесь апостольский опыт. В тех аудиториях, в которых некогда подвизались великие проповедники, они обращались к реальным эллинам или к реальным иудеям. Но они не обращались к мнимостям постмодернизма.

И тем не менее возрождать русское мировоззрение можно и нужно. При этом ясно сознавая, что до решения этой задачи нашей Церкви еще далеко. Ее интеллектуальный и культурный потенциал сильно пострадал в годы гонений. Вместе с тем готов свидетельствовать, что в Русской Церкви есть немало людей с удивительно целостным национальным мирочувствием. Это как в музыке, где подвизаются те, кто имеют абсолютный слух. Часто это люди уже в летах, они прошли через советский опыт, смогли его преодолеть и вернулись к простому и ясному православному миропониманию. Но есть, к сожалению, и другие примеры.

— Как почувствовать эту разницу в миропонимании? В каких ситуациях или вопросах она становится заметна?

— Национальное мировоззрение «заквашивается», с одной стороны, на христианских ценностях, на догматах православной веры, а с другой — на нравственном отношении к своему прошлому. Ну, а дальше могут увлечь компромиссы и соблазны. А еще — те самые благие намерения, которые неизбежно уводят с тесной стези на «вселюдский путь». И тогда открывается широкое общественное поприще… Идя по этому пути, можно «с пониманием» отнестись к деяниям товарища Сталина. Или вдохновенно идеализировать последнего российского императора и даже весь имперский период русской истории. Можно безоглядно упрощать христианскую картину мира, оставляя в стороне, под спудом свое, русское, мрачное и безвидное. И постепенно перемешивать, а по сути подменять православную жизнь вполне себе либеральной…

«Выходя из храма, мы оказываемся в пустыне»

— Почему проблема слома культурной иерархии для Вас лично встала на первый план? Чем она Вас задела?

— Я думаю, это тяжелейшая проблема не только для меня, но и для всех русских православных людей. Сегодня, когда православный христианин выходит из храма, он оказывается в пустыне. В духовном смысле пустыня — это пространство, где нет ничего человеческого. Прежде на месте пустыни был Дом, наш, русский Дом. Обжитое, очеловеченное пространство.

Я не хочу сказать, что там, в русском Доме и на русской земле, не было греха и неправды. Все это было. Но человек выходил из храма после воскресной литургии — и оказывался на площади русского православного города, общался с православными людьми. Более того — и это очень важно! — его труд освящался высоким смыслом. Недаром люди, пашущие землю, у нас назывались крестьяне. То есть — христиане. Отношение к земле, отношения в семье, с соседями, с прихожанами своего храма — все было пропитано христианским духом. И оформлено обиходной культурой с ее красотой и поэтичностью. Храмы, избы, дороги, поля и лесные опушки украшали пространство русской земли. «Светло светлую и красно украшенную».

А сегодня мы выходим из храма в… пустыню.

— Вы не преувеличиваете?

— Мы предали забвению все традиции русской архитектуры. Мы даже в Москве напротив храма Василия Блаженного настроили банков и офисов. Что уж говорить о других городах и весях. Там либо запустение, либо грубые вторжения в исторический ландшафт. Как всегда, архитектура следует за жизнью. Которую мы низвели до примитивного существования. Не будем очередной раз повторять всем известную статистику: разводов, абортов, детской смертности и бедности. По части разрушения так называемых системных связей — это в первую очередь семья — мы опередили многих наших «партнеров».

Вот что означает понятие «пустыня» применительно к реалиям начала XXI века. Это не просто низкое качество жизни. Это проблемы с семьей, с обществом, с образованием, с работой. В сложившихся обстоятельствах православному человеку все труднее и труднее найти дело по душе. Разрушение иерархии бытия превратило труд в тягостную рутину. Некоторые виды деятельности напрямую связаны с важнейшими особенностями постсекулярного общества. Для православного христианина это равнозначно табу. Разве он может сегодня посвятить себя, к примеру, градостроительству или архитектуре? Строить эти громадные «человейники» постгуманистической эпохи, которые мы видим в районе московской Павшинской поймы. И не только там.

— Это, конечно, уродует ландшафт…
— Это уродует человека.

— Но нельзя, мне кажется, сказать, что это идет поперек заповедей Христовых…

— Как вам сказать… Можно, что называется, «не заморачиваться», не вникать в смысл того, что ты делаешь. Тогда, наверное, проще. Но вот, допустим, врачу сказали, что такие-то его действия бесплатные, а все остальное — то, что для людей иной раз жизненно важно, — это уже за деньги. И вот к нему приходит человек неимущий — мы же сегодня живем не просто в бедной, а в нищей стране — что он будет с ним делать? У него норматив: на бесплатный прием — две минуты тридцать секунд, и все, до свидания. Идет ли это «поперек заповедей Христовых»?

Не менее сложная ситуация у современного учителя в средней школе. Он не может взять и начать учить детей так, как учил Ушинский, — система тут же пропустит его через мясорубку. Ему практически невозможно заниматься воспитанием русского человека. Ему поручено предоставлять образовательные услуги начинающему потребителю… Полноправному обитателю современной пустыни.

Взять те же СМИ, интернет… Теоретически эти ресурсы могли бы формировать и укреплять русское мировоззрение. Но это только теоретически. Все прекрасно понимают, какого рода контент доминирует на федеральных каналах. Что же касается интернета, то его пространство организовано по принципу обслуживания. Там можно найти все — и полезное, и вредное. И доброе, и худое. Это напоминает книжный лоток на бойком месте. На лотке книги на любой вкус: низкопробная литература, желтая пресса, исторические сенсации, детективы… Рядом Евангелие, сочинения святых отцов. Выбирайте! Перед нами одно из характерных проявлений так называемого прогресса — разрушение культурной иерархии. Святое оказалось в опасном, недопустимом соседстве с грешным, подчас откровенно порочным. На одну доску поставлено, а следовательно, уравнено друг с другом то, что изначально разноприродно.

Кроме того, у интернета нет никакого противоядия от дискредитации. Любой человек может оставить свой комментарий по любому поводу, одновременно потешить свое самолюбие и, что называется, «пустить дурака»…

— То есть любой человек считает себя вправе высказаться по любой теме?
— Да, он ставит себя на одну доску с автором высказывания и как бы снисходительно похлопывает его по плечу. Даже если это очень авторитетный и в высшей степени заслуженный человек. При этом от оскорбительных комментариев не застрахован никто. Даже Патриарх…

Приметы новой реальности перечислять можно долго. Но мы, церковные люди, как будто не замечаем, не видим, что происходит вокруг. Мы разговариваем друг с другом так, как будто живем в какое-то давнее время. На самом деле вокруг нас враждебный постсекулярный мир. Мы лишены своего Дома, привычной культурной среды, национальной почвы. Наверное, поэтому современные проповеди очень часто вызывают недоумение. Это для кого говорится? Для человека, живущего в православной стране? Вы все еще уверены в ее существовании?

А между тем для прояснения современной коллизии порой достаточно одной поэтической строчки.

Фото свящ. Игоря Палкина

«Живите в доме — и не рухнет дом», — написал когда-то Арсений Тарковский. Стало быть, чтобы снова одомашнить нашу пустыню, надо снова научиться жить. Вот вам простая идеологическая доктрина: снова научиться жить по-русски. Потому что по-другому не получится. А без Бога и Церкви — тем более.

Программы Феликса Разумовского

«Кто мы?»

Программа Феликса Разумовского о путях русской цивилизации, исторических вызовах и прорывах, ошибках и попытках их исправить. Первая из этих программ увидела свет в 1992 году на телеканале «Россия», с 1997 года передачи выходят на канале «Культура». В последние годы программы объединяются в тематические циклы: например, «Хроника Смутного времени», «Царь
и Дума», «Приключение либерализма в России», «1917: Переворот? Революция? Смута?» и другие.

«Дело номер …»

Программа снимается в Российских архивах. На столе перед ведущим и экспертом — уникальные документы прошлого. Размышления
и комментарии к тексту документов позволяют зрителю присутствовать на своего рода профессиональной кухне отечественной истории.

«Смысли»

Авторский видеоблог на YouTube-канале Ktomy.media. Выходит с ноября 2018 года, состоит из коротких высказываний Феликса Разумовского на злободневные и волнующие его темы, например, о конфликте на Украине, причинах ностальгии части наших соотечественников по советскому прошлому, атмосфере празднования 9 мая и на другие темы.

Фото превью Владимира Ештокина

Разумовский, Андрей Кириллович

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Разумовский; Разумовский, Андрей.

Андрей Кириллович Разумовский
Дата рождения 2 ноября 1752
Место рождения Глухов
Дата смерти 23 сентября 1836 (83 года)
Место смерти
  • Вена, Германский союз
Подданство Российская империя
Род деятельности дипломат
Отец Кирилл Григорьевич Разумовский (1728—1803)
Мать Екатерина Ивановна Нарышкина (1729—1771)
Супруга 1. Елизавета Осиповна Тун-Гогенштейн (1764—1806)
2. Константина Доминика Иосифовна Тюргейм (1785—1867)
Награды и премии
Медиафайлы на Викискладе

Граф (позже — князь и светлейший князь) Андре́й Кири́ллович Разумо́вский (22 октября (2 ноября) 1752, Глухов — 11 сентября (23 сентября) 1836, Вена) — русский дипломат из рода Разумовских, посланник в Вене (1797—1799, 1801—1807), строитель венского дворца Разумовских. Известен также как меценат, которому Бетховен посвятил «Русские квартеты». Действительный тайный советник 1-го класса (1819).

Третий и самый любимый из шестерых сыновей последнего гетмана Запорожского Войска Кирилла Разумовского, родился в Глуховском дворце 22 октября (2 ноября) 1752 года.

Образование получил блестящее; был учеником знаменитого историка Шлецера. Для своих детей гетман открыл специальную «академию», прототип закрытого лицея, наняв для этого на Васильевском острове в Петербурге большой новый дом-дворец. К концу 1764 года «академия» была закрыта, поэтому завершать образование дети должны были в одном из европейских университетов. Кирилл Григорьевич выбрал для этого Страсбургский университет, в котором когда-то учился сам.

В 1769 году Андрей приступил к службе на флоте (к этой карьере его готовили с детства), получил звание лейтенанта и командовал пакетботом «Быстрый». В 1770 году — участник Первой Архипелагской экспедиции и Чесменского боя. После этого командовал фрегатом «Екатерина», а в 1775 году получил чин генерал-майора и перешёл на придворную службу.

При дворе

Андрей Разумовский. Художник А.Рослин, 1776 г.

Возвратившись в Петербург, Разумовский имел большой успех в свете: любезный и блестящий молодой красавец, кутивший и тративший деньги без счёта, он кружил головы петербургским красавицам, а отец едва успевал платить его долги. Однажды к графу Кириллу Разумовскому, и так уже недовольному поведением сына, явился портной со счётом в 20 000 рублей. Оказалось, что у графа Андрея Кирилловича одних жилетов было несколько сотен.

Участник детских игр великого князя Павла Петровича, Разумовский приблизился к «молодому двору», пользуясь особенным расположением великой княгини Натальи Алексеевны, которую ещё невестой сопровождал в Россию, и в пользу которой теперь затевал какие-то политические интриги, вёл переписку с двумя могущественными католическими державами — Испанией и Австрией.

Влияние Разумовского на цесаревича Павла беспокоило Екатерину II. После смерти в 1776 году великой княгини Натальи Алексеевны и ареста её любовной переписки с графом Андреем Разумовским, он скрывался у своей сестры Натальи Загряжской.

Вскоре молодого графа извлекли из «убежища» сестры и представили Екатерине II. Она решила отдалить Разумовского от двора и выслать из Петербурга. Он был выслан сначала в Ревель, затем в малороссийское имение отца — Батурин, а 1 января 1777 года 25-летний Андрей Разумовский был назначен послом в Неаполь.

Дипломатическая деятельность

Посол в Неаполе

В Неаполе Разумовского сначала приняли холодно. Всем двором управляла королева Каролина Мария. В супружестве счастья она не имела, король всё время проводил на охоте и рыбалке. Появившись при дворе, Разумовский сумел заинтересовать королеву. Его стали чаще других приглашать во дворец, он подолгу беседовал с королевой, и вскоре заговорили о новом любимце Каролины Марии. Молодой дипломат сумел обворожить и короля Фердинанда Неаполитанского, который через 40 лет, на Веронском конгрессе чуть не со слезами вспоминал с Разумовским «добрые дни» их совместного сожительства с королевой Каролиной.

Благодаря Разумовскому, отношения между Россией и Неаполем были самые дружеские, русский флот получил стоянку в Сицилии. Но вскоре из-за интриг и смутных слухов, доходивших в Петербург через представителей Франции и Испании, Екатерина II решила удалить Разумовского от неаполитанского двора. По словам графа А. И. Моркова, королева Каролина Мария была в отчаянии и никак не соглашалась отпустить от себя любимого дипломата.

Мемориальная доска первому российскому послу в Неаполе А.К.Разумовскому (1777—1784)

В рамках празднования 240-летия установления дипломатических отношений между Российской империей и Неаполитанским королевством 8 сентября 2017 года в Неаполе состоялась церемония открытия памятной доски на здании — резиденции первого чрезвычайного и полномочного российского министра в Неаполе и на Апеннинах — графа Андрея Кирилловича Разумовского, по адресу: ул. Нардонес, дом 118. Открывали доску Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Итальянской Республике Сергей Сергеевич Разов и мэр Неаполя Луиджи де Маджистрис.

Посол в Швеции

Елизавета Осиповна Разумовская

В 1785 году Разумовский с неудовольствием принял своё новое назначение министром в Копенгаген, откуда в мае 1786 года был перемещён в Стокгольм; его действиями и особенно депешами, подробно излагавшими положение дел в Швеции, Екатерина II была очень довольна. Король Густав III имел воинственные замыслы против России, подстрекаемый Англией; сначала тайно, а потом открыто он начал готовиться к войне. От Разумовского требовалась теперь усиленная деятельность. Надо было сплотить партию недовольных и, таким образом, положить преграду войне.

В мае 1788 года на торжественном заседании шведского сената Густав III изложил все свои жалобы против петербургского двора. В заключение король заявил, что вооружение сильной эскадры в Кронштадте явно угрожает Швеции и заставляет его прибегнуть к мерам предосторожности против России, что он истощил все меры к примирению, что зачинщиком он быть не желает, но что сумеет защитить честь и достоинство Швеции. Сенаторы приняли речь эту громкими знаками одобрения.

Разумовский стал с новым рвением распространять в обществе слухи о чистоте намерений русского двора относительно Швеции и о негодовании, возбуждённом в России непростительными кознями короля для вовлечения его подданных в пагубную войну с Россией. Разумовский интриговал, все усилия свои он клонил к тому, чтобы король начал войну первым и, таким образом, сам бы стал зачинщиком. Король обвинил Разумовского в нападении на честь шведского монарха и велел ему выехать в Петербург. Впечатление, произведённое в Стокгольме выходкой короля, было громадное, общее мнение не одобрило действий короля.

В ответ, Екатерина II объявила шведскому послу в Петербурге, что поступок его короля окончил его миссию и пребывание в России, и назначила ему срок выезда. В то время, как шведский посланник повиновался приказанию императрицы и покинул Петербург, Разумовский и не думал выезжать из Стокгольма, объявляя, что не может уехать, не получив на то приказа от своей Государыни. Он держал себя сдержанно, избегал многочисленных собраний и принимал только близких знакомых. Между членами дипломатического корпуса в это время было сильное брожение, многие требовали общего заступничества за Разумовского, но, благодаря усилиям Французского поверенного и министров Испанского и Голландского, дело кончилось ничем. 1 августа 1788 года Разумовский покинул Стокгольм.

Дерзким и надменным поведением Разумовского Екатерина II осталась очень довольна.

В сентябре Разумовский прибыл в Вену, где жила его невеста графиня Елизавета Осиповна Тун-Гогенштейн (1764—1806). Их свадьба состоялась в октябре 1788 года, а весной 1789 года Разумовский с женой выехал в Россию. Они были радушно приняты фельдмаршалом Кириллом Разумовским в Москве, который 11 лет не видел любимого сына. Андрею Кирилловичу в древней столице было скучно. Ему хотелось побывать в Петербурге, куда, в продолжение 13 лет, закрыт был ему доступ. Императрица дозволила ему с молодой женой приехать в Петербург, и они прибыли туда в октябре 1789 года.

Посол в Вене

Венский дворец Разумовского был выстроен им за свой счёт

В сентябре 1790 года Разумовский был назначен послом в Вену в помощь князю Д. М. Голицыну. При этом императрица высказала Потёмкину своё мнение, что:

Ловчее всего Андрея Разумовского туда послать: жена его венка и там связи имеет, не глуп, молодость уже улеглась, обжегся много, даже до того, что облысел.

Два года спустя Разумовский заменил князя Голицына в качестве полномочного посла. В Вене он сделался своим человеком, и у него навсегда сложились прочные симпатии к Австрии: здесь он жил с любимой женой, что не мешало ему иметь исключительный успех у женщин, здесь расстроил он вконец своё колоссальное состояние. Он любил искусство и, делая безумные траты, собирал картины, бронзу и всякие редкости; прекрасно играл на скрипке, устраивал знаменитые квартеты, артисты находили у него покровительство. С ним были знакомы Гайдн, Моцарт, а также Бетховен, который посвятил Разумовскому свои Пятую и Шестую симфонии, а также три струнных квартета.

22 сентября 1793 года Разумовский был награждён орденом Св. Александра Невского. Павел I, недовольный образом действий Разумовского во время Итальянского похода Суворова, 25 сентября 1799 года вызвал его в Россию и приказал жить у отца в Батурине. Разумовский не сознавал своей вины и, предполагая лишь одно недоразумение, жаловался, что не умели оценить его деятельности. После многолетней жизни за границей пребывание в России было ему неприятно и тяжело, его тянуло в Вену. В декабре 1800 года он получил назначение сенатором, оставаясь по-прежнему в Батурине.

Александр I в 1802 году возвратил Разумовскому пост посла в Вене. Более, чем сами австрийцы, приверженный к интересам Австрии, он был заклятым врагом Наполеона, и после Тильзитского мира вышел в отставку. В конце 1812 года Разумовскому было поручено вести переговоры с Австрией о союзе против Наполеона; он участвовал в Шатильонском и Венском конгрессах и был уполномоченным при заключении второго Парижского мира. За эти труды ему было пожаловано в 1815 году княжеское достоинство, с титулом светлости, а в 1819 году он получил чин действительного тайного советника первого класса и разные льготы, облегчавшие его расстроенное состояние. В Вене князь Разумовский проживал с супругой в построенном в 1806 году собственном дворце.

Последние годы жизни Разумовского были наполнены жалобами на печальное положение его имущественных дел и просьбами Государю о пособиях: кредиторы его преследовали. Тем не менее, он считался одним из столпов светского общества Вены и имел почтительное прозвище «эрцгерцог Андреас».

Князь Разумовский умер в Вене 11 сентября 1836 года. Под влиянием второй жены, графини Костанции-Доминики фон Тюргейм (1785—1867), на которой женился в феврале 1816 года, принял католичество. Детей не имел, но была воспитанница Жеоржина Актон, которая с 1846 года была замужем за графом Липпе-Вейзенфельдом из дома Липпе.

Одна из улиц Вены носит сейчас имя А. К. Разумовского.

Награды

  • Орден Святого Андрея Первозванного (02.1799)
  • Бриллиантовые знаки к Ордену Святого Андрея Первозванного (07.1799)
  • Орден Святого Владимира 1-й степени (1795)
  • Орден Святого Владимира 2-й степени (1776)
  • Орден Святого Александра Невского (1793)
  • Орден Святой Анны 1-й степени (1799)

Иностранные:

  • Австрийский Королевский венгерский орден Святого Стефана, большой крест (1815)

В литературе

Один из главных героев исторической повести Михаила Казовского «Катиш и Багратион» («Молодая гвардия», 2012). Также один из главных героев повести Марка Алданова «Десятая симфония».

  1. 1 2 3 Немецкая национальная библиотека, Берлинская государственная библиотека, Баварская государственная библиотека и др. Record #130200875 // Общий нормативный контроль (GND) — 2012—2016.
  2. П. Дилакторский Разумовский, Андрей Кириллович // Русский биографический словарь / под ред. А. А. Половцов — СПб.: 1910. — Т. 15. — С. 443–444.
  3. П. Разумовский // Музыкальный словарь: Перевод с 5-го немецкого издания / под ред. Ю. Д. Энгель — М.: Музыкальное издательство П. И. Юргенсона, 1901. — Т. 3. — С. 1075–1076.
  4. Русские портреты 18-19 столетий. — Т. 1. — Вып.4. — № 130.
  5. Русские портреты 18-19 столетий. Т.5.Вып.4. № 158.
  6. Бартенев. Биография графа А. И. Моркова//Русская Беседа, 1857, № 4, стр.41-42.
  7. Чествование российско-итальянских отношений в Неаполе — Russia News / Новости России (итал.). press.russianews.it. Дата обращения 11 января 2018.
  8. В городе у Везувия отметили 240-летие дипотношений между Российской Империей и Неаполитанским Королевством. Россотрудничество. Дата обращения 11 января 2018.
  9. Pole, Russkoe. 240 ЛЕТ ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ НЕАПОЛЯ И РОССИИ — 240 ANNI DI RELAZIONI DIPLOMATICHE TRA LA RUSSIA ED IL REGNO DI NAPOLI | Eventi — Associazione culturale italo-russo Napoli (it-IT), Associazione ‘Russkoe pole’ Napoli (Italy) — Ассоциация ‘Русское поле’ Неаполь (Италия). Дата обращения 11 января 2018.
  10. А. А. Васильчиков. Семейство Разумовских. Т.3, 1882.
  11. Русская старина, 1876, Т.17, С.415.
  12. А. К. Разумовский (недоступная ссылка)
  13. Lippe 7
  14. кавалеры ордена Святого Стефана Архивировано 22 декабря 2010 года.
  • Дипломаты Российской империи.

Тематические сайты

Словари и энциклопедии

Генеалогия и некрополистика

Нормативный контроль

BAV: ADV11976778 · GND: 130200875 · ISNI: 0000 0000 6155 2360 · NKC: mzk2011655308 · SUDOC: 12544396X · VIAF: 77415174 · WorldCat VIAF: 77415174

Русское царство
1701—1721

  • Пётр Голицын (1701—1705)
  • Генрих фон Гюйссен (1705—1708)
  • Иоганн Кристоф Урбих (1707—1712)
  • Андрей Матвеев (1712—1715)
  • Людовик Ланчинский (1715)
  • Авраам Веселовский (1715—1719)
  • Пётр Толстой (1717)
  • Иоганн Бернгард Вейсбах (1719—1720)
  • Павел Ягужинский (1720—1721)
  • Людовик Ланчинский (1720—1721)

Российская империя
1721—1914

  • Людовик Ланчинский (1721—1752)
  • Карл Густав Лёвенвольде (1731—1732)
  • Михаил Бестужев-Рюмин (1748—1752)
  • Герман Карл фон Кейзерлинг (1752—1761)
  • Александр Воронцов (1761)
  • Дмитрий Голицын (1761—1792)
  • Андрей Разумовский (1792—1799)
  • Степан Колычёв (1799—1800)
  • Андрей Разумовский (1801—1806)
  • Александр Куракин (1806—1808)
  • Иван Анстедт (1808—1810)
  • Павел Шувалов (1809—1810)
  • Густав Штакельберг (1810—1818)
  • Юрий Головкин (1818—1822)
  • Дмитрий Татищев (1822—1841)
  • Павел Медем (1841—1850)
  • Пётр Мейендорф (1850—1854)
  • Александр Горчаков (1854—1856)
  • Андрей Будберг (1856—1858)
  • Виктор Балабин (1858—1864)
  • Эрнест Штакельберг (1864—1868)
  • Николай Орлов (1869—1870)
  • Евгений Новиков (1870—1879)
  • Павел Убри (1879—1882)
  • Алексей Лобанов-Ростовский (1882—1895)
  • Александр Бенкендорф (1895)
  • Пётр Капнист (1895—1804)
  • Лев Урусов (1905—1910)
  • Николай Гирс (1910—1912)
  • Николай Шебеко (1913—1914)

СССР
1924—1991

  • Владимир Ауссем (1924)
  • Адольф Иоффе (1924—1925)
  • Ян Берзин (1925—1927)
  • Константин Юренёв (1927—1933)
  • Адольф Петровский (1933—1934)
  • Иван Лоренц (1935—1938)
  • Евгений Киселёв (1946—1948)
  • Михаил Коптелов (1948—1951)
  • Сергей Кудрявцев (1952—1953)
  • Иван Ильичёв (1953—1956)
  • Андрей Смирнов (1956)
  • Сергей Лапин (1956—1960)
  • Виктор Авилов (1960—1965)
  • Борис Подцероб (1965—1971)
  • Аверкий Аристов (1971—1973)
  • Михаил Ефремов (1975—1986)
  • Геннадий Шикин (1986—1990)
  • Валерий Попов (1990—1991)

Российская Федерация
с 1991

  • Валерий Попов (1991—1996)
  • Владимир Гринин (1996—2000)
  • Александр Головин (2000—2004)
  • Станислав Осадчий (2004—2010)
  • Сергей Нечаев (2010—2015)
  • Дмитрий Любинский (с 2015)

РОД РАЗУМОВСКИХ

Рассказывают, что когда гетман Кирилл Григорьевич Разумовский приехал в Киев, префект Киевской духовной академии М. Козачинский льстиво преподнес ему сочиненную им генеалогию Разумовских в великолепном золоченом переплете, согласно которой Разумовским следовало почитать себя отраслью древнего польского рода Рожинских.

В ХVIII веке среди русского дворянства считалось чуть ли не делом чести вести свой род от предков-иностранцев, на поверку чаще всего мифических. Тем не менее реакция Разумовского на подаренную ему родословную оказалась для Козачинского неожиданностью. «Что за сказки вы мне рассказываете, — воскликнул Кирилл Григорьевич. — Мой отец, храбрый и честный человек, был простой украинский казак, моя мать — дочь крестьянина, также честного и хорошего человека, а я, по милости и щедротам ее императорского величества, моей государыни и благодетельницы Елизаветы Петровны, граф и гетман Малой России. Вот и вся моя родословная. Она коротка, но другой я не желаю, потому что правду ценю больше всего». Согласно «Русской родословной книге» А. Лобанова-Ростовского, дед гетмана, Яков Романович, имел двух сыновей — Ивана и Григория, а также дочь Анну. Отец будущих графов Разумовских Григорий Яковлевич, по прозванию Розум, был «реестровым казаком Киевского Выш-города Козельца полка». По сообщению правнука Кирилла Григорьевича Разумовского А. А. Васильчикова в его пятитомном, оставшемся незаконченным труде «Семейство Разумовских», Григорий Яковлевич участвовал в походах против татар и турок, а жил на хуторе Лемеши, что стоит на дороге между Киевом и Черниговом. Сообщение краткое, и мы не знаем даже дня кончины этого человека. Известно лишь, что к 1741 году, то есть ко времени возвышения сыновей, его уже не было в живых.

Григорий Яковлевич женился на Наталье Демьяновне Стрешенцовой, которую в округе называли Розумихой — отчасти по прозвищу мужа, отчасти за недюжинный ум. После смерти супруга на деньги, присылаемые ей сыном Алексеем из Петербурга, она открыла корчму и жила безбедно. Сказочный взлет Алексея обернулся для нее приглашением ко двору императрицы, где, как считается, Розумиха была пожалована в статс-дамы Елизаветы Петровны. Действительно, на всех своих изображениях она предстает перед нами с миниатюрным портретом императрицы на груди. Однако в документах того времени и составленных П. Коробановым списках придворных дам Наталья Демьяновна не фигурирует. В Петербурге Розумиха затосковала и, в конце концов, возвратилась на Украину, где и умерла в 1762 году. Погребена она в Козельце, в храме Рождества Богородицы, сооруженном в 1750-1760 годах на средства братьев Разумовских и сохранившемся до наших дней.

Родителям братьев Разумовских, наверное, даже в сладком сне не могло привидеться, что их дети, Алексей (1709-1771) и Кирилл (1724 или 1728-1803), начав пастухами, станут обладателями огромных богатств и громких титулов. Между тем в 1731 году прекрасный голос привел 22-летнего Алексея в Императорскую певческую капеллу, которая по традиции набиралась из голосистых малороссов. Мужская же стать завела еще дальше — в покои цесаревны Елизаветы Петровны. И как только цесаревна в результате дворцового переворота 1741 года вступила на престол, на ее фаворита сразу же обрушился поток милостей. За короткий промежуток времени бывший певчий Алексей Розум сделался богатейшим вельможей, графом и даже, как предполагают исследователи, тайным мужем императрицы. Документальных свидетельств их бракосочетания не сохранилось, и предположения историков опираются лишь на воспоминания графа М. И. Воронцова, из которых явствует, что Алексей Григорьевич в угоду императрице Екатерине II незадолго до своей кончины уничтожил подтверждающие брак бумаги.
Еще при жизни предполагаемых супругов по свету гуляли упорные слухи о том, что у них имеется потомство, носящее фамилию Таракановы. А. А. Васильчиков высказал догадку, что за детей императрицы и Разумовского многие принимали приехавших из черниговской глуши в Петербург в 1740-х годах племянников Разумовского, детей его сестры Веры Дараган. В столице их быстро переименовали сначала в Дарагановых, а затем и в Таракановых, придав обычной украинской фамилии более привычную для русского слуха форму. Впоследствии та же участь постигла и других племянников Разумовского — Закревских, Будлянских, Стрешенцовых: под именем Таракановых, как известно, они путешествовали по Европе, где их также считали детьми императрицы. В народе Таракановой называли и авантюристку Елизавету, которая претендовала, уже во времена Екатерины II, на русский престол, уверяя, что она дочь Елизаветы Петровны и графа Разумовского.
Некоторые историки не отвергают вероятие того, что у императрицы и Разумовского могли быть собственные дети. Плодом их тайного брака они называют, например, загадочную монахиню московского Ивановского монастыря Досифею, в миру Августу, которая почти четверть века, начиная с 1785 года, провела в обители, а после смерти удостоилась чести быть похороненной в Новоспасском монастыре, в родовой усыпальнице бояр Романовых, предков правившей в России династии. Причем похороны ее состоялись в присутствии большого числа знати, в том числе и московского главнокомандующего И. В. Гудовича, приходившегося Кириллу Разумовскому зятем.

Достигнув высокого положения, Разумовский облагодетельствовал всю свою родню, не обойдя вниманием и детей умершего двоюродного брата Ивана. Сыновья последнего — Тимофей, Савва, Петр и Василий — были определены в военную службу. Петр и Василий достигли генеральских чинов. Впрочем, следы этой нетитулованной, то есть не удостоенной графского титула, ветви Разумовских теряются уже в конце ХVIII века. Во всяком случае, известные генеалоги А. Лобанов-Ростовский и В. Модзалевский не нашли никаких документально подтвержденных сведений о ее продолжателях по мужской линии.
Но больше всего почестей выпало на долю младшего брата фаворита — Кирилла. Приехавший в Петербург в 1742 году, он тоже удостоился графского титула и был отправлен за рубеж для получения образования. По возвращении, несмотря на юный возраст — то ли 18 лет, то ли 22 года (историки расходятся во мнениях по поводу точной даты его рождения*), он в 1746 году стал президентом Императорской академии наук, а спустя несколько лет — кавалером всех российских орденов и гетманом Украины. Женился Кирилл Григорьевич на троюродной сестре императрицы Елизаветы — Екатерине Ивановне Нарышкиной (1729-1771), внучке Льва Кирилловича Нарышкина, известного прежде всего как брат царицы Наталии Кирилловны, матери Петра I. Приданое Екатерины Ивановны состояло из 600-тысячного годового дохода, 44 тысяч крепостных душ и множества имений, в том числе Петровского, получившего вскоре второе имя — Разумовское.

Чета Разумовских имела одиннадцать детей — пять дочерей и шесть сыновей, которым судьба подарила прекрасный шанс «славу увеличивать деяниями»: такой девиз был начертан на родовом гербе. Старший сын К. Г. Разумовского, Алексей Кириллович (1748-1822), стал в эпоху Александра I министром народного просвещения, попечителем Московского университета, членом Государственного совета. Он один из основателей Царскосельского лицея. Но главной страстью Алексея Кирилловича была ботаника. Разбитый им в подмосковном имении Горенки сад пользовался известностью не только в России, но и во многих странах Европы. На его средства профессора Московского университета Стефан, Редовский, Фишер, Таушер, Лондес совершали экспедиции в Сибирь, на Урал, Камчатку, Кавказ, и каждая такая экспедиция положительно сказывалась на флоре Горенок. Профессор Гофман даже назвал именем графа одно из открытых им растений — «разумовиа оксицедри». Правда, впоследствии, не зная об открытии этого растения Гофманом, его «переоткрыл» немецкий ботаник Биберштейн, окрестив «арустобиум оксицедри». После смерти Алексея Кирилловича Горенки пришли в упадок. Оранжерейные растения частью пополнили коллекции князя Н. Б. Юсупова в Архангельском, частью послужили основой ботанического сада Московского университета.
Естественным наукам отдавал должное и младший брат Алексея Кирилловича Григорий (1759-1837), но его привлекали физика, минералогия и геология. Жил он в основном за границей, учредив в Лозанне Общество любителей физических наук и издав несколько научных трудов по геологии Швейцарии. Григорий Кириллович являлся почетным членом Российской академии, Королевской академии Стокгольма, а также ряда обществ естественных наук. В ХIХ веке организованной им экспедицией в Силезии был найден не известный до тех пор минерал, названный в его честь «Разумовскин». Другой отпрыск Разумовских, Андрей Кириллович (1752-1836), получил известность на поприще дипломатии. Будучи еще молодым человеком, он с успехом выполнял дипломатические поручения в Неаполитанском королевстве, Дании и Швеции, а в 1789 году стал посланником России в Австрии. Благодаря его усилиям в 1805 году австрийское правительство вступило в коалицию против Наполеона; в 1813 году он находился в свите Александра I в качестве внешнеполитического советника, а в 1814-1815 годах входил в число руководителей русской делегации на Венском конгрессе, которым завершились антинаполеоновские кампании. Это принесло ему титул светлейшего князя. По окончании службы Андрей Кириллович остался в Вене, где, приняв католичество, прожил до конца своих дней. Страстный любитель музыки, он сам играл на скрипке, покровительствовал Гайдну и Бетховену; один из циклов сочинений последнего так и называют — «Квартетами Разумовского». В Вене до сих пор есть улица Разумовского.

Прежде чем ступить на дипломатическую стезю, Андрей Кириллович служил во флоте и даже принимал участие в Чесменской битве 1770 года. Что помыслы о военной карьере были в этой семье далеко не на последнем месте, лучше всего доказывает судьба братьев Андрея Кирилловича. Петр (1751-1823) сражался со шведами в русско-шведской войне 1788-1790 годов и вышел в отставку в чине генерал-поручика. Иван (1761-1802) во время русско-турецкой кампании 1787-1791 годов отличился при Очакове и Бендерах, а за бой при Мачине был награжден орденом св. Георгия 4-й степени. В той же войне преуспел и Лев (1757-1818), награжденный за свои подвиги орденом св. Владимира 2-го класса. Оба брата вышли в отставку в чине генерал-майора в 1796 году. Казалось, «казацкому роду нет переводу». Однако уже в начале ХIХ века он стал приходить в упадок. Двое сыновей гетмана еще в молодые годы переехали на жительство за рубеж. Из четырех оставшихся в России мужское потомство (а только оно обладало правом на ношение титула, фамилии и родового герба) имел лишь старший Алексей Кириллович, женатый на Варваре Петровне Шереметевой (1750-1824), внучке петровского фельдмаршала и сестре Николая Шереметева, прославившегося основанием Странноприимного дома (ныне институт имени Н. В. Склифосовского) и женитьбой на своей крепостной актрисе П. Ковалевой-Жемчуговой. Но сыновья этой четы Разумовских умерли холостыми. В 1829 году скончался Кирилл Алексеевич, смолоду страдавший душевной болезнью, а в 1835-м умер известный широкой расточительностью и непомерными долгами генерал-майор Петр Алексеевич. На нем пресекся род Разумовских в России. Правда, знаменитая фамилия до 1865 года еще звучала в нашей стране, пока была жива вдова четвертого сына гетмана, графа Льва Кирилловича, Мария Григорьевна, урожденная княжна Вяземская, в первом браке княгиня Голицына, дожившая до 93-летнего возраста.

С тех пор на русской земле кровь гетмана текла лишь в жилах его потомков по женским линиям. Обычно их не принято упоминать в родословиях, но здесь мы сделаем исключение. Дочь Кирилла Разумовского Елизавета (1749-?) была замужем за генерал-поручиком графом П. Ф. Апраксиным. Другая дочь, Анна (1754-1826), вышла замуж за камергера Василия Семеновича Васильчикова, брата фаворита Екатерины II. Один из сыновей от этого брака, Алексей (1776-1854), служил под началом дядюшки Андрея в русском посольстве в Вене, затем стал российским сенатором, а сын его Александр (1832-1890) в 1870-1880-е годы заведовал Императорским Эрмитажем, приняв на себя и роль историографа рода. Дочь Анны Кирилловны Мария (1779-1844), воспитывавшаяся с младенчества в семье бездетной тетушки Наталии Кирилловны, в замужестве Загряжской (1747-1837), вышла замуж за Виктора Павловича Кочубея, министра внутренних дел времен Александра I и председателя Государственного совета в эпоху Николая I, правнука того самого Кочубея, которого Пушкин изобразил в своей «Полтаве».

Еще одна дочь К. Г. Разумовского, Прасковья (1755-1808), была замужем за московским главнокомандующим, фельдмаршалом, графом Иваном Васильевичем Гудовичем. Сын их, Андрей Иванович (1782-1869), участвовал в Отечественной войне 1812 года и заграничных антинаполеоновских походах, отличился под Шевардином, за что удостоился ордена св. Георгия 4-й степени и чина генерал-майора. В Военной галерее 1812 года в Эрмитаже есть его портрет работы Д. Доу. Дочь Алексея Кирилловича Разумовского Варвара (1778-1864), внучка гетмана, вышла в 1802 году замуж за старшего брата декабриста Сергея Волконского князя Николая Григорьевича Репнина-Волконского, героя Аустерлицкого сражения: он возглавил атаку эскадрона кавалергардов, получил ранение и попал в плен. Варвара Алексеевна сопровождала супруга в этом походе и с позволения Наполеона, восхищенного геройством Репнина-Волконского, ухаживала за раненым князем в аббатстве Мельк, где тот содержался. В 1812 году она вместе с младшей сестрой Екатериной активно сотрудничала в Патриотическом обществе, основанном в Петербурге с целью помощи вдовам и сиротам участников Отечественной войны, а в 1813 году на свои средства организовала в Праге лазарет для раненых русских воинов. Позднее она вместе с мужем и детьми жила в своем имении Яготин Полтавской губернии, где в 1843-1844 годах семейство Репниных-Волконских радушно принимало Тараса Шевченко. Ее дочь, тоже Варвара (1809-1891), даже была влюблена в поэта, а Тарас Григорьевич посвятил ей свою поэму «Тризна». Но, несмотря на духовную близость, любовь Варвары осталась безответной: Шевченко в то время увлекся соседкой Репниных по имению Ганной, женой помещика Платона Закревского, кстати, тоже родственника гетмана по линии его сестры Анны Григорьевны. Другая дочь Алексея Кирилловича, уже упоминавшаяся нами Екатерина (1783-1849), вышла замуж за графа Сергея Семеновича Уварова, приятеля молодости Пушкина, ставшего при Николае I министром народного просвещения и автором знаменитой формулы «Православие, Самодержавие, Народность». Их сын, Алексей Сергеевич Уваров (1825-1884), посвятивший свою жизнь археологии, был одним из инициаторов создания в Москве Исторического музея.

Следует сказать несколько слов и о побочных отпрысках Разумовских. По крови это были те же Разумовские, только родившиеся от внебрачных связей их отцов и жившие в родительских домах на положении воспитанников, не имея права на ношение фамилии и титула. Как и большинство дворян, Разумовские проявляли искреннюю заботу о своих побочных детях, давали им образование, устраивали их дальнейшую судьбу и даже добивались присвоения им дворянства. Незаконнорожденный сын Льва Разумовского Ипполит Подчаский (1792-1879) 18-летним офицером сражался на Бородинском поле, затем служил в Коллегии иностранных дел и министерстве юстиции и в конце жизни стал сенатором. Он женился на сестре декабриста Сергея Трубецкого Елизавете Петровне, Потемкиной в первом браке, — той самой, которой Пушкин посвятил экспромт «Когда Потемкину в потемках я на Пречистенке найду…» и которая была посаженной матерью жениха на свадьбе Александра Сергеевича. А вот побочный сын Петра Кирилловича от его дальней родственницы Александры Деденевой (1761-1816), из нетитулованной ветви Разумовских, Николай Оржицкий (1796-1861), 14 декабря 1825 года оказался среди декабристов, за что его приговорили к лишению чинов и дворянства и ссылке в заштатный гарнизон. Правнуком Алексея Григорьевича Разумовского считал себя видный русский поэт Яков Полонский (1819-1898).
Но самой широкой известностью из внебрачных отпрысков семейства Разумовских пользуются дети Алексея Кирилловича Разумовского, получившие по названию подмосковного имения Перово фамилию Перовские и составившие собственный род. Николай (1784-1858), Лев (1792-1856), Василий (1795-1857) и Борис (1814-1881) занимали губернаторские и министерские посты, трое последних были возведены в графское достоинство.
Алексей Перовский (1787-1836) — популярный писатель, выступавший под псевдонимом «Антоний Погорельский». Замечательную сказку «Черная курица» он сочинил для племянника Алеши, сына сестры Анны (1796-1857), бывшей замужем за графом К. П. Толстым. Племянник, в свою очередь, также стал писателем — Алексеем Константиновичем Толстым (1817-1875), автором «Князя Серебряного» и «Царя Федора Иоанновича» и создателем — вместе со своими двоюродными братьями Жемчужниковыми (тоже потомками Алексея Кирилловича Разумовского по женской линии Перовских) — Козьмы Пруткова. Правнучкой Алексея Кирилловича была и известная народоволка Софья Перовская (1853-1881), казненная за покушение на царя Александра II. Но вернемся к Разумовским. Хотя носителей этой фамилии к середине ХIХ века в России не осталось, свое существование она не прекратила. Как уже говорилось, двое сыновей гетмана перебрались на постоянное жительство в Австрию. Прочно обосновавшийся в Вене Андрей был дважды женат: первым браком на графине Елизавете Тун-Гогенштейн-Клестерле (1769-1806), вторым — на графине Константине-Доминике фон Тюргейм (1785-1866), но потомства не имел. Тому, что род Разумовских все-таки сохранился, мы обязаны естествоиспытателю Григорию Кирилловичу, прожившему большую часть жизни за границей. В 1790 году он обвенчался в Вене с баронессой Генриеттой Мальсен, причем по католическому обряду. Брак не был долгим: в 1793 году Григорий Кириллович уже жил отдельно от жены, а в 1806-м обвенчался с баронессой Терезой Елизаветой Шенк де Кастель уже по православному обряду, однако не оформив развода с первой супругой, так что этот брак не был признан в России и, соответственно, не было признано графское достоинство детей Григория Кирилловича. Но они получили право на титул в Австрии, куда Разумовский окончательно переехал в 1818 году, отказавшись от российского подданства и перейдя в протестантство.
Согласно данным «Малороссийского родословника» В. Модзалевского (1914), дочь Григория Кирилловича Елизавета (1808-1892) вышла замуж за графа Адама-Готтлиба Мольтке, породнив тем самым Разумовского со знатной семьей дипломатов и военных деятелей. У старшего сына Максимилиана (1807-1849) была только одна дочь Стефания (1848-1866). Другой, Лев (1814-1868), от брака с Розой фон Левенштерн имел дочь Александрину (1845-1893), ставшую в замужестве баронессой Гаммерштейн-Гесмоль, и сына Камилла (1852-1917), советника штатгальтского управления, вступившего в 1882 году в брак с Марией Винер фон Вельтен, которая родила ему троих сыновей. Старший из них, Лев-Карл-Вернер (1888-1915?), погиб в первую мировую войну в Карпатах, сражаясь на стороне Австрии. Младший, Андрей-Вольфганг-Фердинанд (1892-?), женился на эмигрантке из России княжне Екатерине Николаевне Сайн-Витгенштейн, из рода героя 1812 года фельдмаршала П. Х. Витгенштейна. Сегодня Разумовские являются, по существу, иностранным родом. Но, несмотря на это, они помнят о своем происхождении и стараются участвовать в жизни России. Граф Камилл в начале ХХ века неоднократно приезжал в город Батурин, где в 1803 году был похоронен переселившийся под конец жизни в любимую Украину Кирилл Григорьевич, и выделял значительные суммы для реставрации гетманского дворца. Внучка Камилла Мария Андреевна, жительница австрийской столицы, написала книгу «Марина Цветаева. Миф и действительность» (М., 1994) и передала московским музеям копии документов о своих предках.

+ + +

Как видим, граф К. Г. Разумовский предстает перед нами вовсе не тем малограмотным самодуром, каковым его часто пытались изобразить на протяжении почти всего ХХ века, не просто братом фаворита императрицы Елизаветы Петровны, лишь номинально занимавшим высокие посты в Российской империи, а умным и просвещенным государственным деятелем, талантливым организатором. Это лишний раз продемонстрировала научно-историческая конференция, посвященная 200-летней годовщине со дня смерти графа. Она состоялась 21-22 января 2003 года в живописном уголке Москвы — Петровско-Разумовском, в древней усадьбе, которой Кирилл Григорьевич владел на протяжении более полувека и где теперь располагаются Московская сельскохозяйственная академия имени К. А. Тимирязева, Московский Государственный университет природоустройства и Московский государственный агроинженерный университет. В фойе главного корпуса работали выставки документов из Российского государственного архива древних актов, редких книг из фондов Центральной научной библиотеки академии, экспонатов музея «Тимирязевки», а также были развернуты экспозиции, посвященные Петровско-Разумовскому парку и роду Разумовских. Уяснению истинной роли графа Кирилла Разумовского в нашей истории в немалой степени способствовали сделанные на конференции доклады: «Документы Российского государственного архива древних актов о жизни и деятельности К. Г. Разумовского» (Н. Ю. Болотина, Российский государственный архив древних актов), «Владения Разумовских в Москве» (Н. Б. Ефимова, Музей истории г. Москвы), «Разумовские в Горенках» (З. М. Митюгова, Балашихинский историко-краеведческий музей) и другие. Актовый зал академии был заполнен до отказа, причем не только преподавателями и студентами находящихся на территории усадьбы вузов. А завершилась конференция автобусной экскурсией по уголкам Москвы, связанным с жизнью и деятельностью членов семейства Разумовских.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *