Происхождение обезьяны от человека

Теория происхождения человека от обезьяны является второй по древности, а потому занимает почетное четвертое место моего рейтинга. Лучше всего суть теории изложена в легендах Юго-Восточной Азии. Так, представители из индийского племени джайваст полагают, что происходят от бога-обезьяны Ханумана. В качестве доказательства индусы указывают на то, что у их князей сохранились более длинные позвоночники с отростками, похожими на хвост, с которым обычно изображался Хануман – герой эпической мифологии «Рамаяна». Тибетцы ведут свое происхождение от двух необыкновенных обезьян, направленных для заселения царства снегов. Обезьяны научились пахать и сеять хлеб, но от непосильного труда все облезли. Ну и хвосты, само собой, тоже отсохли. Вот так и появился человек — тютелька в тютельку по Марксу.
Все эти сказки, вероятно, так и остались бы забавными мифами, если бы не граф де Бюффон Жорж-Луи Леклерк (1707-1788), французский натуралист, биолог, математик, естествоиспытатель и писатель, который с 1749 года по 1783 издал 24-томную энциклопедию «Естественная история». В ней граф и высказал предположение о том, что человек произошел от обезьяны.
Подобная теория вызвала гнев у обывателей (книгу даже публично сожгли) и здоровый хохот зоологов — ибо все ученые прекрасно понимали бредовость подобной фантазии. Видимо, с тех пор в научной среде бытует шутка о том, что животный мир делится на две категории: четвероногих и четвероруких. А поскольку у человека две руки и две ноги, то его предком способно быть только кенгуру.
В качестве серьезных возражений можно было назвать непреодолимые различия в строении внутренних органов, кожных покровов и скелета. В частности, строение стопы:
Забавным отличием стопы человека и обезьяны является то, что эволюция способна сделать обезьянью ногу из человеческой: если человек станет больше лазить по деревьям, чем ходить, большой палец постепенно оттопырится и приобретет хватательные рефлексы. Но вот обратный процесс абсолютно невозможен. Не имея опорного пальца стопы, обезьяна не способна уверенно передвигаться по земле, постоянно «косолапит». И при попытке сменить образ жизни — будет неминуемо съедена в результате естественного отбора.
Казалось бы, на этом рассказ об «обезьяньем казусе» можно было бы закончить — однако в историю вмешалась религия. XVIII век — эпоха вольнодумства и сокрушения устоев. Кому-то из бунтарей вздумалось сделать «человеко-обезьяну» символом нового, прогрессивного мировоззрения, и смешной фейк внезапно оказался базовым религиозным догматом борцов со старым миром. Сказку о происхождении человека от обезьяны активисты «прогресса» назвали «научной теорией» и ногами вколотили в школьные учебники, нимало не заботясь мнением ученых.
Между тем время шло. Спустя век после скандала с публикации теории о «человеко-обезьяне», в 1859 году выпускник Кембриджского христианского колледжа, англиканский священник Чарльз Дарвин опубликовал свою «Теорию происхождения видов». К обсуждаемому мифу она не имеет никакого отношения — кроме того, что с конца XIX века «обезьянщики» стали гордо именовать себя «дарвинистами».
Только в XX веке биологами была, наконец, предпринята попытка определить предков человека с помощью научной методики, отринув религиозные догмы и опираясь только на теорию эволюции. Первым это сделал известный океанолог профессор Алистер Харди в 1929 году. Он рассуждал так: чтобы определить предка человека, нам нужно собрать морфологические признаки организма, систематизировать их и определить, к какой среде обитания приспособлено это животное и каким признаками должно обладать существо, из которого это животное развилось.
И он занялся систематизацией, проверяя орган за органом и следуя примерно таким путем:
1. Нос. В носу есть рудиментарные мышцы, которые позволяют шевелить крыльями носа. Значит, предок человека имел полноценные мышцы, надежно закрывающие ноздри. Ни у кого из сухопутных животных таких приспособлений нет, зато они есть у всех животных, ведущих водяной образ жизни: дельфинов, кашалотов, выдр, тюленей и т. д.
2. Верхние дыхательные пути с очень низким ларингсом — уникальная черта вида гомо сапиенс. Ни у кого из сухопутных животных такого приспособления нет, зато оно есть у всех морских млекопитающих.
3. Умение сознательно задерживать дыхание — аналогично.
4. Повышенное содержание эритроцитов в крови — аналогично.
5. Голая кожа — аналогично.
6. Способность рожать детей в воде — аналогично.
7. Нижние конечности находятся на одной линии с позвоночником — аналогично.
8. Подкожная жировая прослойка младенцев — аналогично. Сухопутные детеныши рождаются тощими. И не умеют от рождения нырять, да еще и с открытым ртом.
9. Находясь в воде, человек рефлекторно задерживает частоту сердечного ритма. Точно так же этот механизм действует у всех водных млекопитающих. Однако сухопутные млекопитающие, попадая в воду — агрессивную среду, угрожающую их жизни, — резко повышают пульс сердца.
10. Расположение молочных желёз на груди, а не на животе, удобнее всего для кормления ребёнка в воде — чтобы не препятствовать одновременному с кормлением дыханию воздухом. Этим люди отличаются от всех сухопутных млекопитающих. Но этот же признак характерен для морских млекопитающих (дюгоней принимали за морских дев именно по наличию русалочьих грудей). Женские груди вообще разительно отличаются от едва заметных сосков сухопутных млекопитающих.
Ну, и так далее. Список морфологических отличий, указывающих на приспособленность человека к жизни в воде, растягивается на несколько сотен позиций и в значительной своей части носит анально-генитальный характер, ибо и пищеварение, и сексуальное поведение человека тоже характерно исключительно для морских животных, но отнюдь не сухопутных.
Придя к вполне закономерному выводу от том, кто именно является предком человека, профессор Харди немедленно… скрыл эту информацию, хорошо понимая, что станет жертвой религиозных гонений. Догматы «обезьянников», увы, считаются для официальной науки обязательными. И потому первым о реальных предках человека объявил в 1942 году германский биолог Макс Вестенхоффер, независимо от своего коллеги пришедший к выводу о том, что предком человека был гидропитек — то ли обезьяна-амфибия по мнению одних ученых, то ли и вовсе гигантский лемур по мнению других (останки таких лемуров найдены в пещерах Мадагаскара).
По вполне понятным причинам публикации Макса Вестенхоффера «обезьянщикам» удалось проигнорировать — однако 17 марта 1960 года сэр Алистер Харди, к тому дню рыцарь и профессор Оксфордского университета, решил, что за свою карьеру ему можно больше не беспокоиться, и опубликовал в журнале «The New Scientist» статью «Был ли предок человека водным обитателем?» («Was Man More Aquatic In The Past?») .
И научная бомба наконец-то взорвалась, разметав миф происхождения человека от обезьяны в мелкие клочья!
Казалось бы «дарвинисты» должны только радоваться тому, как теория эволюции позволила науке сделать радикальный рывок вперед, значительно приблизившись к тайне происхождения человека, вычеркнуть азиатский миф из школьных учебников и вписать туда научную теорию. Но не тут-то было! Все-таки — религиозные догматы есть религиозные догматы, и если в доктрине «научного прогресса» в качестве предка вписана обезьяна — именно обезьяна там и должна оставаться!
На Алистера Харди обрушилась волна проклятий. «Научное сообщество» обвиняло его в том, что своей идиотской эволюционной теорией он портит все красивое здание дарвинизма, подрывает основы учения и оскорбляет самого Чарльза Дарвина. Профессор только посмеивался, наблюдая за истерикой «обезьянщиков» со стороны. Сжечь его публично вместе со статьей ортодоксы не могли — к середине ХХ века сия мера вышла из моды; испортить ученому карьеру, предать его анафеме, изгнать из науки состоявшегося и весьма именитого профессионала было уже поздно. Опровергнуть же научную теорию, основанную на базовых принципах эволюционной теории, оппоненты, естественно, оказались не в силах. Факты — они вообще чертовски неудобная штука, если их не удалось вовремя уничтожить. А уничтожить факты, которые любой человек каждый день видит в зеркале — не по силам вообще ни одной из религий. «Обезьянщикам» осталось только скрипеть зубами, насылать на биологов проклятия и запрещать новые публикации научных исследований.
Алистер Харди тем временем основал в Оксфорде опытный исследовательский религиозный центр, запасся попкорном и стал с интересом смотреть, чем все закончится? Добраться до него и отомстить за вольнодумство у «научного сообщества» руки были коротки. В 1985 году он, словно издеваясь над оппонентами, еще и Темплтоновскую премию за свои достижения ухитрился получить.
Хуже всего пришлось несчастному Чарльзу Дарвину. Бедолага, наверняка, извертелся в гробу, наблюдая за тем, как горстка мракобесов, прикрываясь его именем, с жаром пытается опровергнуть его же собственную теорию. И тут, совершенно неожиданно, у «обезьянников» появилась «типа научная» поддержка: в 1975 году Мэри-Клэр Кинг и Аллан Уилсон опубликовали в журнале Science статью о генетическом подобии шимпанзе и человека. Кинг и Уилсон сравнили аминокислотные последовательности нескольких белков шимпанзе и человека (таких как гемоглобин и миоглобин) и обнаружили, что последовательности либо идентичны, либо почти идентичны. «…Последовательности полипептидов шимпанзе и человека, изученные на данный момент, в среднем идентичны более чем на 99%», — сделали вывод эксперты.
Читать статью целиком никто из «обезьянников» не стал (в ней ученые пытались объяснить, что никто по-настоящему не понимает, как происходила макроэволюция). Из нее просто выдернули фрагмент о «почти полной идентичности» шимпанзе и человека — и понеслась по кочкам новая побасенка об 1% генетического различия Homo sapiens и Pan troglodytes.
Однако восторг сторонников азиатской мифологии принес науке огромную, просто неоценимую пользу. Уверовав в то, что генетика способна подтвердить теорию о происхождении человека от обезьяны, международные научные фонды отстегнули огромные суммы на расшифровку геномов человека и наиболее близких ему по морфологии обезьян. Данные исследования провел по общей программе международный коллектив: Томас Маркус-Боне (Tomas Marqus-Bonet, Evolutionary Biology Institute), Эван Эйхлер (Evan E. Eichler, Washington University) и Аркадий Наварро (Arcadi Navarro, ICREA-IBE Barcelona).
Уникальный проект был закончен в 2009 году и выдал просто потрясающий в своей объективности результат:
Как оказалось, общих генов у человека и ближайших по родству обезьян — не более 90%!!!
Это означает, что генетически мы так же близки с шимпанзе, как с мышью, поросенком или курицей. И все, что у нас есть общего с обезьянами — так это далекие общие предки, подозрительно смахивающие на лемуров.
Вот так научные открытия XXI века напрочь убили теорию, просуществовавшую почти два тысячелетия и все еще не убранную со страниц учебников. Современные школяры совершенно напрасно тратят учебные часы на зубрежку признаков своей похожести на мохнатых древолазов.Теории происхождения человека от обезьяны больше не существует.

Статья: О происхождении человека

Василий Безукладников

Загадка происхождения людей как единственно разумных существ волнует каждого человека. Со времён Чарльза Дарвина, а может быть и раньше, предками человека стали называться обезьяны. И вот недавно появилось новое тому подтверждение из сообщения радиостанции «Немецкая волна», см.: http://www.dw-world.de/dw/0, 1595, 3392, 00.html <Новости науки и техники: Выпуск от 03.09.2005. Генетика> — «Исследователи из США, Израиля, Италии, Испании и Германии завершили работу над расшифровкой генома шимпанзе. Оказалось, что он на 98, 7 процента идентичен геному человека. У шимпанзе не достаёт всего лишь 50-ти генов из тех, что имеются у человека. Таким образом, генетическое сходство между человеком и шимпанзе в 10 раз больше, чем между мышью и крысой. Что же касается столь разительных отличий между обезьяной и человеком при почти полной идентичности их геномов, то они объясняются различной активностью генов, – подчёркивает один из участников проекта по расшифровке генома шимпанзе Сванте Пябо (Svante Pääbo), сотрудник Института эволюционной антропологии имени Макса Планка в Лейпциге. Группа исследователей под руководством Пябо изучила и сравнила активность 21-й тысячи генов в клетках сердца, печени, почек, яичек и головного мозга обоих приматов. Оказалось, что наибольшие различия в активности генов имеют место в яичках: здесь каждый третий ген обладает другой активностью. В клетках остальных органов отличия в активности генов составляют в среднем 8 процентов. Наименьшие отличия, как ни удивительно, зарегистрированы в клетках головного мозга.» — http://www.nature.com/news/specials/chimpgenome/inde… http://www.sciencemag.org/sciencexpress/recent.shtml

Но как произошло отделение предков человека из остальной массы обезьян? Возможно, на заре человечества, в каком–то стаде обезьян в экваториальных джунглях Африки случилась страшная эпидемия. По всей видимости, это был один из видов кожной инфекции, который привёл к частичной или полной утрате волосяного покрова. В животном мире царит суровый закон: больное животное безжалостно умерщвляется, в лучшем случае, — изгоняется из стада. По этой причине заболевшие особи, спасаясь от своих же здоровых сородичей, а также от многочисленных хищников, предпочитающих нападать именно на больных беззащитных животных, нашли себе укрытие в непривычной для них, труднодоступной, высокогорной, холодной местности, где сумели сорганизоваться в собственное стадо. Гуманоиды погибали не только от той болезни и вызванных ею различных осложнений. Их бытие также сильно осложняло отсутствие или существенное поредение их прежней густой шерсти, что приводило к частым переохлаждениям, солнечным ожогам, многочисленным царапинам, ушибам и воспалениям от нечаянных прикосновений к ядовитым растениям и участившимся укусам летающих насекомых. В какое-то время в том злосчастном стаде оставался всего один дееспособный самец (самцы чаще погибают от болезней и от несчастных случаев) или даже единственная, способная рожать детёнышей, супружеская пара, что согласуется с данными генетики о едином для всех людей предке. Для закрепления любого изменения в потомстве, у обоих родителей должны присутствовать одинаковые мутации генома. Но, как известно, потомство от близкородственных браков отличается низкой жизнеспособностью по причине его сильной предрасположенности к узконаправленным мутациям генотипа, что ведёт к неизлечимым наследственным заболеваниям и вырождению.

Взамен прежней своей физической способности ловко лазать по деревьям, гоняться за разной дичью и превосходного чувства пространства, обезьянолюди получили некоторое перераспределение отдельных мыслительных функций своего мозга. Это, пожалуй, единственное ценное приобретение, последовавшее за изменениями в их штаммах. Вирусы той болезни передавались по наследству, внедряясь, и даже вживляясь, в цепочку ДНК, трансформировали весь геном своего носителя. Набор хромосом столь радикально мог измениться и под влиянием повышенного содержания в воздухе, воде и пище ядовитых, канцерогенных и радиоактивных веществ, выброшенных в это же время в атмосферу, упавшим метеоритом или извергавшимся вулканом. Безрадостная участь динозавров, мамонтов и других вымерших животных, нависшая и над теми гоминидами, настойчиво подталкивала их к поиску других способов своего выживания. Стараясь хоть как-то приспособиться к создавшейся критической ситуации, они сумели не только улучшить своё жильё, но и научились из шкур животных изготовлять себе спасительную одежду. Это не только существенно облегчило их существование и спасло от неминуемой гибели, но и дало дополнительный толчок к закреплению и дальнейшему развитию нестандартных мыслительных способностей их мозга.

Сооружать примитивные жилища, из тех же пальмовых листьев, предки человека умели и раньше, как и все обезьяны и дикие звери перед рождением очередного выводка или наступлением зимовки устраивают себе гнезда и берлоги или пользуются готовыми природными пещерами и дуплами в деревьях, которые для этих целей, устилаются найденными ими поблизости мягкими и тёплыми материалами растительного и животного происхождения. Но больному животному требуется постоянный комфорт. Его уже не устраивает холодное, сырое, грязное, вонючее, колючее и тесное логово. Начавшееся совершенствование жилья и бытовых предметов уже никогда не прекращалось, даже если оно касалось не практичности, а всего лишь эстетики. Чтобы из обрывков шкур сделать удобную для повседневных нужд и охоты одежду, требуются уже незаурядные умственные способности. Этим лоскуткам необходимо придать определённую форму и размер, чтобы затем сшить их сухожильями животных или растительными волокнами. Во-вторых, вместо наших иголок нужно подобрать острые и тонкие крючки – допустим, кости рыб, с помощью которых протыкать и продёргивать через получившиеся маленькие дырочки в коже эти волокна.

Труд обезьяну превратил в человека, но не по причине невесть откуда взявшегося возвышенного трудолюбия. Этот, по большей части опостылый труд, давал хоть какую-то возможность удовлетворить возросшие потребности человека. Именно потребительство, часто низменное, и есть отличительная внутренняя сущность человека. Раньше homo полагались на врождённые инстинкты, но теперь они руководствоваться стали уже приобретённым опытом, в том числе и чужым. Поэтому многие полезные животные инстинкты были, к сожалению, безвозвратно утрачены. Например, в отличие от животных человек не чувствует приближения землетрясения, цунами, ураганов, оползней и других природных катаклизмов, не в состоянии как перелётные птицы или кошки ориентироваться на незнакомой местности, не может в самолечебных целях находить и безошибочно определять норму приёма ядовитых растений, как это делают животные. Но при этом человек не чувствует себя неуютно, так как его мозг, компенсируя нехватку необходимой информации, наделил своего носителя богатым воображением и абстрактным мышлением, которые породили такое необычное для животного мира явление, как религия. Благодаря натренированной за долгие годы силе воли и изобретению ранее неизвестных, более сильных лекарств, «перволюди» приучили свой организм приспособляться к той неизлечимой хронической болезни. Вместе с изменениями в наследственности человека происходила трансформация и тех самых болезнетворных вирусов, против которых у других животных, в отличие от человека, быстро выработался устойчивый иммунитет. Находясь в латентном состоянии, вирусы теперь более щадяще стали относиться к своим носителям (человеческим организмам), маскироваться под другие, нейтральные или даже полезные человеку микроорганизмы, пока не исчезли совсем, оставив после себя неизгладимые последствия. На облысевшей коже людей существенно уменьшилось количество вшей и других источников заразы. Перераспределившиеся мозговые функции стали отражаться и на генетическом уровне и передаваться потомству. Любопытно, что детёныши обезьян (да и других животных тоже) на первом этапе своей жизни заметно опережают любого ребёнка даже в умственном своём развитии, которое у них, в отличие от людей, затем прекращается. По объёму и сложности мозга многие животные превосходят человека, у которого всю мыслительную работу выполняет не более 4 % нервных клеток. Врачам до сих пор сложно по внешнему виду мозга определить слабоумие человека. Незначительные изменения претерпел и речевой аппарат. Так попугаи, другие птицы и некоторые млекопитающие воспроизводят звуки и интонации человеческой речи, несмотря на заметные различия с человеком в строении их органов звукообразования. То же относится и к форме кисти руки и прямоходящей походке, необходимой для переноса дров к костру и разнообразному творческому труду. Отсутствие жёстко «запрограммированного» животного инстинкта самосохранения позволило человеку безбоязненно приближаться к лесным пожарам, вызванным молнией, раскалённой вулканической лавой, самовоспламенению болотных газов или сфокусированным капелькой росы солнечным лучиком на трут. Почти полное отсутствие волосяного покрова, легко возгорающегося даже от искры, позволило протолюдям безопасно разводить огонь, который быстро стал служить для обогрева жилищ и дезинфекции пищи.

Любопытство и тяга к экспериментальности в человеке почти всегда доминирует над страхом перед всем неизведанным. Подчинив себе страшную силу огня, он уже «свысока» стал смотреть на окружающий его мир, стараясь полнее подчинить его себе. Именно тогда и произошло окончательное «идеологическое» обособление людей от обезьян, регулярная половая связь между предками которых была прервана ещё эпидемией. И теперь потомство от скрещивания между собой человека и обезьяны получить не удаётся, хотя некоторые животные из одного подвида иногда могут производить общее (бесплодное) потомство. Наглядным примером могут служить мул и лошак, «папой» и «мамой» которых являются конь и ослица, в другом случае — лошадь и осёл. Бывают совместные детёныши также у козла с овцой и др. От перекрёстного опыления различных растений легко получаются даже плодоносящие гибриды, хотя их потомство проявляет свойства не своих гибридных родителей, а одного из ещё негибридных своих «дедушек» и «бабушек». Весь переходный период мог длиться не миллионы лет, а всего лишь несколько десятков поколений. Этим объясняется, почему не найдены недостающие, переходные между обезьяной и человеком, черепа, которые в условиях влажного и жаркого африканского климата быстро сгнивают, и почему, согласно данным археологии, более человекоподобные и развитые предки людей, оказывается, жили иногда гораздо раньше большинства более примитивных гоминидов. Обретение одежды и знакомство с огнём позволило человечеству не только выжить, но и положить начало неудержимому увеличению своей численности. Потребовалось больше корма, поэтому первобытная община уже с оружием в руках, переселяется в более благоприятный для своей охоты район обитания. Те обезьяны, от которых некогда произошли люди, и которые всё это время крайне враждебно относились к болеющим предкам людей, вероятно, были истреблены в первую очередь, как самые опасные враги и конкуренты. Отношения между членами быстро растущей человеческой общины, также стали стремительно меняться: появились вожди, зачатки разделения труда и распределения имущества, усложнилась система поощрения и наказания – казнь, рабство, телесные наказания и изгнание. Религия закрепила произошедшие социальные изменения.

Но при этом в самой религии появились сектантские течения как отчаянная попытка некоторых представителей, абстрактно (мозг при помощи умножившихся понятий теперь позволял это) возвратиться к когда-то утраченному предками, некоему таинственному, блаженному, небесному или, напротив, животному (шаманизм) состоянию. Внутриобщинные конфликты вскоре привели к неизбежному распаду сильно разросшегося первого человеческого стада. Началась жестокая и ничем неограниченная экспансия человечества на Земле, сопровождаемая эпохой формирования человеческих рас, языков, хозяйственных навыков, религий и культур. Возникшие массовые идеологии: государственные, социальные, этнические, религиозные и этические закрепили на подсознательном уровне людей давно уже произошедшее их отделение ото всего остального животного мира. С увеличением численности населения и уменьшением количества близкородственных браков, всё более набирал силу изначальный и никогда не прекращавшийся процесс стабилизации и консервации получавшихся в результате мутаций генетических «наборов» всех поколений предков современного человека. Но это уже не могло затормозить развитие некоторых мыслительных, речевых и творческих способностей людей, что и позволило им изобрести лук со стрелами, керамику, мотыжное земледелие, создавать наскальные рисунки, одомашнивать некоторых диких животных, строить большие города и в дальнейшем развивать все направления научно — технического прогресса.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *