Протоиерей философ орнатский

Орнатский, Философ Николаевич

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Орнатский.

Философ Орнатский
Философ Николаевич Орнатский
Родился 21 мая (2 июня) 1860
погост Новая Ёрга, Череповецкий уезд, Новгородская губерния, Российская империя
Умер 30 октября 1918 (58 лет)

  • Петроград, РСФСР
Прославлен август 2000 года
В лике священномученика
День памяти 31 мая (13 июня)
Награды

Филосо́ф Никола́евич Орна́тский (2 июня 1860, погост Новая Ёрга, Новгородская губерния — около 30 октября 1918) — протоиерей Русской православной церкви.

Причислен к лику святых Русской православной церкви в 2000 году.

Семья

  • Отец — Николай Платонович Орнатский, священник Новоёрговской Богоявленской церкви 1-й Петринёвской волости Череповецкого уезда.
  • Брат — Иван Николаевич, священник, был женат на племяннице протоиерея Иоанна Кронштадтского. 23 февраля 1936 был приговорён к пяти годам лишения свободы и на следующий год умер в лагере.
  • Сыновья — Николай и Борис Философовичи, расстреляны вместе с отцом в октябре 1918 и причислены к лику священномучеников.
  • Жена — Елена Николаевна, урождённая Заозерская, дочь бывшего иподиакона митрополита Исидора.
  • Свояк — священномученик Петр Скипетров.

Фамилию Орнатский его деду Платону Иосифовичу «передал» находившийся на покое в Кириллове бывший епископ Пензенский и Саратовский Амвросий (в миру Андрей Орнатский, 1778—1827), приходящийся Философу Николаевичу двоюродным прадедом.

> Образование

Окончил Кирилловское духовное училище, Санкт-Петербургскую духовную семинарию (1881), Санкт-Петербургскую духовную академию со степенью кандидата богословия (1885).

Священник

С 28 июля 1885 года — священник церкви при детском приюте принца Ольденбургского в Петербурге. С 1892 — настоятель церкви св. Андрея Критского в Петербурге при Экспедиции заготовления государственных бумаг. При его содействии при Экспедиции было открыто техническое училище, дававшее среднее и профессиональное образование. Был его начальником и одновременно законоучителем.

В 1893—1917 годы одновременно гласный Петербургской городской думы от духовенства, был членом думских комиссий по народному образованию и благотворительности. В течение 26 лет был председателем петербургского Общества распространения религиозно-нравственного просвещения. Участвовал в устройстве в городе ночлежных домов, сиротских приютов, богаделен; его стараниями в Петербурге и окрестностях было возведено 12 храмов, в том числе храм Воскресения Христова у Варшавского вокзала (самый большой из них; при нём с участием о. Философа было основано Александро-Невское общество трезвости), церкви Петра и Павла в Лесном, преподобного Сергия Радонежского на Новосивковской улице, преподобного Серафима Саровского за Нарвской заставой, Предтеченский храм на Выборгской стороне, Герасимовская церковь в Купчине, а также Исидоро-Юрьевский храм (другим инициатором строительства этого храма был священник Павел Кульбуш, будущий епископ Платон). В качестве председателя комитетов по строительству храмов распоряжался огромными деньгами, но при этом жил очень скромно, давал частные уроки, чтобы прокормить семью.

Разрешение прот. Философа Орнатского на печатание книги Иоанна Кронштадсткого «Моя жизнь во Христе», 1905.

С 1895 года проводил на белильной фабрике беседы для рабочих. 8 июня 1898 года с его помощью было основано Православное эстонское братство во имя священномученика Исидора Юрьевского. Также организовал Христианское содружество учащейся молодёжи. Был редактором и цензором ряда петербургских духовных журналов, таких как «Санкт-Петербургский Духовный Вестник», «Отдых христианина», «Православно-Русское слово». Выдающийся проповедник, во время революции 1905 года призывал рабочих Нарвского района — места особой активности революционных пропагандистов — к верности императору Николаю II.

С 1913 года — настоятель Казанского собора в Петербурге. Во время Первой мировой войны отдал свою квартиру под лазарет для раненых воинов, а сам с семьёй переехал в небольшое казённое помещение. Неоднократно выезжал в районы боевых действий, сопровождая транспорты с необходимыми воинам вещами и продуктами.

Награждён орденом св. кн. Владимира IV (1906) и III (1914) степени.

В 1917 года во главе с владыкой Вениамином (Казанским) был одним из создателей «Союза Церковного Единения». Выступал против отмены преподавания Закона Божия в школах.

В январе 1918 участвовал в отпевании погибшего от рук большевиков в Александро-Невской лавре протоиерея Петра Скипетрова (своего родственника — мужа сестры жены). Митрополит Вениамин запретил говорить над гробом речи, призвав «плакать и молиться». Организовал защиту святынь Александро-Невской лавры, которую большевики намеревались «реквизировать», выступив с инициативой совершить к ней крестные ходы от всех храмов столицы.

В Санкт-Петербурге жил в Доме Казанского собора на углу Невского проспекта и Казанской улицы.

Арест и мученическая кончина

Был арестован в августе 1918 года. Вместе с ним были арестованы сыновья Николай (1886—1918, военный врач) и Борис (1887—1918, штабс-капитан артиллерии). Прихожане требовали освободить священника; власти в ответ перевезли его с сыновьями из Петрограда в Кронштадт.

Протоиерей Философ Орнатский и его сыновья были расстреляны в ходе красного террора, предположительно, около 30 октября 1918 года. По дороге он читал вслух отходную над приговорёнными. По одним данным, расстрел произошёл в Кронштадте, по другим — неподалёку от Финского залива между Лигово и Ораниенбаумом. Тела расстрелянных, по-видимому, были сброшены в залив.

Канонизация

В августе 2000 года протоиерей Философ Орнатский и его сыновья Николай и Борис причислены к лику общецерковных святых Юбилейным Архиерейским собором Русской православной церкви.

Труды

  • О праздничном отдыхе для торговых людей. СПб., 1889.
  • Русская православная миссия и православная церковь в Японии. СПб., 1889.
  • О воспитании детей. СПб., 1890.
  • О труде и праздничном отдыхе в жизни рабочих людей. СПб., 1890.
  • О христианском образовании женщины. СПб., 1892.
  • Ответ на Пашковские вопросы. СПб., 1893.
  • О самоубийстве пред судом откровенного учения. СПб., 1894.
  • Слово об ангелах. СПб., 1894.
  • Саровские поучения. СПб., 1903.
  • Секта Пашковцев и ответ на Пашковские вопросы. СПб., 1903.

Примечания

  1. Новая Ёрга (см. на карте 1832 года) не сохранилась; ныне территория (59°23′26″N, 37°51′40″E) относится к муниципальному образованию Воскресенское, Череповецкий район Вологодской области.

Ссылки

  • Биография
  • Биография

Словари и энциклопедии

Генеалогия и некрополистика

Нормативный контроль

ОРНАТСКИЙ ФИЛОСОФ НИКОЛАЕВИЧ

Протоиерей Философ Орнатский. 1915 год. Фотография с сайта fond.ru

Философ Николаевич Орнатский (1860 — 1918), протоиерей, священномученик

Память 31 мая, в Соборе новомучеников и исповедников Церкви Русской, в Соборе Санкт-Петербургских святых

Родился 21 мая 1860 года на погосте Новая Ерга Череповецкого уезда Новгородской губернии (ныне Череповецкий район Вологодской области) в семье местного священника Николая Платоновича Орнатского. Старший брат прот. Иоанна Орнатского, двоюродный брат епископа Пимена (Белоликова).

Обучался в Кирилловском духовном училище и в Новгородской духовной семинарии. После окончания семинарии, как лучший ученик был послан в Санкт-Петербургскую духовную академию.

В 1885 году окончил Санкт-Петербургскую духовную акаде­мию со степенью кан­дидата богословия.

17 июля 1885 года обвенчался с девицей Еленой, дочерью иподиакона Исаакиевского кафедрального собора в Санкт-Петербурге Николая Михайловича Заозерского.

У Орнатских была большая семья — десять детей, которых они с детства учили жить по евангельским заповедям, в страхе Божием и благочестии. Сам батюшка, имея большую семью, жил очень скромно. Всё множество общественных званий и должностей, которые он нёс во славу Божию, средств к существованию не приносили. Через его руки, как Председателя комитетов по строительству храмов, проходили огромные суммы денег, а он давал частные уроки, чтобы прокормить семью.

28 июля того же 1885 года был рукоположен во священника митрополитом Петербургским Исидором ко храму в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали» при детском приюте принца Петра Георгиевича Ольденбургского в Санкт-Петербурге. Открытый как начальное учебное заведение для детей бедных родителей, приют впоследствии получил права мужского реального училища с тремя отделениями и женской гимназии с музыкальным отделением. Отец Философ был также назначен законоучителем.

Сразу же после рукоположения стал членом Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви, с которым впоследствии была связана вся его жизнь. Двадцать шесть лет неутомимый пастырь возглавлял Общество. Почетным членом общества был протоиерей Иоанн Ильич Сергиев – духовный наставник отца Философа. Все начинания и дела общества освящались благословением и молитвой кронштадтского пастыря.

В 1888 году был назначен членом Комитета Православного Миссионерского Общества, в 1890-м – избран членом Совета Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви; 4 мая 1892 года был избран председателем этого Общества.

В июле 1891 года он был приглашен для работы в комиссии по строительству церкви во имя преподобномученика Андрея Критского при Экспедиции заготовления Государственных бумаг; 26 августа 1892 года по просьбе служащих Экспедиции был назначен настоятелем этого храма.

В 1893 году был избран гласным Санкт-Петербургской городской Думы от духовенства и нёс свои полномочия до 1917 года. Одной из первых законодательных инициатив священника было издание положения о необходимости праздничного отдыха для торговых людей, «которое давало бы возможность торговым людям как молиться во время поздней литургии до совершенного окончания ее, так и посетить духовную беседу вечером; об открытии магазинов и лавок по праздникам в два часа дня и окончании торговли в пять-шесть часов вечера».

Он принимал участие в устройстве в городе ночлежных домов, сиротских приютов, богаделен; его стараниями в Санкт-Петербурге и окрестностях было возведено 12 храмов, самый большой из них — храм Воскресения Христова у Варшавского вокзала. Кроме того, можно назвать церкви Петра и Павла в Лесном, преподобного Сергия Радонежского на Новосивковской улице, преподобного Серафима Саровского за Нарвской заставой, Предтеченский храм на Выборжской стороне, Герасимовскую церковь, Исидоро-Юрьевский храм.

В 1895 году он открыл на белильной фабрике беседы для рабочих. При содействии о.Философа открылось техническое училище, дававшее среднее образование и специальность по Экспедиции. О.Философ стал его начальником и одновременно законоучителем.

8 июня 1898 года с его помощью было основано Православное эстонское братство во имя священномученика Исидора Юрьевского

14 ноября 1898 года был возведен в сан протоиерея за усердную и полезную деятельность на посту председателя Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной церкви и труды по построению трех храмов Общества.

В 1899 году была открыта бесплатная библиотека-читальня имени «М.В. Ломоносова», организатором и первым директором которой стал протоиерей Философ.

Был редактором и цензором таких столичных духовных журналов как «Санкт-Петербургский духовный вестник» (издавался с 1894 года), «Отдых христианина» (с 1901 года), «Православно-Русское слово» (с 1902 года).

В 1900 году был назначен членом комиссии по вопросу о надлежащей постановке преподавания Закона Божия в средних учебных заведениях Министерства народного просвещения. Опираясь на свой личный опыт законоучителя и более широкий опыт пастырский, протоиерей Философ в ходе работы комиссии подготовил доклад «О способах развития и укрепления религиозных и нравственных начал в учащихся». Священника весьма беспокоило, что, несмотря на почти повсеместное преподавание Закона Божьего в школах, повсюду наблюдался едва ли не полный провал в деле религиозного воспитания учащегося народа. Одной из причин такого положения вещей он видел ту, что силой установившегося порядка вещей Закон Божий превратился в один из учебных предметов наравне с алгеброй, физикой и химией:

«Необходимость выполнить программу толкает преподавателя к учебнику, а следование учебнику мало-помалу освобождает законоучителя от работы по предмету своего преподавания, и он обращается в ходячую номенклатуру готовых ответов на каждый вопрос, указанный в программе… И получается абсурд: законоучитель доказывает ученикам происхождение Священного Писания, говорит, что надо читать каждому христианину слово Божие, и при том – как читать, а сам никогда не читал с учениками этого Божьего слова и не следил за тем, чтобы и ученики читали “всем книгам книги”. К сожалению, это – горькая правда, что учебник слишком властно взял нас в свои руки и вытеснил из школы не только живую работу учителя с учениками над усвоением умом и сердцем ведения Божественной истины, яже к животу и благочестию, но и самый источник этой истины – слово Божие. А пересох кладезь воды живой по отношению к нашей школе – чем напоить духовно жаждущих, чем оросить засохшие нивы сердец человеческих? Для оживления религиозно-нравственного воспитания в школе, необходимо освободить законоучителя от рабского следования программе, вывести его из положения преподавателя предмета в положение пастыря-духовника, вооруженного мечом слова Божьего, живого и действенного. Пора нам позаимствовать у иноверцев добрый обычай чтения в домах святой Библии, начиная чтение ее с должным толкованием в школе, привлекая к этому обычаю и воспитательский персонал… Пора бы подумать и об издании учебной Библии, которую бы можно было дать в руки каждому ученику и ученице»

В 1912 году был уволен с должности заведующего технической школой при Экспедиции заготовления Государственных бумаг, в связи с чем он лишился большей части жалования, и его материальное положение при большой семье стало весьма затруднительным; в 1913 году он обратился к министру финансов с просьбой компенсировать ту часть зарплаты, которой он лишался вместе с должностью. К этой просьбе присоединил свое ходатайство митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Владимир (Богоявленский); ходатайство было удовлетворено.

В 1913 назначен настоятелем Казанского кафедрального собора в Санкт-Петербурге.

Во время Первой мировой войны отец Философ отдал свою квартиру под лазарет для раненых воинов, а сам с семьёй переехал в небольшое казённое помещение. Неоднократно и сам он выезжал районы боевых действий, сопровождая транспорты с необходимыми воинам вещами и продуктами, стремясь всеми силами вдохновить и поддержать защитников Отечества.

Как гласный городской Думы от Церкви, о.Философ занимался устройством ночлежных домов и помощью бедноте. «Но душу деятельности протоиерея Орнатского составляет, конечно, его любовь к проповеди, с которой тесно связано имя о.Орнатского в Петербурге», — писал митрополит Владимир (Богоявленский).

На фото 1916 г. слева направо: настоятель С.-Петербургского Казанского собора прот. Философ Орнатский, профессор Киевской духовой академии В.З.Белоликов, владыка Пимен (Белоликов).

В Петрограде многие дорожили о.Философом. Любил его и о. Иоанн Кронштадтский, их объединяло не только духовное настроение и общественно-церковный темперамент, но и родство в обычном житейском смысле. В свое время Кронштадтский пастырь просил подыскать жениха для своей племянницы Анны — скромного семинариста. Так младший брат о.Философа, священник Иоанн Орнатский вошел в семью кронштадского пастыря. Сам о.Ионн Кронштадтский часто бывал в доме Орнатских. После обеда о.Иоанн, поднявшись из-за стола говорил: «Ну, Философ, идем, рассказывай мне…» Во время торжества по случаю двадцатипятилетия со дня рукоположения пришло более 200 телеграмм и поздравлений, в которых отмечались заслуги о.Философа. Во время революции 1905 г. , когда в городе начались беспорядки, о.Философ уговаривал свою паству сохранять верность Государю и не слушать «заезжих проповедников». Сам же он проповедывал в самом опасном месте города — Нарвском районе; впоследствии когда батюшку арестовывали, то арестовывали его не чекисты Казанского района, а из соседнего — Нарвского; видно, жива была в них память о его деятельности в первую революцию.

В 1917 году во главе с владыкой Вениамином (Казанским) был у истоков создания «Союза Церковного Единения».

К 1918 г. в свои 58 лет о.Философ сохранил и приумножил талант проповедника и церковного деятеля. Он появлялся в самых опасных местах Петрограда. Выступал против отмены Закона Божия в школах, устраивал Крестные ходы. В мае 1918 г. Петроград посетил патриарх Тихон. Именно протоиерей Философ Орнатский приезжал за ним в Москву и сопровождал патриарха до Петрограда.

Отец Философ был одним из ближайших сподвижников священномученика митрополита Петроградского и Гдовского Вениамина (Казанского) которого, в бытность того студентом духовной академии, батюшка активно привлекал к проповеднической деятельности в рабочей среде Санкт-Петербурга. Узы духовной дружбы связывали его и с патриархом Тихоном.

Проповеднический дар батюшки привлекал искавших живого слова и он не раз призывал свою паству не принимать разлагающих идей большевизма, понимая, что Православие является основой русской родной жизни, батюшка призывал интеллигенцию знать это: «Нашей интеллигенции надо стать русскою», — не уставал повторять он.

19 января 1918 года в Александро-Невской Лавре на его глазах был смертельно ранен муж сестры его жены, протоиерей Пётр Скипетров. Батюшка при его отпевании произнёс проповедь, бесстрашно обличив большевиков. Неоднократно выступал он перед паствой с призывами к объединению русичей вокруг храмов для защиты святынь своей земли. После убийства отца Пётра Скипетрова, батюшка организовал защиту святынь Александро-Невской Лавры, устроив к ней крестные ходы со всех храмов столицы.

Священномученик протоиерей Философ Орнатский. Икона.

По сведениям из Синодальной комиссии по канонизации святых, о.Философ с сыновьями был арестован в день вмч.Пантелеимона

1 августа 1918 года о.Философ был арестован в связи с «Красным террором» после отслуженной им Всенощной в канун Ильина дня, вместе с сыновьями: Николаем, Борисом и Владимиром.

Во время ареста он был совершенно невозмутим и спокоен. Прихожане собрались в многотысячную толпу и шли по Невскому проспекту на Гороховую в ЧК, требуя освободить своего пастыря. Делегацию верующих чекисты приняли, коварно обещая выполнить их требования. Но в ту же ночь батюшку перевезли в тюрьму города Кронштадт.

Протоиерей Философ был расстрелян вместе с тремя сыновьями. Точное время казни не установлено. По одним сведениям, это злодеяние совершено Успенским постом, между 15 и 30 августа 1918 года. По другим данным, — около 30 октября 1918 года, вместе с другими 30 заключёнными офицерами. Место казни находилось, по одним предположениям в Кронштадте, по другим — неподалёку от Финского залива между Лигово и Ораниенбаумом. Тела расстрелянных, по-видимому, были сброшены в залив.

Есть несколько версий мученической кончины отца Философа, основанных на устных преданиях. Эти версии сходны в одном: он умер с молитвой к Богу. Читал ли он отходную, или просил Господа простить убийц, которые не ведали, что творили, доподлинно неизвестно. Известно лишь, что он молился, стоя на коленях.

В августе 2000 года на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви протоиерей Философ Орнатский с сыновьями Николаем и Борисом были причислены к лику святых новомучеников и исповедников Российских для общецерковного почитания.

Дети

В семье Орнатских было десять детей:

  • мч. Николай (4 мая 1886 — 1918)
  • мч. Борис (30 мая 1887 — 1918)
  • Владимир (15 февраля 1888 — 1918)
  • Вера (13 августа 1889 — 28 января 1967), замужем за свящ. Михаилом Яворским
  • Лидия (15 февраля 1892 — 1867), замужем за Константином Рюминым
  • Мария (31 мая 1895 — 1940-е, в блокаду), замужем за свящ. Петром Балыковым
  • Сергей (2 марта 1898 — 1924)
  • Елена (18 февраля 1903 — не ранее 1916)
  • Александр (21 октября 1905 — 1940-е, в блокаду)
  • Константин (6 мая 1908 — 1985)

Тропарь, глас 5.

От юности премудрость Божию возлюбив, досточудие отче Философе,/во вся дни жития твоего последовал еси Пастыреначальнику Христу,/иже явити тя граду святаго Петра пастыря добра./ Ты же, душу свою положив за паству,/ сам востекл еси на страдания от беззаконных/со чады твоими Николаем и Борисом,/ тем же и ныне молим ти ся:/не остави предстательством твоим всех почитающих память твою

Награды

  • наперсный крест (1895)
  • золотой наперсный крест из Кабинета его Императорского Величества (27 марта 1903)
  • орден св.Владимира 3-й степени (май 1914, орден давал право на получение дворянства)
  • потомственное дворянство

Библиография

  1. Польский М., протопресв. Новые мученики Российские. М., 1994. Репр. воспр. изд. 1949-1957гг. (Джорданвилль). Ч.1. С.184.
  2. Цыпин В., прот. История Русской Церкви, 1917-1997. Т.9. М., 1997. С.53.
  3. Синодик гонимых, умученных, в узах невинно пострадавших православных священно-церковнослужителей и мирян Санкт-Петербургской епархии. XX столетие. СПб., 1999. С.82.
  4. Антонов В.В., Кобак А.В. Святыни Санкт-Петербурга. Историко-церковная энциклопедия в трех томах. Т.2. СПб.: Издательство Чернышева, 1996. 328 с. С.278.
  5. Деяние Юбилейного Освященного Аpхиеpейского Собоpа Русской Пpавославной Цеpкви о собоpном пpославлении новомучеников и исповедников Российских XX века. Москва, 12-16 августа 2000г.
  6. Ходаковская О. Протоиерей Философ Николаевич Орнатский// Веди. Алматы, 1998. N4-5. С.24-30.
  7. Синодик гонимых, умученных, в узах невинно пострадавших православных священно-церковнослужителей и мирян Санкт-Петербургской епархии: ХХ столетие. 2-е издание дополненное. СПб., 2002. 280с. С.12.
  8. Санкт-Петербургский мартиролог. СПб.: Изд-во «Миръ», «Общество святителя Василия Великого», 2002. 416с.

Использованные материалы

  • «Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века. Составленные игуменом Дамаскиным (Орловским). Май». Тверь. 2007. С. 393-414
  • БД ПСТГУ «Новомученики и исповедники Русской Православной Церкви XX века»
  • Житие на сайте «Православный календарь»
  • (взята только икона)
  • — тропарь
  • Орищенко И. А. сост., «10 поколение Орнатских», генеалогический сайт «Род Белоликовых»:

МНП. Труды Высочайше учрежденной комиссии по вопросу об улучшении в средней общеобразовательной школе. Выпуск IV. Труды подкомиссий. СПб., 1900. С. 61-62.

По сведениям дочери Лидии Философовны Рюминой. По данным ПСТГУ был арестован 9 августа 1918 года.

>священномученик Философ Орнатский

День памяти: 31 мая (13 июня)

На пути к иерейству

Философ Николаевич Орнатский родился на территории Новгородской губернии, в погосте Новая Ёрга, 21 мая 1860 года. Его отец, Николай Платонович, был сельским священником, служил в местной церкви.

Необычное имя «Философ» будущему священномученику дали при Крещении, в честь христианского мученика Философа Александрийского.

В семье Николая Платоновича дети, включая Философа, воспитывались в духе христианских традиций, приучались любить Бога, слушаться голоса Церкви. Скажем, брат Ф. Орнатского, Иван, пошёл по стопам отца и стал Православным священником (он был женат на племяннице святого Иоанна Кронштадтского).

Философ был энергичным ребёнком, чем сильно выделялся среди своих сверстников. Между тем в меру своего возраста он понимал, что такое христианское смирение и уже с юности задумывался о пути Православного пастыря.

По достижении надлежащего возраста Философ поступил в Новгородскую духовную семинарию. Учился старательно. По выпуске из семинарии решил продолжить образование. Выбор пал на Санкт-Петербургскую духовную академию.

В академии он выделялся среди прочих студентов, демонстрирорвал блестящие результаты: сказались прирождённые дарования, чувство ответственности, усердие и целеустремленность. Он успешно закончил полный курс обучения, получив степень кандидата богословия.

По окончании академии, в 1885 году, Философ Николаевич соединил себя узами брака.

В июле 1885 года его рукоположили во диакона, а вскоре и во священника. Так начался его пастырский путь в Санкт-Петербурге.

Путь священнослужителя

Пламенная вера, жертвенность, ревность отца Философа Орнатского, проникновенность его пастырского слова, хорошие организаторские качества способствовали тому, что постепенно вокруг него стали сплачиваться люди. Его деятельность привлекала внимание и стороны простолюдинов, и со стороны церковных властей, и со стороны городского начальства.

Вскоре отец Философ обрёл широкую известность и популярность. В числе его близких знакомых был, например, Достоевский. Помимо устных проповедей отец Ф. Орнатский нередко выступал через печать: его наставления издавались в передовых церковных изданиях.

Время конца XIX — начала XX века было периодом духовного подъёма: активизировалось просветительское, благотворительное, миссионерское движения, всюду формировались религиозные содружества, общества, кружки.

Одновременно с этой положительной тенденцией развивалась другая: в стране нарастали бунтарские настроения, в конце концов обернувшиеся революционным пожаром 1905, а затем и 1917 года. На этом историческом этапе Церковь, в лице ответственных священнослужителей, стремилась держать руку на пульсе, быть в гуще событий.

В 1892 году отец Философ возглавил Общество религиозно-нравственного просвещения. Это общество ставило целью разъяснять широким народным массам основы Православного вероучения, их задачи на пути в Царство Небесное, обозначало нравственные ориентиры.

Вместе с тем в период брожения анархистских и революционных идей, наплыва всевозможных религиозных учений гражданам разъяснялась опасность отхода от Православных традиций и послушания Церкви, опасность политического радикализма. Кроме прочего члены общества боролись словом и делом с проникавшими на территорию страны псевдорелигиозными учениями.

Помимо масштабной просветительской работы, которую вели представители общества, последние инициировали и организовывали работы по строительству новых христианских храмов. Усилиями этого общества в Санкт-Петербурге и на прилегающих к нему землях было воздвигнуто 8 церквей, причём при храмах формировались просветительские центры.

Другой важной областью деятельности отца Философа Орнатского было участие в работе Городской Думы, где в период с 1893-го по 1917-й год он выступал в качестве гласного депутата от имени Петербургского духовенства.

Разумеется, Ф. Орнатский был очень далёк от чиновничьего ханжества и депутатских интриг. Думскую трибуну он использовал, скорее, как площадку для выступлений, в рамках которых доносил до широких общественных масс и власть имущих гражданских слоев ту позицию, которую диктовала его пастырская совесть и которая отвечала христианской морали, условиям нравственной пользы.

Помимо пастырских и депутатских обязанностей отец Философ в продолжении нескольких лет сотрудничал, в роли редактора, с популярным изданием «Санкт-Петербургский Духовный Вестник». Кроме того, он исполнял обязанности цензора двух известных журналов: «Воскресный благовест» и «Отдых христианина».

Несмотря на колоссальную загруженность священник Ф. Орнатский успевал уделять время семье, в которой, помимо любимой супруги, Елены Николаевны, было 10 детей. Достойно замечания, что все его дети получили хорошее воспитание, все десятеро выросли верующими, нравственно состоявшимися людьми.

В ноябре 1898 года священник Ф. Орнатский, в знак признания его пастырских заслуг, был удостоен звания протоиерея.

В 1913 году церковное руководство определило его на должность настоятеля Кафедрального Казанского собора.

С началом Первой Мировой войны в город стало поступать большое количество раненных бойцов. В этот трудный период семья Орнатских переселилась на Казанскую улицу, в небольшое служебное жилище, передав свою просторную квартиру на Невском под воинский лазарет. При этом его жена, Елена, и дочери ухаживали за ранеными. Случалось, что отец Философ лично выезжал к местам сражений, укреплял веру солдат, вдохновлял их на подвиги, утешал добрым пастырским словом.

В 1917-1918 годах протоиерей Ф. Орнатский принимал деятельное участие в работе Всероссийского Поместного Собора.

Революционная смута

С Февральской, а затем и Октябрьской революцией пришла эпоха насилия и кровавого лихолетья. Рухнули традиционные государственные и общественные институты, стали рушиться храмы, устои и судьбы людей.

Большевистские власти, вооруженные материалистической идеологией, взирали на Церковь не иначе как на могучего, непримиримого врага. Очень скоро они развернули против служителей Божьих жесточайший террор. Последовали расправы над духовенством, полилась христианская кровь.

Естественно, что при таком положении вещей ревностный пастырь Философ Орнатский не мог стоять в стороне и молчать. Он не раз и не два поднимал голос и богомольцев против антицерковной политики светских властей, организовывая (вместе с другими священнослужителями) многолюдные крестные ходы в защиту Церкви от разорения и поругания.

В январе 1918 года, в день, когда на его руках погиб от смертельной раны священник Петр Скипетров, он, не страшась мести со стороны обезумевших палачей, зачитал с во всеуслышание, с амвона, воззвание Патриарха Тихона, анафематствовашего гонителей Церкви.

На одном из заседаний Поместного Собора отец Философ прямо назвал разорителей храмов разбойниками, призвал бороться за веру и право Церкви на жизнь.

Такая стойкая и непоколебимая позиция в отношении веры не могла остаться незамеченной со стороны революционных властей. Вероятно, многие тогда понимали, что он обречен. Отмщение не заставило долго себя ждать.

В августе 1918 года протоиерей Ф. Орнатский был арестован, без предъявления обвинений, вместе с двумя сыновьями, а через некоторое время его расстреляли.

Точная дата его мученической кончины нам неизвестна, как неизвестно и место его смерти. Предположительно это произошло 5 сентября 1918 года, недалеко от береговой черты Финского залива.

Рассказывают, что отец Философ умер как истинный воин Христов. Непосредственно перед расстрелом ему, то ли из милости, то ли в насмешку, был задан вопрос, каким по счёту его расстрелять, на что он ответил: последним, чтобы иметь возможность произнести за казнимых (в том числе за своих сыновей) отходную молитву. Просьбу исполнили.

В качестве духовного наследия пастыря известны такие его произведения: Надгробная речь при погребении о. Иоанна Кронштадтского, произнесенная в соборе Иоанновского монастыря в С.-Петербурге, Слово о Кресте в неделю Крестопоклонную, Саровские поучения.

Тропарь священномученику Философу, пресвитеру Петербургскому, глас 5

От юности премудрость Божию возлюбив, досточудне отче Философе,/ во вся дни жития твоего
последовал еси Пастыреначальнику Христу,/ Иже яви тя граду святаго Петра пастыря добра./ Ты же, душу свою положив за паству,/ сам востекл еси на страдания от беззаконных/ со чады твоими Николаем и Борисом,/ темже и ныне молим ти ся:/ не остави предстательством твоим всех почитающих память твою.

Ин Тропарь священномученику Философу, пресвитеру Петербургскому, глас 3

Церкве Русския столпе непоколебимый,/ благочестия правило,/ жития евангельскаго образе,/ священномучениче Философе,/ Христа ради пострадавый даже до крове,/ Егоже моли усердно,/ яко Начальника и Совершителя спасения,/ Русь Святую утвердити в Православии// до скончания века.

Кондак священномученику Философу, пресвитеру Петербургскому, глас 2

Восхвалим, вернии,/ изряднаго во святителех (или священницех)/ и славнаго в мученицех Философе,/ Православия поборника и благочестия ревнителя,/ земли Русския красное прозябение,/ иже страданием Небес достиже/ и тамо тепле молит Христа Бога// спастися душам нашим.

Священномученик протоиерей Философ Николаевич Орнатский и иже с ним убиенные сыновья Николай и Борис

Дни памяти: 22 января (Новомуч.), 31 мая, 4 июня (Петерб.)

Священномученик протоиерей Философ Николаевич Орнатский родился 21 мая 1860 года на погосте Новая Ерга Череповецкого уезда Новгородской губернии в семье сельского священника. Один из его братьев был женат на племяннице святого праведного Иоанна Кронштадтского. Обучался Философ сначала в Кирилловском Духовном училище, а затем в Новгородской Духовной Семинарии. В 1885 году он со степенью кандидата богословия окончил Санкт-Петербургскую Духовную Академию. Летом 1885 года Философ вступил в брак с Еленой Заозерской, дочерью бывшего иподиакона митрополита Исидора, и вскоре принял священство. Первоначально батюшка служил настоятелем в храме приюта Принца Ольденбургского, где до этого преподавал Закон Божий.

С 1892 по 1912 годы он служит настоятелем храма при Экспедиции заготовления государственных бумаг. Двадцать шесть лет он являлся председателем «Общества распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви», успешно противодействуя антицерковным течениям.

В 1893 году Философ был избран гласным Санкт-Петербургской городской Думы от духовенства и нёс свои полномочия до 1917 года. Он принимал участие в устройстве в городе ночлежных домов, сиротских приютов, богаделен, его стараниями в Санкт-Петербурге и окрестностях было возведено 12 храмов, самый большой из них — храм Воскресения Христова у Варшавского вокзала. Кроме того, можно назвать церкви Петра и Павла в Лесном, преподобного Сергия Радонежского на Новосивковской улице, преподобного Серафима Саровского за Нарвской заставой, Предтеченский храм на Выборжской стороне, Герасимовскую церковь, Исидоро-Юрьевский храм.

Сам батюшка, имея большую семью (у него было десять детей), жил очень скромно. Всё множество общественных званий и должностей, которые он нёс во славу Божию, средств к существованию не приносили. Через его руки, как Председателя комитетов по строительству храмов, проходили огромные суммы денег, а он давал частные уроки, чтобы прокормить семью.

Известен был батюшка и как редактор и цензор таких столичных духовных журналов как «Санкт-Петербургский Духовный Вестник» (издавался с 1894 года), «Отдых христианина» (с 1901 года), «Православно-Русское слово» (с 1902 года).

Отец Философ был одним из ближайших сподвижников священномученика митрополита Петроградского и Гдовского Вениамина (Казанского) которого, в бытность того студентом Духовной Академии, батюшка активно привлекал к проповеднической деятельности в рабочей среде Санкт-Петербурга. Узы духовной дружбы связывали его и со Святейшим Патриархом Тихоном.

Почти двадцать лет отец Философ являлся духовным сыном святого праведного Иоанна Кронштадтского, который часто бывал у него дома и благословлял все его начинания во благо Церкви. Святой пастырь доверил отцу Философу быть посредником в своей переписке со святителем Феофаном, Вышенским затворником.

В 1913 году батюшка был назначен на должность настоятеля Казанского кафедрального собора в Санкт-Петербурге. Во время 1-й Мировой войны отец Философ отдал свою квартиру под лазарет для раненых воинов, а сам с семьёй переехал в небольшое казённое помещение. Неоднократно и сам он выезжал районы боевых действий, сопровождая транспорты с необходимыми воинам вещами и продуктами, стремясь всеми силами вдохновить и поддержать защитников Отечества.

Его сын Николай (родился в 1886 году) — военный врач, находился в составе 9-й Русской Армии; сын, Борис (родился в 1887 году), штабс-капитан 23-й артиллерийской бригады, закончивший Константиновское артиллерийское училище, геройски сражался на Австро-Венгерском фронте. Проповеднический дар батюшки привлекал искавших живого слова и он не раз призывал свою паству не принимать разлагающих идей большевизма, понимая, что Православие является основой русской родной жизни, батюшка призывал интеллигенцию знать это: «Нашей интеллигенции надо стать русскою», — не уставал повторять он.

На его глазах во время революции был расстрелян муж сестры его жены, священномученик протоиерей Пётр Скипетров (память 20 января). Батюшка при его отпевании произнёс проповедь, бесстрашно обличив большевиков. Неоднократно выступал он перед паствой с призывами к объединению русичей вокруг храмов для защиты святынь своей земли. В январе 1918 года, когда в Лавре был убит отец Пётр Скипетров, батюшка организовал защиту святынь Александро-Невской Лавры, устроив к ней крестные ходы со всех храмов столицы.

9 августа 1918 года его вместе с двумя старшими сыновьями, Николаем и Борисом, арестовали. Во время ареста он был совершенно невозмутим и спокоен. Прихожане собрались в многотысячную толпу и шли по Невскому проспекту на Гороховую в Ч. К., требуя освободить своего пастыря. Делегацию верующих чекисты приняли, коварно обещая выполнить их требования. Но в ту же ночь (предположительно на 20 июля 1918 года) батюшку перевезли в тюрьму города Кронштадт. Предположительно около 30 октября 1918 года вместе с сыновьями и другими 30 заключёнными офицерами отца Философа повезли на расстрел. По дороге батюшка читал вслух отходную над приговорёнными. Место казни находилось, по одним предположениям в Кронштадте, по другим — неподалёку от Финского залива между Лигово и Ораниенбаумом. Тела расстрелянных, по-видимому, были сброшены в залив.

Причислены к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в августе 2000 года для общецерковного почитания.

Священномученик Философ родился 21 мая 1860 года на погосте Новая Ерга Череповецкого уезда Новгородской губернии в семье священника Николая Ивановича Орнатского.

Окончил Кирилловское Духовное училище, затем Новгородскую Духовную семинарию, а в 1885 году — Санкт-Петербургскую Духовную академию.

Летом 1885 года Философ женился на Елене Заозерской, девушке из семьи священнослужителей.

26 июля 1885 года Философ Николаевич был рукоположен во диакона, а 28 июля — во священника. Первым приходом, в котором служил отец Философ, стал храм во имя иконы Божией Матери «Утоли моя печали», первой паствой — мальчики детского приюта принца Петра Георгиевича Ольденбургского.

В июле 1891 года батюшку пригласили для работы в комиссии по строительству церкви во имя преподобномученика Андрея Критского при Экспедиции заготовления государственных бумаг.

26 августа 1892 года по просьбе служащих Экспедиции отца Философа назначили настоятелем этого храма.

В 1894 году батюшка обратился к Городской думе и попросил выделить землю для строительства храма на пять тысяч человек и помещения при нем для проведения духовных бесед и бесплатной библиотеки с читальным залом.

В этом же году было выделено место, перенесен, собран и освящен храм Воскресения Христова.

Кроме того, с 1894 года отец Философ основал еженедельный журнал «Санкт-Петербургский духовный вестник» и стал его главным редактором. На страницах журнала среди прочего публиковали проповеди и дневниковые записи отца Иоанна Кронштадтского.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский очень любил отца Философа и часто бывал в его доме. «Когда приходил отец Иоанн, — рассказывала Лидия Философовна, — нас, детей, обычно выстраивали в гостиной, и он, подходя к каждому и благословляя, клал руку на голову и целовал в лоб. Затем садились обедать, обедали молча. После обеда, когда пили чай, то отец Иоанн, выпив полстакана чаю, передавал стакан с недопитым чаем маме, и она разливала его по рюмкам и раздавала нам. Таким образом, он как бы приобщал всех нас к Божией благодати, обильно обитавшей в нем. После обеда, поднявшись из-за стола, обычно он говорил: «Ну, Философ, идем, рассказывай мне…» Беседы длились недолго, так как отца Иоанна уже где-то еще ждали и постоянно сопровождавшие его почитательницы начинали настойчиво напоминать ему об этом. Однажды отец Иоанн остался у нас ночевать. Когда мы отправлялись спать, то ясно слышали, как он в отведенной ему комнате громко читал каноны. Так в чтении канонов он провел всю ночь, не сомкнув глаз».

В 1898 году при Воскресенском храме учредили Александро-Невское общество трезвости. Из отчета Святейшего синода: «Первоначальные задачи Александро-Невского общества были скромны. Это были задачи обыкновенного общества трезвости. Трезвенники вместе молились, вместе поучались у своего руководителя, старались поддерживать друг друга в несении трезвенного подвига и привлекали к трезвости других, спасая от пьяной и разгульной жизни. Но с развитием деятельности Александро-Невского общества расширились и его задачи. Понимая под трезвостью не одну частичную добродетель воздержания от спиртных напитков, но целостное христиански-органическое начало жизни, приводящее в гармоничное сочетание все творческие силы человека и предохраняющее его от подавления темными силами, названное общество направило свою деятельность на устранение самих причин и условий зарождения нетрезвости. С этой целью, не ограничиваясь разъяснением спасительной силы трезвости и гибельности пьянства, оно обратило главное внимание на возможно лучшую и правильную постановку проповеди, уясняющей истины веры и нравственности, как руководящие начала для жизни каждого христианина».

Священномученик Философ Орнатский причислен к лику святых Русской Православной Церкви за мученическую кончину. Но каждодневный его труд на протяжении тридцати трех лет священства тоже подвиг. Отец Философ был членом или председателем многих благотворительных религиозных обществ. Батюшка основал «Общество распространения религиозно-нравственного просвещения в духе Православной Церкви», был председателем «Общества трезвости» и «Общества Царицы Небесной»; также деятельно участвовал в устройстве ночлежных домов, был гласным Городской думы от Церкви и председателем Комиссии народного образования и Благотворительности Нарвского района, где находилась Экспедиция заготовления государственных бумаг.

В 1905 году, когда в городе начались беспорядки и растревоженная чернь орудовала с оружием в руках на улицах города, отец Философ вышел к своей пастве и просил всех сохранять верность государю и не обольщаться лживыми обещаниями.

Не переставал проповедовать батюшка, и когда Россия рухнула под натиском черных сил, разгорелась красным пламенем революции.

«Пора сказать, что разбойники взяли власть и управляют нами. Мы терпели, но терпеть далее невозможно, потому что затронуто Святое Святых русской души — Святая Церковь… На сознательное мученичество идти не следует, но если нам нужно пострадать и даже умереть за правду, это надо будет сделать. Крестные ходы докажут всем, что верующий народ объединяется. Духовенству надо проповедовать народу не по праздникам только, а всегда и везде, где можно. Все должны говорить, что необходимо защищать святую веру, надо кричать об этом в трамваях, кинематографах, на железных дорогах… Пора духовенству объединиться с народом. Если Лавра получила защиту, это защитил ее народ. Если отвоюем Церковь, это сделаем при содействии народа…»

Протоиерей Философ сделал все, что было в его силах сделать на земле, оставалось принять мученический венец и, представ перед Престолом Судии, вымаливать свою многострадальную Родину.

Отец Философ и его матушка Елена Николаевна воспитали десять детей. Батюшка им заповедал: «Мы всегда должны говорить правду, ибо ложь — главное зло, присущее человеку. Всегда помогать тем, кому трудно, независимо от происхождения, возраста и положения. Всегда уважать старших и старость. Постоянно учиться, совершенствовать себя. Главное — быть человеком, которому не стыдно не только перед окружающими, но и перед самим собой, перед своей совестью, перед Господом…»

19 июля по старому стилю 1918 года отца Философа пригласили служить всенощную на Охте в храме святого пророка Илии при пороховом заводе. Там был Престольный праздник.

«Это одно из самых революционных мест в городе, — рассказывала Лидия Философовна, дочь священномученика. — Мы не могли понять, почему он был приглашен в такое время там служить. Когда отец Философ вернулся домой, мы сели ужинать, мой отец и мать, три моих брата — Николай, Борис и Владимир и младшая сестра моей матери вдова А. Н. Скипетрова. Вдруг раздался звонок, и в дверях появились вооруженные матрос и два красноармейца. Матрос приказал сделать обыск; обыск был поверхностный. Затем предложили отцу ехать с ними, пообещав, что он скоро вернется. Старший брат Николай — военный доктор, сам вызвался сопровождать отца. Тогда матрос обратился ко второму брату, Борису, тоже офицеру, чтобы и он ехал с ними. Вскоре после того, как увезли отца и двух старших братьев Николая и Бориса, пришли из ЧК Казанского района, чтобы арестовать Бориса. Мы сказали, что он уже арестован с отцом. Это их удивило. Здесь им попался на глаза третий брат, Владимир, тоже офицер, они и его арестовали. То была первая ночь ареста офицеров.

Подождав до пяти часов утра их возвращения, обеспокоенная, я отправилась прежде всего в Нарвский район, где отец Философ провел большую часть своей жизни. Придя в комиссариат, я встретила там комиссара и сказала ему, что в эту ночь был арестован мой отец, протоиерей Философ Орнатский, и два его сына и что арестовавшие его лица сказали, что берут их для допроса и что они вскоре будут дома. В ответ комиссар сказал, что никаких Орнатских он не знает и здесь их не было. Тогда я его спросила:

— Где же их искать?

— Ищите в Кронштадте в «Крестах», но здесь их не было.

Когда я направилась к выходу, то заметила матроса, арестовавшего отца Философа с сыновьями, и сказала ему: «Это вы у нас были на Казанской улице и взяли для допроса отца Философа, сказав, что они скоро вернутся? Они домой не вернулись, где они теперь?» Матрос тоже отрекся, сказав, что он у нас не был и никого не арестовывал.

Я вышла из комиссариата и шла, думая, что делать, как вдруг услышала за собой шаги и голос: «Сестра Орнатская, идите, слушайте и не оборачивайтесь: ваш отец и братья были здесь и теперь увезены и расстреляны в числе других арестованных на одной из дамб Финского залива». Затем я услышала удаляющиеся шаги. Я обернулась и увидела уходящего человека небольшого роста и в солдатской шинели.

Услышав такую ужасную весть, поспешила домой, где меня ждала встревоженная всем происшедшим мать. Увидев ее состояние, у меня не хватило духу рассказать ей о слышанном.

Прихожане Казанского собора, узнав об аресте священномученика Философа, составили несколько делегаций, которые большевики не приняли. Наконец, в одно воскресение, после обедни, в сквере перед собором собралась многотысячная толпа, главным образом женщин, которая с пением молитв, хоругвями и иконами двинулась по Невскому проспекту на Гороховую улицу освободить батюшку отца Философа.

Из толпы вышла делегация, которую коммунисты приняли и уверили, что они отца Орнатского скоро выпустят и что он находится на Гороховой, в камере, в полной безопасности. Толпа, успокоенная, разошлась.

К нам постоянно поступали различные слухи об участи отца и братьев, но официального сообщения не было. Тогда я решила написать письмо от имени матери чекисту Урицкому, обращаясь к нему как человеку и прося его сказать правду о судьбе, постигшей протоиерея Орнатского и его сыновей Николая и Бориса, указав, что прошел уже месяц и мы до сих пор не получили сведений об их судьбе. Только когда мать получила письмо за подписью Урицкого с сообщением, что гражданин Орнатский расстрелян как ярый контрреволюционер, а о судьбе его сыновей ничего не известно, вот тогда была отслужена митрополитом Вениамином в Казанском соборе большая панихида с соборным духовенством, братом отца Философа отцом Иоанном и двумя молодыми священниками, отцом Петром Балыковым и отцом Михаилом Яворским — мужьями моих сестер Марии и Веры, впоследствии тоже ставшими жертвами красного террора».

В книге священника Михаила Польского «Новомученики и Исповедники Российские» есть описание мученической кончины протоиерея Философа и его сыновей:

«Случайно во время скитаний по России автору настоящих воспоминаний пришлось встретить бывшего рабочего Обуховского завода, слесаря, шофера Павлова, который возил на расстрел отца Орнатского и целую группу лиц вместе с ним. Как-то вызванный на откровенность, он рассказал: «Да что ж было делать, приходилось и на смерть людей отвозить — мобилизовывали на это дело. Только в трезвом виде я этого не производил. Уклониться нельзя — тебя прикончат. Ну, выпьешь бутылку спирта покрепче и везешь. Чекисты нас баловали спиртом, а в норме ни за что машину не заведешь на такое дело. Больше всех запомнилось, как с батюшкой Орнатским ехали… Батюшка умирал, как святой человек. В ту же ночь мы с разных тюрем тридцать два человека взяли на грузовик. Говорили, что все монархисты-офицеры. Были молодые, были и седые. Один говорил, что он — полковник гвардии, и крепко ругал большевиков.

— Погибнете вы, хоть через двадцать лет, а все погибнете, как псы. Будет Россия опять, как Россия, а вы пропадете.

Конвойные молчат, слушают. А батюшка Орнатский успокаивает полковника и говорит:

— Ничего, к Господу идем. Вот, примите мое пастырское благословение и послушайте святые молитвы.

И стал читать то, что полагается, отходную над умершим. Читает четко, твердым голосом. Читает и благословляет.

Была темная, дождливая ночь… Все арестованные притихли и крестятся. Конвойные отвернулись. Меня жуть берет, и хмель выскакивает. Приказано было везти за Лигово, на берег залива. Долго мы ехали, а батюшка Орнатский все молитвы читал.

На месте, на самом берегу, выгрузились и поставили всех рядом. Здесь уже ждали чекисты. Подходили с наганами и стреляли в затылок»».

Отца Философа Орнатского расстреливали вместе с двумя сыновьями, Николаем и Борисом. Рассказывали, что перед тем, как привести приговор в исполнение, батюшку спросили:

— Кого сначала убивать, Вас или сыновей?

Отец Философ ответил:

— Сыновей.

Встал на колени и, когда убивали его детей, читал над ними «отходную».

Из книги священника Михаила Польского:

«Для расстрела отца Орнатского построили взвод красноармейцев. Те отказались стрелять. Позвали китайцев. Идолопоклонники, устрашенные чудесной силой и видом молящегося коленопреклоненного старца, также отказались. Тогда к батюшке подошел вплотную молодой комиссар и выстрелил в него из револьвера в упор…»

Тела расстрелянных скинули в воды залива. Есть свидетельство, что тело священномученика Философа не утонуло, волнами вынесло к Ораниенбауму, где его тайно захоронили.

В 2000 году протоиерей Философ Орнатский и его сыновья причислены к лику святых Новомучеников и Исповедников Российских.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *