Стихотворение фета совет

Содержание

Афанасий Фет: лучшие произведения

  • Alter Ego
  • Ave Maria
  • А. Л. Бржеской (Далекий друг…)
  • Бабочка
  • Бал
  • Буря (Свежеет ветер, меркнет ночь…)
  • Буря на небе вечернем,
  • В вечер такой золотистый и ясный,
  • В дымке-невидимке
  • В леса безлюдной стороны
  • В лунном сиянии
  • В темноте, на треножнике ярком
  • В. С. Соловьеву
  • Вакханка
  • Венера Милосская
  • Весенние мысли
  • Весенний дождь
  • Весна и ночь покрыли дол,
  • Весна на дворе
  • Ветер злой, ветр крутой в поле
  • Вечер
  • Влачась в бездействии ленивом
  • Вольный сокол
  • Вот утро севера — сонливое, скупое —
  • Всё вокруг и пестро так и шумно,
  • Всю ночь гремел овраг соседний,
  • Георгины
  • Глубь небес опять ясна,
  • Графу Л. Н. Толстому
  • Грезы
  • Давно ль под волшебные звуки
  • Деревня
  • Диана
  • Дождливое лето
  • Долго снились мне вопли рыданий твоих,-
  • Дул север. Плакала трава
  • Ель рукавом мне тропинку завесила.
  • Если радует утро тебя,
  • Если ты любишь, как я, бесконечно,
  • Есть ночи зимней блеск и сила,
  • Еще акация одна
  • Еще весна,- как будто неземной
  • Еще весны душистой нега
  • Еще вчера, на солнце млея,
  • Еще люблю, еще томлюсь
  • Ещё майская ночь
  • Еще, еще! Ах, сердце слышит
  • Жаждою света горя,
  • Жди ясного на завтра дня,
  • Жду я, тревогой объят,
  • Жизнь пронеслась без явного следа.
  • Здравствуй! Тысячу раз мой привет тебе, ночь!
  • Зеркало в зеркало, с трепетным лепетом,
  • Змей
  • Знаю я, что ты, малютка,
  • Зреет рожь над жаркой нивой,
  • Ива
  • Из дебрей туманы несмело
  • Die Gleichmasigkeit des Laufes der
  • Истрепалися сосен мохнатые ветви от бури,
  • Каждое чувство бывает понятней мне ночью, и каждый
  • Как беден наш язык! — Хочу и не могу.-
  • Как мошки зарею,
  • Как ярко полная луна
  • Как ясность безоблачной ночи,
  • Какая грусть! Конец аллеи
  • Какая ночь! Как воздух чист,
  • Какие-то носятся звуки
  • Какое счастие: и ночь, и мы одни!
  • Какой горючий пламень
  • Когда Божественный бежал людских речей
  • Когда вослед весенних бурь
  • Когда мечтательно я предан тишине
  • Когда мои мечты за гранью прошлых дней
  • Когда у райских врат изгнанник
  • Когда читала ты мучительные строки,
  • Колокольчик
  • Кот поет, глаза прищуря,
  • Кричат перепела, трещат коростели,
  • Кукушка
  • Купальщица
  • Ласточка (Я люблю посмотреть…)
  • Ласточки
  • Ласточки пропали,
  • Лесом мы шли по тропинке единственной
  • Летний вечер тих и ясен;
  • Люди спят; мой друг, пойдем в тенистый сад.
  • Майская ночь
  • Месяц зеркальный плывет по лазурной пустыне,
  • Моего тот безумства желал, кто смежал
  • Молчали листья, звезды рдели.
  • Молятся звезды, мерцают и рдеют,
  • Морская даль во мгле туманной;
  • Мотылек мальчику
  • Музе
  • На двойном стекле узоры
  • На железной дороге
  • На заре ты ее не буди,
  • На книжке стихотворений Тютчева
  • На корабле
  • На пажитях немых люблю в мороз трескучий
  • На стоге сена ночью южной
  • Над озером лебедь в тростник протянул,
  • Напрасно!
  • Не избегай; я не молю
  • Не могу я слышать этой птички,
  • Не отходи от меня,
  • Не первый год у этих мест
  • Не смейся, не дивися мне,
  • Не тем, Господь, могуч, непостижим
  • Непогода — осень — куришь,
  • Нет, не жди ты песни страстной,
  • Нет, я не изменил. До старости глубокой
  • Ночь крещенская морозна,
  • Ночь светла, мороз сияет,
  • Ночь. Не слышно городского шума.
  • О, долго буду я, в молчаньи ночи тайной,
  • О, не вверяйся ты шумному
  • О, не зови! Страстей твоих так звонок
  • О, этот сельский день и блеск его красивый
  • Облаком волнистым
  • Одинокий дуб
  • Одна звезда меж всеми дышит
  • Одним толчком согнать ладью живую
  • Опять незримые усилья,
  • Опять осенний блеск денницы
  • Осенняя роза
  • Осень
  • Осенью
  • Отчего со всеми я любезна,
  • Офелия гибла и пела,
  • Певице
  • Первый ландыш
  • Перекресток, где ракитка
  • Печальная береза
  • По ветви нижние леса
  • Поделись живыми снами,
  • «Полно смеяться! что это с вами?
  • Полонскому
  • Помню я: старушка-няня
  • Право, от полной души я благодарен соседу:
  • Прежние звуки, с былым обаяньем
  • Псовая охота
  • Пчелы
  • С бородою седою верховный я жрец,
  • С гнезд замахали крикливые цапли,
  • С какой я негою желанья
  • Сад весь в цвету,
  • Свеж и душист твой роскошный венок,
  • Свеча нагорела. Портреты в тени.
  • Серенада
  • Сестра
  • Сияла ночь. Луной был полон сад. Лежали
  • Скрип шагов вдоль улиц белых,
  • Скучно мне вечно болтать о том, что высоко,
  • Слышишь ли ты, как шумит вверху угловатое стадо?
  • Смерти
  • Смерть
  • Снился берег мне скалистый,
  • Сны и тени,
  • Солнца луч промеж лип был и жгуч и высок,
  • Солнце нижет лучами в отвес,
  • Солнце садится, и ветер утихнул летучий,
  • Сосна так темна, хоть и месяц
  • Сосны
  • Спи — еще зарею
  • Среди звезд
  • Старые письма
  • Степь вечером
  • Страницы милые опять персты раскрыли;
  • Так, он безумствует; то бред воображенья.
  • Тебе в молчании я простираю руку
  • Теперь
  • Тихо ночью на степи;
  • Тихонько движется мой конь
  • Толпа теснилася. Рука твоя дрожала,
  • Только в мире и есть, что тенистый
  • Только встречу улыбку твою
  • Только станет смеркаться немножко,
  • Тополь
  • Тургеневу
  • Ты видишь, за спиной косцов
  • Ты говоришь мне: прости!
  • Ты отстрадала, я еще страдаю,
  • Ты помнишь, что было тогда,
  • Ты прав: мы старимся. Зима недалека,
  • — Ты так любишь гулять;
  • У камина
  • Уж верба вся пушистая
  • Учись у них — у дуба, у березы.
  • Ф. И. Тютчеву
  • Фантазия
  • Цветы
  • Целый мир от красоты,
  • Чем безнадежнее и строже
  • Чем тоске, и не знаю, помочь;
  • Что за звук в полумраке вечернем? Бог весть,-
  • «Что ты, голубчик, задумчив сидишь,
  • Чудная картина,
  • Чуждые огласки,
  • Шарманщик
  • Шепот, робкое дыханье.
  • Шопену
  • Шумела полночная вьюга
  • Щечки рдеют алым жаром,
  • Это утро, радость эта,
  • Я был опять в саду твоем,
  • Я долго стоял неподвижно,
  • Я ждал. Невестою-царицей
  • Я жду… Соловьиное эхо
  • Дух всюду сущий и единый.
  • Я пришел к тебе с приветом,
  • Я рад, когда с земного лона,
  • Я тебе ничего не скажу,
  • Я уезжаю. Замирает
  • Ярким солнцем в лесу пламенеет костёр,

Фет, Афанасий Афанасьевич

Эта статья или раздел нуждается в переработке. Пожалуйста, улучшите статью в соответствии с правилами написания статей.

Запрос «Фет» перенаправляется сюда; см. также другие значения.

Афанасий Фет


Портрет работы И. Репина (1882)

Имя при рождении

Афанасий Афанасьевич Шеншин

Дата рождения

23 ноября (5 декабря) 1820

Место рождения

усадьба Новосёлки, Мценский уезд, Орловская губерния, Российская империя

Дата смерти

21 ноября (3 декабря) 1892 (71 год)

Место смерти

  • Москва, Российская империя

Подданство

Российская империя (1820—1834; 1873—1892)
Гессен-Дармштадт (1834—1873)

Род деятельности

поэт-лирик, переводчик

Годы творчества

1839—1892

Направление

поэзия

Жанр

лирика

Язык произведений

русский

Награды

Автограф

Произведения в Викитеке

Медиафайлы на Викискладе

Цитаты в Викицитатнике

Афана́сий Афана́сьевич Фет (23 ноября 1820, усадьба Новосёлки, Мценский уезд, Орловской губернии — 21 ноября 1892, Москва) — русский поэт-лирик и переводчик, мемуарист, член-корреспондент Петербургской Академии Наук (1886).

Биография

Родился 23 ноября (5 декабря) 1820 года в усадьбе Новосёлки Мценского уезда Орловской губернии, 30 ноября крещён по православному обряду и наречён Афанасием.

Отец, ротмистр в отставке Афанасий Неофитович Шеншин, принадлежал к старинному и обширному роду Шеншиных, представители которого владели половиной всего Мценского уезда, и был богатым помещиком, живущим в деревне, благодаря чему поэт вырос под влиянием помещичьего быта.

Фамилия Фета произошла так. Афанасий Неофитович, находясь в Германии, в 1819 году женился в Дармштадте на Шарлотте Фёт (Foeth), дочери обер-кригс-комиссара К. Беккера. Она носила фамилию Фёт по своему первому мужу, с которым развелась, от него имела дочь. В браке с А. Н. Шеншиным родился Афанасий Афанасьевич, который до 14 лет значился как Шеншин, однако потом носил фамилию своей матери, поскольку выяснилось, что лютеранское благословение на брак не имело в России законной силы, а православное браковенчание было совершено после рождения Афанасия.

Афанасий Фет в 1860-х годах

В 1834 году духовная консистория отменила крещальную запись Афанасия законным сыном Шеншина и определила ему в отцы первого мужа Шарлотты-Елизаветы — Иоганна-Петера-Карла-Вильгельма Фёта. Вместе с исключением из рода Шеншиных Афанасий лишился потомственного дворянства.

Особенное положение в семье, по которому он не мог носить фамилию своего отца, имело огромное значение в жизни Афанасия Афанасьевича. Ему приходилось выслужить себе дворянские права, в которых он не был утверждён отчасти по случайности, отчасти по своеобычности отца, запустившего это дело. Поэтому он постарался кончить курс в университете и потом принялся ревностно служить.

— Страхов Н. Н. «А. А. Фет. Биографический очерк»

В 1835—1837 годах Афанасий учился в немецком частном пансионе Крюммера. В это время он начал писать стихи и проявлять интерес к классической филологии. В 1837—1838 годах жил в пансионе М. П. Погодина, где готовился к поступлению в университет. В 1838 году поступил в Московский университет, сначала на юридический факультет, затем — на историко-филологическое (словесное) отделение философского факультета, который окончил в 1844 году.

Во время учёбы начал печататься в журналах. В 1840 году вышел сборник стихов Фета «Лирический пантеон» при участии Аполлона Григорьева, друга Фета по университету. В 1842 году — публикации в журналах «Москвитянин» и «Отечественные записки».

Окончив университет, Афанасий Фет в 1845 году поступил унтер-офицером в кирасирский Военного ордена полк (штаб его находился в Новогеоргиевске Херсонской губернии), в котором 14 августа 1846 года произведён в корнеты, а 6 декабря 1851 года — в штабс-ротмистры.

В 1850 году вышел второй сборник Фета, получивший положительные отзывы критиков в журналах «Современник», «Москвитянин» и «Отечественные записки»

Прикомандированный затем (в 1853 году) к уланскому Его Величества лейб-гвардии полку, Фет в чине поручика был переведён в этот расквартированный под Петербургом полк. Поэт часто бывал в Санкт-Петербурге, где у него произошли встречи с Тургеневым, Некрасовым, Гончаровым и другими, а также его сближение с редакцией журнала «Современник».

Во время Крымской войны он находился в Балтийском Порту в составе войск, охранявших эстонское побережье.

В 1856 году вышел третий сборник Фета под редакцией И. С. Тургенева.

В 1857 году Фет женился на Марии Петровне Боткиной, сестре критика В. П. Боткина.

В 1858 году вышел в отставку в чине гвардейского штабc-ротмистра и поселился в Москве. За службу награждён орденами Св. Анны 3-й степени (1852) и Св. Анны 2-й степени (1885).

Будучи одним из самых утончённых лириков, Фет поражал современников тем, что это не мешало ему одновременно быть чрезвычайно деловитым, предприимчивым и успешным помещиком.

В 1860 году на средства приданого жены Фет купил имение Степановка в Мценском уезде Орловской губернии — 200 десятин пахотной земли, деревянный господский одноэтажный домик в семь комнат и с кухней, и на протяжении последующих 17 лет занимался его развитием — выращивал зерновые культуры (в первую очередь — рожь), запустил проект конного завода, держал коров и овец, птицу, разводил пчёл и рыбу в нововыкопанном пруду. Через несколько лет ведения хозяйства текущая чистая прибыль от Степановки составляла 5—6 тыс. рублей в год. Выручка от имения была основным доходом семьи Фета.

В 1863 году вышло двухтомное собрание стихотворений Фета.

Смущаюсь я не раз один:
Как мне писать в делах текущих?
Я между плачущих Шеншин,
И Фет я только средь поющих.

В 1867 году Афанасий Фет избран мировым судьёй по Мценскому уезду на 11 лет.

В 1873 году ему были возвращены родовая фамилия и дворянство: «По высочайшему указу 26 декабря 1873 года была наконец утверждена за Афанасием Афанасьевичем отцовская фамилия Шеншин, со всеми связанными с нею правами». Литературные произведения и переводы поэт и в дальнейшем подписывал фамилией Фет.

В 1877 году Фет продал Степановку и купил старинное имение Воробьёвку в Курской губернии — барский дом на берегу реки Тускарь, у дома — вековой парк в 18 десятин, за рекой — село с пашнями, 270 десятин леса в трёх верстах от дома. Много занимался хозяйственными вопросами, систематически объезжал свои владения на запряжённом в небольшую повозку осле по кличке Некрасов.

Фет в Воробьёвке (1890)

В 1883—1891 годах были опубликованы четыре выпуска сборника «Вечерние огни».

В 1890 году Фет издал книгу «Мои воспоминания», в которой рассказывает о себе как о помещике. И уже после смерти автора, в 1893 году, вышла ещё одна книга с воспоминаниями — «Ранние годы моей жизни».

Скончался Фет 21 ноября 1892 года в Москве. Согласно воспоминаниям секретаря Фета Екатерины Кудрявцевой, его смерти от сердечного приступа предшествовала попытка самоубийства с использованием «разрезального» ножа для писем. Похоронен в селе Клейменово, родовом имении Шеншиных.

Семья

Отец (по другим данным — первый муж матери) — Иоганн-Петер-Карл-Вильгельм Фёт (Johann Peter Karl Wilhelm Föth) (1789—1826), асессор городского суда Дармштадта, сын Иоганна Фёта и Сибиллы Миленс. После того как его оставила первая жена, в 1824 году вторым браком женился на воспитательнице своей дочери Каролины. Умер в феврале 1826 года. 7 ноября 1823 года Шарлотта-Елизавета написала письмо в Дармштадт своему брату Эрнсту Беккеру, в котором жаловалась на бывшего мужа Иоганна-Петера-Карла-Вильгельма Фета, пугавшего её и предлагавшего усыновить сына Афанасия, если будут оплачены его долги. 25 августа 1825 года Шарлотта-Елизавета Беккер писала письмо брату Эрнсту о том, как хорошо заботится Шеншин о её сыне Афанасии: «никто не заметит, что это не кровный его ребёнок». В марте 1826 года она вновь написала брату, что умерший месяц назад её первый муж не оставил ей и ребёнку денег: «чтобы отомстить мне и Шеншину, он забыл собственное дитя, лишил его наследства и наложил на него пятно… Попытайся, если это возможно, упросить нашего милого отца, чтобы он помог вернуть этому ребёнку его права и честь; должен же он получить фамилию…» Затем, в следующем письме: «… Очень мне удивительно, что Фёт в завещании забыл и не признал своего сына. Человек может ошибаться, но отрицать законы природы — очень уж большая ошибка. Видно, перед смертью он был совсем больной…».

Мать — Елизавета Петровна Шеншина, урождённая Шарлотта-Елизавета (Шарлотта Карловна) Беккер (1798—1844), дочь дармштадтского обер-кригскомиссара Карла-Вильгельма Беккера (1766—1826) и его супруги Генриетты Гагерн. 18 мая 1818 года в Дармштадте состоялось бракосочетание 20-летней Шарлотты-Елизаветы Беккер и Иоганна-Петера-Карла-Вильгельма Фёта. В 1820 году в Дармштадт на воды приехал 45-летний русский помещик, потомственный дворянин Афанасий Неофитович Шеншин, и остановился в доме Фётов. Между ним и Шарлоттой-Елизаветой вспыхнул роман, несмотря на то, что молодая женщина ждала второго ребёнка. 18 сентября 1820 года Афанасий Неофитович Шеншин и Шарлотта-Елизавета Беккер тайно выехали в Россию. 23 ноября (5 декабря) 1820 года в селе Новосёлки Мценского уезда Орловской губернии у Шарлотты-Елизаветы Беккер родился сын, 30 ноября крещённый по православному обряду и нареченный Афанасием. В метрической книге он был записан как сын Афанасия Неофитовича Шеншина. Однако повенчались супруги лишь 4 сентября 1822 года, после того как Шарлотта Карловна приняла православие и стала зваться Елизаветой Петровной Фёт. 30 ноября 1820 года Афанасий был крещён по православному обряду и при рождении записан (вероятно, за взятку) «законным» сыном Афанасия Неофитовича Шеншина и Шарлотты-Елизаветы Беккер. В 1834 году, когда Афанасию Шеншину было 14 лет, «ошибка» в документах обнаружилась, и он был лишён фамилии, дворянства, русского подданства и стал «гессендармштадтским подданным Афанасием Фётом». В 1873 году он официально вернул себе фамилию Шеншин, но литературные произведения и переводы продолжал подписывать фамилией Фет (через «е»).

Отчим (по другим данным — отец) — Афанасий Неофитович Шеншин (1775—1854), ротмистр в отставке, богатый орловский помещик, мценский уездный судья, сын Неофита Петровича Шеншина (1750—1800-е) и Анны Ивановны Прянишниковой. Мценский уездный предводитель дворянства. В начале 1820 года лечился в Дармштадте, где познакомился с Шарлоттой Фёт. В сентябре 1820 года увёз её в Россию в свое имение Новосёлки Мценского уезда Орловской губернии, где через два месяца и родился А. А. Фет. 4 сентября 1822 года они обвенчались. В браке родились ещё несколько детей.

Сестра (по другим данным — единоутробная сестра) — Каролина Петровна Матвеева, урождённая Каролина-Шарлотта-Георгина-Эрнестина Фёт (1819—1877), жена с 1844 года Александра Павловича Матвеева, с которым познакомилась летом 1841 года во время своего пребывания у матери в Новосёлках. А. П. Матвеев был сыном соседнего помещика Павла Васильевича Матвеева, двоюродного брата Афанасия Неофитовича Шеншина. После нескольких лет совместной жизни он сошёлся с другой женщиной, а Каролина с сыном уехала за границу, где жила долгие годы, формально оставаясь в браке с Матвеевым. Около 1875 года, после смерти второй жены Матвеева, она вернулась к мужу. Умерла в 1877 году, по семейному преданию Беккеров, была убита.

Единоутробная (по другим данным — родная (полнокровная) сестра — Любовь Афанасьевна Шеншина, урождённая Шеншина (25.05.1824—?), замужем за своим дальним родственником Александром Никитичем Шеншиным (1819—1872).

Единоутробный (по другим данным — родной (полнокровный) брат — Василий Афанасьевич Шеншин (21.10.1827—1860-е), орловский помещик, был женат на Екатерине Дмитриевне Мансуровой, внучке новосильского помещика Алексея Тимофеевича Сергеева (1772—1853), двоюродного брата В. П. Тургеневой. У них осталась дочь Ольга (1858—1942), в замужестве Галахова, которая после смерти родителей осталась под опекой своего дяди Ивана Петровича Борисова, а после его смерти — Афанасия Афанасьевича Фета. Она была не только племянницей Фета, но и приходилась дальней родственницей И. С. Тургеневу, оказавшись после его смерти единственной наследницей Спасского.

Единоутробная (по другим данным — родная (полнокровная) сестра — Надежда Афанасьевна Борисова, урождённая Шеншина (11.09.1832—1869), замужем с января 1858 года за Иваном Петровичем Борисовым (1822—1871). Их единственный сын Пётр (1858—1888) после смерти отца воспитывался в семье А. А. Фета.

Единоутробный (по другим данным — родной (полнокровный) брат — Пётр Афанасьевич Шеншин (1834—после 1875), отправился в Сербию осенью 1875 года для того, чтобы участвовать добровольцем в сербско-турецкой войне, но вскоре вернулся в Воробьёвку. Однако вскоре уехал в Америку, где его следы теряются.

Единоутробные (по другим данным — родные) братья и сестры — Анна (1821—1825), Василий (1823—до 1827), умершие в детстве. Возможно была ещё одна сестра — Анна (07.11.1830—?).

Жена (с 16 (28) августа 1857 года) — Мария Петровна Шеншина, урождённая Боткина (1828—1894), из семьи Боткиных. Её братья были поручителями во время венчания: Николай Петрович Боткин — по жениху, а Василий Петрович Боткин — по невесте; кроме того поручителем по невесте был Иван Сергеевич Тургенев.

Детей у Афанасия Афанасьевича и Марии Петровны не было.

Творчество

Фет — поздний романтик. Три основные темы его творчества — природа, любовь, искусство, объединяемые темой красоты.

Я пришёл к тебе с приветом Рассказать, что солнце встало…

Понимание Фетом прекрасного приближено к эстетическим воззрениям парнасцев: прекрасно то, что бесполезно. Чему невозможно найти практическое применение. Ассоциативный ряд выстраивается исходя из деталей:

Ветер. Кругом все гудёт и колышется, Листья кружатся у ног. Чу, там вдали неожиданно слышится Тонко взывающий рог.

Схожие по эмоциональной окраске образы обуславливают атмосферу стихотворения. Постепенно из них складывается целое — Красота. Для поэта не так важно, кто или что производит такое впечатление. Ведь

Только песне нужна красота, Красоте же и песен не надо.

В своём творчестве поэт утверждает самоценность красоты, её безусловную силу. Поэтому лица лирических героинь смазываются в собирательный образ, а описательно-пейзажная часть стихотворения переходит в философские размышления («Учись у них — у дуба, у берёзы…»).

Природа у Фета одухотворенная. Ее состояние гармонирует с настроением героя, поэтому часто пейзажная зарисовка оказывается развернутой метафорой. Но независимо от того, буря описывается или солнечный весенний день, природа величественна и прекрасна.

Фет — чистый лирик, а в этом случае, как известно, сложнее говорить о поэтическом пути и развитии. Да, в зрелом творчестве превалируют размышления о человеческой натуре, слове как неполноценной форме выражения неуловимой мысли, а также о изменчивости и конечности всего, что радостно описывалось в раннем творчестве. Но вплоть до последней написанной строчки поэт-созидатель ведет — начатый с первой же своей поэтической строки — неумолчный разговор о Любви, Красоте и Жизни.

Переводы

  • обе части «Фауста» Гёте (1882—1883),
  • целый ряд латинских поэтов:
  • Горация, все произведения которого в фетовском переводе вышли в 1883 году,
  • сатиры Ювенала (1885),
  • стихотворения Катулла (1886),
  • элегии Тибулла (1886),
  • XV книг «Превращений» Овидия (1887),
  • «Энеида» Вергилия (1888),
  • элегии Проперция (1888),
  • сатиры Персия (1889),
  • эпиграммы Марциала (1891)
  • комедию «Горшок» Плавта (1891).

В 1884 году Афанасий Фет за книгу «Гораций Флакк К. В переводе и с объяснениями А. Фета» (1883) был награждён полной Пушкинской премией, став первым из её лауреатов (до того премия присуждалась лишь в половинном размере). Переводы и подражания А. А. Фета (из Байрона, Беранже, Гейне, Мицкевича, Шиллера и др.), собраны в III томе Полного собрания сочинений (1901).

В планах Фета был новый перевод Библии на русский язык, поскольку синодальный перевод он считал неудовлетворительным, а также «Критики чистого разума», однако Н. Страхов отговорил Фета переводить эту книгу Канта, указав, что её русский перевод уже существует. После этого Фет обратился к переводу Шопенгауэра. Он перевёл два сочинения Шопенгауэра: «Мир как воля и представление» (1880, 2-е изд. в 1888 г.) и «О четверояком корне закона достаточного основания» (1886).

Издания

  • Лирический пантеон: / А. Ф. — Москва: тип. Селивановского, 1840. — 19 с.
  • Стихотворения А. Фета. — Москва: тип. Н. Степанова, 1850. — 162 с.
  • Оды Квинта Горация Флакка: В 4 кн. / Пер. с лат. А. Фета. — Санкт-Петербург: тип. Королева и К°, 1856. — , IV, 130, с.
  • Фет А. А. Стихотворения. Ч. 1. — М., 1863.
  • Фет А. А. Стихотворения. Ч. 1. — М., 1863.
  • Мир как воля и представление / Артур Шопенгауэр; Пер. А. Фета; . — Санкт-Петербург: тип. М.М. Стасюлевича, 1881. — XXXVI, 490 с.
  • Фет А. А. Наши корни: / Деревенского жителя . — Москва: Унив. тип. (М. Катков), 1882. — 56 с.
  • Фет А. А. Вечерние огни. Вып. 1. — М., 1883.
  • Фет А. А. Вечерние огни. Вып. 2. — М., 1885.
  • Фет А. А. Вечерние огни. Ч. 3. — М., 1888.
  • Фауст: Трагедия Гете / Пер. А. Фета. Ч. 1—2. — Москва: тип. А. Гатцука, 1882—1883.
  • К. Гораций Флакк / В пер. и с объясн. А. Фета. — Москва: тип. М. П.Щепкина,1883. — 485 с.
  • Сатиры / Д. Юния Ювенала; В пер. и с объяснениями А. Фета. — Москва: тип. М. Г. Волчанинова (б. М. Н. Лаврова и К°), 1885. — 245 с.
  • Элегии Тибулла / В пер. и с объясн. А. Фета. — Москва: тип. А. И. Мамонтова и К°, 1886. — XVI, 90, II с.
  • XV книг Превращений / Публия Овидия Назона; В пер. и с объясн. А. Фета. — Москва: тип. А. И. Мамонтова и К°, 1887. — , XXIV, 793, с.
  • Элегии Секста Проперция / Пер. А. Фета. — Санкт-Петербург: тип. В. С. Балашева, 1888. — 178 с.
  • Энеида Вергилия / Пер. А. Фета, со введ., объяснениями и проверкой текста Д.И. Нагуевского, орд. проф. Имп. Казан. ун-та. Ч. 1—2. — Москва: тип. А. И. Мамонтова и К°, 1888. — 196 с.
  • Сатиры Персия / А. А. Фета. — Санкт-Петербург: тип. В. С. Балашева, 1889. — 5 с.
  • Фет А. А. Мои воспоминания. Ч. 1. — М., 1890.
  • Фет А. А. Мои воспоминания. Ч. 2. — М., 1890.
  • Эпиграммы / М. В. Марциала; В пер. и с объясн. А. Фета. Ч. 1—2. — Москва: тип. А. И. Мамонтова и К°, 1891. — Ч. 1. — 465 с.
  • Эпиграммы / М. В. Марциала; В пер. и с объясн. А. Фета. Ч. 1—2. — Москва: тип. А. И. Мамонтова и К°, 1891. — Ч. 2. — 467 с.
  • Горшок = Aulularia: / Пер. А. Фета. — Москва: тип. А. И. Мамонтова и К°, 1891. — VIII, 76 с.
  • Фет А. А. Ранние годы моей жизни / А. Фета. — Москва: т-во тип. А. И. Мамонтова, 1893. — , 548, VI с.
  • Скорби Овидия = (Tristia) / Пер. А. Фета. — Москва: т-во тип. А. И. Мамонтова и К°, 1893. — , 146 с.
  • Лирические стихотворения А. Фета: в 2 ч.: (с приложением портрета и факсимиле). — Санкт-Петербург: Тип. брат. Пантелеевых, 1894. Ч. 2. — 1894. — , 357, с.
  • Герман и Доротея / Пер. А. А. Фета; . — Санкт-Петербург: А. Ф. Маркс. 1901. — 85 с.
  • Полное собрание стихотворений А. А. Фета / А. А. Фета; под ред. Б. В. Никольского. Т. 1. — Санкт-Петербург: Издание А. Ф. Маркса, 1901.— CXII, 496 с.
  • Полное собрание стихотворений А. А. Фета / А. А. Фета; под ред. Б. В. Никольского. Т. 2. — Санкт-Петербург: Издание А. Ф. Маркса, 1901. — XVIII, 654 с.
  • Полное собрание стихотворений А. А. Фета / А. А. Фета; под ред. Б. В. Никольского. Т. 3. — Санкт-Петербург: Издание А. Ф. Маркса, 1901.— VIII, 486 с.
  • Избранные стихотворения / А. А.Фет; Под ред. Л. М. Сухотина. — Берлин: Ефрон. . — 213с.
  • Фет А. А. Стихотворения и поэмы/ Вступ. ст., сост. и примеч. Б. Я. Бухштаба. — Л.: Сов. писатель, 1986. — 752 с. (Библиотека поэта. Большая серия. Издание третье.)
  • Стихотворения Катулла / В пер. и с объясн. А. Фета. — Москва: тип. А. И. Мамонтова и К°, 1886. — XXXII, 140, IV с.
  • Стихотворения / А. Фет. Рис. В. Конашевича. — Петербург: Аквилон, 1922. — 45 с.
  • Фет А. А. Вечерние огни / Изд. подгот. Д. Д. Благой, М. А. Соколова ; отв. ред. Д. Д. Благой. — М. : Наука, 1971. — 800 с. — (Литературные памятники / Председатель ред. коллегии Н. И. Конрад). — 50 000 экз.
  • Фет А. А. Собрание сочинений и писем в 20 т. — Курск: Изд-во Курского гос. ун-та, 2003—… (издание продолжается).
  • «Полное собрание стихотворений А. А. Фета с вступительными статьями Н. Н. Страхова и Б. В. Никольского и с портретом А. А. Фета. Приложение к журналу „Нива“ на 1912 год.» Санкт-Петербург, издание Т-ва А. Ф. Маркс, 1912
  • Полное собрание стихотворений / А. А. Фет; Вступ. ст., ред. и прим. Б. Я. Бухштаба. — Ленинград: Советский писатель, 1937. — XXV, 816 с., 18 л. фронт., ил., факс.: ил. — (Библиотека поэта / Под ред. М. Горького. Ред. коллегия: М. Горький, И. А. Груздев, Б. Л. Пастернак, В. М. Саянов, Н. С. Тихонов, Ю. Н. Тынянов)
  • Liryki / Afanasij Fet; Oprac. i wstępem opatrzył Gabriel Karski. — Warszawa: Państw. inst. wydawniczy, 1964. — 163 с.
  • Večery a noci / Afanasij Afanasjevič Fet; Z ruských originálu vybral a přel. Ivan Slavík. — Praha: Státní nakl. krásné literatura a umění, 1964. — 172 с. — (Světová četba / Řídí Rudolf Vápeník; Sv. 32)
  • Лирика / Афанасий Фет; Подбор и прев. от руски Никола Фурнаджиев. — София: Народна култура, 1969. — 166 с.
  • Pasión por la naturaleza y el amor: lírica: / Afanasi Fet; trad. de Tomás Nuño Oraá. — : , 2008 (Bilbao: Euskoprint 2000).

Память

  • 25 мая 1997 года в Орле на улице Салтыкова-Щедрина около Дома писателей был открыт памятник поэту.
  • В городе Мценске по адресу ул. Ленина, 14 находится памятник писателю.
  • Имя А. А. Фета носит борт VP-BEO «Аэрофлота» модели Airbus A320-214.

Примечания

  1. 1 2 3 идентификатор BNF: платформа открытых данных — 2011.
  2. Фет Афанасий Афанасьевич // Большая советская энциклопедия: / под ред. А. М. Прохоров — 3-е изд. — М.: Советская энциклопедия, 1969.
  3. Первые 14 и последние 19 лет жизни официально носил фамилию Шенши́н.
  4. Усадьба Новосёлки (53,219031°N, 36,667418°E, см. на Bing-карте (итал.). binged.it. Дата обращения 14 января 2019.) находилась рядом с деревней Казюлькино (пос. Козюлькино, см. на Яндекс-карте. yandex.ru. Дата обращения 14 января 2019.), в 7 км от Мценска ( • Усадьба Клейменово. Усадьбы Орловской области. Исторические усадьбы России. Дата обращения 12 августа 2017. • Шавырин В. К Фету (рус.) // Мир и музей. — 2002. — № 1—2 (7).) — ныне территория Мценского района Орловской области.
  5. Н. М. Чернов. Тургенев и Фет среди Шеншиных. Turgenev.org.ru.
  6. 1 2 3 Страхов Н. Н. А. А. Фет. Биографический очерк // Полное собрание стихотворений А. А. Фета. — СПб.: т-во А. Ф. Маркс, 1912.
  7. 1 2 3 4 Иван Кузнецов. Девелопер Афанасий Фет (рус.) // Коммерсантъ — Деньги. — 2017. — 26 апреля (№ 17).
  8. Е. П. Дерябина. Лифляндский период жизни А. А. Фета // Вестник Новгородского государственного университета : журнал. — 2009. — № 51. — С. 55—57.
  9. Императорский Московский университет, 2010, с. 763.
  10. Гулиа Г. Д. Жизнь и смерть Михаила Лермонтова. — М.: Художественная литература, 1980. (ссылается на воспоминания Н. Д. Цертелева)
  11. Федор Телегин, председатель Орловского областного суда. Мировой судья Афанасий Фет. «Орел-регион»: информационно-аналитическое интернет-издание Орловской области (17 марта 2014).
  12. Ныне музей-усадьба Фета
  13. В усадьбу Фета за вдохновением приезжают сотни людей // Телерадиокомпания «Сейм», 3.07.2017.
  14. Кудрявцева Е. В. Воспоминания о последних днях жизни и о смерти А. А. Фета-Шеншина.
  15. А. Ф. Лосев в своей книге «Владимир Соловьёв» (Молодая гвардия, 2009. — С. 75) пишет о самоубийстве Фета, ссылаясь на работы В. С. Федины (А. А. Фет (Шеншин). Материалы к характеристике. — Пг., 1915. — С. 47—53.) и Д. Д. Благого (Мир как красота // Фет А. А. Вечерние огни. — М., 1971. — С. 630.).
  16. Метрическая запись о венчании. forum.vgd.ru. Дата обращения 14 января 2019.
  17. Фотографии борта VP-BEO на сайте flightradar24. www.jetphotos.com. Дата обращения 14 января 2019.

Литература

  • Астафьев П. Е. Урок эстетики: (Памяти А. А. Фета) — Москва: Унив. тип., 1893. — 31 с.
  • Григорович А. С. К биографии А. А. Фета (Шеншина) — Санкт-Петербург: тип. т-ва «Общественная польза», 1904. — 165—168 с.
  • Благой Д. Д. Мир как красота (О «Вечерних огнях» А. Фета) : статья // Вечерние огни / А. А. Фет ; изд. подгот. Д. Д. Благой, М. А. Соколова ; отв. ред. Д. Д. Благой. — М. : Наука, 1971. — С. 495—635. — 800 с. — (Литературные памятники / Председатель ред. коллегии Н. И. Конрад). — 50 000 экз.
  • Бухштаб Б. Я. А. А. Фет. Очерк жизни и творчества. — Изд. 2-е — Л.: Наука, 1990. — ISBN 5-02-028014-3
  • Карпенко А. Н. Космогонии Афанасия Фета. reading-hall.ru. Дата обращения 14 января 2019. // Поэтоград, № 9 (60), 2013.
  • Лотман Л. М. А. А. Фет. fet.ouc.ru. Дата обращения 14 января 2019. // История русской литературы. В 4-х томах. Т. 3. — Л.: Наука, 1980.
  • Монин М. А. Толстой и Фет: два прочтения Шопенгауэра // Вопросы философии. 2001. № 3.
  • Трубачёв С. Фет, Афанасий Афанасьевич // Русский биографический словарь : в 25 томах. — СПб.—М., 1896—1918.
  • Чешихин В. Е. Шеншин, Афанасий Афанасьевич // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Эйхенбаум Б. М. Фет // Эйхенбаум Б. М. О поэзии. — Л.: Советский писатель, 1969.
  • Асланова Г. Д. Фет (Шеншин) Афанасий Афанасьевич // А. Ю. Андреев, Д. А. Цыганков Императорский Московский университет: 1755-1917 : энциклопедический словарь. — М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2010. — С. 762—763. — ISBN 978-5-8243-1429-8.

Ссылки

Афанасий Фет:

  • Цитаты в Викицитатнике
  • Тексты в Викитеке
  • Медиафайлы на Викискладе
  • Собрание стихотворений Фета. www.school-city.by. Дата обращения 14 января 2019.
  • Стихи Фета. www.stihi-rus.ru. Дата обращения 14 января 2019. в Антологии русской поэзии. www.stihi-rus.ru. Дата обращения 14 января 2019.
  • Собрание сочинений Афанасия Фета (Шеншина)
  • Стихи Фета. strochki.ru. Дата обращения 14 января 2019.
  • Фет, Афанасий Афанасьевич — Философские и эстетические взгляды. Библиография. vpn.int.ru. Дата обращения 14 января 2019.

Тематические сайты

Словари и энциклопедии

Генеалогия и некрополистика

WikiTree · Родовод

Нормативный контроль

BIBSYS: 90160752 · BNE: XX859053 · BNF: 12057576s · GND: 118686925 · GTAA: 257358 · ISNI: 0000 0001 0868 605X · LCCN: n50072730 · LNB: 000062545 · NKC: jn19981001056 · NLA: 36158586 · NSK: 000370462 · NTA: 070492484 · NUKAT: n96210136 · РГБ: 000069613 · LIBRIS: 186824 · SUDOC: 028818237 · VIAF: 9868507 · WorldCat VIAF: 9868507

Афанасия Фета всегда волновали проблемы страны, поэтому эти вопросы он поднимал в своей прозе, публицистических работах и мемуарах. В публицистике его гневные тирады обличали реальность существующего мира. Однако когда речь заходила о стихотворениях, о поэзии, то здесь все сразу менялось.

Особенности и своеобразие лирики Фета

По мнению поэта, лирика должна быть прекрасна и ее нельзя связывать с обыденностью жизни и проблемами. Лирика должна быть подобна музыке. Она должна воспевать красоту окружающего мира, возносить чувства прекрасного. Строки лирических стихотворений должны быть отдалены от политической грязи и грубости. Миссией поэзии должна быть служба красоте и всему прекрасному. В этом и заключалась особенность и своеобразие лирики Фета.

Темы и мотивы лирики Фета

Когда мы читаем стихотворения Фета, то ощущаем наслаждение от счастья и умиротворение. Фет стал поистине мастером лирического пейзажа, отражая в нем человеческие чувства и раскрывая основные темы и мотивы, волнующие писателя. В своих стихах писатель воспевал природу, любовь, человеческое счастье и вечность. При этом вся его поэзия романтична. Однако в лирике Фета романтика не небесная, она вполне земная и постижимая.

Давайте остановимся на основных лирических направлениях поэзии Фета по отдельности.

Любовная лирика Фета

Мне очень нравится поэзия Фета. С особенным удовольствием я читаю стихи любовной тематики, а их у писателя множество. В его стихах любовь изображена во всех ее ракурсах и в разных оттенках. Здесь мы видим счастливую любовь, но вместе с тем, автор показывает, что это прекрасное чувство может нести в себе не только радость, но и страдания с муками переживаний. Так оно в действительности и есть. Ведь любовь может быть ответной и безответной. Любовь может быть искренней, а может быть наигранной. Чувствами могут как играть, так и отвечать взаимностью.

Очень много работ Фет посвящает своей единственной музе, женщине которую он очень любил, Марии Лазич. Однако смерть возлюбленной, такая неожиданная и необъяснимая, приносит писателю боль. Несмотря на это, время шло, летели годы, а он все равно любил ту, которую отняла судьба. И только в стихотворениях Фета его возлюбленная оживала и лирический герой мог поговорить с любимой.

Цикл, посвященный Марии Лазич, можно назвать шедевром любовной лирики, где каждый раз оживал родной женский образ. И даже спустя сорок лет, он все помнил ту женщину, которую потерял, и посвящал ей стихотворения. Может поэтому его стихи о любви — это не только любование и восхищение красотой, но и трагедийные переживания.

Знакомясь с любовной тематикой Фета, мы понимаем, насколько необыкновенной может быть любовь, которая творит чудеса.

Природа в лирике Фета

Кроме любовной лирики, поэт посвящает свои стихи теме природы. Когда я читаю стихи, посвященные поэтом природе, то создается впечатление что я рассматриваю картину. Мы не просто видим красивый пейзаж, а слышим окружающие его звуки. Все оживает, ведь автор наделяет природу человеческими образами. Поэтому у Фета рыдает трава, просыпается лес, овдовела лазурь. Фет был истинным певцом природы, благодаря которому мы видим всю красоту окружающего мира с его красками, звуками и настроением.

Философская лирика Фета

Будучи певцом любви и певцом природы, Фет не мог пройти мимо философских размышлений, ведь вопросы бытия волновали абсолютно всех. Поэтому и у Афанасия Фета имеется философская лирика, которая в основном формировалась под влиянием философии Шопенгауэра. Именно над его трудами писатель работал с переводами. Философские статьи Шопенгауэра были интересны Фету и он старался их не только переосмыслить, но и использовал в своих стихотворениях. Так, анализируя философскую лирику, мы видим размышления поэта о вечности, о мудрости бытия. Затрагивает Фет и вопросы свободы творчества, размышляет о тщетности человеческой суеты, о бедности познания человеком окружающей действительности, о низости обыденной жизни. И это только небольшой список философских рассуждений, которые автор раскрывает в своих стихотворениях, что относятся к философской лирике Фета.

Человек в лирике Фета

Изучив творчество поэта, мы с уверенностью можем сказать, что в основе его работ лежит особенная философия, где автор желает передать читателям как незримые, так и зримые связи человека и природы. По этим причинам, затрагивая тему природы, поэт пытается передать и многие оттенки человеческих переживаний, передать состояние и эмоции лирического героя. Взять бы знаменитое безглагольное стихотворение Шепот робкое дыхание, где состояние человека параллельно состоянию природы. Автор пишет о жизни сердца и тут же вспоминает жизнь природы.

Если говорить о лирическом герое творений Фета, то это человек, что живет в гармоничном мире, который соткан из природы. Это герой, который не хочет знать страданий, не желает видеть социальное зло. У него одно стремление — слияние с запредельным. Ведь только так он сможет ощутить настоящее чувство свободы. Наивысшим счастьем для лирического героя поэта является полное слияние с природой.

Как по мне, то наследие Фета бесценно, и мы должны быть благодарны человеку, который смог открыть читателю мир любви, философии, мир человеческих чувств. Главное — он обнажил красоту природы и мира в целом.

Лирика Фета, основные темы и мотивыА какую оценку поставите вы?

Об Афанасии Фете-Шеншине: великая любовь, тяжелая утрата и попытка самоубийства

Многие школьники с трудом отличают поэзию Фета от тютчевских творений — несомненно в этом вина учителя, несумевшего правильно преподнести шедевры двух метров российской литературы. Уверяю, после этой статьи про интересные факты из жизни Фета, вы слету научитесь отличать поэтику Афанасия Афанасьевича от творчества Федора Ивановича Тютчева, постараюсь очень кратко!

Главные отличия лирики Фета от Тютчева

Лирика Ф.И.Тютчева Лирика А.А.Фета
  • Основные темы — человек и природа, любовь, космизм
  • Литературное течение — романтизм
  • Персонификация природы
  • Мотив несчастной любви
  • Основные темы — зарисовки пейзажей, воспевание возлюбленной
  • Импрессионист
  • Трагичность и драматизм в поэзии

В поэзии Тютчева мир представлен космическим, даже силы природы оживают и становятся природными духами, окружающими человека. Мотивы в творчестве Фета более приближены к реальности (приземлены). Пред нами описание настоящих пейзажей, образы реальных людей, любовь Фета — такое же сложное чувство, но земное и доступное.

Тайна фамилии поэта

В детстве А.Фет испытал потрясение — его лишили дворянского титула и отцовской фамилии. Настоящая фамилия писателя Шеншин, его отец — отставной российский ротмистр, а мать — немецкая красавица Шарлотта Фет. Родители познакомились в Германии, где у них моментально закружился бурный роман. Шарлотта была замужем, но совершенно несчастна в браке, муж любил выпить и часто поднимал на нее руку. Встретив благородного российского военного, она отчаянно в него влюбилась, и воссоединению двух сердец не помешали даже материнские чувства — у Шарлотты была дочь. Уже на седьмом месяце беременности Шарлотта сбегает в Россию к Афанасию Шеншину. Позже Шеншин напишет мужу Шарлотты письмо, но в ответ получит телеграмму нецензурного содержания. Ведь влюбленные совершили нехристианский поступок.

Будущий поэт родился в Орловской губернии, в метрической книге был записан Афанасием Шеншиным. Повенчались Шарлотта и Шеншин только через два года после рождения сына. В возрасте 14 лет Афанасий признан незаконнорожденным, ему вернули фамилию Фет и именуют «иностранцем». В итоге мальчик теряет свое дворянское происхождение и наследство отца помещика. Позже он восстановит свои права, но через много-много лет.

Фет и Толстой

В работах Лотмана встречается упоминание об одном необычном случае из жизни двух великих литераторов. В карточные игры в те времена играли все, особенно любил поазартничать Н. Некрасов (но сейчас не о нем). Так вот, процесс игр был достаточно эмоциональным, в порыве игроки рвали и бросали карты на пол, вместе с ними падали и деньги. Но поднимать эти деньги считалось неприлично, они оставались лежать на полу до конца игры, а потом их забирали лакеи в виде чаевых.

Однажды светские особы (в том числе Фет и Толстой) играли в карточную игру, и Фет нагнулся, дабы поднять упавшую ассигнацию. Всем было немного странно, но только не Толстому, писатель нагнулся к своему другу, чтобы подсветить свечой. Ничего нет постыдного в этом поступке, ведь Фет играл на свои последние деньги, в отличие от соперников.

Фет писал и прозу

В 60-х года 19 века Фет начал работу над прозой, в итоге опубликовано два прозаических сборника, состоящих из очерков и коротких рассказов-зарисовок.

«Нас нельзя разлучать» — история несчастной любви

С Марией Лазич поэт познакомился на балу в доме известного офицера Петковича (это случилось в 1848 году, когда безжалостно солнце палило на границе Киевской и Херсонской губерний). Мария Лазич была обворожительная — высокая, стройная, смуглая, с копной темных густых волос. Фет сразу понял, что Мария для него словно Беатриче для Данте. Тогда Фету было 28 лет, а Марии — 24 года, на ней лежала вся ответственность за дом и младших сестер, потому что она была дочерью небогатого сербского генерала. С тех пор вся любовная лирика писателя посвящена именно этой прекрасной барышне.

По словам современников, Мария не отличалась несравненной красотой, но была приятна и соблазнительна. Так Афанасий и Мария начали общаться, писать друг другу письма, проводить совместные вечера в обсуждении искусства. Но однажды перелистывая ее дневник (тогда все девушки имели дневники, в которые переписывали любимые стихи, цитаты, прикрепляли фотографии), Фет заметил нотные знаки, под которыми стояла подпись — Ференц Лист. Ференц известный композитор того времени, который гастролировал в 40-х годах по России, познакомился с Марией и даже посвятил ей музыкальное произведение. Сначала Фет был расстроен, на него нахлынула ревность, но потом когда услышал, как великолепно звучит мелодия для Марии, просил постоянно ее играть.

Но брак между Афанасием и Марией был невозможен, у него нет средств для существования и титула, а Мария хоть из бедной семьи, но из дворянской. Об этом родственники Лазич не знали и совершенно не понимали, почему Фет общается с их дочерью в течение двух лет, но не делает предложения. Естественно по городу пошли слухи и домыслы о самом Фете и безнравственности Марии. Тогда Афанасий сказал своей возлюбленной, что их брак невозможен, а отношения нужно срочно прекратить. Мария попросила Афанасия просто быть рядом без брака и денег.

Но весной 1850 года случилось страшное. В отчаянии Мария сидела в своей комнате, пыталась собраться с мыслями, как жить дальше, как добиться вечного и нерушимого союза с любимым. Внезапно она резко встала, отчего лампада упала на длинное кисейное платье, в считанные секунды пламя охватило волосы девушки, она успела лишь крикнуть «Спасите письма!». Родственники потушили огонь безумия, но количество ожогов на теле было несовместимо с жизнью, через четыре мучительных дня Мария умерла. Последними ее словами стали «Он не виноват, а я..». Есть предположение, что это было самоубийство, а не просто случайная смерть.

Брак по расчету

Через годы Фет женится на Марии Боткиной, но уже не из-за сильной любви, а по расчету. В его сердце и стихах навсегда сохранится образ высокой и черноволосой Марии Лазич.

Как Фет титул возвращал

Поэту потребовалось несколько лет службы в пехотных войсках, чтобы добиться офицерского чина и получить дворянство. Ему совершенно не нравился армейский уклад жизни, Фет хотел заниматься литературой, а не войной. Но чтобы вернуть себе свой законный статус, он был готов вынести любые трудности. После службы Фету пришлось проработать 11 лет судьей и только тогда литератор стал достоин получить дворянский титул!

Попытка самоубийства

После получения дворянского титула и родового поместья, добившийся главной в своей жизни цели Фет под каким-то предлогом попросил жену съездить к кому-нибудь в гости. Сам 21 ноября 1892 года закрылся в кабинете, выпил бокал шампанского, вызывал секретаря, продиктовав последние строчки.

«Не понимаю сознательного приумножения неизбежных страданий. Добровольно иду к неизбежному. 21 ноября, Фет (Шеншин)»

Достал стилет для разрезания бумаги и занес руку над виском, секретарь успела вырывать стилет из рук писателя. В этот момент Фет выскочил из кабинета в столовую, попытался схватить нож, но тут же упал. Секретарь подбежала к умирающему литератору, который сказал лишь одно слово «добровольно» и умер. Наследников поэт после себя не оставил.

И хоть жизнь без тебя суждено мне влачить,
но мы вместе с тобой, нас нельзя разлучить…
А.Фет

Литературная и личная судьба Афанасия Афанасьевича Фета (1820–1892) – одного из самых «светлых» русских поэтов, певца природы, любви, многие стихотворения которого с необыкновенной силой передают непосредственную радость бытия, сложилась непросто и подчас принимала трагический характер.

Любовная лирика Фета наполнена не только чувством надежды и упования. Она также глубоко трагична. Чувство любви очень противоречиво, это не только радость, но и муки, страдания. В стихах часто встречаются такие сочетания, как радость – страдание, «блаженство страданий», «сладость тайных мук». Результатом этого страдания явился гений Фета – он был допущен в высокую сферу поэзии, все его описание любимых переживаний и ощущение трагизма любви так сильно действует на читателя потому, что Фет сам пережил их, а его творческий гений облек эти переживания в стихотворную форму.

Создание прекрасных стихов о любви объясняется не только божеским даром и особым талантом поэта. В случае с Фетом оно имеет и реальную автобиографическую подоплеку.

Памяти трагической юношеской любви девушке по имени – Мария Лазич – посвящены шедевры любовной лирики Фета – «В долгие ночи» (1851), «Неотразимый образ» (1856), «В благословенный день» (1857), «Старые письма» (1859), «В тиши и мраке таинственной ночи» (1864), «Alter ego» (1878), «Ты отстрадала, я еще страдаю» (1878), «Страницы милые опять персты раскрыли» (1884), «Солнца луч промеж лип» (1885), «Долго снились мне вопли рыданий твоих» (1886), «Нет, я не изменил./ До старости глубокой…» (1887). Вечность, неизменность, постоянство любви к ней поэта, его живое восприятие давно ушедшего человека выступают в этих стихотворениях как форма преодоления времени и смерти, разделяющих людей.

Любимая для Фета – нравственный судия и идеал. Она имеет большую власть над поэтом на протяжении всей его жизни, хотя уже в 1850 году, вскоре после смерти Лазич, Фет пишет: «Идеальный мир мой разрушен давно».

Влияние любимой женщины на поэта чувствуется и в стихотворении «Долго снились мне вопли рыданий твоих». Действительно, для поэта образ любимой женщины на протяжении всей жизни являлся не только прекрасным и давно ушедшим идеалом другого мира, но и нравственным судьей его земной жизни.

Вместе с тем, философия его творчества оптимистична, несмотря на некоторые мотивы грусти и печали. Его поэзия жизнерадостна, легка и гармонична. За внешней простотой открываются неповторимость и естественная красота, которые составляют основную прелесть его творений – любовь и гармонию.

Красота природы и женская любовь – вот и вся тематика Афанасия Фета. Фет не считал, что поэзия должна исправлять пороки, обличать несправедливость, касаться социальных и политических вопросов. По его мнению, поэзия не связана с сиюминутными повседневными заботами, и её назначение – будить в человеке чувство прекрасного, заставлять трепетать сердца, делать человека лучше, чище, нравственней. Но какой огромной мощи достигает Фет в этих узких пределах. Вот стихотворение 1883 года:

Только в мире и есть, что тенистый
Дремлющих кленов шатер.
Только в мире и есть, что лучистый
Детски задумчивый взор.
Только в мире и есть, что душистый
Милой головки убор.
Только в мире и есть этот чистый
Влево бегущий пробор.

Страсть к красоте женской красоте, в частности к красоте волос не раз проявляется в фетовских стихах: «люблю на локон твой засматриваться длинный», «кудрей руно златое», «тяжким узлом набежавшие косы», «прядь пушистая волос» и «косы лентой с обеих сторон». Хотя эти описания и носят несколько общий характер, тем не менее создается довольно четкий образ прекрасной девушки. Чуть по-другому Фет описывает ее глаза. То это «лучистый взор», то «недвижные очи, безумные очи» (аналогично стихотворению Тютчева «Я очи знал, о эти очи»). «Твой взор открытой и бесстрашней», – пишет Фет, и в этом же стихотворении он говорит о «тонких линиях идеала».

В стихотворении «Шёпот, робкое дыханье…» природное время совпадает с «психологическим», переданным с помощью существительных и прилагательных: «шёпот» и «робкое дыханье». По своему смыслу слова близки и рисуют картину начала любовного свидания. Стихотворение повествует о том, как ночь сменяется рассветом и в отношениях между влюбленными после объяснения наступает ясность. Действие развивается параллельно между людьми и в природе.

Такой же порыв страсти чувствуется и в стихотворении «Сияла ночь, луной был полон сад…», посвященном Татьяне Берс. Напряжение подчеркивается рефреном: «Тебя любить, обнять и плакать над тобой». В этом стихотворении тихая картина ночного сада сменяется и контрастирует с бурей в душе поэта: «Рояль был весь раскрыт и струны в нем дрожали, как и сердца у нас за песнею твоей».

В жадном стремлении Фета «дополнить» словесную речь другими языками сказались критика им разума и рационалистического начала сознания, с одной стороны, и любовь к физической природной жизни человека, ко всем ее появлениям – с другой.

Я давно хочу с тобой
Говорить пахучей рифмой.
Каждый цвет уже намек, —
Ты поймешь мои признанья;
Может быть, что весь пучок
Нам откроет путь свиданья.

Стихотворение «Это утро, радость эта…» посвящено утру и весне. Переживания человека сконцентрированы в финале как итог поэтического высказывания, в котором «весна» не только пробуждение природы, но и апофеоз радости и любви.

В последний период своей деятельности Фет создает новый цикл стихов о любви, в которых он, тяжело болевший старец, бросает вызов трагизму жизни и самой природе, обрекающей человека на смерть.

Отрицая власть над собою времени, он утверждает вместе с тем, что условием безграничной внутренней свободы является единство души и тела и их горение в творчестве, мысли и любви. Его «языческая», по выражению Н. Страхова, любовь к жизни не могла быть преодолена умозрением, и сильнейшим средством борьбы за счастье и жизнь на склоне лет поэта становится его любовная лирика. Удивительны поздние стихи Фета, 80-90-х годов. Дряхлый старик в жизни, в поэзии он превращается в горячего юношу, все мысли которого об одном – о любви, о буйстве жизни, о трепете молодости («Нет, я не изменил», «Моего тот безумства желал», «Люби меня! Как только твой покорный», «Еще люблю, еще томлюсь»).

Как-то его спросили, как может он в его годы так по-юношески писать о любви? Он ответил: по памяти…

Несмотря на то, что современники Фета считали его «второстепенным» поэтом, не воспринимая его творчество и считая его поэзию не отвечающей духу времени, стихотворения этого великого поэта, дойдя до нашего времени, не потеряли актуальности и своего значения в русской литературе.

Наверх

Л. Толстой и А. Фет Матвеева Нелли Николаевна

Содержание к диссертации

Введение

Глава I. История знакомства и характер взаимоотношений Л.Н.Толстого и А.А.Фета 10

Глава II. Эстетические взгляды Л.Н.Толстого и А.А.Фета — основа их твор ческих взаимодействий 43

Глава III. Л.Толстой — «редактор» стихотворений А.Фета 80

Глава IV. Поэзия А.Фета в творческой мастерской прозаика Л.Толстого 210

Библиография 214

  • История знакомства и характер взаимоотношений Л.Н.Толстого и А.А.Фета
  • Эстетические взгляды Л.Н.Толстого и А.А.Фета — основа их твор ческих взаимодействий
  • Л.Толстой — «редактор» стихотворений А.Фета
  • Поэзия А.Фета в творческой мастерской прозаика Л.Толстого

Введение к работе

Общеизвестно, что А.А.Фет и Л.Н.Толстой находились в дружеских отношениях. Наиболее подробно содержание этих отношений исследовала С.А.Розанова . Она первой обратила внимание на важность для литературы личных и творческих взаимоотношений двух литераторов второй половины XIX века и показала в своей работе хронологическую историю их многолетней дружбы. Коснулась она и творческих связей писателей.

Долгое время над названной темой работал и Е.А.Маймин. В своей статье «А.А.Фет и Л.Н.Толстой»2 он объясняет причины возникновения взаимных человеческих симпатий между людьми, которые во многом были разными. Значительное место в этой работе уделяется переписке Фета и Толстого — замечательному памятнику их дружбы и творческого взаимодействия. Е.А.Маймин первым уделил столько внимания переписке писателей.

О творческих взаимодействиях Фета и Толстого писали в своих работах и другие исследователи их творчества3. Так, в кандидатской диссертации Л.И.Черемисиновой исследуется взаимодействие писателей в контексте историко-литературного движения, раскрываются эпические тенденции творчества Фета, их связь с эстетической системой Толстого. Автор рассматривает взаимопроникновение художественных миров Фета и Толстого. В работе впервые анализируется земледельческая программа Фета, ставшая одним из источников романа Толстого «Анна Каренина».

Между тем вопрос о творческих взаимодействиях двух писателей заслуживает дальнейшего изучения.

Актуальность настоящего диссертационного исследования обусловлена интересом к изучению творческих взаимодействий писателей, особенностей их писательской манеры, возможностей изменений, вносимых авторами под непосредственным воздействием рекомендаций современников — оппонентов («редакторов») в тексты произведений, созданных в период особенно тесного личного и творческого взаимодействия, а также к использованию писателями-

современниками творческих открытий друг друга при создании собственных произведений.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые взаимное влияние двух писателей второй половины XIX века рассматривается в нем системно. Мы попытались свести воедино все наблюдения наших предшественников и посмотреть на этот процесс как на двунаправленный.

В работе сделана попытка выявить максимальное количество как реальных примеров взаимодействия, так и его форм. Намечена конкретная типология этих форм.

Научная новизна работы определяется также изучением одной из особенностей творческой манеры Фета, которая заключается в использовании поэтом в качестве «редакторов» его произведений друзе й-л итераторов, в первую очередь, Л.Н.Толстого, с которым поэт вел интенсивную переписку в 60-е и 70-е годы.

Впервые вводится в научный оборот ряд архивных материалов, в частности, пометы Толстого на книгах стихотворений Фета.

Все вышесказанное позволяет сформулировать цель настоящего исследования: исследовать механизм творческого взаимодействия писателей с учетом фактов их многолетнего дружеского общения.

Достижению поставленной цели служат следующие задачи:

  1. проследить хронологию взаимоотношений А.Фета и Л.Толстого, установить причины их сближения и разрыва;

  2. сопоставить эстетические взгляды художников;

  3. определить место Толстого в качестве «редактора» стихотворений Фета, рассмотреть его роль при создании и переработке конкретных произведений;

  4. выявить формы воздействия поэзии Фета на прозу Толстого, определить круг тем, мотивов и образов, характерных для творчества обоих художников;

5) наметить типологию выявленного творческого взаимодействия писателей друг с другом.

При решении поставленных задач использованы биографический, сравнительно-исторический, текстологический методы исследования. В работе привлекаются и архивные материалы.

Предметом исследования явилось творчество двух писателей второй половины XIX века, рассматриваемое в различных формах взаимодействия. Из огромного числа стихотворений Фета мы выделяем те, которые были созданы в период наиболее активного творческого сотрудничества Фета и Толстого, то есть в 60-70-е годы. Из произведений Толстого будем рассматривать написанные в эти же годы романы «Война и мир» и «Анна Каренина», в которых воздействие лирики Фета проявилось особенно очевидно.

Особое внимание обращалось на изучение правок текстов и помет в них, а также на архивные материалы. Большое значение для работы имели прямые свидетельства писателей (эпистолярное наследие, мемуарные источники), которые позволили установить роль советов, рекомендаций, замечаний, высказанных Толстым и Фетом в адрес друг друга. Привлекаются также публицистические статьи, воспоминания и отзывы современников, биографов писателей.

Характер исследуемого материала определяет структуру работы. Она состоит из введения, четырех глав и заключения.

В первой главе работы рассматривается история знакомства и характер личных взаимоотношений двух писателей, которые трудно отделить от творческих.

Во второй главе сопоставляются взгляды поэта и прозаика на литературу и искусство, особенно на искусство поэзии и поэтическое словоупотребление. Многие высказывания Толстого и Фета помогают объяснить сходства и различия их творческих манер, осознать критерии оценок, требований, предъявляемых писателями к произведениям друг друга.

В третьей главе рассматривается влияние Толстого на Фета, роль Льва Николаевича в редактировании фетовских текстов.

История текстов фетовских стихотворений наиболее подробно изложена в работе Б.Я.Бухштаба, затем в его же комментариях к стихотворениям А.А.Фета5. Известный фетовед рассматривает «своеобразную потребность творческой личности Фета» в «сторонних указаниях». Б.Я.Бухштаб упоминает всех известных «редакторов» стихотворений поэта, оценивает роль основных из них — И.С.Тургенева и Н.Н.Страхова.

Тургеневскую редактуру сборника стихотворений 1856 года подробно рассматривает также Д.Д.Благой6.

Недавно новый взгляд на редакцию стихотворений Фета изложил М. Л. Гас паров7, который подробно проанализировал итоги правок Тургеневым концовок фетовских стихотворений. М.Л.Гаспаров пришел к выводу, что в большинстве случаев такие правки имели «противоположный намерениям Тургенева результат». Однако роли Толстого как «соавтора» лирики Фета до недавнего времени уделялось недостаточно внимания. Наша работа призвана в некоторой мере восполнить этот пробел.

В третьей главе анализируются стихотворения поэта, которые дорабатывались с учетом советов или замечаний Толстого. Не меньший интерес представляют такие замечания, которые в работе условно названы правками «в духе Толстого». Кроме того, к исследованию привлекаются стихотворения Фета, прямые отзывы Толстого на которые нам неизвестны. Однако эти стихотворения тоже имеют значительные правки. Предполагается, что Фет в работе над ними так или иначе (возможно, неосознанно) учитывал замечания Толстого, сделанные по поводу других стихотворений.

Проведенное исследование разных редакций фетовских текстов ясно показывает влияние Толстого на творческий процесс поэта, позволяет оценить особое место писателя среди других советчиков — редакторов и, кроме того, позволяет увидеть отличия его замечаний от требований других современников.

В четвертой главе рассматривается обратный процесс — конкретные формы воздействия лирики Фета на прозу Толстого. Для этого нам показалось необхо-

7 димым сопоставить отдельные стихотворения поэта и отрывки из романа Толстого, тематически и образно перекликающиеся.

Проведенное сравнение подтверждает, что творческое взаимодействие Фета и Толстого осуществлялось в русле особенностей литературной эпохи, прежде всего — в том, что поэзия 1880-х годов сыграла большую роль в становлении романа. Именно в это время происходит переоценка значения поэзии и одновременно с этим зарождается метод русской психологической прозы. Роль поэзии оказалось неоценимой для раскрытия душевной жизни героев.

Сравнительный анализ межтекстовых связей позволяет сделать вывод о том, что творчество обоих художников насыщено сходными жизненными реалиями, мотивами, перекличками, образным строем, общими настроениями. В поэзии Фета и романах Толстого «диалектика души» проникает в образы природы, оба писателя придают важное значение связям между чувствами и переживаниями человека и природой.

Главный вывод, к которому мы пришли, заключается в том, что в результате личного и творческого взаимодействия писателей происходит процесс творческого обогащения друг друга. Причем не важно, как происходит этот процесс: осознанно или неосознанно. Разнообразные формы творческого взаимодействия А.Фета и Л.Толстого помогают нам понять особенности реального литературного процесса второй половины XIX века, а через них — общие для этого процесса закономерности.

Практическая значимость работы заключается в том, что сделанные в ней непосредственные наблюдения могут быть использованы в лекционном вузовском курсе по истории русской литературы второй половины XIX века, на практических занятиях и семинарах, в преподавании литературы в школьном курсе, в среднем учебном заведении (педагогическом колледже), непосредственно при анализе стихотворных текстов.

Основные положения и результаты нашли отражение в пяти публикациях и выступлениях на трех конференциях («Л.Н.Толстой как редактор фетовских текстов», Вторые Майминские чтения, Псков, 1998; «А.А.Фет и Л.Н.Толстой (к

8 проблеме параллелей и взаимодействий лирики и прозы)», Третьи Майминские чтения, Псков, 2000; «Писатели-современники в творческом процессе А.Фета», Вторая Международная конференция «Литературный текст: проблемы и методы исследования», Тверь, і 998; «К истории фетовских текстов», Дергачевские чтения — 98. Международная научная конференция, Екатеринбург, 1998; «Севастопольское братское кладбище» А.Фета и «Севастопольские рассказы» Л.Толстого», Дергачевские чтения — 2000. Международная научная конференция, Екатеринбург, 2000).

9 ПРИМЕЧАНИЯ

  1. Розанова С.А. Лев Толстой и Фет (История одной дружбы) // Русская литература. — 1963. — №2. — С .86-107.

  2. Маймин Е.А. А.А.Фет и Л.Н.Толстой // Русская литература. — 1989. — №4. -С. 131-142.

  3. См. об этом: Озеров Л.А. А.А.Фет (О мастерстве поэта). — М.: Знание, 1970; Громов П.П. О стиле Льва Толстого. Становление «диалектики души». -Л.: Худож. лит., 1971; Громов П.П. О стиле Льва Толстого. «Диалектика души» в «Войне и мире». — Л.: Худож. лит., 1977; Эйхенбаум Б.М. Лев Толстой. Семидесятые годы. — Л.: Худож. лит., 1974; Берковский Н.Я. О мировом значении русской литературы. — Л.: Наука, 1975; Кожинов В.В. Книга о русской лирической поэзии XIX в. Развитие стиля и жанра. — М.: Современник, 1978; Бабаев Э.Г. Очерки эстетики и творчества Л.Н.Толстого. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981; Скатов Н.Н. Лирика Афанасия Фета (Истоки, метод, эволюция) // Скатов Н.Н. Далекое и близкое. Литературно-критические очерки. — М.: Современник, 1981. — С. 119-149; Бухштаб Б.Я. А.А.Фет. Очерк жизни и творчества. — Л.: Наука, 1990.

  1. Черемисинова Л.И. А.А.Фет и Л.Н.Толстой. Творческие связи. — Л., 1989.

  2. Бухштаб Б.Я. Судьба литературного наследства А.А.Фета // Литературное наследство. — М., 1935. — Т. 22-24. — С. 564-581; Бухштаб Б.Я. А.А.Фет // Полное собрание стихотворений. — Л.: Сов. писатель, 1937. — С. V-XXV; Бухштаб Б.Я. А.А.Фет // Полное собрание стихотворений. — Л.: Сов. писатель, 1959.-С. 5-78.

  3. Благой Д.Д. Из прошлого русской литературы. Тургенев — редактор Фета // Печать и революция. — 1923. — Кн. 3. — С. 45-64; Благой Д.Д. Мир как красота (О «Вечерних огнях» А.Фета) // Фет А.А. Вечерние огни. — М.: Наука, 1979.

  4. Гаспаров М.Л. Композиция лирических стихотворений // Теория литературы. В 4-х т. Т. 2. Произведение. — М.; Наследие, в печати.

История знакомства и характер взаимоотношений Л.Н.Толстого и А.А.Фета

На протяжении двадцати лет Афанасий Афанасьевич Фет и Лев Николаевич Толстой были людьми, близкими друг другу. Это была настоящая дружба, которая включала в себя и поддержку в трудные минуты, и умение выслушать чужую точку зрения.

Многолетняя дружба обогатила духовно и Фета, и Толстого. Из внимания друг к другу рождался взаимный отклик. «Рождалась та самая душевная потребность, — считает Е.А.Маймин, — которую Фет назвал «жгучим интересом взаимного ауканья» . Без их близости, возможно, не было бы того «взаимного ауканья», которое было необходимо обоим писателям в их жизни. А без «взаимного ауканья», возможно, не было бы их близости.

По поводу точной даты первого знакомства А.Фета и Л.Толстого существуют разные точки зрения. Если верить самому Фету, это знакомство произош-ло в ноябре 1855 года . Фет в это время несколько дней находился в Петербурге, где бывал «преимущественно в литературном кругу»3. Во время визита к Тургеневу он познакомился с Толстым, который вернулся из Севастополя. Фет и Тургенев должны были в продолжение часа говорить вполголоса из боязни разбудить спящего за дверью графа. Фет становится также свидетелем спора Толстого с Тургеневым.

Но эта первая встреча была эпизодической. Фет вспоминал: «В этот же приезд мы и познакомились с Толстым, но знакомство это было совершенно формальное, так как я в то время еще не читал ни одной его строки и даже не слыхал о нем, как о литературном имени, хотя Тургенев толковал о его рассказах из детства. Но с первой минуты я заметил невольную оппозицию всему общепринятому в области суждений. В это короткое время я только однажды видел его у Некрасова вечером в нашем холостом литературном кругу и был свидетелем того отчаяния, до которого доходил кипятящийся и задыхающийся от спора Тургенев на видимо сдержанные, но тем более язвительные возражения Толстого»4. В разных работах называются разные даты этого эпизода. Так, Н.Н.Гусев относит записанный Фетом рассказ о Толстом к 14 декабря 1855 года5. Г.П.Блок датировал период первого знакомства промежутком: 27 апреля — 15 мая 1856 года6.

Наконец, авторы статьи «К истории знакомства Л.Н.Толстого с А.А.Фетом» Н.П.Пузин и Л.Н.Назарова7 считают, что знакомство писателей произошло раньше, еще в 1854 году, и не в Петербурге, а в Кишиневе, где Толстой находился с 9 сентября по 2 ноября 1854 года. Такой вывод исследователи делают, основываясь на «Летописи жизни и творчества Льва Николаевича Толстого» Н.Н.Гусева. В числе новых знакомых Толстого, появившихся в эти годы, был и Фет, о чем Толстой вспоминает в письме к Т.А.Ергольской. Из работы Г.П.Блока «Летопись жизни А.А.Фета» Н.П.Пузин и Л.Н.Назарова делают вывод, что в период с 7 по 25 октября Фет был в отпуске из лейб-гвардии Уланского полка. В это время Фет, очевидно, приезжал в Кишинев, где и произошло его знакомство с Толстым, Здесь поэт имел возможность прочитать в рукописи рассказ «Рубка леса».

Однако постоянные отношения между Фетом и Толстым зарождаются в 1856 году. 4 февраля этого года Толстой после общения с Фетом делает запись в Дневнике: «Фет очень мил»8. Следующая встреча происходит на обеде у Некрасова в этом же году, 12 мая. Толстой вновь отмечает в Дневнике: «Фет душка и славный талант» (47, 71). Их отношения пока ограничивались эпизодическими встречами у общих знакомых литераторов и не были особенно близкими.

С 1857 года Фет и Толстой начинают интересоваться творчеством друг друга. «11-12 ноября. Встречи Фета с Толстым. Фет читает Толстому свой перевод «Антония и Клеопатры». Толстой посылает Некрасову для публикации в «Современнике» стихи Фета и его же перевод последнего стихотворения Беранже («О Франция! Мой час настал, я умираю…»)» .

Эстетические взгляды Л.Н.Толстого и А.А.Фета — основа их твор ческих взаимодействий

Основная цель нашей работы — понять, как осуществлялись творческие взаимодействия А.Фета и Л.Толстого. Для этого прежде всего необходимо сопоставить их взгляды на литературу и искусство, особенно на искусство прозы и поэзии.

Многие высказывания Толстого и Фета отражают их взгляды на вопросы о соотношении формы и содержания, о природе мастерства настоящего художника, о соотношении мысли и чувства, разума и вдохновения в творчестве, о мысли и образе в поэзии, о предмете искусства, о сути подлинного искусства, о новизне в процессе художественного творчества, о поэтическом словоупотреблении. Содержатся они в их литературно-критических статьях, в письмах, в художественных произведениях , а также в дневниках Толстого и в автобиографических книгах Фета.

Взгляды художников слова во многом перекликаются. Правда, в отличие от Фета, взгляды Толстого менялись на протяжении его жизненного пути. Они отражали сложный и противоречивый духовный путь писателя. Изменялись и взгляды Толстого на литературу и искусство. Поэтому нам придется говорить отдельно о раннем и позднем Толстом.

Фет написал одну программную статью об искусстве, его публичные выступления ограничиваются предисловиями к сборникам стихотворений и к книгам переводов. Зато обильные высказывания как по общим вопросам философии искусства и поэзии, так и по конкретным вопросам поэтики мы находим в частных письмах Фета 80-х — начале 90-х годов, главным образом, в письмах к К.Р. и Полонскому. Эстетические воззрения Фета не менялись, а только оформлялись и обосновывались с 60-х годов под сильным влиянием философии Шопенгауэра.

Первым программным выступлением Фета-критика была его статья «О стихотворениях Ф.Тютчева», опубликованная в феврале 1859 года в журнале «Русское слово». Причиной ее написания послужил выход первого сборника стихотворений Тютчева, которого Фет считал величайшим поэтом. В своей статье Фет размышлял о вопросах психологии творчества и поэтического мастерства. Статья содержит и оценки поэтических текстов. Но, как считает А.Е.Тархов, «взяться за перо Фета» заставил не столько выход сборника стихотворений Тютчева, «сколько новые, «базаровские веяния» общественного умонастроения, отвергавшие «чистое художество» во имя «практической пользы»1. Фет этой статьей выступил в защиту «чистого искусства».

В том же месяце того же года состоялось устное выступление Толстого, близкое по духу фетовскому. Толстой был избран членом Общества любителей Российской словесности при Московском университете. По обычаю этого общества каждый вновь принятый должен был произнести речь в открытом заседании. И Толстой произнес речь в защиту «чистого искусства», назвав себя «односторонним любителем изящной словесности» (5, 272).

Еще ранее, в письме к В.П.Боткину от 4 января 1858 года, он предлагал создать чисто художественный журнал, чтобы спасти «вечное и независимое от случайного, одностороннего и захватывающего политического влияния» (60, 248). Толстой писал: «Все, что является и явится чисто художественного, должно быть притянуто в этот журнал. Все русское и иностранное, являющееся художественное, должно быть обсужено. Цель журнала одна: художественное наслажденье, плакать и смеяться» (60, 248).

В своей речи Толстой выступил в пользу «художественной», а не «тенденциозной» литературы. «Политическая», или «изобличительная» литература, по мнению писателя, «лишила художественную литературу всего ее значения» (5, 271). «Большинство публики начало думать, что задача всей литературы состоит только в обличении зла, в обсуждении и в исправлении его, одним словом, в развитии гражданского чувства в обществе», — пишет Толстой (5, 271). Он критикует мнение о том, что времена стихов прошли и приходит время, когда Пушкин не будет больше перечитываться, а главное, что чистое искусство невозможно.

Л.Толстой — «редактор» стихотворений А.Фета

И Толстой, и Фет говорили о цельности и неразрывности формы и содержания в литературе. Так, Толстой считал, что главная забота писателя или художника должна состоять в том, чтобы в их произведениях «форма и содержание составляли одно неразрывное целое, выражающее чувство, которое испытал художник» (30, 116). Для настоящего произведения искусства важно то и другое. В Дневнике в 1890 году Толстой записал: «Странное дело эта забота о совершенстве формы. Недаром она. Но недаром тогда, когда содержание доб-рое»(51, 13).

В преобладании формы над содержанием Толстой видел явный признак упадка искусства. В статье «Об искусстве» он так характеризовал теорию искусства для искусства: «…достоинство произведения зависит от красоты формы, хотя бы содержание произведения и было ничтожно и отношение к нему художника лишено было задушевности»53. Однако не может быть «хорошей» формы и «плохого» содержания. Содержание может только не устраивать критика. Точно так же плохая форма не может вмещать хорошего содержания.

По словам В.В.Кожинова, поэт не может работать «по отдельности» над формой и содержанием. Он пишет: «В поэзии нет и не может быть чисто формальных деталей, приемов, элементов. Все насквозь содержательно. Мельчайшее изменение формы означает изменение содержания, смысла. И наоборот: каждый штрих, каждый нюанс смысла неизбежно осуществлен, реализован в форме»54. Значит, в стихотворении не может быть «незначащих» деталей. Все имеет свой смысл. По мнению исследователя, если даже поэт просто изменил естественный порядок слов, то это уже вносит определенный смысловой оттенок. «А если он сделал это ради размера, ради рифмы — читатель видит и чувствует слабость поэта, и тем самым как бы уничтожается тот смысл, который намеревался вложить в данную строку поэт» . В искусстве Фет ценил как художественную форму, так и содержание. В этом он близок Толстому. Фет писал: «…художественность формы — прямое следствие полноты содержания. Самый вылощенный стих, выливающийся под пером стихотворца-непоэта, даже в отношении внешности не выдерживает и отдельного сравнения с самым, на первый взгляд, неуклюжим стихом истинного поэта» . Однако он считает, что художественная прелесть стихотворения может погибнуть и от «избытка содержания». Такое мнение поэта объясняется его требованием одной мысли или одного чувства в произведении. Говоря о конкретном стихотворении, Фет писал: «Новое содержание: новая мысль, независимо от прежней, едва заметно трепетавшей во глубине картины, неожиданно всплыла на первый план и закричала на нем пятном».

О слитности содержания и словесного выражения в лирических произведениях писал B.C. Соловьев в своей статье о стихах Фета и Полонского. Он считает, что «в истинно-лирическом стихотворении нет вовсе содержания, отдельного от формы, чего нельзя сказать о других родах поэзии. Стихотворение, которого содержание может быть толково и связно рассказано своими словами в прозе, или не принадлежит к чистой лирике, или никуда не годится»58.

Высказывание Фета о том, что стихотворение подчас рождается у него из простой рифмы, «распухая» вокруг нее, по мнению В.В.Кожинова, можно понять как провозглашение формальной основы творчества. Но исследователь обращается к другому замечанию поэта. В письме к Полонскому Фет вспоминает пушкинские стихи: «Для берегов отчизны дальной…

Поэзия А.Фета в творческой мастерской прозаика Л.Толстого

После рассмотрения влияния Толстого на творчество Фета, закономерной представляется попытка рассмотреть и обратный процесс — конкретные формы воздействия лирики Фета на прозу Толстого. Тем более, что исследователи их творчества, в частности Б.М.Эйхенбаум, С.А.Розанова, П.П.Громов, Б.Я.Бухштаб, Н.Я.Берковский, В.В.Кожинов, Н.Н.Скатов, Л.А.Озеров, Э.Г.Бабаев1, неоднократно отмечали это влияние. Это, наверное, не случайно, т.к. среди близких друзей писателя был только один крупный поэт того времени.

В настоящей главе мы попытаемся обобщить все имеющиеся наблюдения, замечания, выводы по проблеме творческих перекличек. Проведенные наблюдения являются исходным материалом для дальнейшего ее развития и углубления.

В первую очередь попробуем определить, что же имели в виду ученые, говоря о воздействии поэзии Фета на прозу Толстого? Далее, как нам представляется, необходимо сопоставить отдельные стихотворения поэта с отрывками из романов Толстого, тем или иным образом перекликающимися с ними.

Толстого и Фета сближает способность передавать тончайшие переходы в жизни природы, человека. Специалисты, исследуя творчество писателя, с легкой руки Н.Г.Чернышевского назвали это «диалектикой души». Во время создания «Войны и мира» метод психологического анализа становится основным. Можно с определенной степенью уверенности утверждать, что в становлении этого метода свою роль сыграл и Фет.

Метод психологического анализа — «диалектику души» — Толстой использует для раскрытия души любимых героев, людей с богатым внутренним миром. «Диалектика души» становится основным художественным методом изображения и познания окружающего мира, проявляясь в пейзажах, портретах, словесно-речевых характеристиках.

В романах Толстого, в особенности в «Войне и мире» и в «Анне Карениной», значительное место занимают пейзажи. Психологический и философский подтекст как характерную особенность пейзажей Толстого отмечали А.В.Чичерин, Е.Н.Купреянова, В.А.Ковалев2.

Одним из первых среди современных исследователей активную роль образов природы в «Войне и мире» отметил А.В.Чичерин3. По мнению исследователя, герои романа не просто созерцают природу, а постоянно испытывают ее вмешательство в свою жизнь. Это происходит потому, «что автор и некоторые из его героев так близки природе, что живут и мыслят ею, принимают в себя ее жизнь как свою, как часть самого себя»4. Проникновение «диалектики души» в образы природы исследователь показывает на примере беседы Пьера и Андрея на пароме.

Е.Н.Купреянова тоже считает, что пейзажи Толстого строятся по законам «диалектики души». Это свойство, по мнению исследователя, проявляется в особом тоне пейзажей, «пейзажах-впечатлениях», «но в отличие от импрессионистического изображения природы, впечатлениях не только чувственных, но и духовных, диалектически сочетающих отражение природы в человеке с обратным отражением человеческого в природе, т.е. с ее духовным активным освещением»5. Таким образом, в прозе Толстого в значительной степени стирается грань между «изображением» внешнего и «выражением» внутреннего.

Психологический и философский подтекст пейзажей Толстого заключается, считает Е.Н.Купреянова, в том, что жизнь человека и природы сливается в его произведениях воедино. Пейзаж «через психологию героя включен в само действие, составляет его собственную часть, ибо жизнь природы и процесс ее психологического отражения слит в нем в нерасторжимое единство». Психологический и философский подтекст пейзажей заключается в том, что человек, испытывая наслаждение от общения с природой, обнаруживает в ней лучшие стороны собственной души. А чем ближе человек к природе, чем полнее подчиняется ее законам, тем он «счастливее, нравственнее и прекраснее».

156 В.А.Ковалев приходит к выводу, что во всем толстовском наследии нет ни одного произведения, где природа изображалась бы вне поэтического контекста. Толстой, по мнению исследователя, создает описания природы, проникнутые глубоким чувством. В таких пейзажах наблюдается единство природы и чувств персонажей, пейзажи в первую очередь символизируют переживания героев. В.А.Ковалев считает, что «если философско-публицистические пейзажные описания в художественной прозе Толстого непосредственно отражают внешние черты мировоззрения автора, то символико-психологические картины раскрывают внутренний мир героев и передают воззрения художника опосредованно» .

Толстой о поэзии Фета

Отношение Льва Толстого к поэзии нельзя назвать положительным. Вот отрывок из воспоминаний Александра Владимировича Жиркевича (http://az.lib.ru/z/zhirkewich_a_w/text_0020.shtml):
Толстой: Например, известный вам Фет. Человек пятьдесят лет писал только капитальные глупости, никому не нужные, а его юбилей был чем-то похожим на вакханалию: все старались его уверить, что он пятьдесят лет делал что-то очень нужное, хорошее… И он сам в это верит. В этом-то весь комизм таких юбилеев.
Я: Но стихотворения Фета доставляют удовольствие, отвлекают человека от мрачной обстановки современной действительности…
Толстой (гневно перебивая меня): Это и худо! Во-первых, ничто не должно отвлекать человека от жизни. Он должен жить, и жить осмысленно.
Однако, в целом к Фету Толстой относился одобрительно. Жиркевич приводит такие слова Толстого: «Время поэзии у нас прошло… Между поэтами есть люди с талантами: Фофанов, Фет. У Минского иногда попадаются недурные стихи. Но и у Фофанова, и у Фета, Полонского чувствуется какая-то незаконченность, порою деланность».
Более того, из воспоминаний Максима Горького (http://gorkiy.lit-info.ru/gorkiy/vospominaniya/lev-tolstoj.htm) видно, как Толстой дает наиболее высокую оценку именно поэзии Фета:
— Романтизм — это от страха взглянуть правде в глаза,— сказал он вчера вечером по поводу стихов Бальмонта, Сулер не согласился с ним и, шепелявя от возбуждения, очень патетически прочел еще стихи.
— Это, Левушка, не стихи, а шарлатанство, а «ерундистика», как говорили в средине века,— бессмысленное плетение слов. Поэзия — безыскусственна; когда Фет писал:
…не знаю сам, что буду
Петь, но только песня зреет,—
этим он выразил настоящее, народное чувство поэзии. Мужик тоже не знает, что он поет—ох, да-ойт да-эй — а выходит настоящая песня, прямо из души, как у птицы. Эти ваши новые всё выдумывают.
Толстой и Фет переписывались более 20 лет, и интересно наблюдать, как менялось отношение Толстого к Фету и к поэзии в разные периоды жизни.
Напишу в следующий раз.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *