Святитель иоанн шанхайский

ИОАНН ШАНХАЙСКИЙ

Свт. Иоанн Шанхайский

Иоанн (Максимович) (1896-1966), архиепископ Сан-Фрацисский и Западно-Американский, Шанхайский, святитель, чудотворец

Память в субботу ближайшую к 19 июня (РПЦЗ), 19 июня в день преставления, 29 сентября в день обретения мощей (РПЦЗ), а также в Соборе Полтавских святых (Укр.)

В миру Максимович Михаил Борисович, родился 4 июня 1896 года в селе Адамовка Харьковской губернии. При святом крещении он был наречён Михаилом в честь Архистратига Небесных Сил Михаила Архангела. Происходил он из дворянской семьи Максимовичей, среди предков его был просветитель Сибири святитель Иоанн Тобольский. Родители Михаила, Борис и Глафира, воспитали сына в благочестии, возгревая в нём стремлении стоять за истину и горячую любовь к отечеству.

Михаил был болезненным мальчиком с плохим аппетитом. С детства он отличался глубокой религиозностью, по ночам подолгу стоял на молитве, усердно собирал иконы, а также церковные книги. Более всего любил читать жития святых. Михаил полюбил святых всем сердцем, до конца пропитался их духом и начал жить как они. И в детских играх выразились его стремления — игрушечных солдатиков он превращал в монахов, а крепости — в монастыри. Святогорский монастырь, стоявший недалеко от имения Максимовичей, располагал молодого Михаила к вдумчивому отношению к жизни. Святая и праведная жизнь ребёнка произвела глубокое впечатление на его французскую гувернантку-католичку, и в результате она приняла Православие.

Михаил думал посвятить свою жизнь служению родине, вступив либо в военную, либо в гражданскую службу. Вначале он он поступил в Петровский Полтавский Кадетский корпус, который окончил в 1914 году. Затем учился на юридическом факультете Харьковского Императорского университета, который окончил в 1918 году. Учился он превосходно, хотя часть своего времени уделял изучению житий святых и духовной литературе. Харьковская церковная жизнь содействовала начальным шагам юного Михаила по пути благочестия. В усыпальнице харьковского собора почивали мощи чудотворца архиепископа Мелетия (Леонтовича), который проводил ночи в молитве, стоя с поднятыми руками. Михаил полюбил этого святого и начал ему подражать в подвиге ночного бодрствования. Так постепенно у юного Михаила стало зреть желание всецело посвятить себя Богу, и в связи с этим в нём стали проявляться высокие духовные качества: воздержание и строгое отношение к себе, великое смирение и сострадание к страждущим. В годы учения на него особенно сильное влияние оказал архиепископ Антоний (Храповицкий), ставший его духовным наставником, и Михаил начал всё более углубляться в изучение духовной жизни. В конце концов, как он вспоминал, местный монастырь и храм стали ему ближе, чем любые светские заведения.

Трагедия 1917-1918 годов окончательно убедила его в слабости человеческой, в непрочности всего земного. Сохраняя всю жизнь пламенный патриотизм, ставший в нём верой в возрождение Святой Руси, он решил отречься от мира и всего себя посвятить служению Богу. Во время гражданской войны семья Максимовичей была эвакуирована в Югославию, где Михаил поступил в университет на богословский факультет в Белграде, который окончил в 1925 году. Для того, чтобы прокормить семью, оказавшуюся в бедности, Михаилу приходилось продавать газеты. Но его духовный наставник, владыка Антоний, также оказался за границей, и Михаил продолжал окормляться у него.

Иеромонах Иоанн (Максимович). Фотография 11.V.1934.

Монашество

В 1926 году Михаил был пострижен в монашество с именем в честь своего предка святителя Иоанна Тобольского. Постриг был совершён митрополитом Антонием в Мильковой обители. Далее тем же владыкой он был рукоположен во иеродиакона, а на праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы рукоположен во иеромонаха епископом Гавриилом Челябинским. Со дня своего иноческого пострига отец Иоанн больше никогда не спал лёжа на постели — если засыпал, то на кресле или на коленях под иконами. Он постоянно пребывал в молитве, вкушал пищу раз в день и ежедневно служил Божественную литургию.

Первые годы своей монашеской жизни иеромонах Иоанн особенно посвящает юношеству — с 1929 года он преподаёт и является воспитателем в духовной семинарии города Битоля. Уже в то время святитель Николай (Велимирович), сербский Златоуст, давал такую характеристику молодому иеромонаху: «Если хотите видеть живого святого, идите в Битоль к отцу Иоанну». Отец Иоанн быстро завоевал любовь учащихся своим умением вдохновлять их высокими христианскими идеалами и сам относился к ним как любящй отец — по ночам он ходил по общежитию и осенял спящих крестным знамением.

В этот период по просьбе местных греков и македонян он начал служить для них на греческом языке. Тогда же иеромонах Иоанн стал посещать больницы и отыскивать больных, нуждающихся в молитве, утешении и причащении.

Владыка Шанхайский

Так как известность иеромонаха Иоанна непрерывно росла, то заграничные архиереи решили возвести его в епископы. Желая уклониться от такого высокого звания, он стал ссылаться на своё косноязычие, но архиереи остались непреклонными, указав ему, что и пророк Моисей был косноязычным.

В мае 1934 года иеромонах Иоанн был хиротонисан во епископа Шанхайского, викария Пекинского, и отбыл ко своей пастве. Это была последняя хиротония, совершённая митрополитом Антонием (Храповицким). В письме епископу Хайларскому Димитрию владыка Антоний так писал об отце Иоанне: «Как мою душу, как моё сердце посылаю к Вам Владыку Епископа Иоанна. Этот маленький, слабый человек, почти ребёнок с виду, является каким-то чудом аскетической стойкости в наше время всеобщего духовного расслабления».

Новый епископ прибыл на свою кафедру в день праздника Введения во храм Пресвятой Богородицы и с удвоенной ревностью продолжил здесь своё пастырское и подвижническое делание. Здесь он сразу же взялся за восстановление церковного единства, установив связь с местными православными сербами, греками и украинцами. Обладая неиссякаемой энергией, в Шанхае владыка Иоанн был вдохновителем множества начинаний, принимал самое живое участие во многих общественных делах русской общины. Тут он довершил возведение нового кафедрального собора в честь иконы Пресвятой Богородицы «Споручница грешных», возвёл величественную Свято-Николаевскую церковь — «Храм-Памятник Царю Мученику Императору Николаю II и Его Августейшей Семье», основал дом для престарелых и детский приют в честь святого Тихона Задонского. Приют владыка населил брошенными детьми, которых сам бесстрашно собирал с улиц и из трущоб Шанхая. Вначале в приюте проживало восемь сирот, с годами он стал давать убежище сотням, а в общей сложности через него прошло 1500 детей. Дети, несмотря на обычную строгость владыки, были ему абсолютно преданы, а сам святитель подвизался за них перед Господом. Так, когда во время войны в приюте не хватило продуктов для питания детей, владыка молился всю ночь, а утром — звонок: прибыл представитель какой-то организации с крупным пожертвованием для приюта.

Свт. Иоанн (Максимович). Фото

Как и прежде, святитель укреплялся и просвещал паству ежедневным совершением Божественной Литургии. Владыка был очень строг в алтаре, требовал точного знания правил и следования им, запрещал любые разговоры во время службы и очень часто оставался в храме долгое время после богослужения. Затем он ежедневно посещал больных, принимая исповедь и приобщая их Святых Тайн. Если состояние больного становилось критическим, владыка приходил к нему в любой час дня или ночи и долго молился у его постели. Известны многочисленные случаи исцеления безнадёжно больных по молитвам святителя Иоанна, его негаданных явлений в самый нужный момент. Посещал святитель и заключённых в тюрьмах, и душевнобольных и одержимых в госпитале для умалишённых. И везде он благовествовал и проповедовал, пробуждая совесть одних и согревая сердца других.

Строжайшая аскетическая жизнь владыки выражалась не только в постничестве (он принимал пищу лишь раз в день, а в посты питался лишь просфорой) и лишении себя сна. Чтобы избежать мирской славы и внимания, владыка усвоил черты юродства, в котором ещё ярче просиял его подвиг. Так, святитель Иоанн всюду ходил или босиком, или в одних сандалиях, даже зимой. Свою рясу он донашивал до такой ветхости, что та была похожа больше на одежду нищего. По утверждению некоторых, косноязычие владыки объяснялось тем что он настолько истощал себя, что от слабости его нижняя челюсть отвисала и не давала говорить ясно. Однако, как рассказывал бывший прислужник владыки тех лет, принявшийся было подражать тому в постном подвиге и встревоживший этим родителей, святитель, узнав об этом, приказал ему съесть колбасы в Великий Пост и всегда помнить, что послушание родителям важнее самовольных подвигов.

Между Московской Патриархией и Зарубежной Церковью

Во время японской оккупации военного времени владыка объявил себя временным главой русской колонии и проявил большое мужество, защищая русских перед японскими властями. В этот период сообщение с Архиерейским Синодом Зарубежной Церкви прервалось, и Дальне-Восточный митрополичий округ оказался в условиях вынужденного самоуправления. После того как архиереи Харбинской епархии и владыка Нестор (Анисимов) в 1945 году признали своим кириархом патриарха Московского и всея Руси Алексия, владыка Иоанн был также склонен последовать за ними, «так как — по его словам, — в законности признанного, как своей Поместной, так и всеми другими Поместными Церквами Патриарха сомнений не имеется». Однако когда владыка Иоанн узнал о продолжении деятельности митрополита Анастасия, он счёл себя обязанным оставаться, как и прежде, в повиновении первоиерарха Зарубежной Церкви. Оказавшись единственным дальневосточным архиереем в ведении Русской Православной Церкви Заграницей, решением Мюнхенского Архиерейского Собора от 10 мая 1946 года он был назначен самостоятельным владыкой и возведён в достоинство архепископа. Последователи Зарубежной Церкви в Китае сплотились вокруг него .

Исход из Китая

Свт. Иоанн (Максимович). Икона из Ирландии.

С приходом к власти в Китае коммунистов русские, не принявшие советское гражданство, были снова обречены на исход. Большинство Шанхайской паствы владыки ушло на Филиппины — в 1949 году на Филиппинском острове Тубабао в лагере Международной организации беженцев проживало примерно 5 тысяч русских из Китая. Остров находился на пути сезонных тайфунов, которые проносятся над этим сектором Тихого океана. Однако в течение всех 27 месяцев существования лагеря ему только раз угрожал тайфун, но и тогда он изменил курс и обошёл остров стороной. Когда один русский в разговоре с филиппинцами упомянул о своём страхе перед тайфунами, те сказали, что причин для беспокойства нет, поскольку «ваш святой человек благословляет ваш лагерь каждую ночь со всех четырех сторон». Когда же лагерь был эвакуирован, страшный тайфун обрушился на остров и полностью уничтожил все строения.

Русские не только выжили на острове, но и смогли покинуть его благодаря святителю, который сам ездил в Вашингтон и добился, чтобы в американские законы были внесены поправки и бо́льшая часть лагеря, около 3 тысяч человек, перебралась в США, а остальные — в Австралию.

Архиепископ Западной Европы

В 1951 году архиепископ Иоанн был назначен окормлять паству Русской Православной Церкви Зарубежом в Западной Европе и Африке с титулом «Брюссельский и Западноевропейский» и с кафедрой в Париже. Владыка оставался тем аскетом, строгим архиереем, жертвенным пастырем и духоносным молитвенником, каким был на Шанхайской кафедре, и в истосковавшейся по истинной святости Западной Европе ярко проявилась тяга множества инославных к сосуду Божьей благодати.

Святитель Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский. Икона из храма во имя всех святых в земле Российской просиявших, Париж.

Здесь владыка стал восстанавливать память и почитание древних православных святых Запада и привёл в лоно Церкви многих новообращённых из местных народов, присоединив к Зарубежной Церкви много французских и голландских приходов. Слава о нём распространялась среди всего населения. Так, в одной из католических церквей Парижа местный священник пытался вдохновить молодежь следующими словами: «Вы требуете доказательств, вы говорите, что сейчас нет ни чудес, ни святых. Зачем же мне давать вам теоретические доказательства, когда сегодня по улицам Парижа ходит святой Жан Босой». В Париже диспетчер железнодорожной станции задерживал отправление поезда до прибытия «Русского Архиепископа». Во всех европейских больницах знали об этом епископе, который мог молиться за умирающего всю ночь. Его звали к одру тяжело больного — будь он католик, протестант, православный или кто другой — потому что когда он молился, Бог был милостив. Так, в парижском госпитале лежала одна православная, стеснявшаяся перед соседками по палате прибытия к ней оборванного и босого епископа. Но когда тот преподал ей Святые Дары, француженка на ближайшей койке сказала ей: «Какая Вы счастливая, что имеете такого духовника. Моя сестра живёт в Версале, и когда её дети заболевают, она выгоняет их на улицу, по которой обычно ходит епископ Иоанн, и просит его благословить их. После получения благословения дети немедленно поправляются. Мы зовем его святым».

Архипастырь Сан-Францисский

В 1962 году в связи с трудностями с постройкой нового собора в Сан-Франциско святитель Иоанн, по просьбе тысяч бывших шанхайских пасомых владыки ныне проживавших там, был назначен на Западно-Американскую кафедру. В это время давний друг владыки, архиепископ Тихон Сан-Франциский, ушёл на покой, в его отсутствие сооружение собора было приостановлено, и ссора парализовала общину. Немало скорбей перенёс здесь святой, был даже принуждён появиться в гражданском суде и давать ответ на нелепые обвинения в недочётах приходского совета. Но любовью и долготерпением святитель довёл дело до конца, и в 1964 году собор в честь иконы Божией Матери «Всех скорбящих радость» был возведён. И в последние годы земной жизни, несмотря на вражду, святой продолжал творить чудеса своими неусыпными молитвами.

Кончина и почитание

Мощи свт. Иоанна Шанхайского в Сан-Францисском Радосте-Скорбященском соборе

По нескольким свидетельствам, владыка Иоанн предвидел время и место своей кончины.

Скончался 2 июля 1966 года, в день памяти апостола Иуды, во время архипастырского посещения города Сиэтла с чудотворной иконой Божией Матери Курско-Коренной, в возрасте 71 года. Он отслужил Божественную Литургию и оставался в алтаре наедине с иконой ещё часа три; затем, навестив с чудотворным образом духовных чад около собора, он проследовал в комнату церковного дома, где останавливался. Прислужники усадили Владыку в кресло и увидели, что он уже отходит.

Скорбь переполнила сердца многих людей во всём мире, любивших великого архипастыря. Голландский православный священник с сокрушённым сердцем писал: «У меня нет и не будет больше духовного отца, который звонил бы мне в полночь с другого континента и говорил: «Иди теперь спать. То, о чём ты молишься, получишь»».

Шесть дней лежал владыка в гробу, но, несмотря на жару, никакого запаха тления не ощущалось, а рука его оставалась мягкой. Отпевание возглавил митрополит Филарет (Вознесенский). На погребальной службе и множество собравшихся, и сами совершавшие службу епископы не могли сдерживать рыданий. Удивительно, что при этом храм наполняла тихая радость. Очевидцы отмечали: казалось, будто они присутствовали не на похоронах, а на открытии мощей новообретённого святого.

Святитель был погребён в усыпальнице под выстроенным им собором. Вскоре здесь стали происходить чудеса исцелений и помощи в житейских делах. Время показало множеством свидетельств, что святитель Иоанн Чудотворец — скорый помощник всех сущих в бедах, болезнях и скорбных обстояниях.

В 1994 году специальная комиссия по прославлению владыки обнаружила его мощи нетленными, и 2 июля 1994 года Русская Православная Церковь Заграницей причислила святителя Иоанна (Максимовича) Шанхайского и Сан-Францисского чудотворца к лику святых. Его общецерковное прославление в Русской Православной Церкви совершилось решением Архиерейского Собора от 24 июня 2008 года.

Молитвословия

Тропарь, глас 5

Попече́ние твое́ о па́стве в стра́нствии ея́,/ се́ проо́браз и моли́тв твои́х за ве́сь ми́р при́сно возноси́мых;/ та́ко ве́руем, позна́в любо́вь твою́,/ святи́телю и чудотво́рче Иоа́нне!/ Ве́сь от Бо́га освяще́н священноде́йствием пречис’тых та́ин,/ и́миже при́сно укрепля́ем,/ поспеша́л еси́ ко стра́ждущим,/ цели́телю отраднейший.// Поспеши́ и на по́мощь на́м, все́м се́рдцем чту́щим тя́.

Ин тропарь, глас 1

Святи́тельства да́р преумно́жил еси́,/ сло́ва пропове́данием апо́столом поревнова́в,/ бде́нием же, посто́м и моли́твою с преподо́бными вмени́лся еси́,/ клевету́ и поноше́ния с кро́тостию прие́мля./ Сего́ ра́ди Христо́с тя́ просла́ви чудесы́,/ и́хже оби́льно излива́еши на все́х с ве́рою притека́ющих к тебе́:/ и ны́не спаса́й на́с моли́твами твои́ми,// Иоа́нне досточу́дне, святи́телю Христо́в.

Кондак, глас 4

Христу́ Пастыренача́льнику после́довав,/ во святи́телех изря́днейший яви́лся еси́,/ спа́сл бо еси́ о́вцы своя́ от губи́тельства безбо́жных,/ приста́нище ми́рное те́м учреди́в,/ и попече́ние непреста́нное о па́стве име́я,/ врачева́л еси́ и́х недуги душе́вныя же и теле́сныя,/ и ны́не о на́с к твои́м честны́м моще́м припа́дающих,/ моли́ Христа́ Бо́га, о́тче Иоа́нне,// в ми́ре спасти́ся душа́м на́шим.

>Сочинения

  • Собрание сочинений:

> Видео

Детство

Святитель Иоанн Максимович (мирское имя — Михаил) принадлежал к известной дворянской фамилии. Его дед по отцовской линии был зажиточным землевладельцем. Другой дед, по матери, служил врачом в городе Харькове. Его отец руководил местным дворянством, а дядя занимал должность ректора Киевского Университета.

Будущий святитель родился 4 июня 1896 года, на территории Харьковской губернии, в родительском имении Адамовка. Во святом крещении получил имя Михаил, в честь архистратига Небесного воинства.

Родители Михаила, Борис и Глафира, люди Православные, стремились дать сыну хорошее воспитание и образование, во многом сами служили ему добрым примером. В дальнейшем он всю свою жизнь испытывал к ним сыновнее уважение.

С детства Михаил отличался слабым здоровьем. Миролюбивый и кроткий характер ребенка способствовал выстраиванию приятельских отношений с окружающими, в том числе со сверстниками, однако особенно близких друзей он не имел. Может быть именно в этой связи Михаил редко участвовал в играх, но зато чаще обычного погружался в собственные размышления.

Отличаясь особой религиозностью с детства, он любил играть «в монастыри», строя их из игрушечных фортов, облачая в «монашеские» одежды игрушечных солдатиков. По мере взросления стал собирать религиозную библиотеку, святые иконы, приобщался к молитвенному деланию.

Он буквально зачитывался духовной литературой, Житиями святых, историческими сочинениями. Наряду с религиозным чувством, в нем с ранних лет зрело чувство любви к своей Родине, чувство патриотизма.

Сильное впечатление оказывало на Михаила посещение Святогорского монастыря, недалеко от которого, в Голой Долине, располагалось загородное имение его семьи. Семья не раз поддерживала эту обитель своими пожертвованиями.

Стремлением угодить Богу, жизнью по заповедям, Михаил оказывал благотворное влияние на своих младших братьев и сестру (и не только: со временем даже его гувернантка, француженка, будучи католичкой, решилась принять Православие).

Монашеская жизнь

После принятия пострига Иоанн настолько отдался желанию следовать за Христом, что, например, один из знавших его лично епископов, Николай (Велимирович), именовавшийся в народе сербским Златоустом, говорил, что если кто хочет видеть сегодняшнего святого, пусть обратится к отцу Иоанну.

Какое-то время отец Иоанн трудился в гимназии города Великая Кикинда, в должности законоучителя, затем — преподавателем в духовной семинарии в городе Битоле. Излагая учебный материал, он старался делать это доступно и ясно. Студенты относились к нему с любовью.

В 1929 году, по решению церковного начальства, отец Иоанн был возведен в сан иеромонаха.

К исполнению долга священника он относился со всей серьезностью и ответственностью. Постоянно заботился о своей пастве. Поучал их словом и примером, регулярно служил Божественную Литургию и причащался Тела и Крови Христовых, строго постился, предавался молитвенным бдениям (иногда даже и не ложился в постель, оставаясь на полу, прямо перед образами святых).

В этот период отец Иоанн написал несколько значимых (впоследствии широко известных) богословских работ.

Епископское служение

В 1934 году отец Иоанн удостоился посвящения в епископа и смиренно отбыл к месту нового служения — в Шанхай.

Помимо участия в богослужениях и проповеди, организации приходской жизни, миссионерства, благотворительности, святитель занимался и тем, что лично навещал многих больных, воодушевляя их добрым пастырским словом, исповедуя и приобщая Святых Даров. Рассказывают, что в случае необходимости владыка шёл к больному в любое время дня и ночи.

В 1949 году, в связи с усилением в Китае коммунистических настроений, епископ Иоанн вынужден был отбыть на Филиппинский остров Тубабао, где пребывал в специально обустроенном лагере вместе с другими беженцами.

Проявляя заботу о пастве, владыка ездил в Вашингтон и просил о принятии беженцев. Его просьбы и, конечно же, молитвы, не остались безрезультатными. Существенная часть беженцев смогла переселиться в Америку, а другая — в Австралию.

В 1951 году владыка был назначен архиепископом Западноевропейского Экзархата, подчиненного Русской Зарубежной Церкви.

В 1962 году, с благословения руководства, перебрался на территорию США, где возглавил Сан-Францисскую епархию.

Местная христианская община пребывала там не в лучшем состоянии. Помимо общих трудностей (в том числе материального характера) нормальному функционированию кафедры не способствовали внутренние раскольнические настроения и движения.

С приездом святителя жизнь в епархии стала налаживаться. Однако не все приняли доброе начинание архиерея с восторгом. Нашлись завистники и недоброжелатели. Против владыки стали возводиться интриги, посыпались доносы церковному руководству.

Между тем, помощью Божьей эта ситуация была разрешена в пользу святителя Иоанна.

2 июля 1966 года, в период посещения, с пастырской миссией, города Сиэтла, во время келейной молитвы сердце владыки остановилось и он тихо отошёл к Небесному Царю. Утверждается, что владыка заблаговременно знал о приближении смерти.

Святой Иоанн почитается Церковью не только как выдающийся святитель, но и как чудотворец.

Моли́тва святителю Иоанну архиепископу Шанхайскому чудотворцу

О святи́телю о́тче наш Иоа́нне, па́стырю до́брый и тайнови́дче душ челове́ческих! Ны́не у Престо́ла Бо́жия за нас мо́лишися, я́коже и сам посме́ртне изре́кл еси́: «А́ще и умро́х, но жив есмь». Умоли́ всеще́драго Бо́га проще́ние нам во гресе́х дарова́ти, да бо́дренно воспря́нем, и Бо́гу возопие́м о дарова́нии нам ду́ха смире́ния, стра́ха Бо́жия и благоче́стия во вся́ческих путе́х жи́зни на́шея, я́ко ми́лостивый сиропита́тель и иску́сный наста́вник на земли́ быв, ны́не бу́ди нам путеводи́тель и в сму́тах церко́вных Христо́во вразумле́ние. Услы́ши стена́ние смяте́нных ю́ношей на́шего лихоле́тия, обурева́емых беснова́нием вселука́вым, и при́зри на уны́ние изнемога́ющих па́стырей от утесне́ния тлетво́рнаго ду́ха ми́ра сего́ и томя́щихся в нераде́нии пра́здном и ускори́ на моли́тву, сле́зно вопие́м ти, о те́плый моли́твенниче; посети́ нас си́рых, по всему́ лицу́ вселе́нныя разсе́янных и во оте́чествии су́щих, во тьме страсте́й блужда́ющих, но сла́бою любо́вию ко све́ту Христо́ву влеку́щихся и жду́щих твоего́ оте́ческаго наставле́ния, да благоче́стию навы́кнем и насле́дницы Ца́рствия Небе́снаго яви́мся, иде́же ты пребыва́еши со все́ми святы́ми, сла́вяще Го́спода на́шего Иису́са Христа́, Ему́же честь и держа́ва, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Моли́тва (иная)

О святи́телю чу́дне Иоа́нне, толи́ко распространи́л еси́ се́рдце свое́, я́ко нете́сно вмеща́ется в нем мно́жество почита́ющих тя челове́к от разли́чных племе́н и наро́дов! При́зри на убо́жество слове́с на́ших, оба́че от любве́ тебе́ приноси́мое, и помози́ нам, уго́дниче Бо́жий, поне́ отны́не очища́ти себе́ от вся́кия скве́рны пло́ти и ду́ха, рабо́тающе Го́сподеви со стра́хом и ра́дующеся Ему́ с тре́петом. И что возда́мы тебе́ за ра́дость о́ную, ю́же ощути́хом, зря́ще в хра́ме святе́м мо́щи твоя́ святы́я и прославля́юще па́мять твою́; вои́стину, не и́мамы, чим возда́ти, то́чию а́ще на́чнем себе́ исправля́ти, быва́юще но́ви вме́сто ве́тхих. Сея́ благода́ти обновле́ния бу́ди нам хода́тай, свя́те Иоа́нне, помози́ нам в не́мощех, исцели́ боле́зни, уврачу́й стра́сти моли́твами твои́ми; преста́вленный же от сего́ вре́меннаго во ино́е жити́е ве́чное, в не́же наста́ви тя Пречи́стая Влады́чица, Одиги́трия разсе́яния ру́сскаго, чудотво́рною Свое́ю ико́ною Коренно́ю-Ку́рскою, Ея́же спу́тник ты яви́лся еси́ в день преставле́ния своего́, ра́дуешися ны́не в ли́це святы́х, сла́вящих Еди́наго в Тро́ице сла́вимаго Бо́га, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

>Святой Иоанн босой Шанхайский>Святитель Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский

04. 06 (16.06) 1896 г. – 19.06 (02.07) 1966 г.

Святой аскет вселенского значения

Это слово об архиепископе Иоанне само собой вышло из уст одного из ближайших к нему священников, когда владыки не стало на земле.

Многие ли о нем знают на родине, в России? А в мире тысячи людей почитают его как великого праведника.

При жизни он молился обо всех, кто нуждался в помощи, по убеждению, что «перед Богом все люди равны», и сила его молитвы свидетельствовала об истине Православия. Владыка никогда не разделял экуменических взглядов, и вообще, был очень строг в отношении всего, что касалось канонических правил, однако с благодарностью за молитвенную помощь к нему в храм приходили люди разных исповеданий, было и немало случаев перехода в Православие.

Один католический священник, француз, исчерпав аргументы на проповеди, обращенной к молодежи, воскликнул однажды: «Вы требуете доказательств, вы говорите, что сейчас нет ни чудес, ни святых. Зачем же мне давать вам теоретические доказательства, когда сегодня по улицам Парижа ходит святой – Saint Jean Pieds–Nus (Святой Иоанн Босой)!»

На фотографиях владыка Иоанн часто выглядел невзрачно, то есть совершенно по-монашески: сутулая фигурка, беспорядочно распущенные по плечам темные волосы с проседью. При жизни он к тому же прихрамывал и имел дефект речи, затруднявший общение. Но все это не имело ровно никакого значения для тех, кому пришлось опытно удостовериться в том, что в духовном отношении он был явлением совершенно исключительным – подвижником по образу святых первых веков христианства.

Память о Шанхае

Мечта о настоящем духовном отце для верующего человека, наверное, одна из самых заветных, – так, чтобы вздох или набежавшие слезы могли тут же отозваться «на том конце провода» внутренней, молитвенной связи. Именно таким отцом с открытым слухом, с «сотней антенн на все стороны», был для своей паствы в эмиграции архиепископ Иоанн Шанхайский, «Владыченка», как называли они его между собой.

Русской диаспоре в Китае, в годы после революции, досталось лихо: неустроенность, крайняя дороговизна, – с большим трудом можно было снять комнату, не говоря уже о квартире, – постоянная и острая нехватка средств, одиночество в чужой стране, тоска и порой просто отчаяние.

Церковь, свой православный храм, была для многих из них той единственной «родиной», которая у них осталась. И вот, в тех условиях, когда страшно было заглянуть в завтрашний день, владыка Иоанн стал центром, объединявшим их всех и помогавшим им выстоять. Видимо, промыслительно было то, что среди исключительных скорбей людям дано было видеть настоящее чудо.

…1945-ый год. Во французском госпитале плачет, мечется в агонии тяжелораненая, просит пригласить владыку, чтобы он исповедовал ее в последний раз. Сбежавшиеся на крики санитары и врачи пытаются объяснить, что вызвать епископа невозможно: военное время, госпиталь закрыт на ночь, на улице буря – проливной дождь и шквальный ветер. А та продолжает звать его, своего духовного отца. И, вот, под раскаты грома совершенно мокрый входит в палату владыка Иоанн, и на ходу успокаивает ее: «не призрак я, а самая что ни на есть реальность». После причастия больная проспала 18 часов, а затем пошла на поправку. Под подушкой, в удостоверение того, что владыка действительно приходил, обнаружила она 20-ти долларовую банкноту, оставленную им в счет уплаты долга, накопившегося за лечение. Рассказу ее тогда персонал так и не поверил, хотя владыку видела и ее соседка по палате, но несколько лет спустя действительность этого эпизода подтвердил он сам.

Можно было бы отнести этот случай на счет совпадений, если бы подобные свидетельства не исчислялись десятками.

1948 год. В больнице русского Православного братства умирающий больной умоляет сестру срочно позвонить владыке Иоанну, а связи нет – линия повреждена из-за начавшегося тайфуна. Однако примерно через полчаса слышен стук в ворота. На вопрос: «Кто?» в ответ раздается: «Я – владыка Иоанн, меня зовут сюда, меня здесь ждут».

Среди многочисленных свидетельств тех лет есть и рассказ о молитве владыки за одного тяжелобольного с Хаилаи. Состояние его было признано безнадежным, и дежурившие в отделении католические сестры с минуту на минуту ожидали конца, но вскоре обнаружили его сидящим на постели. Вопрос больного, что за священник был у него только что и молился за него, остался без ответа. Когда же после выписки этот человек обошел все католические храмы и не нашел того, кого искал, ему, все же, помогли, подсказав, что надо зайти в русскую церковь, где служит «православный епископ, своего рода Христа ради юродивый».

Мнение о «юродстве» владыки Иоанна поддерживалось тем, что облик его мало соответствовал высокому сану: одежду он носил самую простую и в любую погоду обходился легкими сандалиями, а когда случалось, что и эта условная обувь переходила кому-нибудь из нищих, привычно оставался босиком. При этом бедным он помогал непрестанно, раздавая хлеб, деньги, и с тем же постоянством подбирал в переулках, среди трущоб, беспризорных детей, для которых им был основан приют в честь святителя Тихона Задонского. Не имея ничего, для сотен и тысяч людей он стал неутомимым жертвователем: Господь подавал ему все необходимое.

Только самые близкие знали, насколько строгий, аскетический образ жизни ведет их владыка. Пищу он принимал обычно лишь раз в день в самом ограниченном количестве, а спал всего пару часов, сидя или согнувшись на полу перед иконами, где его иногда заставал в таком положении келейник. Кроватью не пользовался никогда. Такая аскетическая практика известна, однако является исключительно редкой.

И при такой требовательности к себе, для паствы владыка Иоанн оставался добрейшим, терпеливейшим духовником. Аскеза была делом внутренним, настолько сокровенным, что у тех, кто видел его впервые, возникали самые простодушные мысли на его счет: «Какой удивительный иерарх, и к тому же юродивый во Христе!», но в ту же секунду ответом на «сердечное умиление» был поворот головы и проницательная улыбка «блаженного иерарха». – В прозорливости владыки обычно убеждались тогда, когда он обнаруживал детальное знание обстоятельств людей, прежде с ним не знакомых, еще до того, как ему был задан вопрос, сам называл имена тех, о ком его собирались попросить помолиться, или без всякого смущения отвечал на обращение к нему в мыслях.

Если и была с его стороны строгость, то лишь в отношении того, что касается правильного исповедания основ вероучения, сохранения церковной традиции и благоговейного отношения к святыне. На протяжении многих лет владыка последовательно защищал, например, юлианский календарь, запрещал своему клиру участвовать во «всехристианских» богослужениях в виду их канонической сомнительности, и среди прочего имел обычай не допускать до креста и икон дам с помадой на губах. Впрочем, с этой модой его прихожанки расставались легко. Правила наружного поведения в храме не тяготили: там, где все соединяла любовь, у всякой вещи было свое место.

«Монах с рождения»

В сведениях о ранних годах архиепископа Иоанна найдется немало того, в чем можно усмотреть «прообраз» его служения в будущем. Среди известных представителей его семьи, – а вышел он из малороссийского дворянского рода Максимовичей, – был святитель Иоанн Тобольский.

В Харькове, на родине владыки Иоанна, был отмечен особым почитанием Мелетий (Леонтович), оставивший пример строгого аскетизма и молитвенного бдения. Примечательно и то, что еще в годы учебы в университете, будучи студентом юридического факультета, он обратил на себя внимание митрополита Антония (Храповицкого), принявшего его под свое духовное окормление.

Но и при подобных «слагаемых» не всякому дано стать тем, кем стал владыка Иоанн. Его избрание определялось, прежде всего, самим его устроением. Болезненный и тихий с детских лет, он не любил суеты, и шумным играм предпочитал чтение исторических книг, житийной литературы. Особую радость доставляли ему и паломничества в Святогорский монастырь, расположенный в нескольких верстах от имения Максимовичей, на берегу Северного Донца. Впечатления от духа и самого уклада монастырской жизни производили на него такое действие, что из игрушечных крепостей он устраивал монастырские ограды, а солдатиков переодевал в монахов. Знавшие его люди говорили, что «монахом он был с детства».

По воле родителей, – с их мнением он серьезно считался всю жизнь, – прежде духовного он получил светское образование: в Полтавском кадетском корпусе, а затем – в Харьковском университете. Однако это не изменило его настроя. В 1934 г. в одной из проповедей владыка сказал как-то, что «с самых первых лет, как начал осознавать себя, захотел служить праведности и Истине».

После революции, в 1921-м, семья Максимовичей эмигрировала в Белград, и тогда он смог избрать направление, соответственно внутреннему складу, став студентом богословского факультета. Из рук владыки Антония (Храповицкого) в 1926 г. принял он монашеский постриг с именем Иоанн в честь своего дальнего родственника – святителя Иоанна Тобольского, и почти десять лет посвятил преподаванию и духовному окормлению учащихся Сербской государственной высшей школы и семинарии в честь апостола Иоанна Богослова в Битоле.

Для семинарии он был настоящим приобретением: его забота об учениках простиралась за рамки учебного процесса. В семинарии вскоре обнаружили, что о. Иоанн, имевший привычку бодрствовать по ночам, в перерывах между молитвой, обходил общежитие, поправляя одеяла и подушки своих воспитанников; и семинаристы отзывались на его доброту искренней привязанностью.

Скромность иеромонаха Иоанна была такова, что когда в 1934 г. митрополит Антоний решил возвести его в сан епископа, он подумал, что его вызвали в Белград по ошибке, перепутав с кем-то другим, а когда оказалось, что письмо предназначено ему, пытался отказаться от сана, ссылаясь на проблемы с дикцией. Но владыка Антоний нисколько не сомневался в своем выборе, и, направляя его на Восток, писал правящему архиерею: «…как мою собственную душу, как мое сердце, посылаю вам епископа Иоанна. Этот маленький тщедушный человек, с виду почти ребенок, – на деле зерцало аскетической твердости и строгости в наше время всеобщего духовного расслабления».

Так он оказался в Шанхае, где прослужил почти двадцать лет. Случаи исцелений, изгнания нечистых духов, помощи в тяжелых обстоятельствах, совершившиеся в Китае по молитвам владыки Иоанна, с годами составили значительную часть подробного жизнеописания, составленного братством преп. Германа Аляскинского.

«Святитель Запада»

Для большинства почитателей владыки он и по сей день остается «Иоанном Шанхайским», однако «право на участие в его титуле» могли бы оспаривать, помимо Сан-Франциско, где прошли последние годы его служения, Франция и Голландия: в обеих странах Православная Церковь была принята им под свой омофор. Но все по порядку…

В 1946 г. владыка Иоанн был возведен в сан архиепископа. Под его окормлением оказались все русские, жившие в Китае. С приходом коммунистов владыка организовал эвакуацию своей паствы на Филиппины, а оттуда – в Америку. Заслуживает упоминания и его усердие: разрешение на въезд для русских беженцев в Штаты он исходатайствовал буквально «приступом», сутками напролет дежуря у дверей кабинетов, терпеливо дожидаясь приема чиновников. Тогда же из Шанхая на Запад был эвакуирован и основанный им детский приют, через который в общей сложности прошло 3500 детей.

В 1951 г. владыку Иоанна назначили правящим архиереем Западноевропейского экзархата Русской Зарубежной Церкви. Чем были заполнены эти годы? – На его плечи легли дела по управлению Русской зарубежной Церковью и помощь православным церквям во Франции и в Нидерландах. В те годы владыка Иоанн проделал и огромную работу по установлению канонических оснований для почитания в Православии древних западных святых, живших до отделения католической церкви, однако не включенных в православные календари: собирал сведения, свидетельства о помощи, иконы. При этом он, как и прежде, служил (На протяжении многих лет он имел правило каждый день служить литургию, а если не было возможности, – принимать Святые Дары.)

В Париже, где цены за аренду превышали возможности прихода, помещением для храма послужил обычный гараж. «Церковь в гараже» стала любимым приходом для русских, приезжавших на службы со всех концов города и из пригородов. Особым покровительством владыки пользовался и перебравшийся к тому времени во Францию Леснинский монастырь, основанный когда-то по благословению двух великих старцев – преп. Амвросия Оптинского и св. прав. Иоанна Кронштадсткого.

Для своих духовных воспитанников владыка оставался тем же, кем был прежде – другом, молитвенником, к которому можно было обратиться за помощью в любой день и час. Поражала его доступность, совершенная непритязательность и забвение себя ради других. В Европе архиепископа Иоанна признавали человеком святой жизни, так что и католические священники обращались к нему с просьбой помолиться за больных.

А на склоне лет его ожидало новое церковное «послушание». По ходатайству тысяч русских, знавших владыку по Шанхаю, его перевели в самый крупный кафедральный приход Русской Зарубежной Церкви, в Сан-Франциско.

Ситуация внутри русской общины в тот период сложилась непростая; в нем видели единственного пастыря, способного восстановить мир, и этот последний отрезок оказался для владыки в полном смысле «крестным». К обычным обязанностям прибавились хлопоты, связанные с возведением кафедрального собора в честь иконы «Всех Скорбящих Радосте» и забота о пастве в условиях, когда жизнь по «законам мира» проникла и в церковную ограду, стремясь вытеснить нормы христианской этики.

Тяжелым испытанием для владыки Иоанна стал, например, следующий эпизод: как-то в канун дня памяти св. прав. Иоанна Кронштадтского часть его прихода оказалась вовлеченной в празднование американского «Хэллоуина», и тогда, к полному изумлению и стыду участников, владыка пришел на этот «бал» и, не проронив ни слова, медленно обошел зал, заглядывая в лица.

А затем, будто весь ад восстал против него, – уже немолодого архиепископа ожидал суд «перед внешними», на котором ему был предъявлен иск в «сокрытии собранных на строительство собора средств». В конечном итоге выдвинутые против него обвинения были сняты, но тогда, во время процесса, особенно ясно проявилась еще одна черта его духовного облика – детское незлобие, удивительно мирное состояние, с которым он встречал выпады в свой адрес. Не только во время следствия, но и после, в кругу близких, владыка воздерживался от воздаяния «подобным», и на вопрос, кто был виновником смуты, отвечал просто: «Диавол».

Удивительной была и кончина архиепископа Иоанна. В тот день, 2 июля 1966 г., он служил литургию, и еще долго, в общей сложности около трех часов, оставался в алтаре. В материалах о его жизни и служении, собранных братством Св. Германа Аляскинского, встречаются и свидетельства того, что владыка был, по-видимому, извещен о своем скором исходе. Кончина его была мгновенной. Он до последнего, по-монашески, оставался на ногах, и умер в кресле, в своем кабинете.

У мощей архиепископа Иоанна в Сан-Франциско поддерживается неугасимая лампада, горит множество свечей. Теперь владыка Иоанн предстательствует перед Господом за свою Православную Церковь и за мир уже в Церкви Небесной, Торжествующей.

На адрес братства преп. Германа Аляскинского из года в год приходят свидетельства о помощи по молитвенному к нему обращению. А в курсах по агиологии о владыке Иоанне уже рассказывают как о подвижнике, соединившем в себе несколько образов служения: святителя-миссионера, богослова, аскета-молитвенника, попечителя бедных и милостивого, прозорливого старца.

В 2008 г. определением Архиерейского Собора Русской Православной Церкви святитель Шанхайский и Сан-Францисский Иоанн прославлен в лике общецерковных святых, имя его включено в Месяцеслов Русской Православной Церкви.

Сноски:

Иеромонах Серафим (Роуз), игумен Герман (Подмошенский). Блаженный Иоанн Чудотворец. Предварительные сведения о жизни и чудесах архиепископа Иоанна (Максимовича)./ Подвижники благочестия XX века. Правило веры, Русский паломник. М., 1993. С. 61-62

Иеромонах Серафим (Роуз), игумен Герман (Подмошенский). Блаженный Иоанн Чудотворец. С. 293-294

Иеромонах Серафим (Роуз), игумен Герман (Подмошенский). Блаженный Иоанн Чудотворец. С.218

Владыка следовал уставу монастырской жизни Паисия Великого (IV в.), получившего из уст ангела следующее правило: «И они (монахи) не должны спать лежа, но ты должен сделать такие седалища, чтобы они имели опору для головы». (Цит. по: Иеромонах Серафим (Роуз), игумен Герман (Подмошенский). Блаженный Иоанн Чудотворец. С. 30)

Иеромонах Серафим (Роуз), игумен Герман (Подмошенский). Блаженный Иоанн Чудотворец. С. 69

Цит. по: Иеромонах Серафим (Роуз), игумен Герман (Подмошенский). Блаженный Иоанн Чудотворец. С. 47

Цит. по: Иеромонах Серафим (Роуз), игумен Герман (Подмошенский). Блаженный Иоанн Чудотворец. С. 31.

Это был день небесного покровителя Кронштадтского пастыря – Преп. Иоанна Рыльского

Одному из прихожан он сказал тогда, что тому больше не придется уже получить его благословение.

Рекомендуемые для чтения источники и литература:

  1. Иеромонах Серафим (Роуз), игумен Герман (Подмошенский). Блаженный Иоанн Чудотворец. Предварительные сведения о жизни и чудесах архиепископа Иоанна (Максимовича)./ Подвижники благочестия XX века. Правило веры, Русский паломник. М., 1993
  2. Святитель русского зарубежья, вселенский чудотворец Иоанн (Максимович). М., 1997.
  3. Савва (Сарашевич), еп. Летопись почитания архиеп. Иоанна (Максимовича): Чудеса Божии сегодня. Платина; М.: Валаамск. об-во, 1998.
  4. Определение освященного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви по докладу председателя Синодальной комиссии по канонизации святых митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия. Архиерейский Собор 2008 г. (http://www.patriarchia.ru/db/text/427141.html)
  5. Иоанн Шанхайский (Максимович). Материал из Википедия. Свободная энциклопедия. (http://ru. wikipedia. org)

Читайте также: Святитель Иоанн Шанхайский «на людские нужды отзывчивый»

В Киеве 29 декабря в Десятинном монастыре Рождества Пресвятой Богородицы (ул. Владимирская, 2) состоится канонизация блаженного Христа ради юродивого Иоанна Босого в лике местночтимых святых.
Об этом рассказал наместник Десятинного монастыря архимандрит Гедеон (Харон), сообщает Центр информации Украинской Православной Церкви.
«29 декабря у православных христиан появится еще один небесный покровитель. Иоанн Босой будет прославлен в лике блаженных. Это особый лик святых Церкви, которые брали на себя подвиг юродства, то есть мнимого безумия, чем вызывали насмешки и неприятие людей, но на самом деле эти подвижники обладали даром прозорливости и чудотворений, скрываемым от внешнего мира», – отметил отец Гедеон.
По его словам, канонизация – это признание Церковью человека святым, главными условиями чего являются праведная жизнь человека и чудотворение как при жизни, так и после смерти.
Иоанн Босой умер в 1849 году в возрасте 50 лет и был похоронен на Щекавицком кладбище. В атеистическое время останки Иоанна Босого были перенесены на старообрядческую часть этого кладбища, где покоятся и ныне. По благословению Блаженнейшего Онуфрия, мощи святого подниматься не будут.
Как сообщили в Десятинном монастыре, братия во главе с наместником тщательно собирала материалы о жизни и подвигах старца XIX века, прихожанина Десятинного монастыря Иоанна Босого, и 19 июля 2014 года Священный Синод УПЦ утвердил решение о его канонизации.
Канонизация блаженного Христа ради юродивого Иоанна Босого состоится 29 декабря во время Божественной литургии. Праздничное богослужение возглавит Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины Онуфрий. Начало богослужения в 08.30.
Справка Центра информации УПЦ
Иоанн Босой Киевский (в миру Иван Иванович Расторгуев) – юродивый, прозорливый старец середины XIX века. Родился в Рязанской губернии. Покинув дом, Иоанн странствовал по монастырям. Он всегда ходил босым. В Киеве странник стал прихожанином Десятинного храма. Некоторое время жил в помещении под Андреевской церковью. Там на средства состоятельных людей организовал приют для калек, нищих, бездомных. Подвижник принимал и кормил около 200 человек в день. При этом, что его неизменным правилом было воскресное всенощное бдение встречать без копейки денег.
Каждого человека он видел как раскрытую книгу, знал его нужды и потребности: помогал советом, деньгами или отказывался общаться – в знак вразумления. За наставлением к нему шли все: от простых людей, до высокопоставленных чинов. Он всегда оставался босым и неизменно в веселом расположении духа.
Иван Босой носил тяжелые вериги, с которыми и был похоронен. Умер он 29 декабря 1849 года.
В УПЦ знают множество случаев благодатной помощи по молитвам подвижника при его жизни и по его смерти.

Иоанном Босым называли также святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского (Максимовича). Он часто ходил босым при любой погоде, помогал бедным, подбирал беспризорных детей, для которых основал приют. Предполагают, что святитель Иоанн Шанхайский последовал примеру подвига Иоанна Босого Киевского.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *