Учение о морали нравственности

Теория морали

Любые студенческие работы — ДОРОГО!

100 р бонус за первый заказ

Узнать цену Поделись с друзьями

С первого взгляда мораль выглядит как некоторые правила поведения: по отношению к другим людям, к обществу и к самому себе. В любом случае они формулируются в повелительном наклонении: указывают не на то, что есть, а на то, как должно быть. Свойство морали требовать определенного поведения называется императивностью (от лат. imperative – повелевать).

Моральные нормы не содержат рецептов на все случаи жизни, они носят обобщенный характер. В отличие от обычая, который регламентирует все детали поведения, или права, которое стремится сформулировать свои статьи предельно четко и строго, мораль указывает общее положительное направление в поведении, которое индивид конкретизирует, применительно к ситуации. Предельно обобщенное требование морали одно: делай добро! Значение более частных нравственных представлений зависит от общей ориентации мировоззрения: например, принцип трудолюбия в традиционной, буржуазной и советской морали имеет разное наполнение.

Моральные требования имеет всепроницающий характер: нет такой сферы, где моральная регуляция не действует, нет такого явления, которое не подлежало бы моральной оценке. Эта особенность также отличает мораль от обычая и права, имеющих локальное распространение и регулирующих вполне определенные сферы отношений.

Для поддержания морали нет специальных общественных учреждений, это неинституциональная регуляция. В то время как для поддержания правопорядка есть соответствующие органы: прокуратура, милиция, суд, в морали эту функцию берет на себя общественное мнение и совесть индивида. По большому счету внешний контроль в морали не действенен, она держится на самоконтроле личности и общества.

Моральные требования имеют личностную форму, т.е. это требования, обращенные личностью к самой себе. Они функционируют тогда, когда стали собственным убеждением человека. Поэтому форма морального требования: «я должен…» (а не «ты должен…», как мы обычно говорим друг другу).

Итак, мораль представляет собой способ неинституциональной регуляции человеческого поведения с помощью требований, имеющих личностную форму, обобщенный и всепроницающий характер.

Наряду с перечисленными простыми признаками, мораль обладает также набором противоречивых свойств.

Природа, нравственность, человек

Лучшее, что я храню в себе, это живое чувство к хорошим людям, от которых я произошел, замаскированное словом «природа». Это и есть живое чувство Родины. М. Пришвин

Нравственное содержание проблемы «общество — природа» имеет непосредственный выход на человека, на его социально-нравственное развитие. Духовно-нравственные основы взаимоотношений между людьми тем или иным образом отражались в их предметно-чувственной деятельности, закреплялись в сознании и поведении человека. Гуманизм человеческих отношений формировался исторически в процессе совместного труда по освоению природы. Утверждение идеалов добра, нравственной личности оказывалось связанным с воспитанием бережного отношения к природе. Коллективный разум человечества, в особенности трудовою народа, всегда выступал против бессмысленной жестокости, хищнического отношения к природе, утверждал любовь к ней.

Достаточно сослаться на тот факт, что в формировании нравственного мироощущения крестьянина не последнюю роль играло его непосредственное общение с природой. Действительно, вечная молодость природы в ее непрестанном обновлении и избытке жизненных сил наделяла человека силами духовными и физическими. Строй природных явлений и процессов, воспринятый соответствующим образом, вселяет в человека ощущение причиносообразности сущего, столь необходимое для его духовного здоровья. «Трудовая жизнь крестьян, — как замечает В. А. Бачинин, — протекающая в непосредственных связях с природой, порождает у них множество сходных совместных переживаний. Постоянное ожидание либо тепла, либо дождя или снега, вызывая одинаковые хозяйственные заботы, психологически сближает людей. На почве этих общих переживаний у человека возникает ощущение слитности как с природой, так и со всеми людьми, ведущими образ жизни, подобный его собственному. На этой социально-психологической почве складывается тот особый социокультурный комплекс норм и традиций духовно-практической деятельности, который получил название «народной нравственности»*.

* (Бачинин В. А. О противоречии между «народной нравственностью» и «городской культурой». — В кн.: Современная цивилизация и моральные ценности. М., 1982, с. 125.)

Обращаясь к идейно-теоретическому наследию марксизма, мы обнаруживаем в нем ценные методологические положения, касающиеся проблем взаимодействия общества, человека и природы. Американский философ Г. Парсонс замечает, что Маркс и Энгельс «пришли к пониманию экологии задолго до того, как этот термин был введен Э. Геккелем и, конечно, задолго до «экологического» и «энергетического» кризисов». Действительно, К. Маркс и Ф. Энгельс придавали важное значение вопросам взаимоотношений общества и природы. По сути, логика изложения «Капитала» является выражением системы «человек — общество — природа», причем центральным звеном в этой цепи выступает общество, общественное производство, связывающее человека с природой. «…Из определенной формы материального производства, — писал Маркс, — вытекает, во-первых, определенная структура общества, во-вторых, определенное отношение людей к природе»*.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 26, ч. I, с. 279.)

Это замечание К. Маркса имеет методологическое значение при анализе нравственного отношения человека к природе в его аксиологическом аспекте. Во-первых, связь человека с природой опосредована общественными отношениями, в том числе нравственными, поскольку «только в обществе природа является для человека звеном, связывающим человека с человеком, бытием его для другого и бытием другого для него, жизненным элементом человеческой действительности; только в обществе природа выступает как основа его собственного человеческого бытия»*. Во-вторых, связь человека с природой осуществляется через деятельность людей, которая имеет общественное содержание и существование как и «пользование ее плодами»**.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 118.)

** (Там же, с. 118.)

Таким образом, природа и общество находятся в отношении сложной взаимосвязи, представляя собой две стороны единой системы. Основным типом связи в этой системе является человеческая деятельность, которая обладает ценностным содержанием, обусловленным существующей в обществе совокупностью ценностных ориентации. Следовательно, нравственное содержание отношения человека к природе может быть выявлено только с учетом общественною характера этого отношения и социальной ценности человеческой деятельности.

Марксизм рассматривает отношение человека к природе как социальное отношение, в котором сталкиваются и пересекаются интересы людей, классов, социальных групп. Социальное содержание отношения к природе оказывается обусловленным потребностями и целями развития человека, общества в целом. Вместе с тем нравственная сторона этого отношения не только непосредственно вытекает из социального характера связи человека с природой, но имеет специфические критерии, па основании которых осуществляется вычленение собственно нравственного содержания. Эти критерии могут определяться особенностями самой морали как специфического социального явления, но главной основой вычленения нравственною содержания отношения к природе является аксиологический, ценностный подход к ней, который связан с целевыми установками класса или общества в целом.

Человек существует в пределах объективных связей с природой. Он не может не воздействовать на нее, преследуя в своей деятельности цели удовлетворения разнообразных потребностей, общесоциально и классово обусловленных. Классики марксизма ставили характер использования природы, т. е. общественное природопользование, в зависимость от социально-классовых отношений, а следовательно, и от соответствующих им ценностных ориентаций, господствующих в обществе. Они неоднократно отмечали пагубный характер конкуренции и антигуманных целей капиталистического производства, ставящего под угрозу не только существование природы, но и благополучие самого человека. «Капиталистическое производство, — писал по этому поводу К. Маркс, — …развивает технику и комбинацию общественного процесса производства лишь таким путем, что оно подрывает в то же самое время источники всякого богатства: землю и рабочего». Отсюда нравственное содержание отношения человека к природе оказывается определенным образом связанным с проблемой ценности человека и его производственной деятельности, направленной на природу.

Уже в ранних произведениях, рассматривая категорию «отчуждения» и «самоотчуждения» рабочего, К. Маркс отмечал следующий парадокс капиталистического производства: чем большие ценности создает рабочий, тем «больше сам он обесценивается и лишается достоинства»*. В акте отчуждения выражается отношение рабочего к результату и предмету своего труда. Но это отношение является вместе с тем и отношением к предметам природы, к миру в целом, которые оказываются «отчужденными», враждебными человеку. Однако, с другой стороны, человек не может вырваться из мира природы, поскольку он «живет природой» и должен оставаться с ней в процессе «постоянного общения, чтобы не умереть»**, тем самым он угнетающе зависит от нее.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 89.)

** (Там же, с. 92.)

Возникающее противоречие между человеком и природой, столь характерное для буржуазного общества, обусловлено способом производства и характером присвоения его продуктов. Частная собственность на средства и предметы труда опосредует отношение людей к природе, и это отношение предстает как общественное, т. е. отношение к другим людям. Вместе с тем, частная собственность превращает природу в источник получения прибыли, воздействуя на нее посредством отчужденного труда рабочего и отчуждения самого рабочего от природы. Поэтому подлинную гармонию отношений человека и природы может обеспечить лишь полное уничтожение частной собственности и создание новых общественных отношений. Разрешение противоречия между обществом, человеком и природой, которое капитализм доводит до кризисного состояния, основоположники марксизма связывали с коммунистическим общественным развитием. Имея в виду коммунистическое общество, К. Маркс отмечал, что оно есть законченное сущностное единство человека с природой, подлинное воскресение природы, осуществленный натурализм человека и осуществленный гуманизм природы.

Важное методологическое значение имеет понимание единства политико-экономического и этического подходов к проблеме взаимодействия человека и природы. У Маркса есть интересное замечание о том, что противоположность экономического и морального отношения к явлениям действительности — лишь видимость, поскольку и «…политическая экономия выражает моральные законы, но только на свой лад»*.

* (Там же, с. 133.)

Основоположники марксизма рассматривали человеческую деятельность, направленную на природу, с точки зрения общественной значимости этой деятельности. Они подчеркивали ценность природы для человека не только с точки зрения развития отдельной личности, но и с точки зрения интересов будущих поколений, что, естественно, придает проблеме взаимодействия общества и природы высокий нравственный смысл.

В целесообразной деятельности человека выражается его нравственная природа. «Животное, — отмечал Ф. Энгельс, — только пользуется внешней природой и производит в ней изменения просто в силу своего присутствия; человек же вносимыми им изменениями заставляет ее служить своим целям, господствует над ней»*. Отношение к результатам природопреобразовательной деятельности наполняется нравственным содержанием в том случае, когда оно выражает отношение к другому человеку, «а также к труду и к предмету труда другого человека»**. В этом положении заключается не только нравственный аспект отношения человека ко «второй», «очеловеченной» природе, ибо в ней опредмечена сущность самого человека, но и важный методологический принцип, позволяющий рассматривать природопреобразовательную деятельность с точки зрения ее значения для человека, т. е. с точки зрения ее общественной ценности.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 495.)

** (Маркс К, Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 94.)

Гармоническое развитие отношений между человеком и природой основоположники марксизма связывали с успехами естествознания, науки и техники, с возможностями науки прогнозировать экологические последствия производственной деятельности людей. Чем лучше люди будут учитывать отдаленные последствия своих действий, тем в большей мере они «будут не только чувствовать, но и сознавать свое единство с природой и тем невозможней станет то бессмысленное и противоестественное представление о какой-то противоположности между духом и материей, человеком и природой, душой и телом, которое распространилось в Европе со времени упадка классической древности и получило наивысшее развитие в христианстве»*.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 496.)

В трудах основоположников марксизма особое место занимает вопрос о свободе человека в плане его «господства» над внешней природой. Именно благодаря практической деятельности людей в отношениях между человеком и природой проявляются не только единство и гармония, но и борьба. Расширяется общественное производство, растут производительные силы, а вместе с ростом производительных сил расширяется и круг человеческих потребностей, которые вновь стимулируют производство. «Свобода в этой области, — писал К. Маркс, — может заключаться лишь в том, что коллективный человек, ассоциированные производители рационально регулируют этот свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль, вместо того, чтобы он господствовал над ними как слепая сила; совершают его с наименьшей затратой сил и при условиях, наиболее достойных их человеческой природы и адекватных ей»*. Речь идет здесь прежде всего о социальных условиях жизнедеятельности человека, в рамках которых и реализуется его отношение к природе. Решение же вопроса о свободе всестороннего развития творческих сил самого человека, его самосовершенствования непосредственно связано с тем обстоятельством, что «истинное царство свободы» может развиться лишь на основе общественного производства, на «этом царстве необходимости, как на своем базисе»**. Поскольку стремление к свободе является самоцелью, постольку, подчеркивает Ф. Энгельс, в этом стремлении, человек как деятельное существо все в большей степени подчиняет себе внешнюю природу, оставляет на ней печать своей собственной воли***.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 25, ч. II, с. 387.)

** (Там же.)

*** (См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 495.)

В данном случае Энгельс говорит о господстве над природой, подразумевая под ним познание ее законов, которое обеспечивает использование природы человеком. Это господство над природой вовсе не означает произвола в обращении с нею, поскольку произвольное воздействие на природную среду может иметь не только предполагаемые, но и непредвиденно отрицательные результаты. Ф. Энгельс указывает на последствия, связанные с возможным разрушением природы в результате нерационального, «антигуманного» ее использования» Нежелательные для человека, негативные последствия, к которым приводит порой непродуманное активное вмешательство людей в ход природных процессов, напоминают нам о том, что «мы отнюдь не властвуем над природой так, как завоеватель властвует над чужим народом, не властвуем над ней, как кто-либо находящийся вне природы… наоборот, нашей плотью, кровью и мозгом принадлежим ей и находимся внутри ее, что все наше господство над ней состоит в том, что мы, в отличие от всех других существ, умеем познавать ее законы и правильно их применять»*.

* (Там же, с. 496.)

Сущность рационального, бережного отношения к природе классики марксизма связывали с необходимостью социальной регуляции взаимодействия людей с окружающей природной средой. Напомним еще раз мысль К. Маркса, взятую в качестве эпиграфа к предыдущей главе: «Культура — если она развивается стихийно, а не направляется сознательно… оставляет после себя пустыню…»* Современная экологическая ситуация, порожденная прежде всего корыстным, частнособственническим отношением к природе, подтверждает это предвидение Маркса.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 32, с. 45.)

Необходимость коренного изменения характера взаимоотношений общества и природы выступает в марксизме в качестве одной из причин перехода от капитализма к социализму, к новым социальным отношениям, при которых основным критерием отношения человека к природе будет коллективный интерес «ассоциированных производителей». Отсюда следует, что главной предпосылкой разумной регуляции отношения людей к природе является общественный интерес, интерес трудящихся, занятых в производстве, основанном па единой, общенародной собственности. Частнособственнические же отношения разъединяют людей, делают их зависимыми не только от стихийных сил общественного развития, но и от стихии природных явлений.

Основоположники марксизма неоднократно подчеркивали, что в обществе, подчиненном интересам утилитарной выгоды, принимаются во внимание лишь наиболее ощутимые и ближайшие результаты производственной деятельности. Так, критикуя капиталистическое производство, Ф. Энгельс отмечал, что здесь «как в отношении естественных, так и в отношении общественных последствий человеческих действий принимается в расчет главным образом только первый, наиболее очевидный результат»*.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 20, с. 499.)

Опосредованный характер нравственного отношения к природе выражается и через моральную оценку последствий производственной деятельности. В буржуазном обществе критерием этой оценки является грубоутилитарный интерес — непосредственная выгода. Для капиталистического предпринимателя не существует иной ценности природы, кроме утилитарной. «…Торговец минералами, — пишет К. Маркс, — видит только меркантильную стоимость, а не красоту и не своеобразную природу минерала; у него нет минералогического чувства»*. Капиталистическое производство приводит не только к экологическому кризису, но и к кризису духовно-нравственному, нравственно и эстетически обесценивая и природу, и человека. «Кажется, — писал К. Маркс, — что, по мере того как человечество подчиняет себе природу, человек становится рабом других людей, либо же рабом своей собственной подлости. Даже чистый свет науки не может, по-видимому, сиять иначе, как только на мрачном фоне невежества. Все наши открытия и весь наш прогресс как бы приводят к тому, что материальные силы наделяются интеллектуальной жизнью, а человеческая жизнь, лишенная своей интеллектуальной стороны, низводится до степени простой материальной силы»**. Антигуманный характер отношений людей друг к другу и к природе в буржуазном обществе — два взаимостимулирующих явления.

* (Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 42, с. 122.)

** (Маркс К, Энгельс Ф., Соч., т. 12, с. 4.)

При капитализме чрезвычайно затруднен социальный контроль над отрицательными последствиями научно-технической революции. Только при социализме, в ходе его развития открывается все больше и больше возможностей для действительно разумного, научно обоснованного взаимодействия человека с природой. Отношение к природе в социалистическом обществе обусловлено общенародной, государственной собственностью на средства производства. Такая форма собственности служит необходимым условием рационального использования природных богатств, установления подлинной гармонии между человеком и природой. Но и при социализме возможны просчеты в преобразовании природы. Они порождаются не природой социалистического общества, а объективными трудностями в прогнозировании последствий того или иного вмешательства в природные процессы, подчас недостаточностью развития науки, техники и технологии, производительных сил. Все эти факторы преодолеваются по мере развития общества. Совсем другое дело — наносящая ущерб природе, деляческая, утилитарная позиция некоторых граждан, особенно узковедомственное отношение к природопользованию со стороны каких-либо хозяйственных руководителей. На декабрьском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС было подчеркнуто, что в работе по охране природы как ни в какой другой сфере нетерпим ведомственный подход. Он снижает эффективность природоохранных мероприятий, порождает безответственность за экологические последствия принимаемых решений, ведет к мнимой экономии, которая в конечном счете оборачивается большими потерями.

В чем же состоит, чем обусловливается ценность природы, ценностное отношение к ней? Ценность вообще, как и ценность природы, имеет социальный характер. Понимание ценности обусловлено интересами и целями людей. Поэтому приписывать ценность природе «самой по себе» вряд ли правильно. «Ценность, — по замечанию С. Ф. Анисимова, — есть значение предмета, которое всегда выступает лишь в его взаимоотношении с человеком… Природа сама то себе, объективно, т. е. вне отношения к человеку, не знает оценок и ценностей»*.

* (Анисимов С. Ф. Ценности реальные и мнимые. М., 1970, 11.)

Нравственное отношение к природе является ценностным отношением. В марксистской этике под нравственными отношениями понимаются такие отношения, в которые люди вступают друг с другом, совершая поступки. Нравственные отношения всегда включены в целостную систему общественных отношений, складывающихся не как самоцель, а по поводу тех или иных, в том числе и утилитарных, целей. Именно в системе моральных отношений общественные явления приобретают, как писал советских этик О. Г. Дробницкий, «ценностные значения и специфически нравственные характеристики, которые являются объектом отражения (осмысления и оценки) морального сознания»*. Таким образом, институт нравственных отношений имеет важное значение при определении нравственной ценности тех или иных социальных действий.

* (Дробницкий О. Г. Понятие морали. М., 1974, с. 253.)

Сопричастность экологии к целям человека порождает ее связь с нравственностью и социальными ценностями, поскольку высшими регулятивами системы целей являются как раз ценностные и нравственные принципы. Не случайно социальная экология, комплексная отрасль знания, объединяющая в своем предмете содержание многих наук, послужила мощным импульсом выдвижения перед человечеством новых ценностей. Тенденция к экологической переориентации этики обнаруживается, например, и в уже упоминавшемся учении А. Швейцера о благоговении перед жизнью, и в этике природы американского эколога О. Леопольда, и в космической этике К. Э. Циолковского, и в этике любви к жизни, разработанной советским ученым-биологом Д. П. Филатовым. Следует сказать, что предмет и статус социальной экологии еще не сложился окончательно. Он является объектом дискуссий. Но эта развивающаяся отрасль науки уже активно формирует новое экологическое мышление, включающее и ценностные принципы, в том числе и нравственные.

Объектом этического анализа может быть все человеческое поведение, всякая человеческая деятельность, поскольку она подлежит оценке с точки зрения добра и зла в их конкретно-историческом контексте. В том случае, когда действия людей, направленные на природу, рассматриваются под углом зрения их ценностных характеристик, возможно выделение поведенческой стороны отношения человека к природе. Тем самым проблема ценности нравственного отношения к природе предстает как проблема моральной ценности и оценки поступка, поведения личности, коллективов, общества в целом. Основаниями оценки нравственного отношения к природе являются интересы людей, а критерием этой оценки — интересы общества.

Марксизм связывает понятие ценности с особенностями удовлетворения человеческих потребностей в процессе деятельного преобразования окружающего мира. Процессы материального и духовного производства и потребления отражают постоянный отбор вовлекаемых в него человеком объектов деятельности. Причем этот отбор осуществляется с учетом их объективных свойств, отвечающих тем или иным потребностям. Ценностное, в том числе нравственное, отношение к природе предполагает, что объект обладает определенными свойствами, которые позволяют признать его полезность или вредность. Нравственное отношение к природе отражает ее ценность для человека с точки зрения морали. В этом случае представляется целесообразным обращение к целому ряду категорий морали — долгу и ответственности, добру и злу, благу и т. д. Люди называют благами те предметы, которые им практически полезны*. Благо является общим ценностным понятием, фиксирующим способность объектов природы, материальной и духовной культуры служить удовлетворению жизненных потребностей субъекта, в качестве которого выступают как отдельные индивиды, так и коллективы, классы, общество в целом.

* (Липицкий В. С. Человек, природа, воспитание. М., 1977, с. 14.)

Однако соотношение блага и полезности оказывается сложнее, чем это кажется на первый взгляд. Не все, что полезно в данный момент для отдельной личности, одновременно является благом вообще и пользой для всех. Утилитарное отношение к природе является результатом одностороннего, ограниченного представления о ее ценности. Природа в этом случае оказывается лишь средством, материалом для удовлетворения потребностей одних, вопреки интересам других, особенно последующих поколений. Такое отношение к природе имеет исторические основания, поскольку человеку приходилось вести постоянную борьбу с природой за источники своего существования. Тезис о «неисчерпаемости за безграничности» природных богатств служил оправданием даже и безнравственных — с современной нам точки зрения — действий, хищнического отношения к природе. Так продолжалось до тех пор, пока природа сохраняла способность к восстановлению и самоочищению. Но возрастающие темпы человеческой деятельности и порождаемые ею негативные последствия ограничили эту способность, а в некоторых случаях привели к уничтожению многих видов животных и растений. Не случайно, проблема ценности природы обострилась в условиях современной экологической ситуации.

Однако решение проблемы состоит не в превращении природы «в высшую и абсолютную ценность» и даже не в признании ценности благоприятного для человеческой жизнедеятельности состояния окружающей среды, а в изменении ценности самого человека. С развитием социализма и перерастанием его в коммунистическое общество ценность личности поднимается на новую, недосягаемую для прошлых исторических эпох высоту. Социальная сущность человека есть «совокупность всех общественных отношений». Социальное, а не природное определяет ценность окружающей природы и самого человека. Да и ценность самой жизни определяется прежде всего социальными, а не биологическими или экологическими критериями. Таким образом, к оценке природы, ее «полезности и вредности» следует подходить с позиций ценности человека, поскольку природные вещи приобретают аксиологическое значение только в связи с человеком.

Выше отмечалось, что нравственное отношение к природе реализуется, «опредмечивается» в поведении людей. Отсюда возникают проблема моральной оценки поступка, проблемы долга, ответственности и др. Два одинаковых по своим действиям поступка могут обладать различной нравственной ценностью. В 1942 году во фронтовой газете «За Родину» (Северо-Западный фронт) была помещена заметка инженера В. Ларикова «Бережно относиться к лесам». В ней строго предписывалось: не вырубать лес в полосе 20-25 метров по обе стороны дороги. Несмотря на суровое военное время, человек не бездумно, не равнодушно рубил лес, а с заботой о будущих поколениях. Но немало примеров и иного содержания, когда, прикрываясь общественными интересами, могут уничтожать лес, животных для личной выгоды или просто не утруждая себя анализом последствий подобных «деяний».

Обстоятельства создаются человеком, и они оказываются в сфере моральной оценки. И когда речь идет о поступке, опосредованном отношением к природе, ценность его определяется не простым соотношением «интересов» природы или сиюминутными интересами человека, а высшими, наиболее целесообразными интересами развития общества. Поэтому в современных условиях весьма плодотворной является постановка проблемы экологического воспитания. Начинать его следует с самого раннего возраста, с тем чтобы не было возможности спекуляции отдельных членов общества на своей экологической некомпетентности. Совершив неблаговидный поступок, человек нередко пытается оправдать его отрицательное значение тем, что он не знал или не подозревал о последствиях, к которым он может привести. Действие, непосредственно направленное на природу, наносящее ей вред не прямо, а опосредованно, через природу, затрагивает интересы людей, общества в целом. Следовательно, создается как бы дополнительная возможность оправдания безнравственного поведения, причем суть такого оправдания заключается в стремлении превратить поступок во внеморальное действие.

Особую актуальность в современных условиях приобретает категория моральной ответственности. Встречается представление, что моральная ответственность — чисто субъективный момент сознания. В таком случае не учитывается ее объективное содержание, выраженное в определенных требованиях со стороны общества. Другое дело, что эти требования, интериоризуясь, усваиваясь, становятся внутренними побудительными силами. Сегодня упор должен делаться па моральной ответственности как норме коммунистической морали должностных лиц, ведомств, проектировщиков, всех людей за сохранность окружающей среды. Очень важно, чтобы экологическому воспитанию, формированию чувства ответственности за «братьев наших меньших» уделялось серьезное внимание и в семье.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *